Глава 15

Заворочавшись, подумала, что вчера перебрала лишнего. Голова гудела, свет вызывал болезненную реакцию. Сознание медленно возвращалось, вместе с ним и восприятие мира. Я лежала на чем-то мягком. Ага, в постели. Только отчего я там лежу не совсем одетая, точнее, в ночной сорочке? И не одна лежу… Ну, Истван, если ты это сделал, с женщинами завяжешь раз и навсегда: кастрирую. Растолкала полуголого (или совсем голого, не проверяла) некроманта и злобно зашипела:

— Скотина, ты что наделал?

Тот с трудом разлепил глаза, посмотрел на меня и недоуменно пробормотал:

— Ничего.

— Ничего?

Рука метнулась проверить, и через мгновение Истван вскочил, окончательно проснувшись, а я со стоном повалилась на постель, уткнувшись лицом в подушки.

Голый. Все, найду нож и укорочу в одном месте. Воспользовался ситуацией, подонок. Я ведь верила ему, думала, он на такое не способен, не станет насиловать. А вот оно как…

Хотелось выть в голос. Вовсе не оттого, что переспала с Истваном, а потому что он оказался Миклосом. Разочарование горько.

Попользовался и… Мне-то как после этого?

— Рената?.. — робко окликнул Истван и нерешительно коснулся плеча.

Кажется, он обескуражен. Странно, некромант не мальчик, не романтик, а циничный, прожженный мыслью мужчина.

Приподнялась на локте и глянула на Иствана сквозь спутанные волосы. Щеки алели румянцем. Самое гадкое — утро после неосмотрительного поступка, когда сильно сожалеешь о случившемся, но никак не можешь исправить. Только сейчас поняла: наверняка ведь спровоцировала, может, даже поцеловала. Ну не мог Истван с бесчувственным телом, он не такой. Но все равно, с пьяной, зная, что я не отдаю отчета своим действиям.

Уши горели. Берегини, надеюсь, никогда не узнаю подробностей вчерашнего вечера и ночи. Истван, пожалуйста, не говори. Что я натворила, что делала? Целовала? На губах на мгновение воскресло чужое дыхание. Отогнала наваждение и рухнула обратно на постель с глухим:

— Скотина похотливая.

— Да почему похотливая? — обиделся Истван.

Значит, со скотиной согласен.

Ярость вновь подняла флаг в душе и придала сил. Вскочила, собираясь выплюнуть парочку ругательств, но замерла с отрытым ртом, осознав, что это не моя комната. У Андора обивка мебели не в цветочек. И белого зеркального трюмо нет.

Истван к себе притащил? Тоже отпадает. Это королевский дворец, а родители Иствана — лавочники.

Некромант сидел, тактично прикрыв одеялом причинное место, и напряженно следил за мной. Вид ошарашенный. Судя по всему, помнил Истван немногим больше моего. «Может, напрасно обвинила?» — шевельнулся в душе голос совести.

— Эм, я с тобой не спал. Рената, неужели ты думаешь, будто я без твоего согласия?.. — Истван не договорил и, нахмурившись, болезненно поджал губы. — Вот, значит, какого ты обо мне мнения. Может, я и сволочь, но изнасиловать любимую женщину… Да в экипаж усадил, а потом темнота. Понятия не имею, почему я в таком виде. Слово даю.

Молчала, изучая цветочки на постельном белье.

Сомнения отразились на лице, и некромант взорвался.

— Не веришь, проверь. Взрослая, догадаешься как. Только после, Рената, на прежнее отношение не рассчитывай.

— Верю, — вздохнула я. — Прости, вывод сам собой напрашивался.

— Это отчего это? — сверкнул глазами Истван. — Оттого что Кирай? Да я пальцем тебя без разрешения не трону, ты для меня…

Некромант не договорил и скривился, будто от боли. Слишком лично, слишком откровенно, понимаю. Так вот как он меня любит.

Не удержавшись, прижимая одеяло к груди, потянулась к руке Иствана и погладила.

— Прости. — Что я могла еще сказать?

— Ладно, забыли. Вставай, будем разбираться, — вздохнул некромант и ободряюще похлопал по ладони.

Действительно, пора понять, где мы, отчего на мне чужая ночная рубашка — плотная и длинная, до пят, между прочим, — и почему Истван голый. Некроманта, похоже, тоже волновали эти вопросы. Обернувшись простыней, он обследовал комнату, злобно бурча себе под нос. Я тоже не сидела на месте. Прикрывшись покрывалом, подергала за ручку одной двери — заперта, потом другой — гардеробная. Там, к слову, обнаружились наши одиноко лежащие вещи. Даже запонки Иствана сверху заботливо положили.

— Рената, — послышался серьезный голос некроманта, — у меня для тебя плохая новость.

— А у меня для тебя хорошая, — я намекала на одежду. На Иствана уже не сердилась. Он действительно со мной не спал. — Давай ты первый.

— Магического фона нет.

— Что? — от неожиданности плюхнулась на пятую точку. Такого не может быть, он есть всегда. — Ты ничего не путаешь?

— Если бы. — некромант возник в дверях и прищелкнул пальцами.

Вопреки ожиданиям ничего, даже искорки магии.

— Убедилась? — мрачно спросил Истван. — Тут только обратная энергия и то неправильная.

— То есть? — я попыталась сотворить хотя бы световой шар, но даже элементарное заклинание не вышло.

— Из нее тут все состоит. Поэтому и фона нет, весь воздух — энергия. И, — некромант усмехнулся, — похоже, я знаю, отчего мы с тобой в таком виде. Кто чего хотел, то и получил. Ты желала выспаться — вот, пожалуйста. Я…. — Он закашлялся и отвел глаза, чтобы выпалить: — Тебя хотел, поэтому и голый. Мы в иной реальности, Рената.

Замотала головой, переваривая сведения. Бред какой-то. Но на то я и теоретик, чтобы не доверять на слово. Битых полчаса, завернувшись в покрывало, осматривала помещения и пришла к парадоксальным выводам: мы в тонком мире. Только как? Не въехал же экипаж сразу в иную реальность.

Истван за это время успел одеться и пустил по дому поисковые импульсы. Как некромант, он мог колдовать. Я же не слишком дружила с обратной энергией и пока не приспособилась брать ее из воздуха.

— Убедилась? — озабоченный некромант присел рядом на корточки. — Похоже, кое-кто устал ждать и затребовал к себе. Я тут думал, пока ты от ран оправлялась, — Истван повернулся спиной к гардеробной, давая возможность одеться, — все описание той женщины вспоминал. Ну, и то, что она во снах приходит. Так вот, у меня очень плохие новости: дамочка как раз тонким миром заправляет. Через артефакт. Думаю, это то колечко на пальце.

Торопливо одевалась, размышляя над сложившейся ситуацией. Если Истван прав, ничего хорошего ждать не приходится. Дама ясно дала понять: живой я ей не нужна. Тогда почему не убила сразу? Зачем эта спальня, кровать? Хотела сделать Иствану приятное? Не исключено. Тогда подтверждается моя версия: женщине нужен некромант. Чтобы его привлечь, она готова ему в постель девочку подложить, пусть расслабится, удовольствие получит и всецело отдастся работе на госпожу. Только почему я тогда в ночной рубашке? Я ведь ее рассмотрела — старинная, однотонная, плохо прокрашенная. Если алчущий мужик голый, то и меня нужно под бок класть такую же.

Покраснела от мысли, что мог натворить Истван спросонья. После бы перед Эрно не отмылась. Вот что значит принимать сомнительные приглашения. Расплата за твое легкомыслие, Рената.

С другой стороны, хорошо, что Истван рядом. Обратная энергия — его стихия. Есть хоть какой-то шанс выбраться отсюда.

С третьей — что-то мне не по себе. Нужно проверить, здесь ли мое тело, или сюда затянуло только сознание. Умение одеваться ни о чем не говорит, во сне мы прекрасно совершаем разные действия. Решено, нужно уколоть себя.

Я застала Иствана сидящим скрестив ноги на полу. Некромант постукивал запонками друг о друга и выглядел чрезвычайно задумчивым.

— Весточки не проходят, — не оборачиваясь, заслышав мои шаги, убил надежду Истван.

— Не создаются? — уточнила я.

Клубок беспокойства в душе постепенно сжимался, как еж при виде опасности, стал практически осязаемым.

— Да нет, пожалуйста, — ко мне тут же прилетела весточка от некроманта, — просто Андора в этом мире нет, они его не находят.

Выругалась, обхватив голову руками.

Сон. А там мое беззащитное тело, которое можно легко убить.

— Ладно, не паникуй, — Истван похлопал по полу рядом с собой. — Есть шанс, что Эрно Триглав услышит. У него обостренная связь с тонким миром, возможно, почувствует. Во всяком случае, весточка к нему вернулась — уже хорошо. Плюс, когда Андор заснет, мы до него достучимся.

Понятно, значит, сейчас утро.

— Это замок принца Амбруса. Тот самый, который мне хотели показать. — Осознание пришло мгновенно, стоило пустить мысли в свободный полет.

Истван взглядом попросил: поясни.

Нет, логично же. В том сне, где лич предстал человеком, а ненавидевшая меня незнакомка воскресила его прошлое, фигурировал дворец. Ну, или замок, я точно не помню. Обстановка комнаты — дворцовая и явно несовременная. Опять-таки ночная рубашка, сейчас такие даже в глухой провинции не носят. Оставалось только выглянуть в окно и увидеть знакомый туман, но я не успела: в дверь постучали.

Истван мгновенно вскочил, приложил палец к губам и указал на кровать. Не сразу поняла, чего он хочет. Оказалось, чтобы спряталась. Ну да, без магии же теперь. Сам некромант скользнул к двери и как заправский убийца вытащил откуда-то ножик. Оставалось только гадать, куда он его спрятал и как пронес в театр.

— Проснулись, голубки? — этот голос я узнала. Насмешка и чувство собственного превосходства.

Дверь распахнулась, и на пороге возникла женщина. Из-под свисающего покрывала я видела только туфельки — дорогие, изящные. Каблуки звонко цокали по полу.

— Добро пожаловать, господин Кирай. Надеюсь, вы к нам надолго.

— Сомневаюсь, — усмехнулся Истван. — Не люблю темных магов.

Раздался женский визг. Что-то упало. Решившись выглянуть, увидела безвольно лежащую на полу женскую руку. Отогнула покрывало выше и наткнулась на остекленевшие глаза Джолиан Злотары. Только выглядела блондинка странно, будто… Не выдержав, завизжала. С илиры слезала кожа, превращая ее в не первой свежести скелет. Она лич? Этого не может быть, они не имеют теплого человеческого тела. И голос, у той илиры, которая приходила к Эрно, совсем другой голос.

Истван не терял времени даром. Он бесцеремонно оседлал существо, некогда выглядевшее как Джолиан, и предупредил:

— Как только она умрет, мы проснемся.

Кивнула и на всякий раз выбралась из-под кровати, хотя все во мне противилось столь опрометчивому шагу как потеря укрытия.

Некромант буквально из воздуха достал шипящее тонкое лезвие, напоминавшее переплетение молний, и вонзил прямо в сердце кошмару последних трех месяцев.

Замок-дворец ощутимо тряхнуло.

Существо на полу, с которого окончательно слезла кожа, изогнулось в страшной судороге… и я с криком проснулась в своей комнате в доме Андора. По спине струился холодный пот. Первым делом ощупала себя, проверяя, цела ли. Вроде, да. Ущипнула себя. Ай, больно. Но теперь, после реалистичного сна, ничему не доверяла и осмотрела каждый уголок комнаты, даже в записи свои заглянула: точно воспроизвести их не сможет ни один мозг, буковка к буковке не получится. И только тогда уверилась: вот теперь я не сплю.

Андор уже ушел на работу, кухарка тоже куда-то отлучилась, дома я одна. Спала одетая, между прочим. Не солгал Истван.

Тут же послала весточку некроманту, и, подумав, поставила в известность Андора и Эрно. Последнего попросила проведать илиру, так эффектно закончившую посмертный путь во сне. Подозреваю, с ней случилось то же, что с дворянкой из Соймы, а то и вовсе пропала Джолиан.

Истван ответил сразу, судя по тону, мне ничего не привиделось.

Некромант строго-настрого запретил спать и посоветовал напиться кофе. Да я и сама знала: нельзя дремать. Не хотелось снова оказаться в мире снов, в котором все слишком реально.

Пока ждала Иствана и пила кофе в гостиной, размышляла над этой историей и нашла нестыковки. Самая очевидная — рассказ некроманта. По его версии я напилась, и он вез меня домой, когда мы вдруг перенеслись в мир снов. Только вот как Истван там оказался, не спал ведь. И я должна была проснуться на сиденье наемной кареты, а не в постели. Без туфелек, между прочим, с распущенными волосами. Похоже, кое-кому придется сказать правду.

Андор появился первым, буквально через пару минут. С папкой для занятий и книгой подмышкой. Кинув все это в прихожей, с порога поинтересовался, как я. Узнав подробности, нахмурился и, спросив разрешения, ринулся осматривать. Увы, рвение Андора оказалось не напрасным: он обнаружил на лопатке какую-то руну. Не эльфийскую, а совершенно непонятного происхождения. Чем ее нанесли, тоже неясно. И не рисунок, и не татуировка — будто кожа естественным образом изменила оттенок.

— Чем мне это грозит? — придерживая рубашку на груди, ерзала в руках Андора. Лежала б, было удобнее, а так все сползало.

Молчание мага не сулило ничего хорошего. Да и сам факт, что магистр велел раздеться до рубашки, говорил о многом. В частности, что страхи мои обоснованы.

— Пока не знаю, — мрачно ответил Андор, осторожно проведя пальцем по руне. — Больно?

Помотала головой и попросила описать руну.

Андор задумался.

— Сложно. Очень хитрое переплетение. Много острых углов. Я лучше зарисую. К своему стыду, никогда такую руну не видел. Сами не делали?

Ответила отрицательно. Без моего ведома тоже незаметно не наколешь: даже с обезболивающим заклинанием будет чесаться.

— Нужно разгадать смысл рисунка, — Андор убрал руку и выпрямился. — Одно скажу — это магия. И явно не та, которую преподают в академиях.

Тяжко вздохнула и напрямик спросила:

— Мне гроб готовить?

— Зачем же так пессимистично? — усмехнулся маг и направился в кабинет за бумагой. — Мы с Истваном все решим.

— Что надо решать? — послышалось деловитое с порога.

Обернулась и увидела Иствана. Потрепанный заспанный некромант во вчерашней рубашке смотрелся будто после длительной пьянки, даже белки глаз красные. Чем он ночью занимался? Или это последствия сна? Кстати, о снах…

— Ты всегда с собой оружие носишь? — вопрос совершенно не вязался с ситуацией, но потом ведь забуду.

— Что? — недоуменно вытаращился некромант, поздоровался с Андором и шагнул ко мне.

Ясно, тоже руну хочет рассмотреть.

Со вздохом приспустила только что натянутую на плечи ткань, даже, где смотреть, подсказала. Истван кивнул и пристроился на место Андора. Но в отличие от друга руками не трогал, просто смотрел.

Вопреки ожиданиям, некромант на вопрос ответил.

— Когда тебе грозит опасность — да. Нравится, не нравится, а убить не позволю. Как видишь, не зря беспокоился.

Палец Иствана таки коснулся кожи и чуть надавил. По телу пробежал холодок. Если правильно понимаю, неприятные ощущение — опасный симптом, и татуировка с чарами смерти, иначе бы на некроманта не отреагировала. Влипла по уши. И, спрашивается, за что? Всего лишь устроилась на работу.

— Это я выведу, — Истван постучал пальцем по коже. — Процедура болезненная, но действенная. Метки смерти на тебе не будет.

В комнате повисла напряженная тишина. Самым громким звуком внезапно стало мое биение сердца.

Метка смерти… Это как надо меня ненавидеть. Вряд ли просто за то, что оказалась не в том месте не на той должности. Тут другое: кого-то не устраивала живая я хоть в ином мире. Метка смерти — приговор, разрешение любому существу из смежного мира убить меня. Она медленно высасывает силы, приводит к болезням. На практике с ней давно не встречались: поставить такую способен только сильный темный маг, а таковых в Иссале истребили. Поэтому Метку смерти считали россказнями, страшилками — а вот как.

— Не бойся, — ласково произнес Истван и погладил по волосам, — я найду и убью эту сволочь. В глотку чары затолкаю. И плевать хотел, смертная та баба или нет.

— Помнится, ты не желал связываться с личем, — напомнила о прошлогодних событиях. — А дамочка, — язык не повернулся назвать ее, как Истван, бабой, — похоже, тоже неживая.

По лицу некроманта пробежала тень. Я видела его отражение в зеркале.

— Освежи память, — злые глаза Иствана сузились. — Особенно, в кого бы пришелся удар на верешенском кладбище. И только тогда говори, способен ли я отдать тебя личу.

На щеках заиграл румянец смущения.

Нет, я вовсе не утверждала, будто Истван трус, но…

Додумать не успела, потому что некромант порывисто обнял и поцеловал, сметая все мысли. Жадно, страстно, одновременно выплескивая злость и желание. Напор оказался настолько сильным, что я сдалась, позволила овладеть своим ртом. В голове пульсировала кровь, дыхания не хватало. Пальцы вцепились в плечи Иствана, губы… Я плыла по течению, а потом опомнилась, попыталась прекратить безобразие, но некромант и не думал заканчивать, от страсти перейдя к нежности. Поневоле вспомнилось его признание в стране снов, и присутствие Андора перестало казаться железной гарантией моей безопасности. Да и здесь ли маг, может, ушел. Ведь даже не кашлянул, ни слова не сказал. Попыталась отыскать Андора периферийным зрением: стоит, смотрит, головой качает. И молчит.

Поцелуй затягивался, пришлось упереться некроманту руками в грудь. Тот лишь дал воздуху глотнуть и вновь припал к губам, на этот раз лаская языком. Запястья, чтобы не мешала, сжал, рукой не пошевелить. А мне не увернуться. Мазнут губы по щеке и вновь накроют рот.

Меня так никогда не целовали. Жгучая смесь, от которой подкашивались ноги. И если так пойдет… Нет, я чужая невеста. И пусть губы Эрно не так сладки и умелы, Истван ничего не получит.

Слушать напарник ничего не желал, да и не давал говорить, поэтому пришлось прибегнуть к радикальному средству. Честно, я пыталась иначе, но Истван стал невменяемым, того и гляди, на руки подхватит и в спальню унесет.

Метила в бедро, но промахнулась и заехала коленом в пах. Истван взвыл и отпустил, согнувшись пополам. Я же стояла и не знала, что делать: то ли пожалеть, то ли отругать. Не хотела так сильно, не хотела туда. Больно ведь ему. В итоге стояла, не решаясь коснуться. Да и чем помогу? Обниму, поглажу, как ребенка? Глупо. И сам ведь виноват…

— А шансы-то есть. — неожиданно со смешком изрек Андор и, взглянув на напольные часы, добавил: — У меня важная лекция, прочитаю и вернусь.

И оставил меня одну с некромантом. Предатель. Хотя, о чем это я, они ведь друзья.

— Значит, так… — скрестив руки на груди, решила высказать все, что думаю. Вышло недостаточно грозно: жалела беднягу. Он ведь так и не разогнулся.

Неприятная история. Надеюсь, ничего не повредила.

— Прости, — с трудом из-за сбившегося дыхания, прохрипел некромант и, прочистив горло, продолжил из той же позиции в три погибели: — Ты права, я козел.

— Привез сюда и раздел? — решила продолжить утро честности.

Собственные извинения оставила при себе: не время. Пусть сам сначала покается, потом, если заслужит, заклинание наложу, компресс… Хм, нет, вот туда я точно ничего не приложу.

Истван покаянно кивнул и осторожно выпрямился, держась за причинное место.

— Не бывает дружбы между мужчиной и женщиной. — Нет, я ошиблась, извиняться некромант не собирался. — Я всего лишь гладил и смотрел.

Если до этого жалела, хотела помочь, то прошло. Надо бы пощечину ему влепить за похотливые руки, но и так досталось, не буду. Вместо этого категорично заявила:

— Больше я с тобой даже не обедаю, Кирай.

Некромант сжал челюсти и осторожно сделал шаг. Видно, что давалось это ему через боль. Я же гадала, чем этот тип вчера занимался, пока я спала. Как далеко простиралось это «гладил и смотрел»?

Нет, сама, конечно, виновата. Дофлиртовалась. И чем дальше, тем хуже. Причем, и мне тоже: Истван за короткий срок сумел добиться от меня того, что другим мужчинам и не снилось. Тому же Миклосу. И это беспокоило. Не хватало еще увлечься этим типом.

— Хорошо, — голос Иствана звучал на редкость спокойно. Некромант будто застегнулся на все пуговицы, стал прежним, времен нашего знакомства. — Я прекрасно пообедаю без вас, хотя ничего предосудительного не сделал. А вот от рабочих обязанностей отлынивать не дам. Деньги не за красивые глаза получаете. Поэтому подтирайте сопли и на кладбище. С осмотром могилы прекрасно справитесь, душу, так и быть, допрошу.

— А метка? — напомнила я.

Не хотелось становиться ходячей мишенью для всех и вся.

— Если государство оплатит, — отрезал некромант.

Перемены в нем пугали. Он снова говорил «вы», ощетинился всеми колючками и явно не собирался протягивать руку помощи. С одной стороны, не обязан, с другой, я успела привыкнуть и полюбить нового Иствана. Неприятно вновь оказаться в стане чужих, пусть даже всего пару минут назад туда же некроманта и отправила.

— Сбор через два часа, — без тени эмоций проинформировал Истван. — Мне нужно получить разрешение и привести себя в порядок.

— А почему ты… вы… в таком виде? — пересилив страх грубого ответа, решилась-таки задать личный вопрос.

— Рядом спал, потом к себе ушел. Даже не полапал, — с тенью досады процедил некромант и уже иным, командным тоном, добавил: — Через два часа. Дверь запрешь…запрете.

Истван деловито расправил воротничок рубашки и вышел в прихожую. Хлопнула дверь.

На сердце давил камень. Он ведь и не трогал вовсе, а сейчас прорвало от беспокойства. Не желание ведь, иначе бы дышал, просто испугался потерять. Я же вместо того, чтобы успокоить, коленом дала.

Ну сама посуди, если б Истван собирался с тобой того самого, стал бы он делать это на глазах у Андора? Некромант не из тех, кто выказывал чувства на людях, а если уж делал, то в исключительных случаях. И это явно не желание остаться с женщиной наедине.

Ночевал, значит, рядом. Перед глазами против воли возникла картинка: я сплю, Истван лежит рядом на боку, нежно смотрит, гладит. Потом пристраивается рядом, обнимает… Наклоняется и целует. Укротив воображение, послала повторную весточку Эрно, ни словом не обмолвившись об Истване. Не хотелось терять некроманта, не желала, чтобы они с Эрно сцепились. Влипла, как муха в варенье, все больше запутываясь. Впервые в жизни захотелось уехать к родителям. Ну ее, эту службу. Буду учить магии детишек, устроюсь в меженской школе… Останавливало одно: гадина магиня и там достанет, подвергать же родных опасности я не желала.

Через два часа стояла в условленном месте. Адрес Истван сообщил весточкой — скупо и сухо. Когда подошла, некромант уже поджидал у могилы, но даже не обернулся. Одетый в рабочую одежду, с пригоршней артефактов на шее, он сидел на скамье и созерцал памятник скорбящей деве. Та лила из кувшина невидимую воду и за прошедшие полтора столетия успела позеленеть и треснуть в паре мест. На голове и вовсе пророс мох.

Подошла ближе, чтобы разобрать подпись на замысловатом надгробии, но вместо этого прочитала девиз: «Пришедшему — слава». Занятно. Значит, жертва лича — благородного происхождения. Тогда понятно, почему от него отреклись. Одно дело, служанки, другое — илиры. Первые — так, никто не всплакнет, там-то, в прошлом столетии, а вот дворяне — опора трона. Лучше без принца, зато с короной. Тем более, принц ненаследный.

— Когда уезжаешь?

Вопрос застал врасплох. Как и следующий:

— Уволишься или переведешься?

Обернулась и встретилась с цепким, напряженным взглядом Иствана. Тот даже пальцы сжал, хотя всеми силами пытался изображать безразличие. Задумалась, скользя взглядом по верхушкам деревьев.

— Надо бы, — наконец пробормотала я: голос отчего-то стал тихим. — Мы не сможем вместе работать.

— Мы прекрасно сможем вместе работать, — возразил некромант, встал и остановился у меня за спиной. Это сильно нервировало. — И ты прекрасно это знаешь.

Наоборот, убеждена в обратном.

Истван — отличный напарник, великолепный некромант, но любит меня, а это перечеркивает все. Не успокоится, пока не добьется. То есть сработаемся мы только, если я брошу Эрно.

— Я бы хотела с тобой работать, но…

Дыхание Иствана щекотало шею, рождая мурашки. Пытаясь спастись от наваждения, сделала шаг в сторону, но поскользнулась, неловко взмахнула руками и задела нос некроманта. Кровь. Ох, надеюсь, не сломала. С тем же рвением, с которым утром защищала свою честь, пыталась всучить Иствану свой платок.

— Как понимаю, это твой ответ? — некромант старался унять кровь.

Хлестало знатно, я всерьез встревожилась, предложила Иствану прилечь.

— Пройдет. — отмахнулся тот и, зажимая нос платком — мой не взял, хоть собственный уже грязный, — указал на могилу: — Вперед.

— Истван… — робко начала я.

Хотела извиниться, объяснить, что не специально, мне очень стыдно, но некроманта мои объяснения не интересовали. Он уже все решил, сам все для себя объяснил.

— Ты дважды за день меня ударила, один раз и вовсе с намеком, где видала мои чувства, — некромант отнял платок и попытался дышать через нос. Он опух, покрылся бурыми подтеками. — Я сделал все, что мог. Сегодня же уведомлю власти о поиске нового помощника. Радуйся.

Хотелось бы, но не получалось. И вид мрачного Иствана тоже радости не внушал, как и его платок в пятнах крови. Попыталась помочь — некромант ударил по руке и отвернулся.

— Истван… — вновь повторила попытку наладить контакт.

На душе отчего-то было муторно, на сердце скреблись кошки. Ощущала себя безмерно виноватой. Смотрела на разбитый нос некроманта и вздыхала. Даже не извинишься: Истван ничего слушать не желал. Впрочем, как и я. Тоже хороша.

— Устал я от тебя, — некромант тяжело опустился обратно на скамью, скомкав в пальцах платок. — Не идет уже кровь, успокойся.

— Только… — он горько усмехнулся и не договорил, качнув головой. — Понял уже, что случайно вышло, молчи. Остальное… Я просто пытался тебе понравится. Просто. — повысив голос, повторил Истван. — Ты же… Я пытался быть нормальным, свидетельница Мара. Менялся, верил и наступил на те же грабли. Метку сниму, и порхай к Эрно. Только я никогда не забуду и не прощу. За подлость не прощу.

Ошарашенно уставилась на него, силясь понять, в чем же подлость. Перебирала свои поступки и не находила. Глупость, легкомыслие — пожалуйста, но предательство?

— Ты обнадежила, — пояснил Истван. — А я, дурак….

Он махнул рукой и отвернулся, чтобы глухо, со злостью пожелать:

— Счастья с Эрно. Самое то для него.

И так жалко его стало, и такой гадиной себя ощутила. Выполз из раковины, а его коленом. Но заговаривать с Истваном не стала, вернулась к могиле и обошла ее, выискивая странности. Вроде, никаких. Покойница из гроба не вылезала, подымать ее тоже не пытались. Тихо и спокойно. Магический фон ровный. Словом, мне тут делать нечего. Для порядка посмотрела тонкий мир. Духи есть, но незлобные. Лич тут точно не появлялся.

— Чисто, — кивнула на могилку.

Некромант даже не пошевелился. Обиделся. Как маленький.

— Пожалуйста.

Тот же эффект.

Потом Истван и вовсе встал, зашагав прочь. Даже не оглянулся, не попрощался. Шел размашистым быстрым шагом. Руками не размахивал — какое уж тут дружелюбие, расслабленность.

Вот и все, решение Истван принял. Мне бы порадоваться, а я броситься следом хотела. Удержал только здравый смысл. Уже натворила бед, исчерпала лимит дурных поступков. Да и не захочет некромант сейчас ничего слушать, либо промолчит, либо нагрубит.

Вздохнув, решила сама попытаться поговорить с духом. Недаром же Истван настаивал на этом общении. Я, конечно, не некромант, но с тонкими материями работать умею, кандидатскую по ним защитила. Душа не отлетела, держит ее что-то. Надеюсь, сумею дозваться.

Как оказалось, решение Истван принял неокончательное, потому как буквально через пару минут вернулся во взволнованном состоянии.

— Молчи. — прикрикнул на меня, не позволив и рта раскрыть. — Тряпка я, проехали. Тут ритуал проводили. Сегодня ночью.

— Что? — вскрикнула я, напугав птиц.

Они с шумом разлетелись с насиженных веток, а подметавший дорожки дворник укоризненно глянул в мою сторону.

Истван приложил палец к губам и опасливо глянул по сторонам.

— С ума сошла? — шикнул он и потащил в укрытие под ивами. — На всю столицу растрезвонь. Я случайно почувствовал отголоски. Дурно, очень дурно, Рената.

Некромант закусил губу и нахмурил лоб. Я терпеливо ждала, не мешала думать.

— Так, срочно снимаем метку. Пока она на тебе, не смогу спать спокойно. И плевать, с кем ты станешь жить. Мы сейчас же идем в дом Андора и…

Договорить Истван не успел: откуда-то сбоку, слева, раздался истошный крик. Некромант выругался и метнулся туда, потащив заодно меня на веревочке. Бежали недолго. У оградки одного из склепов, прижав руки к лицу, в полуобморочном состоянии замерла женщина. Взгляд ее приковало нечто на земле. Присмотревшись, поняла, искать жертву ритуала уже не нужно.