Глава 38

С пистолетами в руках Фэй и Шейн подошли к двери. Сначала Шейн приложил ухо к холодному дереву и прислушался к звукам в доме, но не услышал ровным счётом ничего. Ни шагов, ни кашля.

— Будете стучаться, шеф? — тихо спросила Фэй, которую потряхивало от волнения. За всю жизнь работы в полиции она никогда не врывалась ни в чей дом с оружием в руках. Её задача — искать. Но никак не участвовать в подобных опасных делах. Несмотря даже на то, что хорошо стреляла, она не испытывала желания нажимать на курок, если того потребует ситуация. Вот только… приказы начальства не обсуждаются.

Шейн поднял руку, сжатую в кулак, и громко постучал.

Фэй сделала шаг назад и прицелилась. Они ведь не знали, что может произойти, если дверь откроют.

Только ничего не произошло.

Тишина за дверью продолжалась, густая и вязкая, словно воздух там спал и не хотел быть потревоженным.

Фэй опустила оружие, а Шейн решил обойти дом и позаглядывать в окна. Он стучался и в окна, но отвечала ему та же тишина.

С виду дом был пуст.

— Шеф… Шейн, здесь никого нет. Давайте уйдём.

— Нет, Фэй, я должен заглянуть внутрь. Я хочу убедиться, что дом пустой. Иначе я не уйду.

— Но ведь это…

— Фэй, это я получу выговор, а не ты. Ты выполняешь мой приказ. Лишь я один несу за всё ответственность.

Фэй осталось лишь развести руки.

— Хорошо. Приказывайте. Я в вашем распоряжении, шеф.

Они улыбнулись друг другу.

— Взломаем эту дверь, — уверенно сказал Шейн и снова приблизился к двери.

Дом по-прежнему казался вымершим — ни света, ни звука, ни движения за окнами. Лишь слабый ветерок тихо шевелил ветви деревьев.

О’Хэллоран сделал два шага назад, затем со всей силы пнул дверь. Старая древесина с треском поддалась. В проём хлынул запах сырости, как из запертого подвала. Инспектор испытал чувство дежавю. Однажды он уже слышал этот запах.

На секунду оба полицейских замерли. Граница между внешним миром и этим мёртвым домом казалась слишком весомой.

Тем не менее, при таком шуме, никто не возник. Шейн закончил дело — выбил дверь до конца.

Фэй первая ступила за порог, перешагнув обломки досок. Пол под ногами жалобно скрипел.

— Эй! Полиция! Здесь есть кто-нибудь? — крикнула она, едва не задыхаясь пылью.

Шейн тоже вошёл внутрь. Пистолеты они держали перед собой. Дом встретил их вязкой тишиной, в которой любой вдох казался чужим. Внутри отсутствовала мебель.

— Здесь никого нет, — сказала Фэй. — Я вам сочувствую. Порча имущества из-за мнимой…

— Смотри. Что это? — О’Хэллоран наклонился. Свет заливал комнату, поэтому темнеющие пятна на полу были хорошо видны.

Фэй присела и не побрезговала дотронуться до пятна.

— Кровь?

Алые следы тянулись к коридору, исчезая за поворотом.

Оба замолчали. Секунды тянулись, пока их дыхание становилось всё громче в этой странно безмолвной тишине.

И вдруг где-то глубже в доме что-то глухо стукнуло. Было похоже на то, как если бы уронили тяжёлый предмет, но не с грохотом, а с глухим ударом.

— Слышала?

О’Киф резко выпрямилась и застыла.

Шейн двинулся к коридору.

— Я должен проверить. Оставайся здесь.

Она, сжав рукоять пистолета, кивнула в ответ.

Шейный шагнул вглубь коридора. Здесь было темнее из-за отсутствия окон, но при этом были отчётливо видны облезлые стены и паутина на них. Заприметив открытую дверь, он осторожно подкрался и увидел лестницу, ведущую в подвал. На полу были заметны капельки крови. Шейн на секунду задержался, прислушиваясь: снова этот глухой стук, будто что-то тяжёлое шевельнулось внизу.

— Есть кто? — его голос эхом ударил в пустоту.

— Пом… ги-и… — послышался снизу женский голос.

Да! Он знал! Внизу кто-то есть. Женщина. Возможно, та, что кричала ночью.

— Это полиция! Держитесь, мы вас вытащим оттуда!

Он хотел спуститься на первую ступеньку, но какое-то чувство заставило его вернуться.

Когда Шейн шагнул обратно в комнату, сердце ухнуло в пятки: Фэй лежала на полу без сознания. Пистолет выскользнул из её руки и валялся рядом.

— Фэй! — Шейн бросился к ней.

На виске у неё проступала тёмная полоса крови, волосы слиплись. Он поднял глаза, разглядывая комнату, и вдруг ощутил, что они больше не одни.

Шейн поднялся с пола, всё ещё держась за плечо Фэй, и в тот же миг уловил движение у двери. Тень скользнула по косяку — бесшумная, как кошка.

— Стой! — крикнул О’Хэллоран и рванулся вперёд.

Споткнулся через сломанные доски, но всё же выскочил на улицу, лицо обожгло горячим воздухом, солнце слепило глаза. Он рассматривал двор, но никого не видел.

И вдруг откуда-то из-за деревьев вылетела грязная машина красного цвета. Мотор взревел, и железная туша пронеслась в метре от Шейна, поднимая вихрь пыли и гравия. Шейн бросился следом, сердце гулко билось в висках, но через несколько шагов он понял, что не догонит. Машина скрылась за поворотом, оставив только запах бензина и скрежет шин.

Кто сидел за рулём? Шейн не смог разглядеть.

Согнувшись пополам, он тяжело дышал.

К нему подошёл молодой патрульный, растерянно озираясь:

— Инспектор, вы в порядке?

— Нет. Вызывай подкрепление и «скорую». Немедленно, — резко бросил Шейн парнишке, выпрямляясь. — Дело серьёзное. Очень серьёзное.

В подвале дома номер два была найдена давно числящаяся без вести пропавшей Эйлин О’Доэрти. Её сильно избили. Лицо настолько заплыло, что узнать её было бы трудно. Но к счастью, она смогла сама назвать себя.

Эйлин и Фэй госпитализировали в срочном порядке. На место прибыли Галлахер и констебль Анита Фоули. Последней с трудом удавалось сдерживать слёзы, когда сержанта О’Киф проносили мимо неё на носилках.

Дом был хорошо осмотрен полицией и опечатан.

Шейн, однако, не остался там до конца. Как только приехал Эван, Шейн уехал. И нёсся он по улицам Дерри с невероятной скоростью. А причиной стала Молли. Когда она подошла к нему и спросила, что случилось, инспектор вдруг осознал: раз Молли здесь, Анжела дома одна.

— Миссис Дэниел, а Софи… — он запнулся.

— Она дома. Сегодня я сама должна была… О, Анжела! — вдруг поняла она.

Шейн звонил Анжеле, но ответа не было.

Город в полуденном солнце жил своей обычной жизнью: дети смеялись на перекрёстке, женщины неторопливо переходили дорогу с сумками, витрины отражали яркое небо. Но для Шейна всё это было лишь смазанным фоном.

«Анжела в порядке. Она дома и ждёт меня. Что может случиться?» — повторял он про себя, сжимая руль так, что побелели костяшки пальцев. Перед глазами всплыла та грязная красная машина, и сердце гулко билось в груди.

Въехав во двор, он резко затормозил и выскочил из машины. Лифт, казалось, ехал целую вечность. И когда он был у цели, дыхание перехватило.

Дверь в его квартиру была приоткрыта.

Шейн механически достал пистолет и подошёл ближе.

Не произнося ни звука, он осторожно ступил за порог. Тишина оглушила его со всех сторон.

В прихожей, в углу, лежали её босоножки. Он сам купил их ей.

В гостиной было чисто. На диванах аккуратно выстроились подушки. А вот кухня начала подсказывать, что тревожиться есть из-за чего. На плите стояла кастрюлька с макаронами, крышка лежала в стороне. На полу Шейн заметил несколько макарошек. На столе — раскрытая тетрадь. Анжела рисовала, но линии так и остались линиями.

Сглотнув, Шейн заглянул в её комнату, затем в свою. Постель разобрана, а на подушке лежала её пижама.

Он прислонился к стене и закрыл глаза.

Случилось самое худшее.

Он позвонил Галлахеру, потому что больше никто не знал.

— Эван? Анжелу похитили из моего дома… Я еду в участок.