Глава 40

— Эван, не задавай мне вопросов. Я хочу, чтобы ты немедленно поехал в спортивный салон и арестовал Тимоти Бэннинга.

— Но какие у меня основания?

— Ложные показания.

— Но, как…

— Верь мне, Галлахер. Просто сделай, что я прошу. Эйлин соседствует с нашей Фэй в больнице. Она ей многое расскажет. Истина дышит нам в затылок.

Положив телефон в слот под магнитолой, Шейн завёл мотор и выехал с территории больницы. Теперь он держал курс на Роузмаунт-роуд. Ему предстояло посетить кабинет психолога, который находился в старом здании полу-реставрированного викторианского стиля, на пересечении Роузмаунт-роуд и Чапел-стрит.

Когда он прибыл туда, был разгар дня. В коридоре на длинной скамье сидели люди — кто с усталым взглядом, кто с бумажной папкой на коленях. Воздух был наполнен тишиной, которую нарушал только шелест страниц и редкие покашливания.

У кабинета стоял стол, за которым сидела женщина с лицом, будто высеченным из камня.

— Приём по записи, — сказала она, даже не подняв головы.

— Мне необходимо срочно поговорить с Орлой Лири, — голос инспектора прозвучал глухо, но решительно.

Она наконец посмотрела на него поверх своих стильных очков:

— Повторяю: кабинет занят. Ждите своей очереди.

— Вы не понимаете, — сдерживая раздражение, процедил он. — У меня дело жизни и смерти. Я не могу ждать.

Секретарша встала и прижала папку к груди, будто щит.

— У всех тут свои жизни и свои смерти. Они ждут. Подождёте и вы.

Тишина в коридоре потяжелела. Пациенты замерли, не отрывая взгляда от происходящего. О’Хэллоран почувствовал, как ярость поднимается к горлу.

— Довольно, — бросил он и рванул дверную ручку.

Секретарша вскрикнула:

— Вы не имеете права!..

Но инспектор уже распахнул дверь и шагнул внутрь, гулко хлопнув её за собой. И удивился, не увидев внутри пациента. Судя по всему, Орла только собиралась начать приём. Но ещё больше его удивил её внешний вид. Обычно яркая, с аккуратной укладкой и в элегантных костюмах, сейчас перед ним стояла бледная женщина с затянутым коротким хвостиком на затылке, в тёмных брюках и лёгкой рубашке. На ногах вместо туфель были балетки. Перемена во внешности психолога на минуту лишила Шейна дара речи.

— А, инспектор, — со спокойной усмешкой произнесла она. — Признаться, я ждала вас. — Она замолчала, прислушиваясь к шуму за дверью. — Но сейчас я не могу уделить вам время. Иначе они разнесут здесь всё. Не забывайте, они психически нездоровые люди.

— Я не могу ждать, — шепнул он.

— На данный момент ничем не могу помочь.

— Сколько всё это займёт? — он ткнул пальцем в дверь.

— Час или полтора. Не знаю.

Шейн согласился дождаться конца её работы. Он пообещал вернуться через час. Напротив было небольшое кафе, куда он зашёл перекусить.

Чтобы не терять времени даром, он позвонил Эвану.

— Есть новости?

— Я еду в больницу допросить Эйлин. Тимоти объявлен в розыск. Его в салоне нет. Работники сказали, что он уже вторые сутки не появляется там.

— Значит, сомнений нет — это он похитил Анжелу. — Шейн сжал руку в кулак. Официантка принесла меню и он через силу ей улыбнулся. — Что-то мне подсказывает, что он где-то в Клорейн.

— Но не во втором доме. Там работают эксперты.

— Они дом Дилланов проверяли? А домик О’Доэрти? Номер 11?

— Сейчас отдам приказ. Ты где?

— Жду, пока Лири освободится.

— А она тебе зачем?

— Эван, о том, что у меня дома живёт Анжела, знали немногие. А она — последняя, кто узнал. К тому же, у неё с Анжелой был конфликт.

— Только не говори, что ты подозреваешь её в похищении…

— Я чувствую, что просто должен спросить её… Сам я ничего не знаю и никого не подозреваю. Но… кто-то должен был проговориться. Кто, Эван? Ты? Молли? Софи? Или Орла? Кто?

Ответа Галлахер не дал. Он верил в то, что Шейн знает, что делает. Они распрощались, но через тридцать минут Галлахер перезвонил.

— Шейн, я меняю курс. Фэй без меня справится. А я включаю турбо и несусь в Клорейн. И ты тоже должен подъехать. Как только закончишь, мчись в Клорейн.

— Что случилось, можешь объяснить в двух словах?

— В двух? Они что-то нашли и хотят, чтобы я приехал.

— Кто?

— Наши люди. Но я знаю не больше, чем ты. Просто приезжай, ладно?

О’Хэллоран занервничал, под столом тряслась нога. Он взглянул на часы. Прошло около часа. В кружке давно не остался кофе. Пора наведаться к Орле. Он не мог больше ждать.

Расплатившись, он отошёл от кассы, но не продвинулся дальше. С противоположной стороны шла Орла Лири. Обняв себя руками, она осторожно перешла дорогу, а через минуту вошла в кафе.

— Я знала, что смогу найти вас здесь, инспектор, — сказала она. — Не думаю, что говорить в моём кабинете — хорошая идея.

— Мы можем присесть здесь. Хотите, я куплю вам кофе или…

— Нет. Я ничего не хочу. Выйдем на улицу?

Орла вместе инспектором вышла на улицу и остановилась, словно не зная, куда поставить ногу дальше. Воздух показался ей слишком холодным, слова — слишком тяжёлыми. Она чувствовала, как внутри всё сжимается: страх теснил её, путал мысли, и каждая фраза тонула в этой туманной растерянности. Шейн, не сводя с неё внимательного взгляда, заметил, как дрогнули её пальцы, как она отвела глаза… и понял, что она что-то скрывает, не решаясь сказать.

— Вы ведь знаете, зачем я пришёл?

— Знаю. Я смотрю новости, инспектор. И если бы не обстоятельства, я могла бы начать с того, что я предупреждала, что вы сами виноваты в том, что случилось, но…

Она замолчала, вновь глядя куда-то в глубину улицы.

— К чему вы клоните, Орла?

— Это я виновата. Я не смогла противостоять… это было… — её голос дрогнул, и она пыталась совладать со своими эмоциями. Шмыгнув, она сказала: — Меня вынудили сказать, где находится Анжела. Клянусь, я не знала, что её ждёт. Думала, что вы рядом и защитите, если случится непредвиденное.

— Кто был тот человек?

— Он не назвался, но, кажется, я видела его у вас в участке. Крепкий, светловолосый парень.

— Нос картошкой?

— Что? Нос? Не знаю.

— Ясно. Как он на вас вышел?

— Понятия не имею. Он ждал меня возле дома. Угрожал и…

Шейн смотрел на Лири невидящим взглядом. Он не знал, злиться на неё или всё это уже не имеет значения. Наверное, не имеет. Потому что Анжела сейчас в руках Тимоти или Гарея.

— Простите меня, — заплакала она, спрятав лицо в ладонях, — я бы ни за что… я испугалась за свою жизнь. Да, я трусиха…

— Вы едете со мной, — резко сказал Шейн и взял её под локоть.

— Что? Куда?

— В Клорейн.

— А как же… я должна взять телефон…

— Нет времени, Орла. Возможно, мнение психолога понадобится.

Лири не нашла подходящего довода отказаться. Она виновата перед ним, значит, будет искупать свою вину, делая то, что хочет Шейн.

Они приехали в Клорейн около пяти. Галлахер, заприметив машину друга, вышел на дорогу. Велев Орле сидеть в машине, Шейн вышел и направился к Галлахеру, руки которого покоились на поясе — включил босса. У Шейна эта поза вызвала улыбку.

— Какие новости?

— Жду судмедэкспертов.

— У нас снова… труп?

— Да. Был зарыт в саду дома номер два. Он был убит, ну, может быть, за месяц до того, как была обнаружена Анжела. Предположительно. Точнее скажут профессионалы. События слишком уж переплелись, Шейн, — Галлахер осёкся, стараясь собрать мысли. — Дэниелы купили дом, нашли девушку, Диллан угодил в больницу, а… ещё убили человека.

— Есть предположение, кто это?

— Есть. Его опознал сосед напротив — наш пьяница Шимус Бёрн. Это Гарей Бэннинг.

Шейн сделал шаг назад. Он смотрел то в одну сторону, то в другую. Всё кружилось, создавая ощущение, будто мир утратил привычные линии и превратился в зыбкую картину, где не за что зацепиться. Голос Галлахера доносился приглушённо:

— В доме Дилланов пусто. В домике Эйлин тоже никого не обнаружили. Проверили все подвалы и пристройки.

О’Хэллоран слышал слова Эвана, но не реагировал на них. Голова гудела от напряжения, но мысль упорно искала ответ. Между этими домами была связь. Вся эта улица как будто бы имела одно сердце, а сосуды расползались по отдельным участкам, чтобы поддерживать жизнь.

— Он здесь, — твёрдо сказал Шейн. — Он здесь. И Анжела тоже здесь. И, кажется, я знаю, какой дом мы ещё не проверили.

Последняя загадка будет разгадана прямо сейчас.