30

Мужчина проснулся поздно. Как только он пробудился ото сна, то тут же почувствовал бодрость во всем теле. Нечасто человек может похвалиться тем, что у него не болит ни одна косточка, ни один суставчик или мышца. Майкл вскочил с огромной кровати, потянулся и с опаской поглядел на кровать. Кто знает, может, опять ему подложили какую-нибудь восточную красотку?

На тумбочке лежала одежда Майкла — не та, привычная, а белая дишдаша. Майкл прошёл в ванную, оглядел своё лицо в зеркале. Его заросшее щетиной лицо и карие глаза с длинными ресницами действительно напоминали какого-то саудита. Удовлетворённый тем, как выглядит, мужчина вышел на огромный балкон, полностью опоясывающий апартаменты Заид-аль-Закира. Тот сидел в кресле у небольшого бассейна и пролистывал свежий номер «Аль-Джазиры». Заметив Майкла, он подозвал его взмахом руки.

— Подойди-ка сюда, Мохамед-бин-Халиль-аль-Джебраил!

Майкл удивленно приподнял брови, рассмеялся.

Уже менее чем через пять минут мужчины сидели друг напротив друга и вели дружескую беседу.

— Вот твои новые документы, уважаемый гость! Надеюсь, ты не забыл после вчерашнего о своей миссии?

— Конечно, нет.

— Я разговаривал сегодня с твоим отцом, и он сказал, что тебе надо вылетать сегодня вечером в «Эр-Рияд», аэропорт «Принц Халид». Майкл кивнул головой.

— В номере отеля «Навара Аль Аравия» тебя будет ждать семья из трёх человек. Это мужчина, его жена и дочь.

Майкл опустил глаза. У него будто полегчало на сердце. Значит, семья учителя жива, и Макс на славу постарался — запутал их маршрут так, что теперь их будет сложно найти. По идее, они должны быть сейчас в Йемене.

— Их надо немедленно доставить рейсом в Доху. Чем быстрее, тем лучше. Как только закончишь с этим делом отправляйся в Йемен. Там будешь действовать по обстоятельствам. Кстати, тебе очень к лицу эта дишдаша.

Алина Михайловна ушла с работы пораньше. Сегодня Алексей не смог заехать за ней на машине, а ей надо ещё тащиться по магазинам, чтобы подкупить необходимые продукты. Слава богу, заготовки салатов она сделала ещё с вечера, колбасная нарезка в холодильнике, да и рыбка тоже. Осталось ещё пироги доделать и запустить печься в духовку.

Женщина быстро глянула на часы. Через какие-то четыре часа Полинушка будет уже выходить из самолета. Её встретит Аркадий, который наверняка ужасно по ней соскучился. А сейчас Алёша встречает на Ленинградском вокзале Полинину лучшую подружку Варю.

Задумавшись, Алина Михайловна сама не заметила, как оказалась на перроне. Подъехала электричка.

Женщина, сидя у окна в поезде, слегка улыбалась. Своих детей у неё не было. Вроде сначала не от кого было, потом работа, ну а потом уж и возраст. А вот к Полинке Алина Михайловна относилась как к родной. Во-первых, она была очень хорошим человечком, ну а во-вторых, Полина — дочь ее любимого Алексея.

Когда Алина после всех пробежек по магазинам наконец-то отворила дверь, то услышала голоса, доносящиеся с кухни. Значит, Лёша с Варей уже приехали. Женщина разулась, повесила шубку в шкаф и прошла в кухню. Там уже вовсю кипела работа. Варя, наряженная в один из фартуков, смазывала молоком пироги перед тем, как поставить их запекаться. Алексей Петрович выкладывал маринованные огурцы и помидоры в салатницу.

— Привет всем! — Алина остановилась в дверях. Как же приятно иметь семью! Наверное, все-таки надо принять Лешкино предложение руки и сердца.

— Здрасте, Алина Михайловна! — Варя вытерла руки о фартук. — Полька должна уже прилететь.

— А вы хоть проверяли? Может, рейс задерживается?

— Ой, нет! — Варя достала свой телефон и защелкала по кнопкам. — Не, уже прилетел. Значит, скоро будет.

— Аркадий поехал её встречать?

— Ага, — Алексей Петрович кивнул на табуретку. — Что стоишь-то? Присаживайся! Небось, устала?

— Ну да, — женщина села на стул. — Полька только через час будет. Так что не спешите! Сейчас везде пробки, и на кольце тоже.

Но и через час Полины дома не было. От настойчивого звонка телефона Алексей Петрович вздрогнул.

— Полина? Ты где? Как не встретил? — он в растерянности обернулся к женщинам. — Ты ему звонила? Не отвечает? Черт подери! Сейчас я за тобой приеду, дочь!

Мужчина нажал на кнопку и сунул телефон обратно в карман. В растерянности обернулся к женщинам.

— Аркадий-то так и не появился!

Варя хмыкнула и что-то пробормотала.

— Ну беги же тогда за Полинкой, не теряй время! — Алина Михайловна подтолкнула Алексея Петровича в спину.

С опозданием на три часа, но счастливая, Полина вошла в квартиру отца. Прикрыв глаза, втянула запах, доносящийся из кухни.

— Господи, папка, как же я рада наконец-то быть дома!

Отец обнял её.

— И мы все тебе рады! Еле дождались! Ну, Аркашку считать не будем…

— Молчи вообще про него! — Полина топнула ногой.

— Пойдём на свет, хоть поглядим на тебя!

— Поглядим? А у нас гости? — девушка прищурилась, скинула сапожки и куртку. Прошла на кухню.

— Ой, Алиночка Михайловна, Варька! Ну ты глянь! — девушка раскрыла объятия. — Как же я рада вас всех видеть! Вот это подарок!

— Давайте, девчонки, двигайте к столу! И так уже поздно. Забыл твой жених про тебя.

Полина махнула рукой.

— Ну и фиг с ним! Наконец-то скажу, куда ему следует идти.

— Что, совсем не жалеешь? — спросила Алина Михайловна.

Варя не смогла сдержать хихиканье.

Полина толкнула подругу в бок.

— Жалею только, что раньше этого не сделала.

Варя тем временем оглядывала подругу со всех сторон.

— Ну ты возмужала!

— Как-как? Я тебе покажу, паразитка! Ты тоже хочешь сказать, что я поправилась?

— Польк, тушенку с гречкой, небось, каждый день ела?

Увидев обиженное лицо своей почти падчерицы, Алина Михайловна вмешалась.

— Полиночка, Варя просто шутит. Чёрный юмор. Ты очень хорошо выглядишь!

— Только ванна часа на два не помешает! — хихикнула Варя.

Полина под предлогом мытья рук пошла в ванную комнату. Долго разглядывала себя в зеркале. Нет, вроде ничего не изменилось, только глаза были какие-то потухшие. Она попыталась состроить смешную рожицу, но из этого ничего не вышло. Последние несколько ночей она ужасно плохо спала, и настроение было какое-то паршивое. Что-то недосказанное витало в воздухе, как будто неприятности подстерегали Полину за углом.

Уже сидя за столом, Полина поймала себя на мысли, что совсем не думает про Аркадия. Сразу же осудила себя. А вдруг с ним что-то случилось по дороге, а она даже не позвонила, не узнала? Девушка потянулась за своим телефоном, набрала номер мужчины. Варя выжидающе глядела на подругу. На звонки долго никто не отвечал, и только когда Полина была уже готова отключиться, послышался сонный голос. Девушка нахмурилась, посмотрела на отца и Алину Михайловну и нажала кнопку сброса.

— Слышали?

Алина поджала свои ярко накрашенные губы.

— И этого хряка ты мне прочил в мужья, пап?

Тот только досадливо махнул рукой.

— Перевелись нынче мужчины!

Варя одобрительно посмотрела на Алексея Петровича.

— Я согласна с вами.

Мужчина крякнул.

— Вообще-то, дочка, нам уже с Алиной внуков хочется понянчить. Жених на примете-то есть? Там же столько красавцев матросов.

Девушка свела брови к переносице, помотала головой.

— Не-а. Никто мне не нравится.

— Ну что, совсем-совсем?

— Вот говорила тебе, Лёша, дай Полине свободу, — Алина Михайловна толкнула мужчину в бок. — Глядишь, сейчас бы уже в Канаде была.

— Ну знаешь, Аль, я тогда за неё очень переживал…

Полина отложила вилку в сторону.

— Дорогие мои, это вы о чем?

— Да о твоём Майкле.

— Ну, во-первых, он не мой, а во-вторых, он женат. Вы ещё бы о нем спустя десять лет вспомнили. Вот, блин…

Алина Михайловна покачала головой.

— А что ж он тогда с букетом цветов приезжал?

Полина на секунду подумала, что ослышалась. Она растерянно поглядела на Варю, затем на Алину Михайловну, сообразившую, что сболтнула лишнее. Отец сидел молча, уставившись в тарелку.

— Ну а с этого места, пожалуйста, поподробней!

Она потянулась к бутылке с белым вином, налила себе полный бокал.

— Ну?

— Поль, ну это давно было. Ты только в своё первое плавание ушла. Уже ведь почти четыре года прошло.

Полина кивнула на отца.

— Пап, а ты чего молчишь? Ты, наверное, даже не знал об этом?

Мужчина поморщился.

— Ну да, этот твой Майкл Эверс приезжал в госпиталь. Он был вместе с Костей Белым. Хотел увидеть тебя.

— А почему же я узнаю об этом только спустя несколько лет? — Полина закусила губу. Варя толкнула её в бок.

— Это Крок, что ли? А кто такой Костя Белый?

— Потом, — отмахнулась от неё подруга. Посмотрела на отца и Алину Михайловну.

— Поль, они, конечно, расстроились, то есть он расстроился, что тебя не было. Оставил свой номер, и Костя тоже. У меня в телефоне где-то записаны. Тебе дать?

Девушка помотала головой.

— Нет, уже не надо! — что-то сжалось у неё в горле. Как же так? Ведь Майкл ей был так нужен в то время. А сейчас… Сейчас уже поздно.

Аппетит тут же пропал. В голове было пусто. Хотелось оказаться в своей кровати, свернуться калачиком, накрыться тёплым одеялом с головой и просто заснуть.

— Поль, — Варя заглянула в лицо подруге. — Ну ты чего такая сердитая? Ладно, найдёшь ещё кого-нибудь себе. Ты же такая красотка у нас! Недаром папочка тебя так бережёт — боится за тебя.

— Какие у тебя планы на будущее? Не хочешь обратно в госпиталь?

Алина Михайловна подмигнула Полине.

— Не, наверное, нет, но и на флоте больше быть не хочу. Там свои сложности.

Отец удивленно посмотрел на дочь.

— Квалификация теряется. В основном мозоли, ушибы, небольшие повреждения. За все это время только пара серьезных случаев была. Да и от этих изголодавшихся мужиков хоть за борт прыгай.

Все рассмеялись.

— Ты, наверное, устала, Полин? Может, нам уже пора всем по койкам?

Алексей Петрович оглядел сидящих за столом, и все с ним согласились.

— Варька, мы с тобой сегодня в одной комнате! — Полина подмигнула подруге.

— Ну конечно, девочки, я вам уже постелила у Полюшки! — Алина Михайловна поднялась из-за стола, начала собирать посуду. Варя с Полиной тоже вскочили, стали помогать.

Втроём справились с мытьем посуды и распрощались.

Полина закрыла двери своей комнаты, и подруги остались наедине.

— Как же я по тебе соскучилась, Варька! — Полина потянулась, зевая.

— И я тоже. Всю неделю будем ходить с тобой по тусовкам. Вот деньки были!

Полина переоделась в пижаму и забралась в долгожданную постель.

— Ну рассказывай, какому очередному парню мозги снесла?

Варя рассмеялась, закатила глаза.

— Их, на самом деле, несколько! — девушка стала расплетать свою толстую рыжую косу. — Сама не знаю, кого выбрать. Мне все они нравятся.

— Молодца! В своём репертуаре.

— Поль, у одного родители классные. Меня встречают, словно я графиня какая-то. А он сам так себе, стручок. Родаки — дипломаты.

Полина хихикнула.

— У другого тачка крутая и сам красавец, но нарцисс какой-то. Постоянно то в зеркало, то в витрины себя разглядывает. Третий бедный, но хороший. Мне продукты из магазина до квартиры носит. А теперь ты расскажи мне про этого Костю Белого. Кто он такой, и с чем его едят?

— Ой, ничего особенного, он один из моих пациентов. Я даже не в курсе, где он сейчас. Он военкор.

Варя поморщилась.

— А-а, один из этих придурков, которые бегают впереди армии и фоткают?

— Ну значит, он один из них, — Полина рассмеялась. — Выходит, что военные врачи такие же придурки.

— Конечно. Ты тоже ненормальная. Жила бы в Москве, уже давно бы и семья была, и все. Уж и не знаю, как завтра мы с тобой в клуб пойдём. Наверняка уже забыла, как нормальная женщина должна выглядеть? Ты там себе случайно татуировок с якорями на заднице не наделала?

— Ну ты что, Варя! Я ещё не так обматросилась! — Полина зевнула, прикрывая глаза.

— Ладно, давай спать. Ты наверняка устала. Завтра будет день, и будет пища.

— Пища? — сквозь сон пробормотала девушка. — Какая пища?

Полина проснулась рано. Сказывалась разница во времени. Девушка осторожно переползла через разметавшуюся во сне Варю, подошла к окну. На улице было ещё темно. Середина зимы. Прислонилась лбом к прохладному стеклу. Опять ей снился этот сон — она бежит по пустыне, босиком. Пятки проваливаются и застревают в песке. Дышать трудно, нечем. Душно, влажно. Полина знает, что чуть позади бежит мужчина в какой-то арабской одежде. Кто он? Хочет причинить ей зло или бежит вместе с ней? Эти сны преследовали девушку с того дня, как кто-то подбросил ей эту ужасную книгу про ИГИЛ. И каждый раз сон обрастал какими-то новыми деталями, какими-то подробностями. Рука девушки потянулась к полке, где стояли дорогие её сердцу вещи: маленький плюшевый мишка, с которым она спала все детство, бабушкин дневник. Полина любила его перечитывать вечерами. Даже шкатулка Аркадия нашла здесь своё место. Теперь она уже не пустовала. Девушка взяла её в руки, открыла. На долю секунды что-то кольнуло в области сердца. Листочек бумаги с написанными словами на английском языке.

«Поцелуй дождь, когда я нужен тебе, и меня долго нет.

Когда твои губы одиноки и изголодались по мне, то поцелуй дождь и дождись рассвета.

Помни, что мы ходим под одним небом, и мои ночи такие же грустные, как твои.

Если ты не можешь дождаться рассвета, то поцелуй дождь!»

Полина почувствовала, как ее глаза увлажнились. Упущенные возможности, нереализованные мечты. Почему человеку даётся только одна жизнь? Почему время не может хоть на миг остановиться, дать передохнуть, обождать?

Полина осторожно вынула половину той самой пули от Калашникова, которую она когда-то вытащила из Майкла, сжала её в кулаке, прикрыла глаза. Отчетливо увидела мускулистое тело этого мужчины, беспомощно лежащее на операционном столе.

Да, пожалуй, этот талисман ей теперь нужен, как никогда!