Глава четырнадцатая

Альшана

Я боялась не то что смотреть — дышать в сторону Алларда! Прекрасно понимала, что вот сейчас наступил именно тот момент, когда пора признаваться во всём. Но в рот словно раскаленный металл налили, а на плечи положили огромный неподъёмный камень. Устало выдохнула и подняла на любимого мужчину взгляд. Поймала его пробирающий до дрожи взор и подавилась воздухом.

— Мы вам всё объясним, — нашла в себе силы Найнрона-Лена.

— А у вас выбора нет, — холодно подытожил ректор. — Тайно взять фолиант древних, прийти к Древу и открыть портал для пожирателя миров…

— Какой портал? — испуганно перебила его сестра.

— Мы думали, что это портал в наш мир! — выпалила я и мгновенно осеклась.

Лица мужчин вытянулись, а рты приоткрылись. На миг показалось, что кого-то из них сейчас инфаркт хватит. Я рванула к сестре, но Аллард перехватил меня. Прижал к себе и прошептал заклинание. Глаза резанул яркий свет, а через миг мы уже сидели в столовой. Дилиас отодвинул два стула и немного грубовато усадил на него Найнрону-Лену. Понимая, что такое обращение ждёт и меня, быстро опустилась на своё место, сложив ладони на коленях.

Мы с сестрой напоминали двух нашкодивших школьниц в кабинете злого директора. Где ещё присутствует злой полицейский.

— Я чувствовал, что что-то не так, — зашипел охотник, вставая перед нами и скрещивая руки на груди. — Начнём сначала. Кто вы такие?

Я обречённо посмотрела на сестру. Та медленно кивнула. Набрав в грудь побольше воздуха, я стала рассказывать:

— Меня зовут Катя, а это моя младшая сестра Лена. Мы из мира под названием Земля, — затем я пересказала про наши посиделки в баре, странный коктейль от бармена и пробуждение в чужих телах. — Сатир сказал, что из-за путаницы с телами, — поймав непонимающий взор Алларда добавила, — мне двадцать восемь, Лене девятнадцать. Мы должны были попасть в тела своих сверстниц, но произошла ошибка. И из-за этой ошибки нам необходимо открыть портал и вернуться обратно в свой мир, иначе погибнем и мы и этот мир, — почувствовала, как в уголках глаз скапливаются слёзы и с трудом продолжила: — Клянусь, мы не знали ничего о пожирателе.

Повисла гнетущая, удушающая тишина. Мужчины обменялись взглядами.

— Где настоящие Найнрона и Альшана? — отстранённо спросил Аллард.

Его равнодушный тон словно раскалённый кинжал резанул по сердцу. Я боялась даже мысль допустить, что из-за правды обо мне его чувства угасли и ректор вновь затоскует по настоящей Найнроне.

— Они в нашем мире, в наших телах, — ответила за меня Найнрона-Лена. — Дух сказал, что они тоже хотят попасть обратно. Но в том мире нет магии, они бы не смогли открыть портал. Мы правда ни о чём не знали!

— В какой-то момент даже решились отказаться от возвращения домой, — я почувствовала, как по щеке скатывается слеза. — Но мы не имели права распоряжаться и чужими жизнями. Пожалуйста, поверьте, мы не хотели ничего плохого.

Аллард запустил пальцы в растрёпанные волосы. Дилиас описал круг по столовой, задумчиво поглядывая на нас.

— Вы правда не знали, что попались на уловку слуги пожирателя миров? — спросил он, вновь становясь перед нами.

Мы с Найнроной-Леной отрицательно замотали головами.

— Но вы так хорошо вписались в жизнь девушек, — протянул Аллард.

— У нас осталась так называемая память тел, — пояснила я. — Обрывки воспоминаний, действий.

Неожиданно Дилиас рассмеялся.

— Ах, память тел! — наконец проговорил он. — Тогда почему же вас не насторожило, что Найнрона уже пыталась завладеть фолиантом? Или опять притворяетесь, что не знаете, для чего он был ей нужен?

Я хлопнула ресничками и непонимающе взглянула на сестру. Она пожала плечами.

— Я ничего об этом не помню, — растерянно произнесла она, пожимая плечами.

— А спор помнишь? — прищурился охотник. — Наши ставки, если Альшана согласится на все условия контракта?

Сестру заколотило. Я присмотрелась к ней внимательнее и вдруг поняла — она не может вспомнить!

— Не могу, — подтвердила мою догадку Найнрона, — не могу. Я обещала деньги, ты книгу, а для чего она мне… не помню…

Веселье вмиг пропало с лица охотника. Он склонился над Леной, пристально вглядываясь ей в глаза.

— Аллард, — бросил Дилиас через плечо, — кажется, здесь нужна твоя магия.

Перешёл ко мне и также пристально вгляделся в моё лицо.

— Что происходит? — прошептала я, попытавшись подняться. Но охотник опустил мне на плечо свою тяжёлую ладонь.

— Ты помнишь, что Альшана просила у меня книгу?

— Д-да, — запинаясь, ответила я.

— А зачем? — продолжил допытываться он.

Я прислушалась к ощущениям, но память тела упорно молчала. Мотнула головой.

— Совсем ничего.

Дилиас отошёл, его место занял Аллард. Скрестил пальцы у меня над головой и что-то монотонно тихо запел. По столовой поплыл приторный запах карамели, затем мяты. Я не выдержала и закашлялась. Взглянула на Найнрону. Сестра дышала с трудом.

— Аллард? — с надеждой взглянула на мужчину.

— Хозяйкам ваших тел умело подделали память, — пояснил он. — Я пытаюсь вернуть воспоминания. Но мне потребуется время. Конечно, медиум справился бы лучше и быстрее.

— Но ведь медиум у нас есть! — Дилиас подарил мне ехидную улыбку.

Я проглотила ком, тяжело задышав. Аллард опустился передо мной и взял за руки. Его тёплое нежное прикосновение немного успокоило. Жаль, нет времени насладиться этим моментом.

— Альшана, — сказал он и вдруг запнулся, — или правильно — Катя?

— Как тебе привычнее, — улыбнулась я. — Да хоть тапком обзови, только держи, только не отпускай.

Аллард наконец улыбнулся.

— Я буду читать заклинание, а ты повторяй за мной. Слово в слово. С той же интонацией.

Я быстро закивала и сильнее сжала его ладони. Аллард прикрыл глаза, я повторила за ним. Уловила тихие слова, произнесённые нараспев, произнесла всё до звука. Голова закружилась, во рту пересохло, показалось, что я не сижу, а парю. А затем словно издалека приблизилась картинка.

Найнрона и Альшана гуляли по городу. Кузины казались расстроенными: Фламб получила известие о свадьбе, а Берт очередной неоплаченный счёт. Неожиданно путь им преградил рыжебородый сатир. Завязался разговор. Бармен обещал решить все проблемы девушек в обмен на фолиант. Давил, как и на нас, используя слабости каждой: материальные трудности и отсутствие любви. Дальше кто-то включил быструю перемотку… и вот уже знакомая столовая. В ней Найнрона предлагает Дилиасу спор, а Альшана стоит за дверью и слушает. Но в душе девушки поселился страх. Она уже знала, что сатиру доверять нельзя. Бежала в столовую помешать сестре заключить пари, но опоздала! И с тяжёлым сердцем решилась испортить всё, сжечь все мосты, только бы дух не добрался до книги! И Найнрона на самом деле обиделась не по тому, что кузина расторгла свадьбу, а потому что Альшана действовала в одиночку. И их ссора всего лишь ширма, прикрытие!

Я широко распахнула глаза, делая глубокие вдохи. Стёртые воспоминания обрушились на меня ледяным водопадом. Я взглянула на белую как снег Найнрону-Лену.

— Вот же чудак на букву м! — выругалась она. — Он всё подстроил с самого начала. А нам вложил частицы ложных воспоминаний.

— Но кто же он? И чего хотел от нас? — спросила я, переводя взгляд с Алларда на Дилиаса.

Мужчины обменялись задумчивыми взорами, словно решая, стоит ли рассказывать нам об этом.

— На этого сатира многие охотятся, — наконец произнес Дилиас. — Он прислужник древнего бога — пожирателя миров. Не в первый раз дух ищет способ открыть портал и впустить его в наш мир.

— Когда-то давно, — продолжил Аллард, — грани имели дыры, сквозь которые духи, боги и прочие ужасные твари могли спокойно путешествовать между мирами. Наши Древние запечатали эти проходы, а магов наделили силой управлять духами, чтобы те не пытались освободиться и проникнуть к нам. Но однажды нашлись глупцы, поддавшиеся соблазну сатира. Они открыли портал в мир пожирателей и впустили бога. Тогда погибло много магов и простых людей. Битва шла несколько дней. Наконец, бога удалось изгнать обратно.

— А страницу из книги, с тем самым заклинанием вырвали, — подхватил охотник. — Но появился сатир, навязал измотанным магам бой и в итоге скрылся, а заклинание пропало. Мы надеялись, что оно потеряно навсегда. А сегодня, благодаря вам, страница вновь нашлась в ваших руках.

— Мы не знали, — я виновато опустила голову и закрыла лицо руками. Хотелось разреветься. По взглядам мужчин я поняла, что они сомневаются в нашей искренности. И это доставляло жгучую невыносимую боль. Подняла взор на Алларда: — Но теперь проход закрыт, да?

— Мы вовремя заметили колыхание грани, — кивнул Дилиас. — Это чудо, что нам удалось справиться вчетвером. Скорее всего за много веков в заточении пожиратель ослаб и не смог напасть в полную силу.

— А сатир? — встрепенулась Найнрона-Лена.

— Ушёл, — скрипнул зубами охотник. — Но теперь мы знаем, для чего он обитает в нашем мире. И все будут на чеку.

— Необходимо известить верховный совет о попытке прорыва, — Аллард бросил в нашу сторону задумчивый взор. — Про вас тоже рассказать придётся. Иначе мы не найдём объяснения, почему студентка академии и преподаватель пытались впустить пожирателя.

Я закрыла глаза, понимая, что это конец. Этот их верховный совет не оставит нас здесь. По щеке вновь скатилась горячая слеза.

— А когда совет про нас узнает, — дрогнувшим голосом произнесла Найнрона, — что они с нами сделают?

Повисла тишина, нарушаемая лишь дуновением ветра за окном.

— Я не знаю, — ответил Аллард. — Но скорее всего вернут вас домой.

У меня сердце рухнуло, разбиваясь вдребезги и оставляя после себя кровоточащую рану, которую уже ничто не сможет залечить. Взглянула на с трудом сдерживающую слёзы сестру. Мы ведь хотели вернуться домой, даже рискнули портал открыть, так почему же сейчас так больно?! Наверное потому, что до этого были капли сомнений, что у нас получится. А сейчас даже надежды не стоит питать. Мы возвращаемся домой.

Найнрона

Нет, ребята, так дело не пойдет! Я собрала силы в кулак и строго посмотрела на мальчиков. Значит, "дружить" с нами колыхание грани им не мешало, а теперь оба два оказались такими до омерзения правильными. Не знаю, как Катя, а я своему сатиру по белобрысой башке настучу. Хотя бы напоследок!

— Дилиас, на два слова, — произнесла я так, как это сделала бы настоящая Найнрона. Сильная, самостоятельная, хитрая.

Мой — или теперь уже не мой — охотник покорился и направился к выходу из столовой. Остановились сразу, как за нами закрылась дверь. Я прищурилась, отчетливо ощущая, как смелость и злость оставляют меня. К чему притворяться? Дилиас был влюблен не в меня, а в настоящую Найнрону: в её внешность, её норов, её хватку. А я просто обыкновенная выскочка, которая хочет добиться неясно чего. У меня и внешность не та, и характер попроще.

— Я всё ещё внимательно слушаю, — заметил он привычно мягко, даже ласково, когда молчание начало тяготить.

— Хочу остаться, — наконец, скрепя сердце, выпалила я. И добавила с куда меньшей решимостью: — С тобой…

Дилиас нахмурился, а я поспешила продолжить:

— Конечно, я не она, но если ты подскажешь, что не так, я смогу измениться…

— Не стоит, — покачал головой охотник, и мне в который раз за вечер захотелось разреветься.

— Спасибо за доходчивый ответ, — я невольно ухмыльнулась. Похоже, мой первый опыт оказался на редкость неудачным, — всё поняла.

Собралась было вернуться в столовую, но Дилиас помешал. Будто полицейский опасного преступника резко и ловко придавил меня к холодной стене.

— Что ты поняла? — прошептал он, глядя прямо в глаза. — Поделись.

Я облизнулась. Всё-таки охотник был слишком близко. Нос улавливал привычный аромат его духов, а сквозь платье чувствовала, как бьется его сердце. Дилиас сделал ещё четверть шага, и мне стало не по себе. Вот он, самый лучший мужчина на свете, стоит вплотную, но обнять его нельзя.

— Так что ты поняла? — повторил он вкрадчиво, по-хозяйски поглаживая мою щёку.

Закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением. Облизнула враз пересохшие губы. Сколько бы дала, чтобы он поцеловал меня, просто и ласково, как сегодня при встрече.

— Что ты готов видеть рядом с собой только настоящую Найн, тебе не нужна другая женщина, пусть даже в её теле.

Дилиас приподнял мое лицо за подбородок и заставил посмотреть в глаза.

— Чушь, — выпалил так высокомерно, что я мысленно сжалась в комок. — Понятия не имею, как бы мне было с настоящей Найнроной, а с тобой я чувствую себя самым счастливым мужчиной в Пятнадцатичасье. И, будь моя воля, я бы никуда тебя не отпустил. Никогда…

— А что мешает не отпустить сейчас? — кажется, силы снова возвращались ко мне. А с ними и злость на мужчину, который не хочет быть честен до конца.

— Верю в то, что ты почти наверняка погибнешь в нашем мире, — хрипло выдохнул охотник. — Видишь ли, чтобы убить духа, я заклинанием разрываю связь между миром духа и нашим. И это всегда срабатывает. Но миры могут утратить связь по тысяче причин, а я не хочу жить и гадать, умрешь ли ты в ближайший час или нет. Это слишком. Не смогу себе этого простить. Чем раньше ты окажешься в безопасности, тем лучше.

Я тяжело проглотила застрявший в горле ком. Скорее всего, Дилиас прав, но как же не хочется в это верить!

— Только вас вряд ли отправят домой сразу, — улыбнулся охотник. — Неясно, есть ли вообще рабочее заклинание. Клянусь, — он скользнул руками по моей талии, — всё время до, я принадлежу тебе. Моей любимой бестии.

Я закрыла глаза, и Дилиас не стал меня мучить, коснулся губ поцелуем. Нежным, горячим, томно-сладким. Я лишь обняла охотника в ответ и прижалась крепче. Ничего вокруг, только мы двое.

Кажется, целовались недолго, всё-таки Дилиас был куда щепетильнее, чем казалось на первый взгляд, и изо всех сил старался соблюдать приличия. Но когда вернулись в столовую, Алларда там не было. Только Альшана-Катя с грустным видом потягивала из трубочки какой-то странный ярко-оранжевый напиток в высоком стакане. Я разозлилась на Алларда. Вот ведь патлатый гад, не мог подождать лишних полчаса! Кому нужна дурацкая правильность, если от неё ничего хорошего? Ему самому, между прочим, тоже.