Глава 24. Образование связи

Уорн зашел ко мне вечером, перед сном. Я поклялась не разглашать информацию, которую мне поведает Амран. Надрез пришлось делать самой. На удивление получилось вполне сносно, хотя резать себя мне ужасно не понравилось. Крови вытекло совсем немного, и василиск сразу залечил рану. Не осталось даже шрама.

Клятва действовала следующим образом: одна мысль о том, чтобы выдать тайну вызывала жжение в горле. Если я случайно попытаюсь сказать что-то закрытое клятвой, то на время онемею, если такое будет случаться часто, то можно и вовсе задохнуться. Запрет на разглашение может снять только Уорн, два старших советника и императрица. С этими людьми я могу обо всем говорить спокойно. В их обществе клятва не подействует.

Василиск явно торопился. Я знала, что этой ночью он вместе с Лораном и Раинелем отправляется к кентаврам для того, чтобы захватить заговорщика.

— Уорн, — позвала я, когда мужчина взялся за ручку двери, — постарайтесь там поосторожнее, хорошо?

— Не переживай, все с нами будет в порядке. — мягко сказал василиск, ему явно было приятно мое беспокойство. — В прошлый раз мы сунулись к шхыру в пасть, думая, что вышли на прогулку. Теперь такой ошибки не допустим. Доброй ночи!

— И вам всем так же. Доброй ночи!

Не сказать, чтобы я сильно волновалась за мужчин, все же не дети, но когда ложилась спать от всей души пожелала, чтобы все у них там сложилось хорошо. Пусть богиня действительно за ними приглядывает, раз они её избранники.

Следующее утро началось прекрасно! Наконец, я смогла надеть штаны, а то все платья и платья. Женщины нашего мира привыкли к удобству, которое дают джинсы. Моду что ли на штаны ввести? Если я посланница богини, то может и сработает? В воображении нарисовалась картинка: разряженные в пух и прах придворные, императрица в платье модели «на велосипеде не объедешь» и я в трениках «Адидас» с растянутыми коленками, на кортах и с семками. Представляю лица аристократов, когда они узрят такую избранницу.

На тренировочную площадку я летела, как на крыльях, но все равно успела позже Амрана.

— Привет! — поздоровался келрит, — прекрасно выглядишь.

— Доброе утро! — улыбнулась я, — Что будем делать?

— Обычно мы начинаем тренировку с разминки, потом бег, потом упражнения. Иногда обходимся без разминки. Мужчина должен быть всегда готов к нападению или защите… — Амран прервался и начал внимательно меня осматривать.

— Что? Где-то испачкалась? — я стала оглядывать себя.

— Нет, — покачал головой здоровяк, — просто очень непривычно видеть тебя в штанах. Я не смущаю тебя своим видом? Тут считается не очень приличным обнажать руки и плечи.

Келрит сегодня надел широкие штаны и жилетку. Мужчины, даже до пояса раздетые, никогда меня не смущали, но это же Амран. На него было приятно и волнительно смотреть. Да и я сегодня надела просторную, легкую блузу с рукавом на три четверти.

— Неприлично? — я вспомнила ритуал призвания души, — а как же твоя жилетка а-ля стриптизёр на обряде?

— Это национальная одежда. Обычаи империи и келритских общин различаются. Чаще всего, конечно, я ношу то, что принято в империи, но, бывает, надеваю традиционную одежду. — объяснил мужчина, а потом поинтересовался, — А что такое стриптизёр?

«Язык мой — враг мой» — сколько раз за последние пару дней я повторяла эту простую истину? И все бесполезно: сначала скажу, потом думаю.

— Стриптизёр — это мужчина, который танцует под музыку, раздеваясь, — покраснев, начала я, — и получает за это деньги.

— Какая странная работа, — удивился келрит, — совсем раздевается?

— Нет, — пискнула я, — до трусов.

— Все они в жилетки одеваются? — продолжал допрос Амран.

— Нет, по-разному, — я решила рассказать все подробнее, чтобы побыстрей закрыть эту тему, — но все стриптизёры, как правило, могут похвастаться идеальным телом и пластикой движений.

— Идеальным телом? — эхом отозвался келрит.

— Да, у тебя тело идеальное. Да ты и сам — ожившая мечта многих женщин нашего мира, — так, кажется, это опасная тема.

Сейчас еще поинтересуется идеальный ли он для меня, а я не знаю, что на этот вопрос ответить. Надо про что-то другое сказать, а вот:

— Я иногда думаю, что если тебя клонировать, создать пару тысяч копий и отравить в наш мир, то за каждую копию будут идти настоящие сражения между женщинами.

— Что значит клонировать? — спросил Амран и я мысленно выдохнула, беседа вновь перетекла в безопасное русло.

Неспешно переговариваясь, мы, наконец, приступили к тренировке. Я рассказывала про разминку и растяжку, показывала упражнения нашего мира. Амран объяснял, как он учит новичков и детей. Потом мы бегали вокруг поместья, ловя потрясенные взгляды домочадцев, а в конце тренировки переместились в крытый зал.

Дело в том, что я рассказала келриту о паркуре. Здоровяк заинтересовался идеей быстрого преодоления препятствий, но одно дело видеть, как это делали другие, другое — попытаться объяснить человеку из другого мира. В какой-то момент я постаралась изобразить кувырок через плечо, но запуталась в руках и ногах. Получилось очень смешно, поэтому я плюхнулась на спину и расхохоталась. Неважно у этого тела с координацией, надо тренироваться. Амран, улыбнувшись, подошел ко мне и протянул руку. Можно было, конечно, дисциплинировано схватиться за ладонь, но я обхватила руку келрита немного выше запястья. Так в этом мире мужчины приветствовали друг друга, а мне почему-то захотелось пошалить.

В тот момент, как наши руки соприкоснулись, произошло нечто странное. Амран вздрогнул и тяжело задышал, потом вдруг поднял меня на руки, но не так, как он обычно это делал, подхватив под колени и под спину, а взяв за попу и прижав к себе. Сдвинуть колени я не успела, поэтому сейчас мы стояли в весьма компрометирующей позе.

— Амран, что… — я уперлась мужчине в грудь и тут поняла, что кожа у келрита стала другой: как будто камень смешали с резиной. Цвет остался прежним, но вот на ощупь она стала твердая и упругая и совсем не человеческая — … что происходит?

Надо сказать, что никакого страха я не испытывала, просто удивление. Тут под моей рукой вдруг завибрировало. Такое мелкое дрожание, которое бывает у кошки, когда она мурчит. Только «мурчала» почему-то грудь келрита. Я постаралась отстраниться и посмотреть в глаза Амрану, но увидела только гладкий подбородок, крылья носа и прикрытые веки.

Пока я пыталась придумать причину такому странному поведению, мужчина наклонил голову к моей шее и шумно вдохнул и выдохнул.

— Ты что делаешь? Щекотно! — я, стараясь отлепиться от келрита, опустилась немного вниз. — Ой!

«Ой» уперлось мне точно между ног. Амран застонал сквозь зубы и открыл глаза. В этот момент как будто кто-то открыл шлюз, и я резко почувствовала то, что ощущал сейчас келрит. Желание. Не просто интерес, а жажду путника, который несколько дней шел по пустыне и теперь вдруг увидел воду и, не сдерживаясь, побежал к ней. Не просто страсть, а животная жажда обладания. В мутных глазах Амрана не было мысли, в них пульсировало только всепоглощающее желание. Сейчас он меня изнасилует, если я не приведу его в чувство.

— Амран очнись! — я ударила его в грудь, постаралась ущипнуть, но кожа стала такой плотной, что, кажется, мужчина вообще ничего не почувствовал.

Тогда я укусила его за шею, но это привело совсем не к тому результату. Если до этого Амран не двигался, а просто стоял, то после моего укуса сделал несколько шагов, прижал меня к стене и начал двигать тазом. Тут, наконец, мне стало действительно страшно.

— Ну же, Амран! Очнись, пожалуйста, очнись, — я стала в панике орать ему на ухо, — прошу тебя, Амран!

Дикий ор возымел действие. Келрит вздрогнул, в его глазах появилось осмысленное выражение. Он разжал руки и отскочил от меня на несколько шагов. По связи я чувствовала его эмоции: боль, стыд, страх и, опять же, желание.

— Прости меня! — негромко сказал Амран.

Меня обожгло его стыдом и горечью. Я сидела на ковре в тренировочном зале и пыталась понять, что произошло. Итак, у нас образовалась связь. Как сейчас понятно, произошло это в тот момент, когда наши метки на руках соприкоснулись. Теперь я понимаю, что каждый раз связь возникала именно таким образом. Раинель был в безрукавке, Лоран, когда давал клятву, закатал рукав повыше, а потом не опускал его.

Чувствовали они тоже, что и Амран? Ох! Так вот почему Раинель убежал в ванную, а потом рванул прочь из моей комнаты. Я еще думала, что мне показалось, что у него одежда влажная. Видимо, эльф принимал водные процедуры по методу Ипполита из «Иронии судьбы» — то есть залез в душ в одежде.

Но ни у Лорана, ни у Раинеля никаких изменений в теле не случалось, да и вели они себя в целом адекватно, особенно некромант. Я вообще ничего странного в его поведении не заметила. Хотя, наверное, тот случай не может служить эталоном, я была не в форме. До сих пор кое-что помню очень смутно.

Пока я размышляла о том, что было, Амран установил блок на связь, полностью закрыв себя. Но даже сквозь этот блок веяло безнадегой.

— Феерически у нас связь образовалась, — хрипло сказала я.

Не удивительно, что голос охрип, так орать — это надо постараться.

— Прости, я знаю, что сильно тебя испугал, — покаянно сказал келрит, — всегда контролировал себя и свою вторую сущность, но сейчас …

— Вторую сущность? — перебила я. — Расскажи, что это такое.

— Это, — Амран опустился на местный мат и начал рассказ, — редкое явление среди келритов. Помнишь, я говорил, что проверял теорию о том, что келриты пришли из другого мира?

Дождавшись моего кивка, мужчина продолжил. Голос его звучал надломлено:

— Не просто так я искал ответы. Есть легенды о том, что раньше все келриты могли принимать другой облик. Они мгновенно обрастали бронёй, отращивали когти и зубы. И тогда у келритов были рога, а не роговые наросты. Считалось, что наши далекие предки могли драться без щита и меча. Они принимали на тело сильнейшие удары, молниеносно двигались и были почти не подвержены магии. И весь секрет в том, что они обладали второй сущностью. Во время опасности эту сущность выпускали из-под контроля, и келрит впадал в состояние ярости. Быстрота реакции, сила, скорость, регенерация в таком состоянии вырастали в разы, но келрит мог потерять разум. Со временем наши предки утратили способность обращаться в чудовищ-убийц, но кое-кто из нас еще рождается со второй сущностью. Мне не повезло. Я хотел выяснить, как избавится от этого или полностью подчинить, но ничего не нашел.

— Во время опасности? — переспросила я, — но почему твоя сущность решила, что я ей угрожаю?

— Слишком велико было, — Амран поднял на меня глаза, — сексуальное возбуждение, поэтому я потерял контроль. Раньше такого никогда не было. Точнее было однажды, очень давно, но тогда поводом служила злость и ярость. Если бы я знал, что похоть тоже может привести к потере контроля, то не остался бы с тобой. Побратимы рассказывали об образовании связи, каждый испытывал сильное желание, мне казалось, что я готов к этому, но вышло не так.

Так вот почему он так напрягался, когда мы вчера пытались установить связь! Готовился сбежать в душ, видимо. Амран уронил лицо в ладони и замер. Так, пора спасать его от самобичевания.

— Послушай, но ведь ничего страшного не произошло, — я умостилась рядом с Амраном и погладила его плечу. Здоровяк посмотрел на меня так, будто был безмерно удивлен, тем, что я к нему прикоснулась, — наоборот, только хорошее. Теперь мы знаем, как формируется связь. Надеюсь, у Уорна нет никакой второй сущности?

— Нет, — покачал головой Амран, — но, а вдруг бы… я все же с тобой?

— Постаралась бы расслабиться и получать удовольствие. Вполне возможно, у меня даже получилось бы. — хорошо, конечно, рассуждать о том, чего не произошло. — Но знаешь, больше меня испугало не то, что ты меня поднял и стал обнюхивать, а то, что из твоих глаз пропал ты сам. И я испугалась, что ты больше не вернешься.

Сказала и поняла, что это правда. Что именно этого я испугалась больше всего. А сейчас мне хотелось, чтобы Амран стал прежним, чтобы мы с ним ходили на прогулки, занимались, шутили. Если он постоянно будет чувствовать вину за то, что не совершил, то это однозначно не будет способствовать нашему сближению.

— Амран, сними блок, пожалуйста, — попросила я и почувствовала, что келрит сделал то, о чем я просила.

От него хлынула волна облегчения, удивления и счастья. А еще меня смутило такое чувство, как будто он до конца не мог поверить в то, что я не сержусь. И взгляд — теплый, радостный.

— Пойдем, что ли, заниматься? — сказала я тихо.

— Нет, сначала завтракать, — так же тихо внес поправку Амран.

Как же все-таки хорошо! А про сущность эту я еще расспрошу.

День прошел весьма продуктивно. Я научилась посылать зов и проверку по связи. Надо было всего лишь представить перед собой того, к кому адресуется зов или вопрос и послать по связи определенные чувства. От Лорана в ответ пришла какая-то веселая эмоция, меня как будто пощекотали, а от Раинеля слабый ленивый отклик.

— Он спит, — пояснил мне Амран, — ребята всю ночь дежурили по очереди.

— А Уорн?

— С ним тоже все в порядке. Чем-то недоволен.

Следующие несколько часов Амран рассказывал про семью императрицы, аристократов, придворных и всех более-менее значимых в политике персонажей. К концу лекции у меня лопалась голова. Пришлось признать поражение, разгадать заговор с полпинка у меня не получилось. Разве что подкинула одну интересную мысль келриту.

— Мы многого не понимаем, например, кого именно хотел посадить де Сел в кресло императрицы, — рассказывал Амран, — Дочерей и сестер у него нет, племянниц тоже, да и не приближал он к себе ни одну женщину, которая могла бы занять трон.

— Значит, он сам планирует умостить свой зад на императорский трон, — по моему мнению, это было очевидно. — Да, это требует смены строя, но кто сказал, что товарищ де Сел готовит переворот, а не революцию?

Слово «революцию» я сказала нарочито кортявя. Амран задумался.

— Если это так, то все действительно очень плохо. Де Сел нашел множество сторонников. Если предполагать просто переворот, то их много и они слишком разные. Из разных слоёв общества, часть не аристократы и не имеют большого веса в политике, — мужчина нахмурился, — но если ты все же права, то перспективы неприятные.

— Они богаты? Ну, эти люди, которых привлек де Сел? — дождавшись кивка Амрана, продолжила, — Перевороты надо спонсировать. Чьи деньги не так важно. Может, попробовать как-то отсечь самых богатых?

— Это сложно, — в конце концов, постановил келрит, — но идея рациональная. Возможно, ты права.

Уже вечером по всему поместью прошли гул и вибрация: сработал портал. Не сговариваясь, мы с Амраном бросились вниз. По связи я чувствовала, что с побратимами все в порядке, но очень хотелось узнать новости. Весёлых и взъерошенных Раинеля и Лорана мы встретили на лестнице.

— Поймали! — не сговариваясь, хором сказали парни и расхохотались.

Я просто улыбалась, наслаждаясь эмоциями этой парочки: теплым ветерком Лорана и журчащим ручейками Раинеля. Они были рады меня видеть и, наверное, чувствовали такую же радость, как и я.

— Уорн? — спросил Амран поднимающегося следом василиска. — Какие дальше планы?

— Де Села будут допрашивать дворцовые специалисты. Приказы отдал, императрице послал вестник. Сегодня все отдыхаем, а завтра нам с Лораном снова во дворец, — Уорн посмотрел на меня и улыбнулся одними глазами.

Ужин прошел весело. Я знала о том, что Уорн с Амраном задумали какую-то ловушку, и де Сел в неё попался. Правда, деселовского скорра поймать не удалось, но Раинель сказал, что кентавры эту тварь затопчут. Не любят на Треватте белых и их ручных зверушек. В свою очередь мы с Амраном рассказали, про связь, не вдаваясь в подробности, и про мою тренировку.

После ужина я, наконец, поговорила с Раинелем насчет косметики. Рыжий обрадовался и стал рассказывать, что у него есть сейчас, а что он может сварить. В лаборатории эльфа, перенюхав не меньше дюжины всяких флакончиков, я выбрала туалетную воду, потом, покопавшись, пару кремов и местную помаду. Раинель расстроился, мол, маловато взяла, но мне нечем было платить за все это добро, а брать просто так я не привыкла. Я знала, что эльф много времени проводит в лаборатории, изготавливая всевозможные зелья. Каждая баночка дорого стоит и многое сделано под заказ. Если я что-то возьму, Раинелю придется снова это готовить, а мне не хотелось его сильно утруждать.

Так же эльф признался, что у него действительно есть веснушки. Причем, сказал это таким похоронным тоном, как будто признавался прокурору в страшном преступлении.

— Как же здорово! — с восторгом заявила я. — А ты можешь не замазывать их? Очень хочется посмотреть. У нас про человека с веснушками говорят, что он солнцем поцелованный.

Раинель полминуты хлопал глазами, а потом, наконец, сообразил, что я над ним не смеюсь, а действительно не считаю веснушки уродством.

После этого речь зашла о волшебном канариле. Что это такое, я слабо представляла, но по всем рассказам выходило, что это буквально чудодейственное средство. Эльф поведал историю о том, как некая дама год мазалась канарилом и даже успела выйти замуж. Только счастье было недолгим: мазь закончилась вскоре после свадьбы, и новоиспеченный муж, увидев супругу без боевой раскраски, заработал заикание, а потом сбежал на границу только бы не видеть обожаемую жену.

Мне очень хотелось посмотреть на то, как действует этот хваленый канарил, но веснушки у Раинеля не будут появляться еще дня два, а у меня никаких прыщей, родинок или шрамов не было.

— А давай ты покажешь на Лине? — предложила я.

Раинель с энтузиазмом поддержал эту идею. Лину мы вызвали в мою комнату, где попросили поучаствовать в эксперименте. Служанка согласилась. Наверное, мы выглядели сущими детьми, но Раинелю хотелось похвалиться своими умениями, а мне — увидеть волшебство. Каждый раз, когда кто-то магичил, я с удовольствием следила за результатом, чувствуя себя маленькой девочкой на цирковом представлении.

И вот сейчас после того, как эльф нанес на лицо Лины небольшую порцию крема, прошло всего несколько минут, а морщины немолодой женщины разгладились, кожа подтянулась и порозовела. Служанка сразу помолодела лет на пятнадцать.

— Лина, какая ты хорошенькая! — воскликнула я. Она и так не была особенно страшной, но с канарилом стала просто красавицей.

Служанке явно понравился мой искренний комплимент, и она, отговорившись делами, вышла из комнаты. Судя по тому, как блестели её глаза, побежала хвастаться супругам.

— Оля, а ты завтра будешь с нами тренироваться? — спросил Раинель, когда служанка нас оставила.

— Нет, Амран сказал, что вы будете слишком отвлекаться, поэтому у нас с вами будут разные программы, — пожала плечами я.

Эльф хотел что-то ответить, но вдруг резко нахмурился и сказал явно не то, что собирался:

— Уорн зовет всех в кабинет, это что-то срочное.

Я решила, что пойду с Раинелем. Если меня не звали, вернусь обратно.

Когда мы подошли к двери кабинета, келрит уже стоял возле стола и задумчиво рассматривал кусок темно-желтого пергамента. Я уже знала, что на таких тут пишут официальные документы: приказы, разрешения, завещания и так далее. Уорн сидел за столом и, нахмурившись, смотрел прямо перед собой.

— Оля, — сказал он, сфокусировав на мне взгляд, — хорошо, что ты пришла. Дело напрямую тебя касается. Придется нам с тобой завтра покинуть поместье.

— Что случилось? — нахмурилась я.

— Императрица одобрила твое вхождение в мой род… — медленно произнес Уорн.

— Но ведь это хорошо!

— Кроме одобрения, императрица сделала ценный подарок. Графство Ренивер. Пришел приказ на присвоение тебе титула, — василиск кивнул на бумаги в руках Амрана, и келрит протянул их мне.

— Ольга де Илей, графиня Ренивер, — прочитала я вслух, — Да, ладно! Из меня графиня, как балерина из бегемота. Этикета не знаю, не разбираюсь в геральдике, даже читаю с трудом! Какая из меня аристократка?

— Быть аристократом — это не значит следовать этикету, — сказал Уорн. — Быть аристократом — значит, быть самым достойным среди равных. С раириша слово «аристократ» переводится как «тот, за которым идут»

— Не знаю уж, кто за мной пойдет, — пробормотала я себе под нос, — И мы должны прибыть во дворец, чтобы поблагодарить её величество?

— Нет, это не срочно, но вот в бывшее поместье де Мелей нам надо попасть завтра. Это самый поздний срок, — ответил нечто непонятное Уорн.

— Почему? — я растеряно опустилась на диван.

— Изящное решение, — задумчиво заключил Амран, и начал объяснять, — графство Ренивер — лакомый кусочек. Столица графства — город Ренивер — один из самых крупных портов в империи. Богатый город, с бойкой торговлей. Правда, и всякого сброда там достаточно. Пираты, контрабандисты, торговцы разных мастей, охотники на мутантов пустоши и тому подобное.

— Пустошь? — надо уточнить, ведь, похоже, это теперь мои владения.

— Да, сожженные земли. — подтвердил Амран. — Чтобы разобраться со всем этим, нужна твердая рука, но лорды Делирен и Итрис де Мелей их жена и дети мертвы. Самые ближайшие родственники лорд де Сорде и его племянник не могут получить власть. Де Сорде исчез, а его племянник осужден и приговорен к пожизненному рабству в рудниках. Все остальные роды приходятся слишком дальней родней. Императрица могла бы выбрать один из родов и отдать графство им, но среди них нет такого, что способен навести порядок. Есть достойные и верные, но денег и опыта не хватает. Род де Илей в этой связи — самый лучший вариант. Патария уверенна в том, что Уорн справится со всем. Да и недовольство более мелких родов сразу отсекается: графство отдается не кому-нибудь, а избраннице богини. Никто не будет оспаривать такое решение. Изящный ход.

— Это замечательно, но причем тут я? — откровенно говоря, эти хитросплетения интриг меня начали раздражать.

— Поскольку твое вступление в род одобрено, то ты, как глава рода, обязана утвердить свою власть над доменом, а именно наполнить и связать артефакты де Мелей своей кровью, — как нечто само собой разумеющееся сказал Амран.

— Я?! Как глава рода?! — у меня голова шла кругом. — Но ведь глава рода Уорн! А я просто почетный член, или что-то типа того!

— Ты — глава рода! — укоризненно посмотрел на меня келрит, — я же рассказывал тебе, что главой рода почти всегда являются женщины. Даже, если девочка маленькая, назначается опекун, но именно она считается главой! Раз ты теперь в роду де Илей, то ты — глава.

— Так… — я помассировала виски — а можно взять самоотвод? Написать какую-то бумажку, что отказываюсь и всей полнотой власти наделяю Уорна? Пусть он командует пиратами и охотниками на нежить?

— А что будет делать почетный член? — вставил Лоран, едва сдерживаясь, чтобы не заржать.

— Вдохновлять на подвиги! — мне было не до смеха. Я еле смирилась с участью избранницы Орнии, а тут глава рода и графство!

— Главу рода могут лишить занимаемой должности, — снова взял слово Уорн, — например, если она окажется душевнобольной, слабоумной или замешанной в заговоре против власти. Это явно не про тебя. Нет ничего страшного в том, чтобы быть главой. Делегировать часть полномочий разумным, которым ты доверяешь, и проверять работу время от времени. От тебя требуется только раз в два года напитывать кровью родовые артефакты. Их немного, крови нужно буквально несколько капель.

— Хорошо, — кивнула я. — Раз должность главы номинальная, побуду главой. Заряжу артефакты, если это так надо, но зачем ехать завтра?

— Из-за родовых артефактов, которые надо перенастроить на тебя, — развел руками Амран. — Род де Мелей прерван, прошло уже почти две дюжины дней с момента смерти бывших владельцев. Завтра — последний день, когда можно перенастроить артефакты на новую кровь. Если этого не сделать, артефакты могут разрушиться, и не известно к каким последствиям это приведет.

— Мне не хочется тащить тебя в это место. — Уорн поставил локти на стол и сложил ладони домиком. — Усадьбу де Мелей частично сожгли и разрушили. Да, я знаю, каким образом совершено нападение, как преступники проникли туда, знаю, кто это сделал. Но это место не защищено достаточно хорошо, чтобы я мог быть спокоен за твою безопасность. С другой стороны, весь процесс не должен занять много времени: ран или два, вряд ли больше. Телепортируемся туда, зарядим артефакты, а потом сразу домой.

— А можно кровь у меня сцедить, а потом переместиться в Ренивер и залить в эти артефакты? — предложила я, но Амран покачал головой. — Тогда другого выхода нет. Мне надо как-то готовиться?

— Нет, все приготовит Лина, — ответил василиск. — Если хочешь, возьми книги. Пока мы будем напитывать магией кристаллы, у тебя будет время почитать.

Я кивнула, а Уорн продолжил после небольшой паузы:

— Оля, ты заметила, что сегодня твое тело полностью потеряло зеленую окраску?

— Вообще-то оно еще вчера вечером потеряло, — сказала я, — да и последние дни было лишь едва зеленым.

— Верно, но окончательно магия из тела вышла только сегодня. Раинель проверил: в тебе нет магии, — вмешался Амран, — утром я заметил изменения, но решил подождать побратимов, чтобы быть уверенным.

Вспомнилось, как утром келрит на меня посмотрел, видимо, тогда и определил, но решил не говорить.

— То есть мое тело больше не будет меняться? — эх, хотелось все же, чтобы грудь доросла до третьего размера, но видно не судьба.

— Будет немного, но не под воздействием магии, а естественным образом. — пояснил Уорн и, помолчав, добавил, — с этого дня можно проводить завершающий ритуал. В любое время.

У меня в животе как будто ледяной комок образовался. «Нет, нет, я еще не готова!» — орали тараканы в панике, но я постаралась спокойно ответить:

— А опасность с выездом в поместье де Мелей серьёзная? Вам сейчас нужны силы?

Как ни старалась, но конец фразы проговорила шепотом. А потом сразу на себя разозлилась. Какого фига, я боюсь? Рано или поздно это произойдет.

— Не знаю, — подумав, сказал Уорн, — с новыми силами было бы спокойней. В целом, я не вижу серьёзной опасности для тебя. Но решать тебе.

Хорошо сказать: решать мне. Что делать? Я представила, что через час каждый из них будет заниматься сексом со мной, а другие смотреть. Уши загорелись от стыда. Да, я уже давно не девочка и разумом понимаю, что у них тут другая мораль и групповуха в порядке вещей, но отключить стыд по желанию, не получается. Весь этот разговор вызывал у меня только чувство неловкости. Уорна я почти не знаю, он нравится мне, но прямо сейчас лечь с ним постель, чувствовать, как он будет… что? Я даже не знаю, как он поведет себя, не знаю, каков он под ледяной маской.

Пока я обдумывала ответ, в комнате стояла сосредоточенная тишина. От Лорана явно веяло надеждой и ожиданием, от Раинеля — заинтересованностью, от Амрана шло доброжелательное спокойствие.

— Я не готова, — озвучила решение, — если нет серьёзной опасности, то не думаю, что надо проводить обряд.

Не сказать, что я ожидала разочарования от мужчин, но прислушивалась к их чувствам настороженно.

— Не страшно, — ответил Лоран и, придвинувшись, обнял меня за плечи, — мы подождем.

Никакого возмущения или недовольства в чувствах побратимов не было.

— Спасибо, что поняли, — тихо сказала я.

— Оля, — вдруг вспомнил Лоран, — у меня есть книга по магии. Там понятно написано про родовые артефакты. Может, возьмешь с собой, почитаешь? По крайней мере, в теории поймешь, чем мы будем заниматься в поместье.

Конечно, я согласилась, и через пару минут мы уже спускались в лабораторию некроманта.