Глава шестнадцатая

Лена

Выпить хотелось страшно. И не только из-за проделок Альшаны с телом, это вполне можно было пережить. Да и Катя в общем-то уже отомстила за меня. Я злилась из-за предательства Дилиаса. Дура, верила его сказкам о любви, а он даже проводить меня толком не захотел. Ясное дело, у него останется настоящая Найн… Мне, правда, казалось, что ему интересна я, а не она, но тут, как говорил один старый знакомый: "Наши иллюзии — наши проблемы".

— Как думаешь, у них, то есть у нас, не осталось вина? — поинтересовалась у сестры, но та только покачала головой.

Я прикусила губу и нахмурилась. Что за жизнь?! И соберёшься напиться, и всё равно не получится.

— Сегодня выходной, — вздохнула Катя. — Может, сходим погулять?

— Нет, — на автомате ответила я. — У меня свидание в обед. Кавалер приглашал в гости, покормить рыбок.

Нахмурилась, пытаясь вспомнить, что хоть за молодой человек. Альшана, похоже, повелась на уже знакомого аспиранта: он и с зачётом помог, и по музеям-кафе-улицам поводил. А сегодня явно рассчитывал на большее. Я ухмыльнулась. Хочет? Получит! Глядишь, Дилиас быстрее выветрится из головы.

Душа просила пореветь вместе с Катей. От обиды, злости и бессилия. Махнула рукой: уже как есть — и направилась в душ. Долго смотрела на себя в зеркало и в конце концов решила, что новый образ меня устраивает. Улыбнулась, припоминая, что Катя рассказывала о прическе Альшаны. Та якобы с помощью хитрой магии высветлила кончики волос, чтобы пораздражать своих правильных и консервативных родителей, но, судя по колору моей шевелюры, Альшане просто нравились эксперименты с красками.

Одевалась с обречённой тщательностью. Да, аспирант Сережа не Дилиас, но как знать, может, он окажется не хуже. У нас с сестрой всё равно другой дороги нет, надо возвращаться в нашу реальность. Не мешало бы ещё позвонить родителям, они, должно быть, волнуются из-за моего ухода из дома. Одно хорошо, Альшана успела закрыть сессию, и у меня в ближайшее время не намечалось никаких хлопот. Только каникулы и развлечения. Хотя, скорее всего, придется найти подработку, не хотелось бы, чтобы Катя платила за квартиру в одно лицо.

Натянула пуховик, поцеловала сестру и поспешила в гости. На улице оказалось неожиданно холодно, и я в который раз затосковала по Пятнадцатичасью. Возможно, зима там тоже не самое лучшее время, но осень, вне всяких сомнений, золотее некуда. Нацепила шапку: новую двойную из нежно-розовой шерсти с кошечкой из стразиков на отвороте. Всё-таки Альшана с Найнроной оказались куда большими девочками, чем мы с сестрой. В первую очередь освежили гардероб.

Шум автомобилей непривычно бил по ушам. Всё вокруг казалось тревожащим, чужим и навязчивым. Случайно задевающие меня прохожие, загораживающие дорогу мёртвые клумбы, непривычно-низкое серое небо. Я велела себе настраиваться на позитив и нырнула в трамвай, до квартиры аспиранта было три остановки.

Открыл сразу, как позвонила в дверь. Видимо, ждал. Улыбнулся и, впустив в квартиру, без лишних церемоний прижал к себе. Запечатлел собственнический поцелуй, будто обозначая и свое ко мне отношение, и цель моего визита.

— Проходи, — разрешил он, исчезая на кухне, — я еще не закончил, но как раз пока ты разденешься и вымоешь руки, всё будет готово.

Кивнула и дёрнула собачку молнии пуховика. В квартире пахло мясной приправой, и я невольно улыбнулась: мальчик готовился по всем правилам. Когда вошла в комнату с накрытым для романтического обеда столом, Сергей как раз принёс из кухни открытую банку шпрот. Она как-то не согласовывалась с остальным, и я вопросительно уставилась на кавалера. Он обезоруживающе улыбнулся.

— Я же рыбок тебе приглашал кормить, а аквариума у меня нет. Покрошим хлебушек сюда.

Я рассмеялась. Старый бородатый анекдот, но всё равно мило. Сергей поставил банку на стол и потянулся к бутылке вина.

— Будешь?

— С удовольствием, — подмигнула я. Напиться сейчас было очень кстати.

Много выпить Сергей не дал, да и съесть тоже. Он с методичным подходом будущего ученого направил меня к цели сегодняшнего визита. Целовал жарко и жадно, совсем не так, как Дилиас, но тоже приятно. Мой охотник начинал всегда немного несмело, будто давая одуматься, Сергей действовал скорее нахрапом. Знал, что девушка не прочь, и не разводил лишнего политеса.

В постели был таким же. Даже если бы в последний момент я захотела уйти, он бы не дал. Сергей чем-то напоминал злой рок, надвигался так же неотвратимо и давал никаких шансов переиграть. Уже когда всё кончилось, и он прилег сзади, покровительственно обнимая со спины, мне захотелось разреветься. В голову постоянно лезли мысли о Дилиасе и настоящей Найн, и ревность противной крысой разгрызала душу. Охотник — скотина и предатель, но как же хочется снова оказаться с ним рядом! Я всхлипнула, и Сергей испуганно развернул меня так, чтобы смотреть в глаза.

— Что случилось? — встревоженно поинтересовался он, покрывая беглыми поцелуями мои веки, лоб, щёки.

— Все хорошо, — выдохнула я. — Просто немного не так, как я представляла.

— Глупышка, — улыбнулся он и нежно обнял, поглаживая мою разноцветную шевелюру. — Первый раз всегда так себе. Потом будет лучше, — поцеловал в нос: — Ты мне очень нравишься, и я буду самым старательным мальчиком на свете. Веришь?

— Верю, — усмехнулась я, подозревая, что в следующий раз меня не выпустят, пока не отчитаюсь о пережитом наслаждении.

Наверное, это лучше, чем быть с мужчиной, который и любил-то не тебя и отпустил с такой мерзкой лёгкостью, что хотелось дать в морду.

Дилиас

Я погасил магический огонёк и улегся в постель. Прикрыл глаза и мученически вздохнул. Сон не шёл. На кровати явно кое-кого не хватало. Вернул свет и уселся за книгу, но разум отказывался воспринимать знакомые буквы. Встал и уставился в окно на темную улицу. Тоска! Очередной вечер без моей бестии не принёс ничего хорошего.

Спустился в погреб, достал бутылку вина, откупорил и налил в бокал. Пригубил терпкую с лёгкой горчинкой жидкость… Надо расслабиться. В последние дни вокруг слишком много суеты. А с тех пор, как мы отправили Найн обратно в её мир, и радостей никаких. Нет, конечно, тут появилась настоящая Найнрона, но на неё даже смотреть не хотелось. И вовсе не оттого, что эта женщина никогда не окажется со мной в одной постели. Просто это была другая Найн. Без милого налета юношеской чистоты и искренности, без нежности и без умения отбросить расчёт. Обычная хищница, которых я повидал пучок и ещё одну. Эту даму я с радостью готов уступить Алларду. Губы сами изогнулись в усмешке, я-то готов, а вот лорд-ректор, похоже, принимать её не собирается. Впрочем, Найн не пропадёт и без любовника. За неё стал бы волноваться в последнюю очередь.

Странное дело — тело. Кажется самым важным, а в действительности просто пшик. Пофантазировать, и только. Наивный Аллард пытался поухаживать за вернувшейся Альшаной, даже перевел её на факультет менталистики, но кроме разочарования это ничего не принесло. На каждой из наших, ставших теперь частыми, посиделок он разводил руками и изображал удивление: "Она совсем другой человек!". Я как-то спросил, чего именно он ожидал, и лорд-ректор ответил кратко и по существу: "Чуда". Помнится, тогда мне стало смешно, а потом мы как один решили, что чудо надо творить своими руками.

Чтобы вернуть наших девочек в Пятнадцатичасье требовались две вещи: разрешение верховного совета и подходящее заклинание. И если с заклинанием сложностей не возникло, нам с Аллардом помогли старые друзья, и мы составили что-то сносное, то с разрешением преуспели мало. Не помогли ни связи, которых, как ни странно, больше оказалось у меня, ни переговоры, здесь Аллард показал себя с лучшей стороны, я бы начал убивать там, где он только прекращал улыбаться. Ответ на всё был один: души нельзя перекинуть без тел, а тела из другого мира только нарушат равновесие и раскачают Пятнадцатичасье. По всему выходило, что пока не найдём тела, мы не увидим наших девочек. Зато волшебная сила убеждения лорда-ректора добыла нам разрешение не пребывание чужих душ в нашем мире. Дело оставалось за малым: найти для них вместилище.

Всю последнюю неделю мы вдвоём ломали голову над этим вопросом. В совете недвусмысленно дали понять: уговаривать отправиться в другой мир никого нельзя, использовать мёртвых тоже. А иных идей у нас не было. Аллард напоминал бледную тень, меня от тоски спасала занятость. В отличие от приятеля, когда я работал, я не думал ни о чём другом. Зато когда приходил домой, начиналось сущее мучение. Хотелось видеть её. Обнимать, целовать, разговаривать о делах. Хотелось держать мою бестию за руку, быть рядом: в столовой, в постели, в саду, в каждом закутке моего огромного дома. Нашего дома. Ещё полгода назад поднял бы на смех, если бы мне напророчили постоянную женщину, а сейчас мечтал заполучить её. Целиком, без компромиссов и оговорок.

Зазвенел дверной колокольчик. Я посмотрел на часы. Поздновато для гостей, но вдруг Аллард нашёл решение и пришёл поделиться? Я не стал одеваться, только накинул халат: если человек стучится к кому-то в дом в такой час, он должен быть готов увидеть хозяина в пижаме. Спустился, миновал холл и открыл дверь. Найнрона кивнула, приветствуя, и поспешила войти. Как всегда одета с иголочки, с идеальным макияжем и уверенным взглядом хищных глаз. Вроде походит на мою девочку, но только совсем не она.

— Зачем ты пришла? — поинтересовался я, запахивая халат. Вряд ли она никогда не видела мужчины в пижаме, да и стесняться мне было нечего, но всё-таки.

— Узнала, что беременна, и пришла выставить тебе счёт за пользование моим телом.

У меня пропал дар речи… Я чуть не выронил бокал. Язык прилип к небу, а в горле предательски защипало. Нет, мы с Найн просто не думали о последствиях, но ведь они вполне могли бы быть.

— Когда это случилось? — хрипло поинтересовался я. Сердце ухало в груди, будто встретил самого опасного духа из известных.

Найнрона рассмеялась так звонко и издевательски, что мне захотелось ударить её чем-то тяжёлым.

— Видел бы ты своё лицо, — она покачала головой. — Не волнуйся, отцовство тебе в ближайшее время не светит. Налей и мне вина, я пришла по делу.

Проводил её в столовую и усадил за стол. Налил вина, зажёг магические огни и устроился напротив гостьи. Вряд ли она в состоянии рассказать мне что-то полезное, но всё одно не спится. Найнрона повертела бокал в руках и пригубила.

— Я всё ещё внимательно слушаю, — поторопил её раздражённо. Ненавижу повисшие в разговоре паузы.

— Если кратко, то я хочу обратно, — выдохнула собеседница как-то слишком решительно. Залпом допила вино и потянулась к бутылке. Я поухаживал, долил страждущей ещё дурманящей жидкости.

— Это почему? — поинтересовался, ухмыляясь. Отчего-то сейчас Найнрона казалась скорее испуганной девочкой, чем привычной прожженной стервой. — Кредиторы замучили?

— Узнаешь, когда будешь спасать свою бестию, — знакомо передразнила гостья, и я понял вдруг, что она помнит наши с Найн встречи и пытается подтрунивать над моими чувствами. Что ж, тем хуже для неё. Я ведь тоже могу кое-что вспомнить, тело-то у них одно на двоих.

— Рассказывай! — подбодрил я.

— Там больше свободы, независимости, — почти с нежностью улыбнулась Найнрона. — Всем на тебя плевать, и это просто отлично. Хочешь — работай, хочешь — замуж выходи. Можно делать и то, и другое, а можно не делать ничего. Никакой магии, только трезвый расчёт.

— Полагаю, для тебя самое то.

— Именно, — она ухмыльнулась и подняла указательный палец к потолку. — Лучше не бывает.

— И что ты хочешь от меня? — улыбнулся я, прекрасно понимая, что сейчас услышу. Мысленно поблагодарил Алларда за предусмотрительность: это он велел не афишировать наши иномирные изыскания. Как знать, может, сейчас мы с Найнроной ещё поторгуемся. С другой стороны, что с неё взять? Да и надо ли?

— Посодействуй! — прищурилась она. — Ты же можешь, я знаю. И бестию свою обратно хочешь, готова на книгу поспорить…

— Давай без книг, — отмахнулся я. Обновил себе вино и неспешно пригубил. Пусть помучается, ей полезно. Улыбнулся и посмотрел на приятельницу. — Попробую помочь тебе, но при условии, что ты уговоришь Альшану составить тебе компанию.

Найнрона махнула рукой.

— Не думаю, что это будет трудно… Альшана разве что по родителям боится заскучать, а всё остальное в том мире её устраивало. Свобода, она, знаешь ли, затягивает…

— Как уговоришь её, — усмехнулся я и отпил из бокала ещё, — так и приходите. Употреблю всё свои связи, чтобы вам помочь.

— Охотно верю, — вернула усмешку Найнрона, поднимаясь с места, — я вообще удивлена, что ты выставляешь условия, а не прыгаешь козликом от радости. Боюсь, Лена может не оценить твою сдержанность…

— С Леной мы разберёмся без тебя, — я осторожно взял гостью за локоть и повёл к выходу. — И помни, чем больше времени пройдёт, тем сложнее будет вернуться.

— Не волнуйся ты так, — подмигнула она стоя у входа, — я смогу убедить Альшану, даже если она будет сомневаться.

Я кивнул, улыбнулся и закрыл за ней дверь. Сердце рвалось из груди. Неужели мы сможем вернуть наших девочек обратно? Хотелось бы… Сколько бы отдал, чтобы вновь обнимать свою сладкую. Прижимать к себе, трогать, где вздумается, и не выпускать из постели, пока не запросит пощады. А потом можно будет немного попутешествовать, ей непременно понравится Пятнадцатичасье! Она была здесь недолго и ещё не успела ни узнать наш мир, ни полюбить.

Довольный вернулся в кровать, но сон как рукой сняло. Представлял себе, что скажу ей, когда увижу, как поцелую при встрече, извинюсь за то, что не проводил её взглядом. Лена поймёт, должна понять, ей в тот момент было также тяжело, а мне нельзя было демонстрировать слабость. Поворочался ещё немного, потом плюнул на сон. Оделся, прихватил бутылку и открыл портал к Алларду. Скорее всего, лорд-ректор видит шестнадцатый сон, но ради такого дела он будет готов проснуться. В конце концов, пить среди ночи от радости куда приятнее, чем напиваться из-за невозможности вернуть себе любимую женщину.

И уже на выходе из портала в тёмном саду дома приятеля меня кольнула нехорошая мысль. А что, если наши девочки не захотят обратно? Там всё знакомо, а здесь только мы, и то неясно, как надолго хватит нашей страсти. Постоял немного, наслаждаясь прохладным ветерком и запахом прелых листьев. Вздохнул и развернулся домой: праздновать будем, когда доведём дело до конца.