Глава 4

Женщина остановилась на обочине, чтобы семья смогла размяться в зоне отдыха. Рядом пост ДПС, от которого отходит интересная парочка. Высокий статный мужчина и маленькая милая девочка. Женщина наблюдает, как счастливая малышка хватает папу за пальчик. И, что-то лапоча, идет рядом, беззаботно подпрыгивая. Умилиться можно. Мужчина-красавец улыбается. Он даже от полицейских отходил с улыбкой на лице. Сразу же видно, души в своем чаде не чает. Счастливые папа и дочка. Любят друг друга. Сердце не нарадуется за такими наблюдать. Кажется, что такие люди беззаботны, и все у них хорошо. Семья приятно проводит время, путешествуя на машине. Вон, и машина какая необычная, дорогая стало быть. Эх! У них все, как надо. А не через… как у остальных. Пока до моря доедешь, куда женщина со своей семьей направляется, помрешь от нервного срыва. Дети орут, что-то требуют, канючат, бесконечно ноют из-за всего подряд. И еще их фиг успокоишь. Обернувшись на мужа, женщина замечает, как тот успевает испачкать светлую футболку горчицей из хот-дога. – Ми-и-итя, – горестно протягивает. – Ну, чего, Галь? Я же не специально, – пытается оттереть ткань, натянутую на изрядно отросший за последнее время пузик. Пятно на футболке становится обширней. Женщина вздыхает. Вспоминает счастливую дочку и папу. Бросает последний раз взгляд на тронувшуюся машину. Из той как раз слышится веселая мелодия. – Сидим с ежом за столом! – раздается громкий и звонкий голос девочки из открытого окна. – Вдвоем… Женщина отвечает мужу ласково: – Люблю тебя, мой колобок. И целует в лысину. Затем, командует детям загружаться в машину. Сама мечтает, чтобы и у ее семьи была какая-нибудь песня, которую они бы могли вот так вот без споров вместе петь. Быть счастливой семьей, как та милая парочка. Женщина не видела, как горестно вздохнул мужчина за рулем необычной машины и закатил глаза, когда девочка на соседнем кресле начала петь: – Эй! Ежик клуглый! Александр – Нет-нет! Не пелеключай! – останавливает меня заноза в з…, когда наконец хочу включить что-нибудь другое. – Пусть еще иглает! – Пятый раз?! – не могу поверить, что снова придется слушать приставучую песню про бобра, переделанную голосами героев из мультфильма «Смешарики». – Всего лишь пятый! Давай! Включай! – радостно и задорно заявляет Василиса, уже готовая снова кричать слова из песни, насилуя мои барабанные перепонки и пагубно воздействуя на мои способности разумно мыслить. Ни одна женщина мне настолько сильно мозг не выносила, как эта малявка своим караоке. Почему я все это позволяю малолетней пигалице? Тут все просто. Пока я разрешаю творить эту дичь, она не выкинет какие-нибудь фортеля. Которые, между прочим, от нее постоянно теперь ожидаю. Самое поганое, имеется уже много свидетелей, которые видели эту девочку со мной. Даже полицейские. И если с Василисой что-то случится, в первую очередь, будут искать меня. А оно мне не надо. Теперь, моя наипервейшая цель – в целости и сохранности доставить малышку в безопасное место. Радует, что по заверениям девочки, ехать нам придется в нужную мне сторону. В общем, нам по пути. – Хей! – мелкая продолжает громко орать, сношая мои уши. – Лосик клуглый! Эти слова поет одним голосом. Крича следующие, старается голос изменить: – Я Лосик?! Я Лосик?! Последнее, конечно, получается совсем дико. Причем, Василиса при этих словах кривляется, корчит рожицу и, самое главное, показывает этот концерт в открытое окно. Там ее прекрасно видит и слышит пожилая пара, которую я не спеша обгоняю по соседней полосе. Пара с изумлением на лицах провожает нас взглядом. Еще и на меня пристально смотрят. Любопытные, видимо. Улыбаюсь им и даже машу ладошкой. Нормально, мол, все. Это мы такая счастливая сумасшедшая семейка. Знали бы они, как на самом деле мне хреново. Эх… На десятый раз, я обрываю песню. И, вообще, вырубаю магнитолу. Мне кажется, эта мелодия и слова будут преследовать меня пару суток, а то и неделю. – Эй?! – возмущается Василиса. – Я и длугие песни спеть хочу! – Прекращай! – отрезаю. – Ты же обещала, что как только споешь несколько раз, расскажешь, куда тебя везти. А хорошие девочки, держат обещания. Главное, чтобы место назначения было – адрес, где мелкую ждут ее родители. И, надеюсь, в розыск они еще не объявили. – Я, вот, холошая девочка. А ты… А ты моложеное обещал! – парирует заноза. – Где моложеное? Ты видишь? Я не вижу! Она начиняет картинно оглядываться, как бы ища лакомство. – Тут оно? Нет! Тут? – на последнем лезет в бардачок. – Ай! Вскрикивает она, когда я его резко захлопываю, не давая малышке до конца открыть дверцу. Лежащий там ствол ей видеть не нужно. – Ща как влежу! – заявляет обижено это исчадие хаоса. – Чуть пальцы не отолвал мне. На это я не обращаю внимание. – Давай, рассказывай, где твои родители, и я в первом же магазине или заправке куплю тебе мороженое. – О-о-о-о! – закатывает глаза Василиса, откидывая назад голову. – Ну, я же говолила! Едем по этой дологе. Быстро едем. Как увижу машину, на котолой нехолошие дяди увезли маму, так покажу на нее. Тебе лишь надо будет плишлепнуть их и спасти маму. Не знаю, что из сказанного ей правда, но чую, быстро от этой занозы я не избавлюсь. И проблем не избежать. Василиса же, чуть задумавшись, добавляет мне еще пункт задач: – Ну, может, еще на маме тебе жениться надо. Но это, если я лазлешу.