Глава 13

Разминая затекшую шею, поймала себя на том, что минут десять смотрю на одну строчку. Все, пора делать перерыв. Глаза уже не читают, голова раскалывается от хроник и генеалогических древ.

Я всегда считала историю запутанной наукой, но чтобы настолько. Хотелось заглянуть на развал и поживиться любовной историей, в которой Он и Она выясняли, как дороги друг другу. Честно, иначе ночью битвы сниться будут.

Пометив нужную страницу закладкой, захлопнула книгу. К счастью, не древний фолиант — их не разрешали выносить из хранилища. Это же учебное пособие для историков. Решила начать с него: вдруг обойдусь малой кровью и наткнусь на Амбруса? Но лич оказался вампиром, не желал просто так раскрывать инкогнито.

Читальный зал Публичной библиотеки Сталиды полнится разношерстными посетителями. Я устроилась на балконе и видела людей-муравьев внизу. Там и студенты, как будущие маги, так и обычные бакалавры, и ученые, и простые обыватели. Даже мать с детьми видела. Книги в библиотеке на любой вкус, от бульварных до редких монографий.

Читательский билет выправил Андор. Как заведующему кафедрой прикладной магии в местной Академии ему не составило труда получить нужные печати в кратчайшие сроки, включая допуск во все хранилища и архивы.

Истван одну не отпустил. Поставил перед фактом. Нашел временную замену и отправился в Управу. Там повздорил со всеми, с кем только мог, заявил, что у него отпуск, а кому не нравится — вперед, успокаивать мертвецов. Словом, уезжали из Соймы со светопреставлением. Зато в пути некромант не донимал, большей частью спал и казался безразличным ко всему. В карты не играл, выпивкой на троих не интересовался, баек не травил, а чужие не слушал. Забился в угол, укрылся плащом и изображал пустое место. Мне приходилось отдуваться за двоих, неудивительно, что к концу поездки язык отваливался.

Эрно не пришел в восторг, узнав об очередном покушении и поездке в столицу. Большого труда стоило уговорить его не срываться с места. За это на обратном пути обещала заехать в Триглавье. Любимый планировал прибыть парой дней раньше меня — повидать отца и отдохнуть.

От живописания сельских красот городской воздух казался душным. Хотелось искупаться, сплести венок и побродить босиком по траве, через костер попрыгать. И забыть о кошмарной весне.

Истван идею одобрил и намекнул: чем дольше задержусь, тем лучше.

В столице нас встречал Андор.

Друзья обнялись и на пару минут забыли обо мне, увлеклись разговором, оставив одну стоять у вещей. Потом вспомнили, вернулись и потащили по запруженным улицам.

— Сто лет тут не был. — пробормотал Истван, живо оглядываясь по сторонам. — Трактирчик-то еще цел? Ну, хохотушки Джелл.

— А то. Вечером?.. — таинственно подмигнул Андор.

— Если пиво то же, я всегда за. — рассмеялся некромант.

Для меня столица и вовсе — новый, неизведанный мир. Плелась за мужчинами, раскрыв рот. Никогда еще не видела столько народу, столько высоких домов. Тут и в пять этажей попадались. И везде кипит жизнь.

Ой, экипаж, самая настоящая гербовая карета.

На миг превратилась в маленькую девочку к вящему неудовольствию спутников: мы перегородили тротуар.

— Подумаешь, граф какой поехал. — Истван грубо толкнул в спину. — Твой Олойск тоже не дыра.

— Я в Межене родилась, — напомнила некроманту. — Да, не дыра, но это же столица. Олойск — город торговый, там лавок много.

— И дворян нет, — Истван явно издевался.

— Почему нет?

— Тогда чего клюв разинула? Смотри, Андор, увидит нашу Академию, окаменеет, провинциалочка.

Некромант рассмеялся и, щурясь на солнце, глянул на ближайшие башенные часы.

Провинциалочка. Я чуть не задохнулась от возмущения. Столичный хлыщ с манерами тролля. Сам ведь оглядывается, а мне не дает.

— И долго нам еще идти? — капризно спросила в отместку за нанесенную обиду.

— Часик, — обнадежил Истван, жестом отвергнув предложение друга взять наемный экипаж. — Хочу осмотреться. А не изменился городок, как и прежде хорош.

— Так возвращайся, — тут же встрял Андор. — Место в Академии найду. По профилю. Нам во, как некромантов-практиков не хватает.

Он провел ребром ладони по горлу.

— Подумаю, — отчего-то бросив на меня косой взгляд, туманно ответил Истван и поправил дорожную сумку на плече.

Вторую, с моими вещами, нес его приятель.

Ладно, пешком, так пешком. Еще знать бы, куда. Но некромант шагал целенаправленно, оставалось надеяться, в конце пути нас ждут.

Дорожные кареты прибывали на специальную стоянку в торговой части города. Для ожидающих там построили навес, а пара харчевен и постоялых дворов предлагали путешественникам перекусить и найти ночлег. Мостовые мощеные, на тротуарах — настил. Не такой, как Сойме — мостки, — а наборные дубовые плашки. Много зелени. Деревья частенько росли вдоль дороги, отделяя всадников и повозки от обывателей. Дома сплошь мазанковые и каменные. Подворий нет, сады тоже редко попадались. Это не провинция, тут огородов не разводят.

На стенах пестрели разные вывески, зазывая в лавки.

А какие франты встречались. Посмотришь, проводив их взглядом, на свою одежду и почувствуешь себя замарашкой.

Дамы чинно пили разные напитки на открытых террасах. От солнца их защищали специальные тенты и легкие расписные зонтики. В Олойске такие тоже продавались в эльфийских лавках, но как-то обходилась, а тут захотелось. Одурманил голову столичный воздух.

На самом деле, Олойск — город не маленький. И театр в нем есть, и балы дают, и тюрьму как достопримечательность показывают, но по сравнению со Сталидой… Вон там торчит шпиль. Тут — башня с часами. Не ратушная — просто так, для удобства жителей. Фонтаны, скульптуры, даже парк огромный есть. Он разбит перед Академией, и студенты там тренируются, нарезают круги, играют в мяч. А мы во дворе мучились.

Андор объяснил, есть еще университет. В нем учатся люди без магических способностей. Именно из его стен выходят будущие законотворцы, министры и профессора. Маг даже рукой в нужную сторону махнул — на шпили, которые давно заприметила.

— А королевский дворец? — замотала головой, силясь увидеть крыши монаршей резиденции.

— Какой дурак рядом со студентами жить станет? — усмехнувшись, вопросом на вопрос ответил Истван. — Он в другом месте, охраняется так, что и близко не подойдешь. С башен посмотришь.

— Да там бал будет, — подал голос Андор, — пусть госпожа Балош сходит. Все развлечение.

Некромант расхохотался и плюхнулся под дерево.

— Это со мной развлечение? — хрюкал он. — Андор, я ей ноги отдавлю.

— Перестань балаганить. — нахмурился зеленоглазый маг. — Нормально ты танцуешь.

— Разучился, — пожал плечами Истван.

Понятно, он просто идти со мной на бал не хочет. Мог бы так и сказать, не обиделась бы. Мы сюда работать приехали, а не развлекаться.

Некромант устроил меня у Андора, в домике на территории Академии, сам же отправился к родителям. Вроде, они живы. Только почему некромант при мне никогда о них не упоминал?

Встречу назначали в Публичной библиотеке. Собственно, пора бы Иствану уже появиться.

А еще хотелось есть. При мысли о свиной рульке и сидре текли слюнки. Не отказалась бы от чего угодно, лишь бы покормили.

Вздохнула и пролистала тетрадь для записей. Куча имен и ничего путного. Как в студенческие времена.

— Судя по кислой мине, ничего не нашла.

Вздрогнула и обернулась к Иствану. Как он умудрился незаметно подкрасться? Я ведь устроилась на балконе, видела вход. Оказалось, тут еще один имелся. Для своих, так сказать. О нем знали только те, кто часто пользовался услугами библиотеки.

Некромант выглядел посвежевшим и довольным жизнью.

Изогнула бровь, воззрев на рубашку цвета морской волны. Шелковую, между прочим. Она неимоверно ему шла, и, судя по ухмылке, Истван это прекрасно знал.

— Так что? — некромант отодвинул стул и сел.

Пробежал взглядом корешки и сходу заявил: ничего путного тут нет. Обиженно попросила пояснить. Неприятно, знаете ли, весь день проторчать в библиотеке зря.

— Это учебники, ты бы списки смотрела.

— Какие?

— Вы-пуск-ни-ков, — по слогам произнес Истван и достал из кармана… яблоко.

Сразу вспомнился наш первый день в Сойме, когда я едва не сбежала, а некромант кладбища показывал.

— Хочешь? — искуситель положил яблоко на ладонь и лукаво прищурился.

— Что там? — ткнула пальцем в румяный бок. — Чары, зелье?

— Приворот, — с широкой улыбкой ответил Истван и тут же достал второе яблоко. — Взаимный, чтобы после гробовой доски не сбежала. А если серьезно, то у тебя желудок с голоду бурчит. Яблоки от тетки.

— Так у тебя и тетка есть? — изумилась я.

— У меня много кто есть, не сирота.

— Тогда зачем живешь бирюком?

— Легче, — пожал плечами Истван и пристально уставился на меня, даже неловко стало. — Ты-то тоже с родителями не живешь. Вот и я не жажду.

Взяла яблоко и надкусила. Мысли плавно перетекли от лича к некроманту. То ли у него с родителями проблемы, то ли просто своим домом живет. Но ведь никогда о семье не говорил. О ком угодно, даже о бывшей теще, но не о матери.

— А ты им пишешь? — попыталась развеять сомнения.

— Нет. Надоели.

Вот так, коротко и ясно. И дал понять: на последующие вопросы отвечать не станет. Только зачем жить у тех, кто раздражает? У Андора же большая квартира, двухэтажная. Целый домик на него одного: маг холост. Он устроил меня на первом этаже, но на втором, как поняла, тоже лишняя спаленка есть. В крайнем случае, поспал бы некромант на диване, но не хочет.

— Обедать? — Истван подхватил мою сумку и, не оборачиваясь, зашагал к лестнице.

Мне ничего не оставалось, как собрать книги, облегчить их заклинанием, и поспешить за некромантом.

Пришлось отстоять небольшую очередь, чтобы избавиться от груза знаний. Истван стоять рядом не стал, вышел на свежий воздух. Я обнаружила его под гербом королевской семьи над входом, беседующим с Андором. Маг приветливо кивнул мне и предложил отобедать в академической харчевне.

— Там подают великолепные закуски. Заворачивают в тонкие гречневые лепешки изумительный салат.

Мужчины и салат? Мясной, наверное, иначе бы Андор не стал с таким восхищением живописать достоинства едальни.

Где обедать, мне было абсолютно все равно, лишь бы поесть.

Предложенное Андором место оказалось уютным — заведение на первом этаже одного из корпусов с верандой. На ней мы и устроились. Мужчины заказали поросенка и пиво, я же решилась попробовать местные лепешки с начинкой. Оказалось, неплохо, даже очень неплохо. Сытно и на редкость не жирно. Заказала еще и с удовольствием запила все яблочным соком.

Мужчины вполголоса обсуждали жизнь Академии. Кажется, Андор отчаянно убеждал Иствана переехать. Право, не знаю, почему он не хочет.

А потом я услышала:

— Женись.

И как назло в этот момент воцарилась полная тишина.

Стук стакана напоминал набат. Разумеется, Истван обернулся и посмотрел на меня. Не нашла ничего лучше, как уставиться на него в ответ.

— Насильно жениться? — некромант покосился на друга, который, кажется, не радовался, что поднял столь щекотливую тему. — Я не хочу, она — кивок в мою сторону, — не хочет. А вот погулять сегодня вечером очень даже не против. Сто лет нормально не развлекался, даром, что деньги есть.

Вот тебе и бедный некромант.

— На бал ее хотя бы своди, не упрямься. Он ведь, — наклонившись ко мне, шепнул Андор, — умеет танцевать, но обиделся на вас.

— Удавлю, — «мило» улыбнулся Истван. — Сколько раз повторял: не лезь в мою жизнь. Что ты, что Рената отчего-то полагаете, будто имеете на это право. К твоему сведению, у нее жених есть.

Андор сложил рот буквой «о» и торопливо хлебнул пива. Потом хмыкнул и в лоб спросил:

— Ты поэтому так вырядился, ради чужой невесты?

— А у меня сегодня визит важный был, — таинственно ответил Истван. — Туда абы в чем не пускают.

Интересно. Врет или действительно ходил? Что-то сомневаюсь: некромант не из тех, кто любит светскую жизнь. А если врет, то зачем? Меня стесняется? Тоже на Иствана не похоже. Но некромант не собирался ничего рассказывать, сосредоточенно резал свинину и делал вид, будто целиком и полностью поглощен процессом.

Андор, покашливая, косился на друга. Явно ожидал какой-то реакции. Что происходит-то, о чем эти двое успели поговорить вчера? Меня ведь Андор устроил, а сам отправился отмечать с Истваном встречу. Утром я мага не видела: магистр ушел на работу. Читательский билет на кухне оставил вместе с запиской о месте встречи. Видимо, хорошо вчера погуляли.

— Истван, а куда ты ходил? — решила выудить правду.

Некромант молчал.

— Или рубашка случайно под руку утром попала? — хмыкнула я, намекнув на вторую версию причины повышенной нарядности Иствана.

— Не из-за тебя, — он легко понял намек. — Согласись, на свидание не похоже, чего мне перед чужой невестой выпендриваться? Во дворец я ходил.

Я икнула, Андор тоже с недоверием глянул на друга. Слишком невероятно прозвучало: во дворец. Разве туда абы кого пускают? Нет, Истван не оборванец, маг, кандидат наук, но не дворянин же.

— Если лич из королевской семейки, с нее и надо начинать, — некромант промокнул губы салфеткой и выразительно глянул на меня. — Я в картинной галерее побывал. Вроде, как прекрасным любовался. Заодно выразил почтение всяким, к кому уважения не испытываю. Так вот, пока некоторые рылись в книжках, я совершил преинтересное открытие.

— Какое? — хором спросили мы с Андором.

Некромант лишь усмехнулся и снова принялся за еду. Мне же кусок от любопытства в горло не лез. И просила, и требовала, и угрожала — бесполезно. Уперся и молчит.

— Ладно, — наконец соизволил сказать Истван. В глазах плясал бесовский огонек. — Я нашел его. Во всяком случае, имя сходится. Нужно, чтобы ты взглянула и опознала.

Сердце подскочило к горлу.

Сжала в руках вилку, хотя она совершенно не нужна, просто нечем пальцы занять.

Лич из королевской семьи? Интуиция не подвела, недаром черты лица показались знакомыми. Ныне здравствующего монарха я никогда не видела, зато его профиль есть на каждом злотом.

— Вход в галерею свободный, — подал голос Андор, — сходите, Рената. Заодно на дворец полюбуетесь. Вы магиня, вас пустят, только значок обязательно прикрепите, а то придется со стражниками препираться.

Кивнула. Значок всегда при мне — предмет гордости и символ мучений. Магия — это не так просто, как кажется обывателю, а уж учебу волшебников иногда можно смело приравнивать к пыткам. Обнаружился дар — и все, даже в обычную школу не ходишь. Впрочем, я не жалела. Магия, даже при всех ужасах коллоквиумов, — это прекрасно.

— Наверное, нужно переодеться? — я критично осмотрела простенькое синее платье.

— Воротничка хватит, — пожал плечами Истван.

Ну да, а сам-то в шелковой рубашке, как франт. А рядом я, замарашка. Нет уж.

— Он тебя в театр пригласить хотел, — сдал друга с потрохами Андор, устав от молчания некроманта. — Поэтому и приоделся, чтобы специально вечером не возвращаться.

Если б взглядом можно было убить, маг бы скончался. Но, к счастью, Истван не обладал способностями василиска, поэтому ограничился лишь ментальными пожеланиями.

Я же терпеливо ждала.

Театр — это прекрасно. Там подают такой чудный лимонад. Не бал, но не менее занятное мероприятие. В Олойске я, увы, редко посещала представления: денег не хватало. Сидела обычно на галерке и мало что видела.

Жаль, не взяла парадные туфли. И платьев у меня всего два, оба не подойдут. И драгоценностей нет. Словом, закружилась в голове обычная женская круговерть «нечего надеть».

— Вот, — на стол легли смятые билеты. — Судя по мечтательному выражению лица, ты пойдешь.

Истван смотрел так, будто не в театр приглашал, а одолжение делал. И слова не сказал — буркнул.

— Пойду, если ты приглашаешь.

— А как же жених? — прищурился некромант.

— Я же не целоваться с тобой собиралась. — рассмеялась в ответ.

— Придется, — то ли шутя, то ли всерьез заявил некромант.

Решила не выяснять. Истван сейчас не в настроении, ни на что, кроме грубости, не наткнусь.

Подняла и развернула один из билетов. «Превратности любви», комедия. Хм, занятный выбор для некроманта. С намеком. Истван ведь не романтик, а тут явно представление о высоком и девичьем.

— Вы уж извините его, Рената, — Андор дружески похлопал по руке. — Тяжело после стольких лет снова за девушкой ухаживать. Стесняется он, боится отказа.

— Я тебя сейчас прикопаю. — взорвался Истван.

Некромант вскочил и навис над другом, сжимая кулаки.

Улыбка сошла с лица Андора, и он примиряюще вскинул руки.

— Истван, успокойся. — вкрадчиво попросил маг, выразительно косясь на меня. — Не пугай Ренату. Сам просил останавливать, когда начнется приступ.

Некромант кисло усмехнулся и сел. Тоже посмотрел на меня, испуганно сжимающую вилку, словно оружие, и с неожиданной горечью проговорил:

— Правильно, зачем тебе сумасшедший? Некроманты все больны на голову.

— Истван… — сделала паузу и неловко улыбнулась, пытаясь сгладить неприятную ситуацию. — Ты напрасно полагаешь… Словом, смело приглашай, но, извини, только как друг.

Напарник промолчал, отвернулся. Обед доедали в полном молчании.

Уже на выходе из Академии Истван извинился за вспышку за столом и мрачно добавил, метнув очередной гневный взгляд на предателя-Андора, выдавшего самую страшную тайну:

— Ты можешь не ходить, честно, я не обижусь…

— Я пойду, — заверила некроманта и напомнила: — Но сначала картинная галерея.

Никогда прежде не бывала в королевском дворце. Да что там, я даже на открытках его не видела. Представляла себе замок, а обнаружила целый комплекс не связанных друг с другом зданий в парке. Истван неопределенно махнул туда, куда простых смертных не пускали, а сам свернул на боковую аллею. Вопреки ожиданиям, она вывела не к хозяйственным постройкам, а боковому флигелю огромного здания в форме буквы «н». Оказалось, это и есть дворец.

Стража вторично проверила, маги ли мы, записала имена и допустила внутрь.

— Сразу налево и вверх по лестнице, — шепнул Истван.

Кивнула, мало что расслышав. До того ли сейчас, когда вокруг такая красота. Позолота, картины, мрамор — а ведь мы вошли не с главного входа.

И публика, сплошь благородная. Тоже, наверное, общедоступное дворцовое крыло рассматривают или с придворными шушукаются.

Пока пробиралась к лестнице, усела приседать в реверансах. Губы болели от улыбки.

— Вот ему глазки строй, — оказавшийся рядом Истван взял под руку, облегчив мучения. — Это министр магии.

С трепетом проводила взглядом сухопарого мужчину. Он нас не заметил. И к лучшему.

На втором этаже толчея стала меньше, и я смогла осмотреться. Ага, это музей. Скульптуры, картины, витрины с мелкими экспонатами. С удовольствием бы все осмотрела, но сейчас нет времени. Истван шел впереди, показывая дорогу. Я старалась не отстать и на всякий случай запоминала дорогу.

Картинная галерея соединяла флигель с основными помещениями дворца, уже не для публичного обозрения. С одной стороны зимний сад, с другой — портреты властителей прошлого и их родственников.

Серой тенью к нам шагнул стражник, но Истван заверил, мы только картины посмотрим и уйдем.

Значки сделали свое дело: магов уважали и позволили остаться.

По стечению обстоятельств, картины мы рассматривали в гордом одиночестве. Публика сюда не добредала, только по надобности во дворце.

Первым висел портрет нынешнего короля. Рядом оставили пустое место для преемника. Некромант у монарха не задержала, махнул рукой в угол. Странное место, не для короля или принца. Там обнаружился потемневший портрет в аляповатой золоченой рамой с надписью: «Второй наследный принц Иссала, герцог Амбрус Олойский».

Олойский… Ну да, у нас традиционно второму ребенку мужского пола в королевской семье присваивали титул герцога Олойского. Сейчас он временно никому не принадлежал: ее величество рожала девочек.

Внимательно изучив надпись, посмотрела на принца и застыла. Пронзительный взгляд карих глаз, едва заметная злая усмешка на губах, коротко стриженные каштановые волосы и небольшая бородка — человек из моего сна, лич. Только сейчас он выбрит, а волосы чуть отросли. Но это нормально: неизвестно, когда художник писал портрет. Да и ничего не мешало творцу чуть-чуть изменить внешность модели для солидности или иной благородной цели.

— Ну как, он? — нервничая, поторопил с ответом Истван.

Кивнула.

Ох, не случаен дворец во сне, совсем не случаен. Лич ведь сказал, это его дом. Только за прошедшие полтора столетия здание перестроили. Впрочем, теперь, сравнивая увиденное, находила сходство. Даже парк тот же. Стало жутко. Попятилась и натолкнулась на Иствана. Тот без лишних слов положил руки на плечи и шепнул:

— Ну, и чем ты этому типу приглянулась?

— Ты у нас некромант, ты и выясняй, — раздраженно ответила я.

Понятия не имею, что нас связывает и какая женщина вдруг решила считать меня соперницей. Логика некромантов и неупокоенных магов для нормальных людей непостижима.

Только вот Олойск не давал покоя. Совпадение или предопределение?

— Выясню, — обнаглевший Истван обнял и притянул к себе.

Не смущаясь присутствия часового за кадками деревьев, некромант, практически касаясь моего ушка, повторил:

— Обязательно выясню, Ренаточка.

Зашипела на него, напоминая о приличиях. Истван лишь смеялся, прижимая все крепче. Потом же и вовсе наклонился, коснулся губ. Сначала дразня, а затем уже целуя. Губы уверенно и властно накрыли мои, пресекая сопротивление. На свою беду я не успела закрыть рот, за что тут же поплатилась.

Язык Иствана чувствовал себя вольготно, обстоятельно исследуя новые территории. Нет, никакой страсти, очень мягко, но настойчиво. И по-взрослому. Юноши так никогда не целуются. Он подчинил себе и на миг заставил… Всего на миг. После которого, опомнившись, подстегиваемая собственным стыдом, замычала, начала отбиваться — бесполезно.

Наконец, мазнув напоследок языком по губам, Истван отпустил.

— Ты с ума сошел. — тихо, чтобы не привлекать внимания, шипела я.

— А тебе нравилось, — нагло, без малейших угрызений совести возразил некромант. Он светился, как огонек. Довольный, получил свое. Но я… Я. Почему не дала пощечину? — И запомни, в театр при живом женихе с другим мужчиной не ходят. Ну же, хватит изображать недотрогу, дай за тобой поухаживать.

— И в постель затащить. — пылая от гнева, отступила к саду.

— Само собой, — не стал скрывать Истван и последовал за мной. — Не единожды, а на регулярной, так сказать основе. Может, с этого и начать, Рената?

— Сравнения мальчиков, у кого что круче, меня не интересуют.

Внутри клокотал гнев.

Скотина похотливая. Вот, значит, какая у тебя любовь. А я поверила, идиотка, пожалела. Как, как Эрно теперь в глаза смотреть?

— А я и не собираюсь соревноваться, — самодовольно усмехнулся некромант и, ухватив за руку, притянул к себе. — Я лучше. Обещаю, с первого раза так понравится, что никакого Эрно не понадобится.

Губы Иствана скользнули по шее. Не позволяя вырваться, он расцеловал все открытые участки тела, угомонившись, лишь когда перестала сопротивляться.

По кожи пробежали мурашки. Ненормальная реакция на чужого мужчину. Берегини, мне понравился поцелуй в ямочку на шее. Эрно так не делал. Дразня, едва касаясь, языком… И все видели. Густо залилась краской и решила: никуда с Истваном не пойду. Не то чтобы я боялась, будто он меня соблазнит, просто… У меня есть Эрно.

— Ладно, пошли, — как ни в чем ни бывало, некромант направился к выходу и, обернувшись, пообещал: — Сегодня ночью.

Хотела на пальцах показать, что он получит сегодня ночью, но воспитание не позволило. Вместо этого метнула на Иствана уничижающий взгляд и поспешила прочь, нарочно задев некроманта локтем. Не удержавшись, дала пощечину.

— В театр едешь один, — не оборачиваясь, поставила Иствана в известность.

Что-то мне подсказывает, в столице я не задержусь, уеду в Триглавье. И из Соймы переведусь. Куда угодно, лишь бы подальше от озабоченных некромантов.

— Да чего ж тебе надо-то? — вспылил Истван, будто он, а не я пострадавшая сторона.

Некромант в два прыжка догнал меня и сжал запястья железной хваткой.

— Ты не желаешь ухаживаний, тебя тошнит от грубости, не нуждаешься в цветах, но все равно кокетничаешь и делаешь авансы, — он выплевывал обвинения будто проклятия. — Прекрасно знаешь о моих чувствах и дразнишь.

— Ты сейчас так же отвратителен как Миклос. — я кусала губы, разрываясь между желанием соблюсти приличия и ударить некроманта.

Истван мгновенно отпустил и, прошипев: «Белобрысая ведьма.», вылетел вон.

Гнев медленно улетучивался, ему на смену приходило желание понять истинные причины поступка некроманта. Он не Миклос, при всех своих недостатках никогда бы не стал насильничать. Значит, была причина, и я должна ее найти. Может, виной всему дневная вспышка? Истван говорил, он что-то пьет. В Сойме некромант казался нормальным. Теперь же будто вернулся во времена Верешена. Нужно поговорить с ним. Нет, сначала с Андором. Кому, как не лучшему другу, знать, что творится в его душе.

Некроманта в холле не оказалось. Полез целовать и бросил. Нечего сказать, чудесно. Или сбежал, не желая извиняться. Так похоже на Иствана.

Провинившийся мужчина обнаружился у ворот. Насупленный, сумрачный, он даже не смотрел в мою сторону.

— Извинись, — потребовала я.

— Зачем? Хуже уже некуда, — пробурчал Истван.

— Если ты извинишься, я пойду с тобой в театр и попытаюсь помочь.

— Помочь? — некромант обернулся и грустно усмехнулся. — Лучше ненависть, чем жалость.

— На нас смотрят, — напомнила Иствану, не зная, как реагировать на странное заявление. Будто та грязная сцена в картинной галерее — тщательно разыгранный спектакль.

Некромант кивнул и шагнул за ворота. Всю дорогу до дома Андора он молчал, шел впереди, иногда нарочито грубо толкал прохожих, якобы мешавших пройти. Значит, терзался и вымещал внутреннюю бурю на других — типичное поведение для Иствана. В итоге не выдержала, дернула некроманта за руку и потащила к ближайшему кабачку. Некромант отчего-то изливал душу только за кружкой спиртного.

— Ешь одна, — Истван вырвал руку.

Не знаю, почему так поступила, чисто по наитию, но сжала его лицо в ладонях, глядя в глаза. Странно, но некромант успокоился, усмехнулся и мягко отвел мои руки.

— Женщины так ветрены. — усмехнулся Истван. — Еще час назад ты меня ненавидела. Зато теперь я знаю, каковы твои настоящие чувства к Эрно. И злюсь я на себя. Не обращай внимания.

Вот так, посредине улицы. Хотя некроманта никогда не волновали подобные условности.

— Ты проверял? — все еще не веря, взорвалась я.

Истван кивнул.

— Зато теперь знаю, ничего, кроме дружбы. По некоторым признакам я надеялся на другое. — В голову отчаянно лезла минутная слабость. Уфф, не заметил. И мурашек не почувствовал. Все хорошо, Рената, твоя реакция — эффект неожиданности. — Ну ничего, продам по дешевке билеты и засяду за книги. Что еще остается отвергнутому? Не бойся, — он коснулся кончиком пальца моего носа, — докучать больше не стану.

Теперь выпить захотелось мне, но прежде вопрос:

— Ты и за Аранкой так ухаживал?

— Нет, — обескураженно ответил Истван.

— Так какого… так со мной себя ведешь? — взорвалась я.

— Потому что дурак. Потому что уже не молоденький аспирант, который еще верит… — он не договорил и поторопил, обрывая неприятный разговор: — Пойдем, Андор ждет. Его-то не за что наказывать.