11 глава 1 часть
11 глава 1 часть
Проклятие бюста Малики работало в полную силу даже с частичной демонстрацией. Со дня празднования общего дня рождения прошло больше трёх месяцев, и Кирилл уже не раз удостаивался чести видеть Марину без лифчика, но перед глазами, ярко, словно кадр из фильма всё ещё стояло подсмотренное в зеркале отражение растерянной Малики в перекошенной футболке, с заманчиво оголённой грудью.
Непотребные мысли о подруге выбил из головы Чемпионат России и отъезд в Москву. Вернулся он в звании мастера спорта международного класса и с путёвкой на чемпионат Европы. В аэропорту его встречала Малика, расцеловала в обе щёки, взлохматила волосы и позволила всю дорогу к дому проспать на её плече. Накормив ужином, убежала обратно в общежитие, пообещав завтра встречу и серьёзный разговор.
Утром Кирилл внезапно вспомнил, что у него есть девушка, с которой тоже не мешало бы встретиться. Марина оказалась очень удобной парой: постоянные разъезды принимала с несвойственной её возрасту мудростью, не возмущалась, если он не брал трубку или подолгу не перезванивал. Более откровенной и нежной она становилась именно на расстоянии в телефонной переписке. Когда он возвращался, впадала в анабиоз и терпеливо ожидала очередной отлучки. Как только расстояние между ними становилось непреодолимым без транспорта, на телефон Кирилла приходило сообщение с заверениями в вечной любви.
Кирилл вышел за час до назначенной с Мариной встречи, чтобы успеть заглянуть в библиотеку, где его ожидала Малика с обещанным серьёзным разговором. Заглянув в читальный зал, он нашёл взглядом темноволосую голову подруги, склонённою над разложенными по всему столу книгами. Из пучка на макушке торчало три цветных ручки, девушка вынимала то одну то другую, делала пометки и возвращала их на место. Щека с одной стороны пестрела разноцветными чёрточками, пятно от синей пасты появилось и на кончике носа.
Кирилл сел рядом и слегка двинул плечом задумавшуюся подругу.
– Кирюха, что там у тебя такое срочное?
Малика отвлеклась от книги, сфокусировала взгляд на парне.
– Где мой любимый девчачий хвостик? – провела рукой по остриженному затылку друга. Он снова вернулся к прическе, которую носил в старших классах: на макушке взлохмаченные вихры, падающие на лоб беспорядочными прядями, но виски и затылок выбриты почти под ноль.
Кирилл заглянул в исписанную мелким почерком тетрадь.
– У тебя курсовая на тему «Неразгаданные шифры древних цивилизаций»?
Малика засмеялась и тут же поймала осуждающий взгляд библиотекарши. Изобразила на лице раскаяние и придвинулась к другу плотнее. Поманила пальцем, заставляя наклониться, и коснулась дыханием виска.
– Мне нужно, чтобы ты лишил меня девственности.
Поначалу Кирилл решил, что у него слуховые галлюцинации и никак не отреагировал. Моргнул пару раз.
Малика отклонилась, оценила ошарашенный вид друга и повторила просьбу. В этот раз Кирилл шевельнулся, сдвинул брови и присмотрелся к лицу собеседницы, она не выглядела ни капли смущённой.
– Мне же не послышалось?
– Не послышалось. – Она отодвинула стул, проскрежетав металлическими ножками по полу, и дёрнула подбородком в сторону двери. – Выйдем.
Но из библиотеки Малика не вышла, углубилась в книжные ряды и остановилась рядом с непопулярными произведениями советского периода отечественной литературы. Дождавшись, когда Кирилл догонит её, открыла рот, чтоб начать обещанный серьёзный разговор, но друг её перебил:
– От сидения над книгами у тебя мозг набекрень поехал?
Малика пожала плечами.
– Прежде чем ты начнёшь толковать о нравственности, напомню, что у меня есть твоё обещание выполнить любую просьбу, несмотря на сумасбродность. На первом курсе ты оставил меня без подарка и дал слово исполнить всё, что я попрошу. Вот я и прошу.
Кирилл прислонился к полке, сложив руки на груди, посмотрел на подругу.
– Это очень странная просьба, давая слово, я на такое не рассчитывал.
Малика приблизилась на шаг и провела пальцем по корешкам книг за спиной растерянного парня.
– Когда-то я учила тебя целоваться. Пришло время отдавать долги.
– Ты меня учила? – Кирилл криво усмехнулся, вспоминая уроки поцелуев. – Мы с тобой одновременно учились, умела ты явно не больше меня.
Малика склонила голову к плечу.
– Согласилась, между прочим, сразу, без нравоучений и подбора причин. Благодаря мне, Наташа прибалдела от поцелуя с тобой. Но в этот раз ты будешь в роли учителя. – Она положила ладони на переплетённые предплечья Кирилла, умоляюще заглянула в лицо. – Пожалуйста, Эдька. Мне очень нужно.
Он опустил взгляд на пальцы Малики, ощутив сомнение, глаза наткнулись на циферблат наручных часов.
– Чёрт! Я опаздываю на встречу с Мариной. Мы можем поговорить чуть позже?
Малика отклонилась, едва сдерживая улыбку. Она уловила колебание друга, он почти согласился, во всяком случае, уже допустил мысль, что это возможно.
– Зайди за мной после тренажёрного зала. Или у вас с Маришей планы?
Кирилл вздрогнул, о своей девушке он вообще не подумал, а ведь согласие на предложение Малики повлечёт за собой измену.
– Встретимся в кафе, ей нужно быть дома. У неё тоже курсовая.
Малика радостно воскликнула:
– Замечательно! – испугавшись собственного гулкого эха, добавила: – если ты был моим парнем и вернулся после долгого отсутствия на пару дней, я бы тебя из спальни не выпустила и плевать на курсовую. Марина твоя – вобла вяленная.
Кирилл сделал шаг в сторону выхода.
– Я зайду за тобой после тренировки и поговорим.
Малика едва выдержала несколько часов до встречи с другом. Занималась без азарта, проигрывая в голове предстоящую беседу. Придумывала неоспоримые причины, чтоб Кирилл не смог отказать, заранее предугадывая всё, что он может сочинить, лишь бы отказаться от данного слова.
Закончив тренировку, Малика приняла душ, собрала влажные волосы под капюшон трикотажной кофты и остановилась перед зеркалом. Когда она озвучивала свою просьбу, не волновалась ни капли, а вот сейчас осознала, что именно она требует от друга. Девушка в отражении заметно зарумянилась, в её глазах поселилось лихорадка.
Выйдя на ступени, Малика сразу же наткнулась взглядом на Кирилла. Его фигура темнела на фоне плотных сгущающихся сумерек, как графитный рисунок. Он стоял, прислонившись к перилам, сложив руки на груди, сосредоточенный и задумчивый.
Увидев Малику, отсоединился от темноты и втиснулся в круг света от фонаря рядом с ней.
– Мороженое будешь?
Малика подтянула сползающую лямку рюкзака и облегченно выдохнула:
– Буду.
По дороге к киоску шли, болтая о чём угодно только не о том, чем были заняты мысли. Малика выспрашивала о соревнованиях, Кирилл охотно отвечал, с преувеличенным энтузиазмом делился впечатлениями и надеждами на предстоящий чемпионат.
Купив мороженое, углубились в парк, неухоженный, заросший, словно старое кладбище. Фонари вдоль дорожки работали через один, расцвечивая путь в соответствии с философией жизни: за чёрной полосой всегда следует белая.
Малика потянула друга за руку, в которой он держал вафельный стаканчик.
– Дай попробовать малиновое.
Кирилл послушно остановился, прямо на границе света и тени, замер, позволяя девушке лакомиться его десертом. Малика пожадничала, ухватила большой кусок и теперь дышала с открытым ртом, пытаясь согреть мороженое.
– Как же Витольд?
Она с трудом проглотила холодный ком, почти не почувствовав вкус, сморщилась от резкой боли во лбу.
– А что Витольд?
Кирилл выразил недоумение приподнятой бровью.
– Он же тот самый опытный взрослый мужик, призванный стать твоим первым любовником?
Малика отвернулась, с утрированным интересом рассматривая переполненную урну рядом со скамейкой.
– Сложная ситуация, – наконец выдала она, всё также не поворачиваясь, – мы с ним устроили как-то секс по телефону, он восхитился моей развязностью и порадовался, что я уже не девственница. Я солгала, что ещё в шестнадцать лет распрощалась с невинностью. Так что он ждёт от меня фееричный секс.
Кирилл взволнованно взмахнул рукой. Шарик мороженого подпрыгнул в стаканчике и приземлился на асфальте розовой лепёшкой.
– Ну, ты даёшь! Слышал, что девушки даже операцию делают для возвращения девственности, но чтобы наоборот, наговаривать на себя.
Малика резко развернулась и вонзилась глазами в лицо друга.
– Мне уже двадцать лет. Витольд наверняка решит, что я какая-то дефектная, раз до сих пор не уговорила ни одного парня полежать рядом с собой.
– Балбесина и есть. – Он не больно стукнул подругу пустым вафельным стаканчиком по лбу.
Малика вывернулась и, отняв импровизированную колотушку, захрустела вафлей. Она видела, что Кирилл обдумывает её слова, поэтому не торопилась прерывать молчание. Когда она доела пустой стаканчик, он тяжело вздохнул и переплёл её пальцы со своими.
– Судьба к тебе отнеслась довольно благосклонно. Наградила потрясающими волосами, которые ты остригла, одарила фигурой, с которой ты регулярно воюешь. Даже откликнулась на твой запрос в эфир об опытном любовнике и преподнесла Витольда. А ты? – он приостановился и бросил на подругу недоумённый взгляд, – все свои проблемы срежиссировала сама. Зачем нужна была эта глупая ложь?
Малика сжала пальцы.
– Знаю, что глупо. Но от слов не откажусь. Тогда вообще буду выглядеть полной дурой.
– Когда он приезжает?
Услышав вопрос, Малика немного воодушевилась и улыбнулась с привычным лукавством.
– Через неделю. Так что решай быстрее, к его приезду я должна восстановиться после грехопадения и быть готова к любовным утехам.
Кирилл встал у ворот парка и нехотя признался.
– Я поспрашивал о Витольде у знакомого, он уже закончил биофак, года три назад. Есть в биографии твоего любимого преподавателя не очень приятный момент. Одна студентка как-то обвиняла его в изнасиловании. Правда там быстро всё замяли и обвинения сняли.
Малика мгновенно вспылила, глаза недобро сощурились
– Это не Танечка случайно была? – она топнула ногой, – в смысле такая же, как Танечка подлая тварь, испугавшаяся гнева родителей и ответственности за собственные поступки.
– Я подробностей не знаю и не берусь его судить. Просто предупреждаю.
Малика скинула капюшон и расправила ещё влажные волосы пальцами.
– Так ты поможешь мне или нет? – твердо спросила она.
Кирилл положил ладони на плечи подруги, всмотрелся в решительное серьёзное лицо.
– Ты сама-то осознаёшь, о чём просишь? Это не поцелуи в шестнадцать лет в парке и в подъезде. Мы с тобой будем любовью заниматься. Голые. Совсем. Я тебя всю увижу, а не только одну грудь мельком. Я буду тебя касаться.
Почувствовав, как от слов Кирилла ускорилось сердце, Малика неожиданно улыбнулась.
– Я в тебя верю, Эдька. Ты не ударишь в грязь лицом и сделаешь всё как нужно. И кстати, раздеваться полностью, совсем не обязательно, уж тебе ли не знать, – не удержалась она от напоминания о стыдливости Марины.
Кирилл не вынес прямой взгляд подруги, опустил глаза. Кажется, её и правда не смущала мысль о сексе, даже забавляла.
– Я могу подумать?
– Только недолго. Ответ мне нужен уже завтра.
На следующий день на лабораторной, во время проведения опыта на выявление белка в мясе покупной замороженной курицы, телефон Малики тренькнул одиночным звонком, оповещая о сообщении. Прежде, чем посмотреть на экран, она нервно выдохнула, опасаясь получить отказ, но сообщение содержало всего одно слово «Сегодня».
К вечернему событию Малика подготовилась основательно. Когда Кирилл открыл дверь, она всучила ему тяжёлый пакет, набитый чем-то стеклянным, шелестящим и твёрдым.
– Ну, товарищ хирург, приступим.
Кирилл накрыл ладонью губы подруги и искосил глаза в сторону кухни.
– Марина ещё здесь.
Малика разулась и заглянула в соседнюю комнату.
– Привет.
Окинув взглядом полную раковину посуды, и безразличную к этому факту Марину, молча принялась мыть тарелки.
– Привет, – дружелюбно откликнулась девушка, сидя на краю стола с чашкой чая в руках.
Кирилл встал в дверях. Его взгляд судорожно метался от одной девушки к другой, в глазах затаилось отчаяние, а скулы зарумянились. Он разрывался между двумя противоречивыми чувствами: стыдом перед Мариной и затаённым предвкушением ночи с Маликой.
Марина вылила остатки холодного чая чуть ли не на руки Малике и обошла хозяина квартиры.
– Мне уже пора, завтра важный тест. – Она легко чмокнула парня в щёку и махнула рукой. – Пока, Малика.
Когда за девушкой закрылась дверь, Кирилл вернулся на кухню.
– Тебе перед Мариной не стыдно?
Малика улыбнулась безмятежно, будто её нисколько не заботит предстоящее событие.
– Мне – нет. Достаточно того, что тебе стыдно за нас двоих. Воспринимай это, как операцию по удалению аппендикса.
Кирилл мрачно вздохнул.
– Называй это как хочешь, смысл не изменится. Это всё равно измена. – Он взял тяжёлый пакет, принесённый Маликой. – А Марина считала тебя безобидной и даже пыталась подружиться.
Малика вытерла руки полотенцем и пошла за другом в спальню.
– Да уж, не оправдала я её доверие.
Сев на край кровати, она зарылась в пакет и достала оттуда бутылку шампанского.
– Не обольщайся, это не такой уж и праздник, – и поспешно пояснила: – вино и водку я не пью. Хотелось бы Шериданс, но стипендия не покроет такую дорогую анестезию.
Кирилл на минуту вышел из спальни, вернулся с бутылкой упомянутого ликёра и стаканом.
– Я как врач обязан был позаботиться о качественной анестезии, на которую у тебя нет аллергии.
Он не торопясь откупорил бутылку и налил только в один стакан, что сразу же заметила Малика.
– А себе?
– Я же в роли хирурга выступаю, странно, если врач будет находиться под наркозом одновременно с пациентом, – пожал плечами Кирилл.
– Пациент не против, – ухмыльнулась Малика и отпила несколько глотков, – я всё-таки чертовски волнуюсь.
Услышав последние слова, Кирилл немного расслабился: выходит подруга только внешне такая цинично спокойная, а нервничает не меньше него.
Он сел немного в стороне и попытался заглянуть во всё ещё полный пакет, но Малика выхватила его и сама достала стопку пластиковых масок. Одну с лицом Брэда Питта[1]протянула Кириллу, а другую – с изображением Анджелины Джоли[2], надела сама.
– Можешь представить себе кого хочешь, если так проще. Есть ещё Хэлли Бэрри[3], Джессика Альба[4], ну и если ты совсем консервативен или впал в маразм – Памела Андерсон[5].
Кирилл отложил маску в сторону, даже не попытавшись влезть в предложенную шкуру знаменитого актёра.
– Лучше без них, – он снял пластиковую личину с подруги, – я всё равно тебя буду представлять.
Малика снова потянулась за стаканом и в несколько глотков почти осушила его. Почувствовав себя огнедышащим змеем, шумно продышалась. Вытянула из пакета две пачки презервативов и впервые явно засмущалась:
– Я не знаю, какие нужно? – задумчиво протянула она, уперев взгляд в ширинку на джинсах друга. – Только один раз покупала и то не по назначению, а для первого сентября.
Кирилл осмотрел обе пачки, одну отложил на тумбочку. Молча придвинулся ближе и коснулся ладонью колена Малики. От безобидного прикосновения она подпрыгнула на матрасе, словно её ударило током, и испугалась собственной реакции.
– Извини, это нервы.
Кирилл вздохнул.
– Мы ещё даже не разделись, а ты уже как на иголках.
Малика сама придвинулась почти вплотную к другу и смело положила ладонь на его бедро. Даже сквозь ткань легко прощупывались длинные напряжённые мышцы. Выждав несколько секунд, чтобы привыкнуть к новому ощущению, она сместила руку чуть ближе к паху, но в этот раз отскочил Кирилл.
Отдышавшись, вернулся на кровать, виновато опустив глаза.
– Не думал, что это так сложно.
Малика прищурилась, и одним махом стянула с себя кофту, оставшись в белом бюстгальтере.
Кирилл продолжил смотреть в глаза подруге, старательно удерживая взгляд выше её подбородка. Она хитро сощурилась и, взявшись за край его футболки, медленно потянула вверх. Пришлось ему подчиниться и поднять руки. Откинув одежду в сторону, Малика удовлетворённо оглядела его обнажённый торс. Дышал он тяжело, будто только финишировал в марафоне. На каждом выдохе под загорелой кожей чётко обозначались кубики пресса.
– Мой первый любовник – самый красивый мужчина на свете, – легко похвалила друга Малика, будто в этом была и её заслуга, и добавила совсем другим тоном: – но трусливый. Займись уже со мной любовью.
Кирилл несмело положил ладони на обнажённые плечи подруги, изумляясь самому себе: сколько раз он касался Малики, даже целовался с ней, почему же сейчас так сложно переступить эту черту? Почему даже мысль о ней нагой заставляет сердце колотиться, как в лихорадке? Он почти грубо опрокинул девушку на кровать и лёг сверху. Горячий живот девушки плотно приник его животу, они дышали, словно раскачивая качели: на его вдох она выдыхала и наоборот.
Кирилл не поцеловал Малику, завис, рассматривая смущёно-пылающее лицо. Убрал в сторону тёмную прядь волос, погладил большим пальцем её алеющую скулу. Девушка заёрзала, устраиваясь удобней. Дыхание Кирилла уже коснулось её губ, когда она пробурчала, косясь глазами в сторону изголовья кровати.
– Из-под подушки торчит розовый носок Марины, кажется грязный и даже воняет.
Кирилл с видимым усилием оторвал взгляд от Малики и втянул носом воздух. Зловония он не ощутил, но вид грязного носочного изделия романтики точно не добавил. Он рывком поднялся с постели и протянул руку подруге.
– Не знаю, откуда он взялся, я сегодня поменял постельное бельё.
Малика стянула покрывало с кровати и радостно предложила:
– А давай ещё раз поменяем?
Следующие два часа они наводили порядок не только в спальне, но и во всей квартире. Обнаружили ещё несколько непарных носков с подозрительными пятнами и очередные трусы, забытые неряшливой хозяйкой. Кирилл увлечённо пылесосил, стараясь не бросать в сторону полуобнажённой подруги слишком уж откровенные взгляды. Кофточку она не надела, посчитав перерыв кратковременным, и занималась уборкой в лифчике. Вряд ли осознавала, насколько соблазнительно выглядит в трикотажном тонком белье, иначе не махала бы тряпкой с такой активностью.
Малика периодически подбегала к Кириллу и гладила то по спине, то по груди, один раз игриво хлопнула по ягодице.
– Это чтоб у тебя настрой не пропал, – объясняла она и продолжала елозить шваброй под кроватью.
Утолив внезапный приступ чистоплотности, они вернулись в спальню. Малика снова взялась за анестезию, в этот раз приняла большую дозу, надеясь таким способом спровоцировать в себе тягу к пьяному разврату. Когда она наливала ликёр в стакан, руки тряслись, а горлышко стучало о край, грозясь расколоть стекло. Отставив бутылку, оглядела Кирилла, сидящего на краю постели. Он смотрел на неё пристально, изучающе, в уголках его губ притаилась улыбка.
Малика попыталась принять обольстительную позу: выставила бедро и склонила голову, но чуть не упала и потянула мышцы на шее. Вернув себе равновесие, раздраженно пнула мягкий бортик кровати.
– Как же это у людей само по себе происходит? Что со мной не так?
Уловив неподдельную печаль в голосе подруги, Кирилл встал и притянул к себе Малику, заставляя уткнуться носом в свою грудь.
– Давай свет выключим.
Малика потёрлась носом о голую кожу и, чуть осмелев, поцеловала прямо в ямку между ключицами.
– Давай. Будешь Марину представлять?
Кирилл отстранился, его брови нахмурились.
– Не буду я никого представлять. Это всё равно невозможно. Я слишком хорошо знаю тебя на ощупь и запах, чтоб с кем-то перепутать.
Он отошёл в сторону, погасил свет. Малика задёрнула плотные шторы, погружая комнату непроглядный мрак.
Через секунду в темноте раздался растерянный голос Кирилла:
– Я тебя найти не могу.
– Я на кровати. Снимаю джинсы.
– Тебе помочь?
После недолгого молчания, Малика ответила.
– Помоги, молнию заело.
Кирилл прошёл вдоль стены, нащупал кровать, коснулся плеча подруги и опустился перед ней на колени. Прежде чем найти злосчастную молнию, пальцы прошлись по внутренней стороне бёдер, вдоль шва.
Малика захихикала.
– Извини, не могу нащупать, – оправдался Кирилл.
– Щупай, щупай.
Кирилл схватился пальцами за собачку замка, дёрнул несколько раз, но молния не собиралась так просто сдаваться.
Малика прогнулась, пытаясь облегчить доступ к замку. Через минуту бесплодных попыток почувствовала на своём животе дыхание Кирилла, через секунду обнажённой кожи коснулась его чёлка.
Она замерла, прислушиваясь к ощущениям.
– Что ты там делаешь?
– Пыфаюсь пофянуть вубами.
Малика уже хотела возмутиться, что сегодня слишком уж много обстоятельств против секса, как услышала сдавленный вскрик и ругательство. Кирилл резко отпрянул, через секунду в комнате стало светло.
Малика прищурилась, яркий свет ослеплял, разбрызгав сверкающие пятна перед глазами. Она присмотрелась к другу, стоящему около включателя, но не сразу поняла, что по его подбородку стекает капля крови.
Он коснулся лица и болезненно скривился:
– Я молнией губу прищемил.
Малика устало откинулась на кровать, раскинув руки в стороны.
– Носок Марины – это колдовской оберег на верность. Ничего у нас с тобой не получится.
Кирилл мазнул взглядом по расслабленной девушке, заманчиво разлегшейся на его постели.
– Я сейчас вернусь. Никуда не уходи.
Он обработал ранку на губе, смыл с лица кровь и возвратился в спальню меньше чем через пять минут. Малика лежала в той же позе, но не шевелилась, веки слегка подрагивали, выдавая глубокое погружение в сон. Кирилл наклонился над подругой, взялся за бегунок на её джинсах и чуть не взревел от досады: молния поддалась с первого раза. Он потянул за штанины, освобождая девушку от одежды, едва успел подхватить ноги и аккуратно уложить на кровать. Накрыв сопящую подругу покрывалом, разделся сам. Пока он избавлялся от одежды, Малика успела перевернуться на бок. Он лег рядом. После недолгого колебания, притянул к себе Малику, уткнувшись в её затылок носом. Вдохнул знакомый аромат кожи и цитрусового шампуня, коснулся губами шеи.
Погружаясь в сновидения, он представлял, что было бы, если бы Малика не обнаружила злополучный носок? Что ждало их за чертой дружбы? А вдруг – ничего. Может и не стоило так рисковать их устойчивыми надёжными отношениями, без которых свою жизнь он уже не представлял?
Кирилл соскользнул в сон незаметно, в его грёзах Малика проснулась среди ночи и подарила ему долгий нежный поцелуй. Только под утро, обнаружив подругу неподвижно лежащей на его руке, он с горечью осознал, что ночь и правда прошла великолепно, но только в его подсознании.
[1] Брэд Питт - американский актёр и кинопродюсер.
[2] Анджелина Джоли - американская актриса, кинорежиссёр и сценаристка, фотомодель, посол доброй воли ООН. (3303c)
[3] Хэлли Бэрри - американская киноактриса. Лауреат премий «Оскар» (2002 — первая темнокожая актриса в истории кинематографа, получившая её за исполнение главной роли), «Золотой глобус» (2000) и «Эмми» (2000).
[4] Джессика Альба – американская актриса. По результатам голосования на веб-портале AskMen.com стала номером один в списке «99 самых желанных женщин» 2006 года
[5] Памела Андресон – американская актриса и фотомодель канадского происхождения. С 1992 года начала сниматься в сериале «Спасатели Малибу», после которого стала одним из секс-символов США.