Глава 19

Темнота делает уязвимым, особенно, когда топаешь через овраги.

Истван настоял, чтобы лошадей привязали у небольшой рощицы, а сами пошли к замку пешком. По его словам, эта предосторожность поможет остаться незамеченными для защитников замка. По мне, зомби одинаково хорошо видят и людей, и животных, но с некромантом спорить не стала. Он же не лезет с советами в начертательную магию, вот и мне не следует встревать в магию мертвых. Истван не Винс, если говорит, значит, знает.

Увы, с порталом не вышло, и Джено предложил перекачать затраченную энергию обратно в накопители. В итоге мужчины благополучно «затарились», а я осталась, с чем была, то есть неполным магическим резервом. Поэтому к замку плелась в дурном настроении, проклиная лича и плохую дорогу. Старалась думать об Эрно, иначе бы давно попросила сделать привал. Но маг должен быть сильным, помощник некроманта обязан проявлять мужество, поэтому спутники не услышали ни слова, хотя ждали, я же видела. Истван даже сумку предложил забрать — отказалась. Не рассыплюсь.

Темный силуэт полуразрушенного замка возник из дымки облаков, будто из мира грез. Сначала даже испугалась, не переместились ли мы в другую реальность, но потом успокоилась. Вряд ли мир снов патрулируют зомби. И вряд ли эти самые живые мертвецы…

Прижав руку ко рту, проводила взглядом странную парочку. Я ошиблась, зомби ничего не патрулировали, они вели товарищей в замок. Будто «старички» «салаг».

— Там кладбище, — одними губами пояснил Истван, кивнув туда, откуда тянулась шеренга мертвецов.

Джено беззвучно достал меч и переглянулся с другом. Некромант покачал головой и тронул меня за рукав, увлекая в кустарник. Заставил присесть и приложил палец к губам. Сам же считал, потом чертил на земле. Что, не видела: мешала тень.

— Наша знакомая рискует. — не отрываясь от работы, вполголоса заметил Истван. — Целое кладбище. Уже не выбирает. Судя по твоему рассказу, колечка у нее теперь нет, но вернуть его она наверняка попытается.

— Почему?

Ощущала себя глупым ребенком, который ничего не понимает.

— Завладеешь древним артефактом, узнаешь, — хмыкнул некромант и одарил пристальным взглядом. — Да и женщины, знаешь ли, мстительны.

С последним бы поспорила, но смысл уловила. Только вот на месте Джолиан я не стала бы идти против лича.

Полагала, Истван поведет нас к кладбищу, но ошиблась. Некромант поднялся во весь рост и пустил вверх по холму стену огня. Запахло паленой плотью. Зажала нос рукой и приготовилась защитить спину напарника — или что там понадобится. Но не потребовалось: Истван, не напрягаясь, уничтожил всех новобранцев загробного воинства.

— Вот так, и безо всяких мечей, — некромант свысока глянул через плечо на Джено и смело зашагал к замку.

Но я-то видела, Истван предельно собран, а на кончиках пальцев искрится магия. Значит, заклинание уже заготовлено, осталось только спустить. Вторая рука лежит на рукояти меча: чарам доверяй, но на себя надейся.

Я тоже не шагала балластом: следила за тонким миром и готова была в любой момент выбросить щит, способный укрыть всех троих. И первой же подала сигнал об опасности, всего на мгновение раньше, чем забеспокоился Истван.

Они налетели из руин, с гортанными криками осыпав отравленными стрелами. Если бы не щит, нас постигла бы участь Винса в Гнилой гати, только неизвестно, выжили бы. Слоа — на редкость мерзкий народец. Мелкий, но юркий. А еще летучий — свойство, превращающее их в серьезную проблему. Слоа уродливы и отдаленно напоминают людей, только косматы и с когтями вместо ногтей. Этакие вечно хмурые и гневные карлики с нездоровым зеленым цветом лица. Кроме луков нередко вооружены копьями, а то и мечами. Наши, к счастью, ограничились только луками. Зато вопили так, что лопались барабанные перепонки.

С досадой глянула на Иствана. Говорила же: не лезть, нет же, теперь придется с боем отсюда выбираться.

— На тебе защита, — отдал приказ некромант, ожидаемо не заметив укора. — Скажешь, когда стриги поберутся.

Стриги?

С каждой минутой холм с замком лича все больше напоминал Гнилую гать. Не хватало только вылезавших из земли упырей и смертоносной трясины. Потом вспомнила, чем в замке занимался принц Амбрус, и перестала удивляться. Стриги в месте постоянных жертвоприношений и экспериментов с живой и мертвой плотью — дело привычное. Они ведь падальщицы, не упустят возможности подлизать кровь с пола. Главное, чтобы до живых не добрались.

Стриги — родственники вампиров и упырей, существа исключительно женского пола и напрочь лишенные сексуальных желаний, то есть обольстить невозможно. Размножаются они тоже не как люди — схоже со спиритами, то есть рождаются из сгустков энергии над «дурными местами», но без помощи некроманта не могут заполонить окрестности. Стриги целиком и полностью зависят от наличия обратной энергии, чем ее больше, тем вероятнее увеличение поголовья. Они дети иных миров, если залатать все прорывы, не смогут порождать себе подобных. Самое опасное, стригу легко перепутать с обычной совой. Нет, глаза у них иные, но, согласитесь, вряд ли вы успеете ночью рассмотреть чью-то радужку. Больше всего стриги любят кровь младенцев, но и нашей не побрезгуют.

Плюхнулась на землю, стараясь не думать о проносящихся с воем над головой слоа, и сосредоточилась на рисунке. Если все сделаю правильно, смогу видеть местность в радиусе ста шагов. Магическое зеркало — вещь сложная, но по силам кандидату наук.

А вокруг стояла такая дивная ночь.

Истван с Джено же боролись с нежитью. Пригибаясь к земле, удерживали щит и без устали работали в две руки: одна держит меч, вторая колдует. Приглядевшись, поняла, друзья разделили обязанности: Джено прикрывал Иствана, на долю которого выпало чароплетство. Некромант работал в поте лица, временами бросая взгляд за спину, на меня. Когда выдалась передышка: слов отступили, размял кисти и не удержался от едкой жалобы:

— Вот и помри в своей постели. Зато жене хорошо: мужа вечно дома нет, можно любовника завести.

Если б не бой, толкнула бы скотину в спину. Знает ведь, я не такая, а говорит гадости. И пусть не собиралась замуж за Иствана, но в такой ситуации стояла бы рядом. Не смогла бы спать, зная, что супруг рискует жизнью. Вот и Эрно одного не отпущу. Пусть запирает, чары накладывает.

Перегруппировавшись, слоа снова ринулись в бой. Появились стриги. Я пока не видела их — чувствовала: пошло колебание фона. Вот и в тонком мире отразились. Двое. Ладно, справлюсь, только сначала зеркало доделаю. Оно мужчинам ой, как пригодится.

Линии четко ложились на землю. С каждой новой обретала уверенность, все меньше боялась ошибиться. Время поджимало, некогда сомневаться.

Круг. Линия жизни и смерти. Четыре стихии. Вдохнуть в них жизнь, напитав собственной энергией. Теперь аккуратно, не пропуская ни сектора, заткать тончайшим полотном из пластов, напоминавших слоеный пирог. Внизу — обратная энергия. Посреди — стабилизатор. Наверху — волны прямой энергии. Соединить воедино, закрепить и вдохнуть жизнь эльфийскими рунами.

Мировой ясень, призываю твою мудрость и силу. Земля, воздух, вода, огонь, поделитесь своим обликом.

И венчает все уруз — символ нового начала.

Получилось. Испестренный рисунками пятачок вспыхнул и превратился в зеркало.

Один минус у этого заклинания: требуется постоянная подпитка. Ну ничего, сумею поддерживать в рабочем состоянии. В конце концов, стриги не самая сильная нежить. Где они, кстати?

Бросила взгляд в зеркало и попросила показать. Ага, ясно. Теперь расстояние и скорость полета. Чудесно. Точно справлюсь. Оставив зеркало мигать и поочередно показывать всех наших врагов, встала, отряхнув ладони. Никогда не любила фехтование, но придется. Мышцы сами вспомнят.

— У кого из вас меч легче? — озадачила мужчин вопросом.

Оба, на миг позабыв о бое, озадаченно уставились на меня. За щитом бесились слоа, десятки стрел ежеминутно пытались пробить в нем брешь, тоненько звеня. Щит мигал, но держался.

— Колдуй лучше. — обозначил свою позицию в отношении девушек и оружия некромант и, поджарив слишком близко подобравшегося слоа, отрывисто спросил: — Стриги появились?

Кивнула и вздохнула. Не дадут меча, придется кинжалом, а это опасно. Но ничего, жить тоже небезопасно, а уж профессия мага и вовсе вечное хождение по краю бездны.

— Там зеркало, оно окрестности отражает.

Ноль внимания, только скупой кивок. Все верно, не место для разговоров и так сильно отвлеклись. Без надежного щита плохо бы кончилось.

Маги снова стоят плечом к плечу. Джено рубит руки и головы, Истван обеспечивает слоа вечное посмертие.

Воздух дрожал от магии. Фон прыгал так, что не удивилась бы, если бы пробудились еще какие-то мертвецы.

Полная концентрация, слаженность движений, даже своеобразный ритм. Джено бы Иствану в напарники, а не меня.

Убедившись, что мужчины заняты делом, потянула за шнурок и сжала защитный артефакт. Активировался. У меня в запасе полчаса боя средней интенсивности, должно хватить.

Осторожно развела силовые нити щита и выбралась наружу, тут же заделав прореху. Собственный щит надежно защищал от слоа. Та, разумеется, поспешили проверить, прошибут ли их стрелы тонкую мерцающую преграду. Не пробили. Неплохой я теоретик, вот в чем-чем, а в защите обойду любого боевого мага. Практиков учат убивать, нас — обороняться.

— Куда? — рявкнул Истван и немыслимым движением, как только умудрился, ухватил за плечо, откидывая назад. — За спину мне.

Но в этот раз отсиживаться не собиралась. Вырвалась и, вздрагивая от каждого прогибания наскоро сотворенного личного щита — общий-то остался позади, — сжала в левой руке кинжал. Правая нужна для колдовства.

Вот и первая птичка. Вторая появится через полминуты, нужно успеть.

Перепрыгнув через тело мертвого слоа, зашевелила губами и выпустила на волю искрящийся шар.

Мара.

От очередной стрелы на коже остался синяк. Похоже, слоа перешли на магию, раз щит настолько истончался во время удара. Ничего, сейчас наращу еще один слой и продолжу охоту.

Стрига, вереща на высокой ноте, билась на земле. Контуры птичьего тела расплывались, сквозь них проступал облик женщины. А вот и стрига в истинном образе: нечесаные длинные волосы, безумные глаза и рот с острыми зубками. По телу стремительно расползается магический ожог — белесое пятно.

Уворачиваясь от стрел слоа — не нужны мне новые синяки, — добралась до раненной стриги. Зашла сзади, чтобы она не видела. Но стрига таки услышала, дернулась и едва не достала острыми зубами. Но я предвидела нечто подобное и нанесла удар, одновременно уходя от ядовитого укуса. Прямо в сердце. Есть, мертва.

Теперь вторая. Вот с ней пришлось хуже: с первой я замешкалась и позволила себя разглядеть подлетевшей товарке убитой. Пришлось пригнуться, чтобы не ослепнуть: стрига горела желанием выколоть мне глаза.

От высокого воя закладывало уши. О да, это стриги умеют. Оглушат, дезориентируют жертву и нападут. Не отказалась бы от затычек в уши, заодно и брань Иствана бы не слышала. Ни одного цензурного выражения в свой адрес, зато сколько обещаний. Он некромант, может и сдержать. Хорошо, сейчас делом занят, а то бы открутил голову, как грозился.

Бой со стригой напоминал танец, только очень своеобразный, с кульбитами и перекатыванием по земле. Слоа лишь подавляли огня… и синяков. Накопитель на шее мигал, напоминая, подпитка зеркала истощает ресурсы. Подумала и оборвала ниточку. Мельком проверила тонкий мир: не ждут ли еще какие-то неприятные сюрпризы? Да нет, только зомби-строители. Они не спешили на помощь слоа, таскали себе материалы и провожали товарищей. И то хорошо. Плохо только, что кладбище встало, заранее жалко Иствана.

Настырная же стрига попалась. И слоа ринулись как в последний бой, будто задались целью развеять мой щит. Хоть на землю садись и стационарную защиту черти. Но ничего, я же теоретик, сейчас усилю нити, и не достанут. Кровоподтеки же… А, пустяки.

Помогли мужчины. Оказавшийся рядом Джено разрубил пополам особенно настырного слоа. Вот это физическая форма — так прыгать.

И тут стрига совершила ошибку: переключилась на другую жертву. Я с нескрываемым удовольствием оборвала ее полет и всадила в грудь кинжал. Бросила взгляд на небо: всего два слоа. Ладно, пора помочь мальчикам. Подула на падавшую на лоб потную прядь и попросила Джено пустить под щит. Тот кивнул, и, развеяв свой, быстро юркнула к магу. Укрепила его щит и предложила сотворить воздушную воронку. Сама бы не смогла: сил не хватило. Джено задумался и кивнул. Я занялась базой, маг же обменялся взглядами с хмурым Истваном. Тот, тяжело дыша, стоял, опершись о меч и, казалось, вовсе не обращал внимания на «покусывания» слоа. Вокруг некроманта валялись трупы стрелков, образовав своеобразный бруствер.

— Пригнитесь. — приказал Истван.

В следующий момент воздух задрожал и сгустился до состояния меда, чтобы взорваться сотнями осколков. От неожиданности упала на колени, ткнувшись носом о землю.

Шмяк.

Подняла взгляд и увидела мертвого слоа. Чуть поодаль, лежал второй. Быстро и без лишних хлопот.

— Уши тебе сразу оторвать, дура безмозглая? — подобравшись к нам, устало поинтересовался Истван и с ходу заявил: — Зомби за тобой, Джено, у меня кладбище.

Маг кивнул и развеял щит.

Я с опаской глянула на некроманта. Вроде, тот не проявлял признаков агрессии. Плюхнулся на землю и потянулся к фляжке с водой.

— Вот ответь мне всего на один вопрос: зачем?

Странный вопрос, если честно. То я помощник и маг, то дите малое.

— Затем, что умею не только защиту ставить.

— Ладно, зайдем с другой стороны, — похоже, Истван горел желанием доказать свою правоту. — Тебе что старший напарник приказал? Да, Рената, я твой командир, нравится тебе это или нет. И как наказывать за ослушание будем?

Вопрос прозвучал слишком… несерьезно, потому с усмешкой ответила:

— Ну отшлепай.

Не стоило, конечно, потому что, судя по взгляду, Истван прикидывал, как бы это сделать. На всякий случай спряталась за Джено. Мало ли. Если некромант вбил в голову женитьбу, то может через колено перекинуть.

— Хм, у меня другой вариант имеется, но тоже эротический, — после долгого молчания, явно издеваясь, произнес Истван. — Называется групповое свидание с зомби.

Понятно, придется на кладбище за некроманта всю работу делать.

— Ладно, чего расселись? — хлопнул в ладоши Истван и, подавая пример, встал. — У нас целый замок впереди и зомби-любители прекрасного. Рената у нас идет первой, раз героиня. — Вот и подложил свинью. — Джено следом, я замыкающим. Меня не трогаем, зовем, если только хозяин объявится. Завещания все написали?

Думала, некромант шутит, но Джено кивнул. А я не написала… То есть, Истван полагает?.. Засосало под ложечкой, вспомнились прежние свидания с личем. С другой стороны, что у меня есть? Ни поместья, ни фамильных драгоценностей.

— А ты?.. — вопросительно глянула на некроманта.

— Испугалась? — рассмеялся он. — Да, после Гнилой гати озаботился. Может, потом поправки внесу. А теперь хватит думать о смерти, она и так вечно о нас думает, топаем к замку. И два часа на все-про все. Потом на кладбище и по домам, спать. Рената, спишь со мной. Только напрасно не старайся, меня даже суккуба не соблазнит после такой ночки.

Даже обидно стало. Глупо, но восприняла как оскорбление. Вот зачем последнюю фразу сказал? Видимо, Истван и добивался такой реакции, потому что расплылся в довольной улыбке. И к этому человеку Джено советовал присмотреться? Да тут и Аранкой быть не надо, в первый же день брака сбежишь.

Отряхнулась и, как велено, пошла первой, проверяя, кто или что ждет впереди. Пока тихо, только зомби. На нас их не натравили, значит, хозяина с хозяйкой дома нет, а замок защищали слоа.

Сколько там живых мертвецов? Надеюсь, не полный подвал. Стыдно, но зомби боялась. Трупный запах и ошметки плоти даже в десятый раз вызывали непроизвольную рвотную реакцию. Лучше костяки, они без червей. А Истван, он может и в могиле с полуистлевшим трупом завтракать.

Мысли перескочили к Эрно, и сердце в который раз сжалась от тревоги. Не сомневаюсь, Джолиан воспользовалась приворотом. Не мог Эрно иначе на нее польститься. Наверное, подала отравленный чай. Только как, как Эрно мог ничего не почувствовать?

И опять назойливая мысль о давнем знакомстве жениха с илирой Злотарой. Это, наверное, мои фантазии, но не портрету же она влюбилась.

Сначала Камилла, теперь эта дамочка… Будто медом им намазано. Или Эрно Джолиан как маг нужен? Не исключено. Ведь Джолиан лича обожала, на неполное воскрешение пошла, не натравила армию снов, когда Амбрус отобрал кольцо. Могла ведь илира таким глупым способом попытаться вызвать ревность? Могла, только напрасно: неупокоенные маги чувств не испытывают, у них жив разум, а сердце мертво.

Защитный контур. Кто бы сомневался. Знаком попросила мужчин остановиться и подошла ближе, рассматривая плетение. Тонкая работа. Но ничего, меня никто не торопит, слоа над головой не носятся, можно повозиться. Появятся зомби — Джено рядом.

Бумагу бы. Так, поглядим, что в сумке имеется. Нашла блокнот и с упоением занялась творчеством. Маги понимающе не мешали. Зомби тоже. Видимо, у них обеденный перерыв. Ночью — самое время.

Восстановила плетение и принялась разбирать на звенья.

Рядышком присел Истван. Сначала просто смотрел, потом отнял рисунки и что-то дорисовал. Нет, не выход. Может, Истван и некромант, а магия лича темная, только мне виднее.

Решение не сразу, но нашлось, как и слабые точки плетения. Нанести удар доверила Иствану. Раз так рвется помочь, флаг в руки. В случае чего, я не виновата. Но некромант не ошибся, и контур, в последний раз мигнув, потух.

— Разделимся? — почти одними губами шепнул Истван. Он снова сжимал рукоять меча, то и дело посматривая по сторонам.

Джено кивнул и на пальцах показал: берет подвал. Истван покачал головой и скосил глаза на меня. То есть в подвал отправят меня? По-мужски, нечего сказать. Да там же главный эпицентр зла. Оказалось, некромант планировал взять меня с собой под землю, но Джено воспротивился. После недолгого спора на уровне взглядов Истван сдался и махнул рукой.

— Ядвиге соболезнования не пришлю. — пригрозил он.

Джено пожал плечами и скрылся в темноте. То есть вот так, уже?.. Я думала, мы вместе в замок войдем.

Истван положил руку на плечо, будто боялся, что поспешу за Джено, потом толкнул в спину, но в другом направлении.

— Теперь ты мои глаза, — предупредил Истван. — Обо всем подозрительном говори сразу, никуда не лезь. В бою стоишь за спиной, страхуешь. Любые идеи озвучиваешь.

Кивнула, полностью сосредоточившись на тонком мире.

Предупреждать об опасности пришлось скоро: на пути показались зомби.

Истван не стал тратить силы и время на рукопашную и пустил по земле волну огня. Я проверила, никого не осталось. По запаху чувствовалось. Зажимая нос, быстро миновала кучки пепла, и юркнула к воротам. Они, разумеется, не сохранились, только арка. Не рухнула бы.

— Да-а, неплохой дом. — Истван похлопал ладонью по камню. — Жгли, жгли да не сожгли. Не иначе, магию в раствор вплел. Знать бы, на чем прокололся. По твоим рассказам, умный мужик — а как студент.

Пожала плечами. Меня сейчас волновало другое: не приготовил ли гостеприимный хозяин ловушек?

Истван оперся ладонью о стену позади моего плеча и смотрел на луну. Потом обратил взгляд на меня и поправил прядь волос: она опять лезла в глаза. Только вот руку не убрал, провел пальцем по щеке.

— Ну как, тряхнем стариной? — усмехнулся Истван.

— То есть? — вопросительно подняла бровь и осторожно убрала руку напарника с лица.

Не то, чтобы неприятно, ситуация нехорошая. Я и так слишком многое Иствану позволяла, Эрно в праве накричать. Только вот нет ощущения неправильности. Вот, спрашивается, где совесть, когда она так нужна? Вместо нее усталость и опустошение. А еще апатия. Не должны пальцы Иствана касаться щеки и все. Никаких чувств и мыслей они не вызывают.

— Раньше свидания при луне устраивали. Неужели мальчики не приглашали? — удивился Истван, поменяв опорную руку.

— Приглашали, — пожала плечами.

Меньше всего сейчас хотелось вспоминать отроческие годы. Пусть зомби и нет, но замок-то лича.

— Можно тебя поцеловать?

Теперь настала моя очередь удивляться.

Истван никогда не спрашивал о подобных вещах, он просто делал. Вот и теперь наклонился, практически касаясь губами лица. Глаза влажно блестели во тьме, дыхание щекотало.

Закрыла глаза и вздохнула. Делай, что хочешь, только дай немного постоять в покое. Усталость вдруг обрушилась на плечи непомерным грузом. А ведь мы всего лишь дрались со слоа. Это так, стычка, не бой.

Ощутила мягкое, чуть шершавое прикосновение к обеим щекам. Рукава его рубашки. Нет, вот ведь неугомонный. Открыла глаза, чтобы высказаться против романтичных намерений, но отчего-то передумала, позволила обветренным губам Иствана накрыть свои.

Поцелуй напомнил тот самый первый, у дома некроманта, только в этот раз Истван обвел языком контур нижней губы. И целовал уверенно, хоть и осторожно, без страсти. Стыдно, но мне понравилось. Совсем не хотелось сопротивляться, потому что от некроманта не исходило угрозы. Думала об Эрно, постоянно напоминала себе о нем — и стояла, позволяя твориться безобразию. Наконец все закончилось, и Истван отстранился. Опасалась смотреть на него, понимая, на лице написано превосходство.

— Отшлепать — это прекрасная идея, — непривычно мурлыкнул некромант, так чувственно, что бросило в дрожь. — Только вот после не засну. Или ты хочешь?

— Извращенец. — возмутилась я и попыталась сбежать.

Куда там. Руки Иствана заперли в ловушке.

— Он тебе предложения не делал, — некромант вновь наклонился к самым губам, заставив сжаться в клубок.

— Ты тоже перед фактом поставил, — возразила я, боясь дернуться.

— Значит, не делал, — губы Иствана расплылись в улыбке. — Опоздал, дурак, я ж теперь свое не отдам.

И, видимо, чтобы окончательно застолбить право на «свое», поцеловал. Да как. Истван вжал в кладку, не позволяя вздохнуть без его согласия, дождался, пока перестану сопротивляться и безоговорочно овладел моим ртом.

Эрно так целовать не умел. Это было сродни… Не знаю, той стене огня, которую Истван недавно пустил по холму. Я уже не упиралась в грудь некроманта, ошалелая, целовала в ответ, позволяя поглаживать бедра с совсем не дружескими намерениями. Тело тянулось к его телу, выгибалось дугой, язык сплелся с его языком.

Берегини, он же меня здесь и сейчас… И я сдамся, потому что Истван сильнее. Дело не в физическом превосходстве, а в этом бешенном напоре, заставляющем безоговорочно принять чужую волю. Как потом в глаза Эрно смотреть? Что я делаю, зачем делаю?

Отголоски сознания уловили движение мужских пальцев: расстегивает пуговицы.

Нет, Истван, не надо, не хочу так. И он будто почувствовал, тяжело дыша, отступил и зло сказал:

— Будь ты проклята, Рената Балош, со своим соблазном.

Я тоже с трудом дышала. На щеках пылали алые пятна. Не видела, но ощущала их.

Наваждение какое-то. Как, почему? Я люблю другого, хочу за него замуж…

Пальцы не сразу смогли застегнуть пуговицы. Оправив ремень штанов, глухо — горло вдруг пересохло — поставила перед фактом:

— Ничего не было, Кирай.

— Вестимо, не было, — согласился он. — Пойдем, зомби заждались.

И тут же повернулся спиной, то ли демонстрируя презрение, то ли давая возможность привести себя в порядок. Ну да, не хватало, чтобы Джено в таком виде застал. Не отопрешься.

Нервно взъерошила волосы и шагнула к Иствану. Тот продолжал рассматривать звезды. И ведь не скажешь, что всего пару минут назад… Поражаюсь самообладанием Иствана. Я бы на его месте довела дело до конца, не смогла бы остановиться. А он остановился. В ущерб себе, собственным желаниям. Значит, я для него дороже инстинктов. Вот уж не думала, что Истван способен на такое глубокое чувство. Некромант казался себялюбивым, холодным, черствым — и тут вдруг… И не только тут. Признай, Рената, в последнее время Истван тебя всячески оберегает, даже сумки таскает. Истван Кирай — мою сумку.

Однако поведение некроманта недопустимо. Нужно что-то сказать, но слов не нашлось, и я буркнула:

— Пошли замок осматривать.

— Даже без пощечины? — изогнул бровь Истван.

Надо бы, но не могу. Сама виновата. Это все равно, как украсть петуха, а потом жаловаться на то, что владелец тебя высек.

Провела ладонью по губам. Прокусил. Когда только успел? Я и не заметила. О чем только думала и думала ли? В этом-то и вся проблема: некромант заставил забыть обо всем. Тревожный признак. Я беспокоилась за Эрно, шла его вызволять, вокруг полная опасностей ночь, а я таю от поцелуев не жениха — напарника.

— Без, — с запозданием ответила я. — Прежде я ведь тоже с поцелуями лезла.

В той же Сойме, когда проверяла, остались ли у Иствана чувства ко мне. Выдумала тоже. Спрашивается, зачем выясняла? Есть же Эрно, у нас все хорошо, только вот отец его категорически против. Какая, собственно, разница, любит ли меня Истван? И какая разница, зачем Эрно поехал провожать Камиллу, почему поддерживал теплые отношения с влюбленной в него девушкой.

Ладно, спокойно, ничего не произошло. Ничего. И Эрно говорить не нужно. Только вот Истван может. Он и прежде потчевал соперника разными угрозами, обещаниями, а теперь такой шанс. Некромант непременно им воспользуется, а Эрно, Эрно ведь даже не накричит, молча уйдет, и я останусь с этим…

Что со мной происходит? Я все распланировала, строила планы на десять лет вперед, и Истван за одну минуту разрушил все. Как же тогда обручение с Эрно, моя работа? Я ведь собиралась перебраться в Верешен и попытаться выслужиться, чтобы Триглав-старший не смотрел свысока. Понимаю, мы с Эрно не ровня, но ведь если его это не смущает, почему должно волновать меня? Любовь важнее, я же кандидат магических наук, не простая мещанка. С Истваном-то подобных проблем нет. Сдается, его мать любую невестку теперь примет с радостью, лишь бы женился. Отец не знаю, может, он за сына конкретную прочил.

Огляделась и поежилась от длинной тени разрушенной башни замка, падавшей прямо мне под ноги. Где мой напарник? Надеюсь, занят не тем же, что и я, иначе оба рискуем войти в историю как пара самых бестолково погибших некромантов.

Истван обнаружился чуть поодаль: рассматривал каменную кладку, будто это произведение искусства. Думала, там лаз, чары какие-нибудь, подошла — ничего. Интере-е-есно, что это мы вдруг стали пользоваться такими приемами? Это ведь мне, не ему, стыдно, только вот прятался некромант. Видимо, ему тоже непривычно. Я не Вилма, не та девушка, которую застала с ним как-то утром. Кажется, подавальщица, не помню уже. Словом, Истван терялся, когда речь шла не только о постели. Признательна ему за это. Сквозь землю бы провалилась, если б он спросил, хочу ли я с ним переспать. Пусть уж просто намекает, что хочет, а не ставит перед выбором.

— Кирай, — нахмурилась и для солидности угрозы даже подбоченилась, — хоть одно слово Эрно — придется звать твоих коллег. Я, может, и теоретик, но на дуэль вызову.

Истван отлепился от стены и фыркнул.

— Уверена, будто я защищаться не стану?

Признаться, надеялась. То есть он и ударить меня способен? Чудесно. И после этого в любви клялся. С этим человеком ты мысленно изменяла Эрно.

Истван же продолжал издеваться.

— Избить меня хочется? Что-то в последнее время у тебя садистские наклонности. Ты бы к целителю ходила, может, тебе тоже лекарство попить? Могу поделиться. Хорошая вещь, вспышки агрессии контролирует. Ты теперь помощник некроманта, видимо, тоже деформация психики началась.

Не выдержала и, замахнувшись, буквально выплюнула в лицо:

— Сволочь.

Ударить не ударила, просто пар выпустила. Достал, не сдержалась.

Некромант расхохотался и тем самым непривычным мурлыкающим низким голосом выдал:

— Любимая сволочь, раз ругаешься. Это хорошо. Только давай сначала замок осмотрим.

Промолчала, поджав губы, и решительно зашагала вперед, к разрушенному входу. В одиночестве побыть не удалось: Истван тут же догнал и до боли стиснул запястье, аж вскрикнула.

— Помогло? — уже серьезно, безо всякого заигрывания спросил некромант. — Тут тебе не студенческие посиделки, чтобы после ссоры с мальчиком по коридорам бегать. За поцелуи и всякое такое извини. Забыл, что ты у нас любящую невесту изображаешь.

Хотела возмущенно возразить, но Истван это предвидел и зажал ладонью рот.

— Именно изображаешь. Хватит уже, Рената, надоело.

Некромант легонько подтолкнул вперед, и я погрузилась в работу. Щеки пылали, мысли путались и неизменно возвращались к двум мужчинам. Вот если бы Иствану благородство Эрно, а магу — внутреннюю силу некроманта. Если бы Истван родился чуть более чутким, если бы больше интересовался прекрасным, например, рисовал. Хотя некромант с той же кисточкой — это смешно. Но вот не пил бы столько, это да. Может, заинтересовать чем-то? Не верю, будто у Иствана нет никаких увлечений. Теми же опытами бы занимался, ведь держал же он зачем-то руки скелетов в буфете.

Перед глазами маячило то, что маячило, невольно направляя мысли в ненужное русло. В частности, почему-то задумалась, какой Истван в постели. С таким характером, наверное, не любит долгих прелюдий. И, судя по Вилме, не ограничивается формальным подходом к делу. С такими-то мышцами немудрено.

Вспомнилось горячее тепло тела, бисеринки пота на голой спине, когда Истван раскапывал могилы в Верешене. Потом и вовсе некромант в моей квартире, в одном полотенце, которое собирался снять. Даже дыхание на миг перехватило. Так, спокойно. У тебя давно не было близости, вот и рассматриваешь напарника в качестве партнера. Благо мужчина симпатичный, испытывающий к тебе чувства, и сам небезразличен. Да, характер мерзкий, манеры иногда такие, что убить хочется, но в остальном… Никогда не думала, что попаду в ловушку «плохих мальчиков».

Истван шагал рядом и даже не догадывался, какие страсти бушевали в моей голове.

Размышления на личные темы прервали зомби. Я засекла их раньше, чем они нас, поэтому ходячие мертвецы не застали врасплох. Резко стало не до душевных терзаний и взаимных обид. Я пристроилась сбоку от Иствана, чуть позади. Некромант привычно одним глазом посматривал, как там помощница, другим выискивал зомби и без сантиментов расправлялся с бывшими добропорядочными горожанами и поселянами. До рукопашной дело не дошло — обошлись магией.

Отточенные движения, быстрота — будто Истван и не воевал меньше часа со стригами и слоа. Я старалась не отставать, но не поспевала. Куда мне до некроманта. Для него бой — родная стихия, для меня — форс-мажор. В итоге просто страховала напарника, не претендуя на его лавры.

— Ну, все?

Истван сейчас напоминал хищника. Так же трепетали ноздри и стремились слиться с радужкой зрачки.

Проверила. Вроде бы. Остальные в замке, если вообще есть.

И опять я ни у дел. Ощущала себя балластом: пять зомби против пятнадцати. Так и студент сумеет. В оправдание: вымотали меня стриги и сердечные разбирательства.

— Так, ладно, — Истван еще раз осмотрелся, — если тут больше никого, — выразительный взгляд на меня: «Коли ошиблась, кирдык тебе, Рената Балош, за профнепригодность», — можно полюбоваться интерьерами. Всегда интересно было, как личи живут.

— Обычно, — я вспомнила потайные комнаты Башни духов. — Даже алтарей нет.

— Вот жалость-то. — вторил мне тем же ироничным тоном некромант. — Всю жизнь мечтал на алтарь посмотреть.

Не выдержав, прыснула. А ведь всего пару минут назад мысленно чуть не убила напарника. Да, воистину, женские эмоции — вещь непредсказуемая даже для самой женщины.

Сказать ему, что не сержусь уже, или сам догадался? Дура ведь. И терзания у тебя дурацкие. Любишь одного, а целоваться нравится с другим. Так не бывает, значит, где-то ты ошиблась, Рената. Столько сделать, чтобы воскресить Эрно, вызвать в его душе чувства — и понять, что не хочешь уезжать от мерзкого существа, которое в первый же день нахамило. Только вот если останешься, сможешь ли завязать с Истваном нормальные отношения. И, главное, не минутное ли это помутнение рассудка на фоне длительного совместного общения?

Еще не хотелось становиться предательницей. Честно, я пыталась, но с каждым днем становилось все хуже. Все больше места в сердце занимал другой. Обернулась к некроманту: тот обследовал внешний двор. Сосредоточенный, предельно собранный. А ведь на Истване еще и кладбище. Хороша помощница. Ты тут о чувствах размышляешь, а напарник работает. В итоге отправилась обследовать другую часть двора. Вздрагивала от каждого шороха, боялась новой партии зомби с кладбища, но упорно делала свою работу.

Световой шар выхватывал из темноты куски стены, остатки мощения, давно проросшего травой, какие-то черепки и прочие свидетельства былого человеческого присутствия. Я опасалась устраивать иллюминацию и двигалась в полутьме. Краем глаза видела Иствана. Не иначе некромант научился видеть в темноте. Двигался медленно, практически неотделимый от ночи. Видимо, профессиональное.

Хм, если бы не лич со свитой, принесла бы корзинку для пикника, забралась вон на ту крышу и наслаждалась бы луной. Помнится, видела в галерее дворца такую картину. Если не ошибаюсь, называлась: «Двое, любующиеся луной». Только вот Истван фыркнул и не полез бы так высоко ради созерцания прекрасного. Эрно — другое дело. К нему можно прижаться, положить голову на плечо и просто помолчать. С Истваном же вечно поругаешься. Иногда кажется, будто это доставляет ему удовольствие.

Махнув рукой на чужих «тараканов», вернулась к осмотру двора. Никогда прежде я не бывала в подобных местах и, признаться, больше разглядывала, чем искала источники опасности. Нет, фон контролировала, в тонкий мир посматривала, но нет-нет, да любопытно заглядывала в колодец или прикидывала высоту башни.

Замок, наверное, некогда был красив. В таком бы поселить дракона. Или принцессу. Или кумира моей юности — Стриглаву Нашту. Только крепость в горах стояла не на холме, а на отвесной скале, и вместо окон в ней — бойницы. Похоже, мемуары Стриглавы придется перечитать. И вовсе не из-за скандальных пикантных подробностей, а из-за полезных советов. Стриглава ведь не только укрепляла боевой дух соскучившихся по ласке отрезанных от мира товарищей, но и воевала. Надеюсь, обойдется, но лучше бы знать, как вести себя во время вылазок, на разведке, тактику боя разной нежити. Все это Стриглава Нашта прекрасно описала. И замуж-таки за коменданта вышла. Это к вопросу о счастье после несчастий. Все возможно, если только захотеть. Лично я желала, чтобы двор оказался просто складом воспоминаний. Собственно, боги услышали, мне попался лишь спирит. Бедняга отдыхал в гнезде, когда появилась какая-то девица и безжалостно убила. Интересно, какой это у меня по счету?

От честолюбивых воспоминаний отвлек Истван. Он связался с Джено и, выяснив, все ли в порядке — в порядке для мужчин — это не умер, — торопил осмотреть замковые интерьеры. Не обошлось без понуканий и сарказма. Мол, засмотрелась на небо, романтичная барышня, сейчас с личем встретится. Я пропустила колкости мимо ушей, по просьбе некроманта увеличила мощность шара и неуверенно зашагала вслед за напарником. Хотелось поставить щит, но он вытягивал энергию, поэтому решила повременить.

Истван остановился возле двери и поднял руку. Я и не думала шуметь, вместо этого подошла и встала рядом с некромантом, разглядывая плетение защитных чар. Едва заметное, оно обегало дверной проем. Неосторожно коснешься, и все, конец тебе. Некромант повел бровью. Мол, справишься? Пока не знаю, но попробую.

Присела на корточки у порога и попыталась отделить основное плетение от дополнительного. Увы, оно никак не давалось, мерцая, исчезало. Я начинала сердиться. Маг-теоретик — и беспомощно разводит руками. Истван засмеет и сделает сам. Не спорю, помощь мужчин — вещь хорошая, но собственную профпригодность нужно тоже подтверждать. Я ведь помощник некроманта, а не дева в беде. Эх, сидела бы тогда и ждала, пока за меня все сделают.

Упорство дало свои плоды. Вычленила-таки основной рисунок и начала осторожно, по ниточке, гасить чары.

Истван наблюдал за моими страданиями с молчаливым любопытством. Создавалось впечатление, будто он ожидал момента, чтобы победоносно ухмыльнуться и констатировать: «Ничего у тебя не вышло, бестолочь.» Однако дурочка оправдала звание кандидата магических наук. Чары в последний раз вспыхнули и дезактивировались.

Напарник кивнул и, отодвинув меня со своего пути, шагнул в темный холл. Но не бездумно, а окутав себя легким облачком заклинания. Я такого не знала. Значит, специфическое, не для теоретиков. Не оставшись в стороне, тоже окутала себя щитом, сделав его гибким, чтобы не мешал в случае чего коснуться Иствана. Ну, или чтобы он мог до меня дотронуться.

— Что-нибудь чувствуешь? — не выдержав, спросила напарника.

— Чувствовать должна ты, — не оборачиваясь, парировал Истван. — Для чего мне помощник, если самому всю работу делать?

— А кто у нас некромант? — вернула удар, включаясь в словесную игру.

Говорили шепотом, чтобы никого не спугнуть. Хотя кто тут водится, летучие мыши да зомби.

— А за что ты жалование получаешь? Рената, я не шучу, за безопасность отвечаешь ты. Или считать тебя беспомощной белобрысой девицей? Пожалуйста, только подавальщице мало платят.

— Причем тут подавальщица? — недоумевала я.

Не улавливаю логики. Какая связь между работой некроманта и трактиром?

— Так уволят же, место придется искать.

Вот скотина. Наябедничать на любимую женщину. Хотя, чему я удивляюсь, Истван и в Верешене 'стучал' на всех в Службу государственного контроля. Во всяком случае, грозился. Не удивлюсь, если когда-то действительно писал.

Поджав губы, сотворила слабенький световой шар — может, Истван в темноте и видит, я нет — и вышла вперед. Спиной чувствовала дыхание некроманта. Оно вселяло уверенность, убеждало, ничего дурного не случится. Сволочь, но надежная сволочь. Ни на миг не сомневаюсь, в случае опасности будет защищать до последнего вздоха. Помню ведь, еще по Гнилой гати. А уж на кладбище, когда, обессиленный, толком не выздоровевший, собирался принять на себя всю мощь удара лича, тем самым спасти мне жизнь. Вот как такая жертвенность вяжется с мерзким характером? И ведь именно за это я его люблю. За верность и надежность, в смысле.

Странно, полагала, в заброшенных замках шаги гулко отражаются под потолком, как в Башне духов. Тут же — обычное эхо, как в королевском дворце. То ли магия, то ли особая акустика. Только я не чувствовала магии, одна бытовая. Например, можно хлопнуть в ладоши, и зажжется свет. Не удержалась и хлопнула. Холл залило мягким приглушенным свечением. Его дарили десятки шаров, плавающих под потолком на тончайших ниточках. Словно воздушные фонарики. А еще горели факелы в специальных кольцах на стенах. Разумеется, ни один из них не чадил.

Красиво. Так вот как освещали помещения столетие назад. Сразу видно, сделано еще при жизни лича, то есть принца Амбруса. Как догадалась? По применяемому заклинанию и форме шаров. Сейчас таких не делают. Они ведь не магические, а просто оплетены магией. Мой шарик, в отличие от них, нематериален, сотворен из энергии.

За плечом, шипя, ругался Истван, привычно называл идиоткой, приманивающей зомби. А зачем их звать, увы, сами придут. Мы ведь не духи, как бы ни крались, ни прятались, звуки издаем и рискуем наткнуться на зазевавшегося живого мертвеца.

Пользуясь возможностью, осмотрела холл. Заодно и магический фон с тонкой материей проверила. Первый повышенный, нестабильный, вторая тоже неспокойная, но в ближайшие пять-десять минут нам точно ничего не угрожает.

Холл практически не пострадал, или его уже успели отреставрировать. Гигантские столбы, уходящие ввысь, квадратные в сечении и с украшенными резьбой ребрами. Арочные своды с обходной галереей на уровне второго этажа. Второй он тут условно: на такой высоте у обычного дома уже чердак, а то и конек крыши. Что там, не видно: темнота.

Не покидало ощущение, будто кто-то следит, наблюдает из-за колонн галереи, но проверка показывала, в холле чисто.

Окна высоко. Узкие, стрельчатые. Стекол нет: выбиты или оплавились, и они зияли пустыми глазницами, впуская в холл свежесть ночи.

Пахло жимолостью. Странно, до поры цветения далеко.

А в дальнем углу пророс куст вереска. Прямо из каменной плиты. Невероятное зрелище. Заинтригованная, приблизилась. Потрогать не решилась, обошла кругом. Настоящий, даже с зачатками бутонов. Вдвойне странно.

— Некромантское растение, — не испытывая никакого пиетета, не страшась активировать какую-нибудь ловушку, Истван неслышно подошел и надломил веточку.

Пахучий запах с удвоенной силой разлился по воздуху, щекоча ноздри. Сразу представилось бескрайнее лиловое поле, слюдяная скала будто зеркало и Часовня духов на вершине. Если это подсказка подсознания, нужно скорее бежать отсюда.

Истван между тем наломал букет, больше походивший на испорченную бутоньерку, и засунул мне в волосы. Не слишком удачно: умудрился поцарапать ухо. Неожиданный романтичный жест удивил. Только что мысленно жаловалась на черствость — и вот пожалуйста.

— Тебе нравится, — пожал плечами некромант, заметно стесняясь.

Нет, он не прятал глаза, не сыпал саркастическими шутками и не порывался сбежать, но я чувствовала это так же ясно, как запах вереска. С некоторых пор эмоции Иствана стали гораздо понятнее. Интересно, ему мои тоже?

— Спасибо. — погладив букетик, поблагодарила я.

— Тогда туши свет и готовься к обороне. Пятиминутка нежностей закончена.

Нежностей? Он открыто признался, что… Видимо, все действительно очень серьезно, и помолвка не шутка. Нужно потом спокойно все обговорить. Так дело не пойдет. Девушке делают предложение, а не ставят перед фактом. Я ведь не сказала 'да'. Не спорю, к некроманту тянуло, но настолько ли, чтобы взвалить на себя вечную заботу об этом субъекте, дав отставку Эрно. К магу-то я по-прежнему питала теплые чувства.

— Но тут никого нет, я смотрела.

Проверила еще раз. Никто не подтянулся. Сотворила солнечный знак. И пусть не показываются.

Как там Джено, нашел ли Эрно? Что-то тихо в замке, слишком тихо. Как бы Истван не оказался прав, и нас не поджидал большой неприятный сюрприз.

С неохотой выпрямилась и непроизвольно бросила взгляд на галерею. Чувство чужого присутствия не отпускало, но я по-прежнему не видела следов стороннего наблюдателя. Даже духов нет. А вот это ненормально, в таком замке обязательно водятся призраки. Может, даже слуг: вдруг не все успели спастись, когда крестьяне в праведном гневе спали жилище лича. Да и жертвы экспериментов принца, не мог он уничтожить все души.

Истван тоже смотрел на галерею. Некромант подобрался, словно приготовился к прыжку. На всякий случай тоже приняла боевую стойку. Оружия нет, зато магией владею неплохо для теоретика, сумею подстраховать напарника.

— Что там? — Истван ткнул пальцем под темные своды галереи.

— Не знаю, — честно призналась я и взволнованно переспросила: — Ты тоже чувствуешь?

— И тоже не вижу, — мрачно подтвердил загоняемую в дальний угол сознания мысль некромант. — Зато оно нас прекрасно видит. Или он. Даже думаю, может, поздороваться?

Истван нервно хохотнул, а у меня похолодели пальцы. Этой встречи я боялась больше всего, но, похоже, ее не избежать. Так или иначе, скоро мы узнаем, кто сумел стать невидимым для чар, хотя, честно, предпочла бы сверлящий спину взгляд. Реальность иногда страшнее подозрений.