Глава двенадцатая

Найнрона

С организацией секретного задания от академии бармен не подвёл. Нас четверых отправили изучать колыхание грани миров, похоже, самим нашим сатиром и созданное. Со стороны всё выглядело радужнее некуда: несколько дней в тёплой компании в отдалении от столицы, но на деле поездка эта означала скорую разлуку. С пятнадцатичасьем, с волшебством и с Дилиасом.

Я страшно жалела, что вряд ли смогу прихватить что-то из этого мира. Например, мою с Дилиасом фотографию. Пусть у меня была бы только карточка, где мой охотник обнимает белокурую вредную тётку, всё равно лучше, чем ничего. Человеческий разум умеет играть злые шутки: пройдёт время, дорогие черты сотрутся из памяти, и останется только глухая, едва заметная тоска. А так можно было бы поглядывать хотя бы одним глазком.

Наш путь лежал в особняк-музей Древа всех времён. Если верить картинке, оно напоминало дерево баньян — много-много маленьких стволов, спускающихся к земле от толстых ветвей. В эти осенние дни Древо одаривало последними в году плодами: нежно-фиолетовыми, похожими на сливы сочными кругляшками. В путеводителе было описания вкуса, но я так и не поняла, на который из знакомых фруктов он похож. Ничего! Попробую — разберусь.

Сейчас особняк был закрыт для посетителей. Засыпая на зиму, Древо любило почудить. Наводило на нежданных гостей морок, вызывало к жизни опасных существ, превращая музей в смертельный аттракцион страхов и преодоления себя. Я, правда, боялась несильно. По сравнению с преследовавшим меня духом все остальные казались несущественной мелочью, да и Дилиас обещал быть рядом. Мы даже ночевать собирались в одной комнате. Отчего-то верилось, что мой охотник не даст меня в обиду.

Я придирчиво перебирала вещи: хотелось поразить любовника, оставить приятный след в его душе. Вряд ли вернувшаяся Найнрона будет также благосклонна к нему. Дилиас всем хорош: и происхождением, и послужным списком, и внешностью, но денег для настоящей госпожи Берт у него недостаточно. Королевство маленькое, она, похоже, как мачеха Золушки давно сочла, что ей негде разгуляться.

Наконец я уложила сумку и поспешила на выход из комнаты. Дилиас собирался заехать куда-то по делам, и мы договорились встретиться уже в особняке. Альшана с Аллардом и вовсе как забыли о нашем существовании, были слишком поглощены друг другом. Я заранее сочувствовала Паше, он-то, похоже, не годится ректору даже в подмётки. Катя сотрёт его в порошок. Павлик ответит и за то, в чём виноват, и за то, в чём не виноват вовсе.

Мне оставили открытый портал из приемной ректора. И, помедлив около него немного, будто он вёл не в особняк, а уже напрямую домой, я зажмурилась и шагнула.

Вышла в огромном, больше похожем на холл какого-нибудь театра, помещении. Здесь царил полумрак. Сквозь длинные арочные окна приходило мало света: на улице лил дождь, а проникающие через облака лучи ловила в плен пожелтевшая листва садовых деревьев. Я поежилась от прохлады. Откуда-то сквозило. Пахло подгнившей травой и сыростью осеннего дня.

— Самое место духу явится по твою душу, — зловеще возвестили из-за спины знакомым голосом, и мое глупое сердце забегало чаще.

Я поставила сумку на пол и обернулась. Тут же оказалась в объятиях самого лучшего мужчины пятнадцатичасья! Потёрлась носом о его плечо, вдохнула привычный аромат лимонной свежести с перцовой ноткой.

— А разве доблестный охотник не защитит свою подругу юности? — осторожно, почти невесомо коснулась его губ.

Дилиас посмотрел мне в глаза, и я невольно улыбнулась. Никогда ни один мужчина не смотрел на меня с такой нежностью. Чертовски приятно было купаться в его любви.

— Доблестный охотник готов защищать подругу до последнего вздоха, — он вернул поцелуй. — Но только после постели… Сначала плата — потом защита.

Я покачала головой. Вот же шалопай! Дилиас погладил меня по волосам и, запечатлев на губах ещё один поцелуй, выпустил из объятий и потянулся к сумке.

— Пойдём, там уже накрыли ужин. Все в сборе. Ждём только тебя. Все дела завтра. А сегодня у меня для тебя отдельный сюрприз.

Он направился к почти незаметной тяжелой двери в дальнем углу зала.

— Что за сюрприз? — я облизнулась, предвкушая, подозреваю, совсем не то, что он приготовил. Догнала Дилиаса и тот заботливо взял меня под локоть.

— Я принёс фолиант древних. Позаимствовал ненадолго. Своим солгал, что книга нужна для исследований грани миров. Ты, помнится, хотела увидеть её.

Я почувствовала, как у меня потеют ладони, а по спине пробегает холодок. Пока не было этой книги, всё походило на игру, а теперь нам с сестрой точно придётся вернуться домой…

— Зачем ты принес её? — еле слышно выдавила я.

Он остановился и снова заглянул в глаза. Улыбнулся.

— Не бойся! — сказал будто успокаивал малыша. — Пока мы не проводим над ней никаких ритуалов, ничего не случится.

Я тяжело проглотила слюну и нахмурилась.

— А какие ритуалы можно с ней провести?

— Можно открыть портал в другой мир, — усмехнулся Дилиас и подмигнул: — Вокруг полно интересных мест. С помощью книги и пожирателя можно отворить проход к мёртвому богу и воскресить его. А можно просто навызывать каких-нибудь опасных духов. В общем, прорва вещей, чтобы разнообразить отдых. Хотя никто, подозреваю, не пробовал. Мы слишком трусливы для настоящей авантюры.

— А ты был в других мирах? — прищурилась я. В душе зашевелилась надежда: вдруг Дилиаса можно взять с собой? Да, там я совсем другая, не видная яркая блондинка, а обычная средняя по всем статьям студентка, но если надо, я смогла бы стать лучше. Для него.

Он будто уловил мою неуверенность. Осторожно погладил по щеке и нежно поцеловал.

— Что ты? Собралась от меня сбежать? Не выйдет! Найду даже там и верну сюда… Тем более в чужом мире долго нельзя, — он чмокнул меня в нос. — В книге написано, как только связь между мирами разорвется, ты погибнешь.

Я неловко улыбнулась. Смерти Дилиаса точно не хотелось.

— Пойдём, будешь рассказывать свои байки за столом, — я взяла его под руку и подтолкнула вперед. Охотник поцеловал меня в макушку.

— Как скажешь, моя сладкая бестия.

Я довольно прикрыла глаза. Как же было хорошо рядом с этим мужчиной! И как жаль будет с ним расставаться!

Мы вышли из зала, миновали довольно широкий, пахнущий сыростью коридор и поднялись по винтовой лестнице в жилую часть особняка. Ещё на подходе к столовой, в облицованном нежно-розовым мрамором проходе я уловила запах малины. Неужели тот самый десерт, что так и не удалось отведать на моем дне рождения? Наверное, самое время узнать, что же всё-таки так благоухает.

Как и следовало ожидать, Альшана-Катя и мой бывший ни на кого не обращали внимания. Катя мурлыкала ему что-то на ухо, а Аллард улыбался как облопавшийся сметаны котёнок. Я отвела взгляд. Ещё не хватало, чтобы Дилиас приревновал! Он и так смотрел на меня волком, когда два дня назад мы с Аллардом обговаривали наш разрыв.

Мы уселись за стол и приступили к трапезе. Нет, малиной пах не десерт! Соус к мясу. Кисло-сладкий, тягучий и вязкий, но очень приятный. Я осторожно гладила под столом ногу Дилиаса своей и поглощала кусочки похожего на жареную свинину жаркого. Прикрывала глаза, радуясь тому, что всё хорошо. Вкусная еда, приятный мужчина рядом, ночь обещает быть горячее некуда. Что ещё надо?

Идиллию испортил решивший поддержать светскую беседу Аллард. Я и не поняла толком, что он сказал, а Дилиас уже похоже мысленно встал в стойку и ринулся в несуществующий бой.

— Я бы тоже с удовольствием взглянул на фолиант древних, — промурлыкал Аллард, и мне отчего-то захотелось ударить его. Всё было так хорошо! А теперь я снова вспомнила про возращение домой, расставание и напрасную ревность Дилиаса.

— Это можно, — нехорошо улыбнулся мой охотник, и я опустила под стол руку и осторожно и нежно принялась поглаживать его бедро. Хотелось, чтобы он хотя бы не ревновал. Но мужчина, похоже, не обратил на меня внимания. — После ужина поднимусь за ним в комнату, — продолжил он невозмутимо: — Можем даже прогуляться вместе с фолиантом к Древу всех времён. Говорят, именно там надо читать заклинание, открывающее путь к мертвому богу.

— Мальчишество, — усмехнулся Аллард. — Все знают, что это россказни и выдумки. Фолиант древних, безусловно, книга ценная, но великой силы за ней немного. Думаю, опасного духа с ней вызвать вполне можно, даже можно открыть портал в другой мир, а вот пройти по нему уже тяжело. Работай это как положено, у нас бы было полно гостей отовсюду. А тут только мы. А про бога это и вовсе легенда… Причём ваша, охотничья…

— Может и так, — примирительно согласился Дилиас. Я вздохнула с облегчением, наконец-то подействовали мои настойчивые поглаживания. Охотник потёр подбородок, прожевал ещё кусок мяса и задумчиво продолжил: — Но мне кажется, зря бы такие слухи не появились, да и во многих источниках этот факт есть. Я бы предложил попробовать хотя бы открыть портал в другой мир, но не знаю, насколько это безопасно…

— Я бы тоже не стал рисковать, — улыбнулся Аллард. — Но книгу бы посмотрел. Интересно. Охотники так тщательно прячут её…

— Посмотрим непременно, — пообещал Дилиас.

Я поймала взгляд Альшаны-Кати. Сестра явно что-то задумала. Такое выражение лица у нее было, когда она собиралась или обмануть родителей, или что-то от них скрыть, в общем, как-то набедокурить.

Альшана

За ужином я жадно ловила каждое слово. Когда Дилиас предложил попробовать открыть портал в другой мир, я почувствовала, как всё внутри меня замирает. Значит, здесь знают о существовании других миров! А может, это к лучшему? Легче будет признаться во всём, что происходит. Но вдруг, узнав всё, Аллард и Дилиас отправят нас восвояси? Отмахнулась от грустных мыслей и продолжила вслушиваться в разговор.

Неожиданно на ум пришла авантюрная идея. Нам с Найнроной-Леной нужно первыми добраться до книги и поискать заклинания, которые помогут нам хотя бы задержаться тут ещё на какое-то время. Вот только как избавиться от ухажёров? Особенно когда не очень хочется этого делать.

Заметила, что сестра пристально поглядывает на меня, и украдкой улыбнулась ей. Уверена, она поняла, что я что-то задумала и поможет мне. Внутри Найнроны Лена осталась Леной, и это очень радовало. Но я не могла не признаться, что сестре шел её новый образ: внешности, жизни. У неё появились новые привычки, Лена стала рассуждать и действовать рискованнее. Вспомнить хотя бы зачёт, который она ходила пересдавать раз за разом. А теперь всё иначе. А у меня? У меня появился шанс вновь испытать прекрасное чувство настоящей любви, прожить заново некоторые моменты и понять, что жизнь не ограничивается свадьбой. Даже если, когда Аллард узнает правду, мы расстанемся, я буду с трепетом вспоминать дни, проведённые вместе.

— Кто-то сильно увлёкся вкусным ужином, — мурлыкнул Аллард, обдавая моё ухо жарким дыханием.

— Но правда очень вкусно, — лукаво улыбнулась я.

— Впереди ещё десерт, — Аллард выделил последнее слово.

У меня внутри всё затрепетало, я не смогла сдержать вздоха.

— Если мне понравится, попрошу добавки, — с намёком проговорила я. — Но пока, — я перевела взгляд на сестру и охотника, — я бы побольше послушала о прогулке к Древу всех времён. Что вообще представляет из себя это Древо?

— Альшана, — прищурился Дилиас, — это каждый младенец знает.

— Я быстро выросла, — усмехнулась я, пронзая охотника взором. — Может есть что-то, чего младенцам знать не дано?

Он опустил руку под стол и медленно выдохнул. Неужели его до сих пор задевало присутствие Альшаны? Или здесь кроется что-то ещё? Дилиас пронзил меня нечитаемым взглядом.

— Ствол древа — это основа мироздания. От него расходятся ветви — миры. Они окружены листьями — память миров, она же завеса. Иногда листья соприкасаются, и тогда между мирами устанавливается связь, которой могут воспользоваться злые духи и пройти из одного мира в другой. Что очень вредит и листьям, и ветвям. Как видишь, — он послал мне ехидный взор, — у охотников те же легенды.

— Считается, — поддержал разговор Аллард, чем очень меня выручил, — что духи витают между листьями и ветвями и не могут попасть ни в один из миров. Но очень хотят. Единственное, что им доступно — цепляться за временны́е нити и связываться с кем-то в одном из миров.

— А как попасть к нему? — словно невзначай спросила я.

— К Древу ведут несколько троп, — продолжил Дилиас, — но их требуется ещё открыть. Кажется, в нашем задании это уже вопрос решенный, — на этих словах он вопросительно взглянул на Алларда.

— Я проверю, — кивнул ректор. — Если нам предоставили проход, то мы можем хоть сейчас туда отправиться.

— А если нет? — с затаённой надеждой спросила я.

— То нам с Дилиасом придётся его настроить, — ответил Аллард, ласково посмотрев на меня.

— Так может проверить это прямо сейчас? — включилась в разговор Найнрона-Лена.

Мужчины обменялись взглядами и синхронно поднялись. Аллард чмокнул меня в щёку, Дилиас шепнул что-то Найнроне, вышли из столовой. Выждав какое-то время сестра требовательно взглянула на меня.

— Ну и что ты задумала? — Лена откинулась на бархатную спинку стула и пронзила меня взором.

— Иди за мной, — поднялась я.

Сестра догнала меня в дверях и одёрнула за руку.

— Ну так что? — зашептала она, осматриваясь по сторонам.

— Хочу попробовать посмотреть фолиант, пока Аллард и Дилиас далеко, — пояснила я, ища коридор в спальню Найнроны и охотника. Что-то подсказывало, что эта парочка поселилась вместе.

— Но книгу могут читать только четверо магов, — наставительно напомнила сестра, скривив губы.

Да, об этом я не подумала. Ну ничего, у нас есть один негласный помощник, который просто обязан нам помочь её прочитать.

Отыскав нужную дверь, я попыталась повернуть круглую ручку, но замок не поддался. Найнрона с любимой Лениной ухмылкой отодвинула меня за спину и спокойно прошла в спальню.

Я втянула носом аромат женских духов со смесью мужского одеколона и переступила порог. На глаза сразу попалась огромная двуспальная кровать, идеально заправленная цветным пледом.

— Ты видела, где Дилиас прячет фолиант? — постаралась переключиться я на дело.

Сестра задумчиво нахмурила брови и мотнула головой.

— Он не показывал мне его, — протянула она, осматриваясь.

— В шкафу, в вещах? Под матрасом? — стала перечислять я места, удобные для сокрытия ценной книги.

Найнрона-Лена саркастично скривила губы.

— Ты лучше его знаешь, — примирительно произнесла я.

— У него в чемодане была тёмная сумка из грубой ткани, — сестра щелкнула пальцами. — Я видела, куда он её убрал.

Лена опустилась на пол и запустила руку под кровать. Немного попыхтев, вытащила потёртый от времени коричневый чемодан с крупными застёжками. Осторожно щелкнула затворами и откинула крышку. Внутри оказалось пусто.

— Может, он перепрятал? — предположила я, присаживаясь рядом.

— Не-ет, — протянула сестра, — Дилиас куда серьёзнее, чем кажется. Он должен быть уверен, что фолиант всегда рядом. А что, если…

Она стала ощупывать чемодан, дергать за пуговицы и проверять карманы. Спустя какое-то время, Лена удивлённо взглянула на меня и потянула за неприметный шнурок, торчащий из угла. Следом за ним отвернулось тканевое дно, открыв углубление, в котором лежал прямоугольный тканевый свёрток.

Дрожащими руками Лена достала находку и развернула тряпицу. Нашим взорам предстала толстая книга в чёрном кожаном переплёте, инкрустированном драгоценными камнями.

— Это она? — прошептала я, боясь спугнуть удачу.

— Наверное, — сестра прикусила губу.

Мы пересели на кровать, Лена положила книгу на колени и открыла её.

— Что это? — я непонимающе хлопнула глазами.

Пожелтевшие страницы оказались пусты! Абсолютно. Ни строчки, ни буквы, ни завитушки.

— Может, это и есть та самая защита, о которой говорил бармен? — предположила сестра. — Для чтения книга доступна только когда её держат все четверо. А значит, — она подняла на меня взор, — без Диллиаса и Алларда нам её не прочесть.

— С ними тем более, — устало вздохнула я. — Они не дадут нам отыскать и использовать нужное заклинание. Сразу начнутся вопросы.

— Они и так начнутся, — печально бросила Найнрона, поджимая губы.

Я взяла сестру за руку и ободряюще улыбнулась.

— Я знаю, что тебя тревожит. У меня тоже сердце не на месте, когда представляю, что мы возвращаемся домой. Да, там хорошо, там наша жизнь, родители, друзья. Телевизоры, наконец, — усмехнулась я. — Но здесь нам действительно представилась возможность взглянуть на себя со стороны. Понять, что наши проблемы не такие уж и проблемные. И пережить кое-какие моменты заново. Но как подумаю, что Аллард и Диллиас узнают, что мы не мы… в холодный пот бросает.

Положила голову сестре на плечо и тяжело вздохнула, уловив, как Найнрона-Лена вздыхает в ответ.

— А может, ну это всё? — предложила она. — Проживём сколько сможем, насладимся радостями, добавим щепотку счастья в жизнь наших мужчин.

— А потом оставим им тайну нашей смерти, которую они будут разгадывать всю свою жизнь, — рассмеялась я.

— Зато они останутся нам верны, — поддержала смехом Лена.

— Значит, — словно заговорщик подмигнула я, кладя руку на корешок книги и закрывая её, — не будем ничего делать.

— Что это вы ещё удумали! — разнесся громом по спальне до противности знакомый голос.

Но не было ни вспышек молний, ни тумана. Бармен тихо проявился в воздухе и завис в паре сантиметров над полом. Неужели он боится, что его обнаружат?

— Явился, — скривилась Найнрона-Лена. — Ты за нами следишь?

— Приходится! — недовольно фыркнул сатир. — Вы тут решили покончить жизнь самоубийством.

— Мы решили, — возмутилась я, — пожить для себя! И это было наше желание попасть сюда. А значит, мы вправе делать то, что душа желает.

Найнрона-Лена активно закивала, скрещивая руки на книге.

— Ах вот оно что, — прищурился рыжеволосый. — А чего душа пожелает, когда ваши кавалеры узнают правду?

— Ты не посмеешь! — сестра подскочила на ноги.

— Тогда и тебе не жить! — я поднялась следом. — Если правда всплывёт, то от начала и до конца. Мальчики узнают и о твоём существовании тоже. Как думаешь, что с тобой сотворят самый сильный охотник и маг-управленец?

Бармен шумно сглотнул и даже попятился. Теперь он взирал на нас затравленно, но его тёмные глаза выдавали мрачные мысли, витающие в голове.

— Вы-то может и не хотите домой, — наконец произнес он, — а вот настоящие Найнрона и Альшана, запертые в ваших телах, очень-очень хотят вернуться. И вот-вот сойдут с ума и признаются во всём родителям. А в вашем мире в попаданок не верят. Сами понимаете, чем это грозит. Да и в конце концов, — он всплеснул руками, — вы не имеете права принимать за них решение, где кому жить.

Мы с сетрой переглянулись. А этот… сатир знает по каким местам бить больнее. К сожалению, он прав. У Найнроны на глаза выступили слёзы. Я до боли вонзила ногти в ладони и зло взглянула на духа.

— Помоги нам прочитать книгу без охотника и ректора, — сделала глубокий вздох, чувствуя, что расплачусь. — Чтобы они не догадались о нашей задумке.