Глава 31

Я просыпалась, каждый раз видя у своей постели мэтра Артора. Он трогал мой лоб, водил светящимися руками над телом, кивал и устало улыбался, разрешая Рике накормить меня крепким бульоном.

– Все в порядке, ваш упрямый супруг пока жив, – ехидно отвечал на мои вопросы о Габриэле.

– Это настолько опасно для него? – волновалась я, понимая, что ничего не смогу сделать с выбором упрямца Годфрея.

– Не думаю.

– Но вы сказали, что он пока жив!

– С его образом жизни и профессией это неудивительно, – парировал маг и усыплял меня.

В очередной раз я проснулась одна. За окном было темно, легкий сквозняк колыхал ночные шторы, в комнате горели магические свечи, их ровный огонь освещал небольшую площадь, но света хватало, чтобы не зацепиться ногами за мебель. Я медленно встала, прислушиваясь к ощущениям. Тело звенело от переполняющей его энергии, я чувствовала себя отдохнувшей и полной сил, а еще очень голодной. На мгновение прикрыла глаза, перестраивая зрение, и чуть не заорала от слепящих линий, окутывающих спальню.

– Ничего себе…

Комната была опутана защитными заклинаниями. Они толстыми огненными жгутами опоясывали стены, сложным узором вились по полу и потолку, образовывали решетки на окнах и камине. Иногда между яркими оттенками пламени встречались черные вкрапления магии смерти. Похоже, что к защите приложил руку и мэтр. Я не удержалась, попыталась ухватить пальцами один из жгутов и тут же получила легкий щекочущий импульс, словно нашкодившего ребенка по носу щелкнули. В детстве, в то время когда мое пламя было со мной, я верила, что магия живая и с ней можно подружиться, и сейчас эти детские ощущения вернулись в полной мере.

– Привет, – шепнула я. – Как много нам придется наверстать.

– Куда собралась? – раздался осипший, словно простуженный голос, и я от неожиданности вскрикнула. – Прости, не хотел тебя пугать.

Годфрей вышел из ванной в одних только домашних штанах, на ходу вытирая волосы небольшим полотенцем.

– Отлучился на десять минут, а ты уже тыкаешь пальцами в заклинания высшего порядка.

Я открыла рот и ничего не сказала. Все слова исчезли из головы. Мамочки, какое тело! И все мое! Воздуха не хватало, губы враз пересохли, и я опять приоткрыла рот, чтобы облизнуться.

– Ты неприлично, просто преступно соблазнительна, жена моя. – Габриэль отбросил в сторону полотенце и сделал стремительный шаг, сокращая между нами расстояние. Прохладные ладони обхватили мое лицо. – И твое пламя такое яркое и чистое… – хрипло шепнул он и наконец поцеловал.

Я забыла все слова, забыла, о чем хотела спросить, забыла, что провалялась в постели несколько суток… Главное, мой мужчина жив, здоров и рядом, а остальное… остальное пусть подождет!

В итоге ванну мы принимали вместе, и затянулось это у нас на пару часов, пока Рика не начала барабанить в дверь и грозиться, что, если я немедленно не сяду завтракать, она вызовет леди Эйрингауз, Духа Первого Дракона и короля.

Мэтр появился, когда мы с герцогом пили чай. Оба – лечебный сбор от Вилмы. Судя по его горечи, мстительная эльфийка добавила в чай настойку полыни.

– Тебе не обязательно пить эту гадость, – проявил Годфрей благородство, следя, как я кривлюсь и старательно дышу, чтобы не вернуть выпитое в чашку.

– Ну уж нет, это из-за меня ты прошел через боль, я себя уважать перестану, если не проявлю хоть капельку солидарности.

– Ты мне ничего не должна, Ромашка. За золотую пару можно умереть.

– Только попробуй! – пригрозила я кулаком.

От этих слов мне захотелось плакать, так что приход мэтра Венсента спас меня от приступа сентиментальности.

– Я принес расписание, – заявил маг и водрузил на стол стопку книг. – Четыре часа в день с шести утра до десяти. И не смотри на меня взглядом несчастной побирушки, я ради тебя отказываюсь от собственных исследований.

– Мы благодарны вам, мэтр, – кивнул Габриэль.

– Размер благодарности обсудим после первого занятия. Мне нужно будет оценить уровень подготовки герцогини, посмотреть, что она помнит с детства, и составить план занятий. А сейчас мне бы хотелось проверить твой уровень дара, Романна.

Габриэль на проверку не остался, заявил, что он уже пропустил два дня и ему нужно срочно отбыть на службу, пока его величество не прислал конвоиров. Он нежно поцеловал меня в щеку, шепнул, что уже скучает, и исчез, а спустя десять минут прибыл посыльный с огромным букетом розовых тюльпанов и бархатной коробочкой.

– Его светлость прислали, – поклонился парень, вручая мне подарок. – На словах велено передать, что его светлость приглашает вашу светлость вечером на свидание. Они зайдут за вами в шесть.

Настоящее свидание. Как же это романтично!

– Кхм-кхм, – прокашлялся мэтр, вводя меня в смущение. – Сначала дела, Романна, а потом любовь.

– Не романтик вы, мэтр!

– Я слишком стар для всей этой чуши, – буркнул маг и подмигнул мне. – Итак, попробуй выплеснуть всю накопленную в источнике силу. – Он поставил на стол черную пирамидку. – Этому учат магов в первую очередь, не думаю, что ты забыла, как это делается.

Я помнила, поэтому закрыла глаза, сконцентрировалась и отпустила бурлящую силу на свободу.

Миг, второй, третий… Сила все лилась и лилась, пирамидка начинала медленно светиться, а глаза мэтра – наливаться бездной. Когда артефакт стал похож на извергающийся вулкан, маг взмахнул рукой.

– Хватит.

Я выдохнула и опустилась в ближайшее кресло, потому что ноги начали дрожать. Попробовала смахнуть прядь со лба, но не смогла поднять рук.

– Сейчас все пройдет. – Артор Венсент осторожно перевернул пирамиду, и сила хлынула в обратную сторону, заполняя источник и возвращая возможность нормально двигаться.

– Никогда не осушай источник полностью, Романна, – серьезно проговорил маг, внимательно наблюдая за тем, как темнеет пирамида. – Для мага твоего уровня это равноценно смерти. Если, не приведи Богиня, тебе удастся когда-либо полностью исчерпать себя, ты растворишься в своем пламени. Запомни это!

– И какой у меня уровень?

Я с жадностью ожидала ответ мэтра. Насколько я помнила, когда он первый раз проверял мой дар, пирамидка тоже заполнилась вся, вот только она светилась как солнышко, и закончился перелив энергии значительно раньше. Даже сейчас, спустя десять лет, я помнила, как многозначительно переглядывались отец и его друг.

– Запредельный, – улыбнулся мэтр Артор. – Такой же был у барона Робертсона до твоего рождения. Но сила мага не в величине источника, ученица, – многозначительно добавил он, – а в умении им пользоваться. Поэтому приступим. Что ты помнишь?

Помнила я все, но этого оказалось очень мало. Зато я с первого раза смогла зажечь свечу и написать огнем на доске свое имя.

– Великолепно! Тяготение к тонким манипуляциям всегда было твоей сильной стороной, – похвалил меня мэтр. – Твой отец оставил мне четкие инструкции, чему нужно обучить его наследницу, и основной упор мы будем делать на защиту. Не помню, зачем это тебе нужно, но помню, что это очень важно.

Я не смогла сдержать вздох разочарования. Артор Венсент, как и обещал прежнему хранителю, стер все воспоминания о клинке драконов, и теперь мне не с кем было поделиться своими сомнениями. А так хотелось обсудить хоть с кем-то этот хрупов кинжал и его возможности!

И скоро такая возможность мне представилась…

* * *

Дни наконец приобрели четкость и смысл. По утрам я занималась с мэтром, потом завтракала, выслушивала сплетни, которыми меня по старой привычке снабжала Рика, разбирала письма и потихоньку вникала в дела клана. Годфрей представил меня слугам и управляющим, и теперь со всеми хозяйственными вопросами приходили ко мне. К счастью, рядом находилась матушка Нора, она давала советы, помогала и брала на себя большую часть моих обязанностей.

А еще Габриэль перевез в клан мою псарню, и каждый день я по несколько часов продолжала тренировать гончих. Щенки Аряны и Габи подрастали, и я готовилась к рассылке приглашений на аукцион, скоро придет время отдать малышей новым хозяевам. Да и очередную охотничью свору нужно будет показать к началу сезона, на них у меня лежат заказы. Трудность была в том, что для общества я так и числилась пропавшей без вести.

Король и ликвидаторы воспользовались скандалом на нашей свадьбе по полной, заодно избавившись и от оппозиции, и от черных, и от шпионов соседей. В стране шли аресты, суды и казни… Габриэль оберегал меня от лишних знаний, но ко мне иногда забегала тетушка Эйрингауз… Она традиционно пугала слуг, доводила Рику до нервной дрожи, читала мне морали и нравоучения, а заодно рассказывала о событиях, которые проходили за клановыми стенами. Супруг обещал, что скоро зачистки кончатся, и я «найдусь». С одной стороны, меня это радовало, а с другой… Это же придется появляться во дворце, приглашать и встречать гостей, самим делать ответные визиты… Светская жизнь, чтоб ее!

А вечерами я ходила на свидания! Каждый вечер супруг приглашал меня в какое-нибудь романтическое место. И каждый раз это был сюрприз, как и сегодня…

– Открывай глаза, – шепнул он мне на ухо.

– О Светлые боги…

Это все, что я смогла сказать. Мы стояли на широком каменном выступе, за нашими спинами высились горы, под нами шумел водопад, но все звуки были приглушены защитным куполом, иначе мы не слышали бы друг друга, а вокруг расстилался величественный реликтовый лес. Огромные деревья сверху казались безбрежным океаном, по которому изредка прокатывались ленивые волны, поднятые легким ветерком.

– Эльфийский лес. Здесь живет самый древний клан нелюдей этого мира, они охраняют Первый Источник. – Габриэль обнял меня за плечи. – Мы обязательно посетим их, когда у нас появится сын.

– Почему не раньше?

– К Источнику силы можно прикоснуться единожды. А я уже это делал, – шепнул муж мне в макушку. – Но древний клан пропустит нас, когда мы будем сопровождать нашего первенца.

– Эльфы живут затворниками?

– Пф, – совершенно по-кошачьи фыркнул Габриэль. – Нет, конечно, нас осталось слишком мало, чтобы запираться от всего мира. Но они хранители традиций, как ты – хранитель кинжала.

Я замерла. Вот он, тот самый момент, когда можно об этом поговорить. Но язык словно прирос к нёбу, я не могла сказать ни слова. Попробовала еще раз – результат тот же. Муж, не догадываясь о моих мучениях, продолжил:

– Я понимаю, что ты тоже заложник обстоятельств, и меня это злит! Этот кинжал опасен, и я прихожу в бешенство, когда думаю, что из-за него ты можешь пострадать. Если бы я мог, я бы уничтожил эту вещь, Ромашка. Знай, если ты захочешь, я заберу его у тебя, приму твою ношу.

Слова прозвучали просто и обыденно, но за ними стояло так много. Еще месяц назад я бы начала подозревать Годфрея, но сегодня я ему верила как себе. Просто… просто он не знает правды, как не знает ее ныне никто, кроме меня.

– Я не могу, – наконец смогла выдавить я. – Не могу этого сделать.

– Не знаешь, как призвать кинжал? Или не можешь отдать его другому?

Я молчала.

– Не можешь об этом говорить? Ничего, моя любимая колючка, мы что-нибудь придумаем. Я не хочу, чтобы наши дети подвергались опасности.

А как я этого не хочу! В голове мелькнуло какое-то воспоминание, мелькнуло и пропало, вильнув хвостиком, и было оно очень важным, тем, которое могло бы помочь… Что же это было…

Но сосредоточиться мне не дали, Габриэль меня поцеловал, и все мысли тут же улетучились из головы, оставив после себя лишь нас, парящих над реликтовым лесом…