Глава 13

Гостиная стараниями модистки и ее помощниц превратилась в магазин готового платья. Вдоль стен стояли манекены, на креслах, диванах и стульях были разложены платья, рубашки, корсеты, шляпки, чулки, перчатки… Зеленое, синее, желтое, розовое кружево, вышивка, тесьма, банты, рюши, камни… В глазах рябило от изобилия цвета и блеска. И среди всего этого великолепия гордо восседали две дамы с чашками чая в руках и фальшивыми улыбками на губах.

Леди Эйрингауз, увидев нас с Рикой, кивнула, а ее собеседница с видимым облегчением отставила чашку и, поднявшись, слегка небрежно поклонилась. Это оказалась невысокая полноватая женщина с цепким взглядом светло-серых глаз. Выщипанные по последней моде брови, черные, зализанные назад волосы, алые губы, в уголках глаз и над губами сеточка морщин. Одета она была в простое серое платье с большими накладными карманами и удобные кожаные туфли на невысоком каблуке.

– Госпожа Вивьен – королевская модистка. – Пикантно оттопырив мизинец, идеально выверенным движением леди Эйрингауз поднесла к губам чашку. – Она обшивает фрейлин.

– Не только, – с неискренней улыбкой добавила Вивьен, с жадностью меня рассматривая. Еще бы! Такая сенсация! Годфрей женится, и она первая узнала эту новость. – На последнем музыкальном салоне ее величество была в моем платье. А к вашей свадьбе мой модный дом шьет для королевы нечто невообразимо прекрасное! Но это секрет. – Она прижала к губам палец с огромным перстнем.

Я же только вздохнула. От слова «свадьба» хотелось поежиться и с воплями сбежать на другой конец света. Слишком стремительно все происходит!

– Ее величество сегодня сказала: «Вивьен, если кто и сможет превратить леди Робертсон в красавицу, то только ты!» И вот я здесь, чтобы помочь вам блистать!

– Так и сказала? – с сомнением протянула из-за моей спины Рика. – А мне помнится, как в свой последний визит в Роби-холл наша любимая королева называла леди Романну самой красивой дебютанткой сезона…

Да, было такое дело. Один раз ее величество случайно проезжала мимо и остановилась у ворот, чтобы познакомиться с тогда еще невестой побратима ее сына. Ох и переполох был в поместье. Маман чуть в обморок не упала, когда королева согласилась выпить чашечку чая на террасе… Слуги об этом событии до сих пор вспоминают с гордостью: «А вот когда у нас в гостях была королева…»

Вивьен открыла рот, чтобы ответить, но леди Кошмар не дала ей этого сделать. В конце концов, только она имела право портить мне настроение!

– Хотите сказать, что моя Романна недостаточно хороша? – со льдом в голосе процедила леди Эйрингауз, и ее тонкие ноздри затрепетали. – Милочка, – уничижительно добавила она, – Габриэль привел вас сюда продавать ваши умения, а не болтать. Вот и приступайте!

Вот умеет же тетушка парой слов показать социальную разницу между людьми. Герцог у нее просто Габриэль, что намекает на очень близкие отношения, а модистка – просто зарвавшаяся торгашка без титула.

Знаете вы, что такое бездна Хаоса? Я вот теперь знаю! Это когда в четыре руки на тебя надевают платья одно за другим, одно за другим…

– Слишком пошлое! С таким вырезом только в квартале Красных фонарей работать! У нас невинная девушка, а не клейменая девка!

Тетушка отвергала платье за платьем. И это мы только наряды для сегодняшнего вечера примеряли! Что будет, когда до свадебных образцов доберемся? Я с тоской вспоминала эльфийское платье – легкое, свободное, изящное. Я бы, пожалуй, в нем и явилась во дворец, но Рика утащила его в чистку. То, что было в моде в этом сезоне, мне категорически не нравилось. Тяжелые парчовые ткани, пышные юбки, оголенные плечи, бантики, стеклярус, бисер. Фу!

– Нет, нет, синий не ее цвет! Следующее!

Следующее было небесно-голубым, шелковым и на удивление воздушным. Поверх расклешенной юбки надевалась еще одна из белого ажурного кружева, сложная отделка лифа вышивкой придавала ему вид элегантный и строгий. Завершал образ широкий пояс, завязывающийся сзади на бант. Все вместе делало меня утонченной и невесомой.

– Беру это!

– Это!

Хоть в чем-то мы с леди Эйрингауз сошлись!

– К нему идеально подойдут сапфиры твоей матери.

Я прикусила губу, но промолчала. Маминых сапфиров давно не было, как не было и рубинов, и бриллиантов… содержание поместья обходилось дорого, а зарабатывать я начала только полтора года назад. Так что все семейные драгоценности перекочевали в руки скупщика.

– Прекрасный выбор, юная леди! Это самое дорогое платье в коллекции, но его светлость сказали, что все оплатят, – затараторила Вивьен, довольно посверкивая глазами. – К нему есть сумочка, перчатки, туфли и чулки с точно такой отделкой, как на платье! Вашему жениху понравится, их прежняя фаворитка всегда у меня заказывала именно такие… Ой!

Она наконец поняла, что сболтнула, и прикрыла рот ладошкой.

– Она нарочно ляпнула, – зашептала мне на ухо Рика, когда мы скрылись за ширму, чтобы переодеться. – Хотите, я ей зелье слабого желудка в чай подолью? У меня еще осталось…

– Лучше герцогу его подлей, – вздохнула я, прислушиваясь, как леди Эйрингауз холодно перечисляет модистке, куда попадут все любовницы герцога, если появятся рядом с ним.

– Вы не расстроились? – с сочувствием спросила Рика, помогая надеть халат.

– Мне неприятно, когда меня сравнивают с другими. Но не более.

Все же я разумная девушка и понимаю, что эти три года Годфрей не был отшельником, он жил полноценной жизнью, встречался с женщинами и даже искал невесту. И наверняка бы женился на баронессе Кензи, если бы… А вот тут возникали вопросы, что именно заставило герцога резко вспомнить о бедной брошенной им три года назад сиротке? Почему сейчас, а не год назад? Не полгода назад? Мое совершеннолетие? Но это слишком незначительная причина! Король и раньше мог приказать, и нас бы поженили в любом храме, никто бы слова не сказал поперек. Так что же случилось?..

– Романна, милая, ты готова примерять свадебные платья? – раздался голос леди Кошмар, и я застонала.

Но когда вышла из-за ширмы, вдоль стен стояли уже другие манекены, все как один в пышных белых саванах!

– Да я в них не смогу шага сделать!

Не то чтобы сбежать со свадьбы, если вдруг очень сильно захочется! Хотя в этих моделях есть одно преимущество: жених будет находиться от невесты не ближе трех шагов! Ближе подойти ему юбка не даст.

– Маринийский шелк, китовый ус, эльфийские силуэты! – Вивьен лучилась довольством. – Все модели в единственном экземпляре! Любое из платьев подгоним по фигуре за один день. Вы только посмотрите на швы! А каменья какие! Рекомендую вот этот фасон. – Она простерла руки к пышному платью, расшитому бесчисленным количеством жемчуга. – Сама королева одобрила эту модель. Посмотрите, какая вышивка по подолу. Снег, натуральный снег! Вы будете самой красивой среди всех невест. Остальные от зависти умрут!

– И побегут к тебе, милочка, делать заказы, – разбавила ее пылкую речь тетушка. – Девицы захотят заказать платье, как у невесты герцога Годфрея. Какая выгода!

Я прошлась вдоль манекенов, не прислушиваясь к язвительным репликам тетушки и ответам Вивьен. Все не то! Слишком громоздкие, слишком пафосные и вычурные, слишком… Все слишком! Если свадьбы не избежать, то хоть платье я имею право выбрать такое, как хочется мне?

– Мне ничего не нрави…

– Леди! Леди Романна! Там! – В гостиную вбежала одна из горничных. – Там еще одна модистка! Говорит, ей назначено!

– Зови!

Вивьен недовольно пождала губы, но промолчала, в гостиную заглянул один из охранников – рыжий, пробежал цепким взглядом по нашим фигурам, бесстрастно осмотрел платья, на мгновение в его лице проступил притворный ужас, и, подмигнув Рике, рыжий исчез. Раздался уверенный стук каблучков, и спустя мгновение в помещение влетела хрупкая блондинка в костюме для верховой езды и маленькой кокетливой шляпке на светлых кудрях.

– Мари, я не опоздала? – фамильярно обратилась она к тетушке. – И где наша красотка невеста?

– Лили Шаниль, – коброй зашипела Вивьен. – Прибежала в расчете перехватить у меня клиентку? Так вот, ты опоздала! Меня нанял сам герцог Годфрей, неудачница!

Ой-ой, кажется, моя гостиная сейчас превратится в поле боя.

– Рика, принеси мне чай и пирожное, – шепнула я горничной и села рядом с безмятежной тетушкой.

– Правильно, – кивнула она. – Женские бои лучше смотреть из партера.

Пока Вивьен шипела и кривилась, в комнату вошли двое юношей – белокурых, воздушных и возмутительно мало одетых, всего лишь в штаны и безрукавки. Они вкатили вешалку с платьями, а потом просто уселись на пол рядом с ней, глядя на Лили глазами, полными обожания и восторга.

– Какая пошлость! – тут же скривилась Вивьен, обращаясь к тетушке.

– О да, – кивнула та, и модистка победно вздернула нос. – Но согласись, очень симпатичная пошлость.

Тем временем в комнату начали входить девушки в свадебных платьях, каждая несла круглую табличку с номером. Они медленно проходили по гостиной, крутились и застывали у стен. Я даже про чай забыла, потому что один наряд сразу же привлек мое внимание. Такого мне герцог точно не простит!

– Мои живые манекены, – пропела Лили, хлопая в ладоши. – Ведь платье всегда лучше смотрится со стороны, не так ли, дорогуша?

– Думаешь, будущая герцогиня наденет эту безвкусицу? – презрительно вскинула голову Вивьен и ехидно добавила: – Экономишь на тканях? Я, конечно, слышала, что дела у тебя идут отвратительно, но не ожидала, что настолько.

– Ах, Ви! – с пониманием в голосе отвечала Шаниль. – Ты шьешь для умудренных жизнью дам, которым лишний вес на бедрах так же привычен, как для нас кружевная шляпка, а я – для юных и хрупких прелестниц, которые хотят порхать во время танца, а не гнуться под весом платья.

– Я шью для королевы!

– Да, я читала в «Хрониках», что ее величество посетила последний музыкальный салон, наряженная в твое платье, и весь вечер просидела в кресле. Подозреваю, что у нее не хватило сил поднять несколько дюжин фунтов камней, которые ты умудрилась нашить на ее корсет! – сочувственно покивала Лили. – Зато выглядела ее величество блестяще!

– Выскочкам из захолустного села не понять, что такое богатство! Доверие нужно заслужить!

– Я предпочитаю спать спокойно в объятиях любовников, а не на мешках с драгоценными украшениями, – парировала Лили и повернулась ко мне. – Вижу, что вы оценили смелость наряда номер три. Желаете примерить?

Белоснежные атласные брюки шли в комплекте с плотным корсетом, поверх которого надевалась кружевная облегающая блуза с длинными рукавами.

– Да! – выпалила я, прежде чем леди Эйрингауз успела слово сказать. – Желаю именно его!

– Брюки! – Вивьен схватилась за сердце. – Да вас Светлые боги покарают!

– Зато Темные похвалят, – кощунственно заявила Лили и подмигнула.

– Такой позор! Его светлость не пустит вас в храм! Говорят, он строго следует традициям, – попыталась вразумить нас Вивьен, но я была непреклонна.

– Благодарю. Вы свободны.

Модистке ничего не оставалось, как поклониться и удалиться, пыхтя, как закипающий чайник.

– Фух, аж дышать стало легче, – высказалась Лили. – В одном она права, королева может не одобрить, если в храм вы явитесь в брюках… А оно нам надо? Нет, – ответила она сама себе. – Но у меня есть идея! Мальчики, тащите сюда платье номер семь!

Через полчаса от платья номер семь была отрезана летящая шелковая юбка, я, одетая в брюки и корсет, стояла на низком табурете, а вокруг меня суетилась Лили с помощниками. Они что-то подшивали, отрезали, измеряли, с азартом спорили и периодически хохотали… Ужас! Зато через пару часов…

– Красотища! – высказала общее мнение Рика. – Жуткая красотища.

– Скандально, – кивнула тетушка, но на удивление этим и ограничилась.

– Очень смело, – подтвердил заглянувший в гостиную рыжий охранник, но его тут же вытолкнули за дверь.

А я крутилась перед ростовым зеркалом и улыбалась как сумасшедшая. Это наряд моей мечты! Брюки прятались под длинной струящейся юбкой, и когда я стояла, казалось, что на мне цельное платье, но стоило сделать шаг вперед, как юбка расходилась, и в ней мелькала обтянутая в белую ткань нога.

– В таком наряде и сбежать из-под венца можно, – подмигнула Лили. – Хотя кто же бежит от такого жениха, как наш герцог.

– Меня обсуждаете? – послышалось из коридора.

– Не входите! – панически закричала я, прыгая за ширму.

– Да-да, ваша светлость. – Лили вышла в коридор и разговаривала, стоя в дверях, перекрывая герцогу обзор. – Плохая примета – видеть свадебное платье, а вот заплатить за него – примета прекрасная! И за него, и за сапожки, перчатки, сумочку…

– Сколько? – перебил ее герцог.

– Люблю щедрых клиентов. Дорогуша, – обратилась она к Рике, – проводи нас в свободное помещение.