Глава 15 · Рид

Сегодняшнюю победу по традиции отмечали выпивкой и закусками. Место долго не выбирали. Паб «Пьяный дятел» находился в холле отеля, в котором разместили нашу команду. Небольшое помещение было забито до отказа: «Дьяволы», почти в полном составе, несколько ребят из штаба команды и компания знойных «хоккейных заек», которая увязалась за парнями после матча.

Все как-то быстро разбились на группы. Одни дерзко пили, обсуждая прошедшую игру. Другие толпились у музыкального автомата. Третьи играли в дартс, четвертые – включая Коннора и Макса – в бильярд.

Ничего из этого меня сейчас не интересовало, как и попытки флирта со стороны попеременно подсаживающихся ко мне цыпочек. Находясь в максимально расслабленном состоянии, я занял место за барной стойкой и, несмотря на то что приканчивал уже вторую пинту стаута, все еще был трезвее стеклышка. В отличие от устроившейся по соседству репортерши, которая, похоже, задалась целью перепробовать все коктейли в карте.

Игнорируя мой мрачный взгляд, хренов бармен наливал Мэдди так, словно она была стриптизершей на мальчишнике. Даже пытался с ней заигрывать, расточая паршивые комплименты, но девчонка то ли делала вид, то ли действительно не замечала этого.

На Мэдс была простенькая белая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами и закатанными до локтей рукавами, джинсы с высокой талией и замшевые сапоги. Распущенные волосы мягкими волнами струились по плечам и спине. Она сидела вполоборота и считала загнанные Максом в лузу шары. Сбившись со счета, смешно нахмурила лоб, облизала и без того влажные губы и начала заново.

За короткое время нашей поездки Мэдди неплохо освоилась в компании парней из команды, но все равно стоило кому-то из них начать с ней беседу – покрывалась румянцем и смущенно отводила глаза. Признаться, меня эта ее реакция очень веселила. Может, поэтому я вдруг решил прервать затянувшееся молчание и повернулся к ней лицом. Затем положил ладонь на стойку за ее спиной и, не желая повышать голос, наклонился ближе. К самому уху:

– Как тебе наша игра?

Кажется, прозвучало немного резко. Девчонка вздрогнула, сглотнула и перевела на меня расфокусированный взгляд. Ее глаза блестели от выпитого, а на губах медленно растянулась улыбка.

– Если честно, я думала, будет больше драк. – Ее голос напоминал кексы с шоколадной крошкой, которые она так любит готовить. Он был густым и сладким одновременно.

– Не хотел тебя смущать. Попросил парней побыть сегодня джентльменами.

– Правда? – с выражением неподдельного изумления на лице спросила она.

Ее очаровательная наивность вызвала усмешку.

– Нет, – нехотя признался я, и тут же заработал едва ощутимый толчок в бок.

Пытаясь хмуриться, репортерша больше всего напоминала рассерженного хомячка. Пришлось сжать губы, чтобы не обидеть ее громким смехом. Зря старался. Алкоголь успел ударить ей в голову. Раздражение быстро сменилось весельем. И всего через секунду она уже смеялась сама. Легкий мелодичный звук привлек внимание стоящих поблизости парней, в глазах которых отразился неподдельный интерес. Большинство из них, заметив мой предостерегающий взгляд, предпочли не связываться, но Беса это не остановило.

Оттолкнувшись от бильярдного стола, он подошел к Мэдди и что-то шепнул ей на ухо, отчего смех девчонки стал еще заразительнее. А вот мое настроение, по какой-то непонятной причине, резко скакнуло в минус.

– Не хотите сыграть? – Подняв кий, Макс потряс им в воздухе.

– Пас, – резко ответил я и прежде, чем Мэдди успела открыть рот, добавил: – Она тоже.

Пожав плечами, словно его ни капли не расстроил мой ответ, приятель вернулся к бильярдному столу, где его ожидали две «зайки» в крошечных джинсовых шортах, надетых поверх телесного цвета капроновых колготок, и недопитая бутылка пива.

Вудс подняла голову. Ее глаза были слегка прищурены. Во взгляде удивление смешалось с обидой.

– С каких пор ты решаешь за меня?

– Вспомни, сколько ты выпила, – с напускным безразличием заметил я.

– Недостаточно, раз меня до сих пор раздражает твое чертово высокомерие.

Схватив со стойки бокал, на дне которого плескалась розовая жидкость, она вытащила из него зонтик, отсалютовала мне и прикончила содержимое одним глотком. Затем поставила бокал на место, перевела на меня полный вызова взгляд и продемонстрировала средний палец.

Обычно я терпеть не мог пьяных девчонок. Чем больше их развозит, тем наглее они становятся. Вешаются на шею, устраивают истерики, ударяются в слезы… Но Мэдди, даже изрядно выпив, не растеряла своего природного очарования. Она так часто улыбалась, что проклятые ямочки на ее щеках не успевали исчезать. Блеск в глазах делал взгляд выразительнее. Начинала чаще кусать губы, от чего они выглядели пухлее и краснее…

Мысли явно свернули не туда. Осознав это, я тряхнул головой.

– Пока ты здесь, я за тебя отвечаю. И прекращай пить, ты едва стоишь на ногах.

– А ты прекращай командовать, – ткнула она своим мелким пальцем меня в грудь. – Я уже взрослая девочка, делаю что хочу, и ты мне не указ. И вообще, мир, Харди, крутится не только вокруг тебя.

– Тебе-то откуда знать, репортерша? – усмехнулся я, испытывая нелепое желание ее подразнить. – Ты же вроде астролог, а не астроном.

Рот Мэдди приоткрылся от возмущения. Мой взгляд против воли снова упал на ее губы. Я завис, вдруг вспомнив о том, насколько мягкими они были, когда я поцеловал ее в автобусе.

Черт, что за странные мысли, ведь она даже не в моем вкусе! Между нами только деловые отношения.

Пока я повторял про себя эти слова как мантру, Вудс успела упорхнуть со своего стула и сейчас стояла у бильярдного стола. Макс снял с полки на стене кий, протянул Мэдди и, прижавшись сзади, принялся учить правильной для удара позе. Во рту разлилась горечь. И я очень сомневался, что дело в выпитом стауте, иначе эта горечь не смешивалась бы со жгучим желанием набить лучшему другу его гребаную наглую морду. Прицелившись, Мэдди отвела руку, заставляя Громова немного отодвинуться, и ударила по битку. Цветные шары с треском разлетелись по зеленому фетру.

– Малышка – настоящая находка, – лениво протянул внезапно оказавшийся рядом МакБрайд. – Может, предложить старику Гейту включить ее в основной состав?

– Чтобы эта репортерша в первый же день слила своему журналу эксклюзивные снимки из раздевалки? «„ДЬЯВОЛЫ“ БЕЗ ШТАНОВ» – как тебе заголовок?

– А ты не очень-то ей доверяешь, – усмехнулся приятель. – Странно, она же твой талисман.

– Это всего лишь бизнес.

– Ага, и поэтому ты так на нее пялишься? – Он кивнул на Беса и Мэдди, оживленно обсуждающих ее удар: – Не хочешь к ним присоединиться?

– Чего я на самом деле хочу, так это вернуться в номер и лечь спать.

Что являлось абсолютной правдой. Но вместо того, чтобы послать все к черту и исполнить желаемое, я продолжал наблюдать за увлеченной игрой сладкой парочки. Настала очередь Громова делать ход, но стоило ему только прицелиться, как Мэдди толкнула его бедром, отвлекая от удара. Разумеется, он промазал. Но уже через несколько минут отомстил – по-идиотски танцуя перед лузой, в которую она целилась.

– Ты жульничаешь! – возмущенно воскликнула Вудс, когда не смогла попасть.

– Ты первая начала. – Макс подмигнул ей, натирая мелом кончик своего кия.

Фыркнув, словно взбешенная кошка, девчонка перешла на другую сторону стола. Прицелилась и ударила. Когда последний шар опустился в дальнюю лузу, она победно рассмеялась, затем неожиданно повернулась ко мне и показала два больших пальца.

Несмотря на испорченное настроение, уголок моего рта приподнялся в кривой улыбке. В это время к нам с МакБрайдом подошла смазливая официантка. Длинноногая, в откровенном топе и с собранными в высокий хвост светлыми волосами. Поставив на стойку перед приятелем пинту пива, она задела меня плечом и кокетливо подмигнула, явно намекая на более близкое знакомство. Раздраженный тем, что она закрыла мне обзор, я отвернулся, всем своим видом демонстрируя полное равнодушие. Правильно расценив сигнал, девушка исчезла так же быстро, как и появилась.

Вскоре к нам с Коннором присоединились Медведев, Ландри и Кэмпбелл. Как-то незаметно обсуждение сыгранного матча перетекло к смешным воспоминаниям из жизни. Но я в этом разговоре не участвовал, продолжая наблюдать за игрой в бильярд.

Музыкальный автомат на мгновение затих. Затем заиграла I Wanna Dance with Somebody. Видимо, это была одна из любимых песен Мэдди. Двигаясь в такт с мелодией, она принялась соблазнительно покачивать бедрами. Я сам не заметил, как скучная история Джека о том, как однажды соседский бульдог пожевал его счастливые шнурки, стала фоновым шумом. Член напрягся. Желание перекинуть девчонку через плечо и унести отсюда в свою постель прожгло насквозь.

Окружавшие меня недоумки, заметив, на кого я пялюсь как завороженный, принялись свистеть и улюлюкать, будто прыщавые подростки. Не обращая на них внимания, девчонка продолжала танцевать, едва заметно покачиваясь от выпитого. Не выдержав, я вскочил с места и направился к ней.

– Пойдем. – Я схватил ее за руку и, провожаемый удивленными взглядами Громова и остальных парней, потянул за собой в сторону выхода.

– Куда ты меня тащишь? – захныкала она, впрочем, не сильно сопротивляясь.

– Наверх. Нам завтра рано вставать. – Выйдя в коридор, я прислонил Мэдди к стене и нажал на кнопку вызова лифта. – Какого черта ты так надралась?

– Этот паб называется «Пьяный дятел», – невинно захлопала она глазами. – Чем еще тут можно заниматься?

Мой сдавленный смешок заглушил скрип открывающихся створок.

– На каком ты этаже?

Она задумалась.

– Четвертый… или пятый. Нет, шестой.

Мэдди вытащила из заднего кармана джинсов карточку, которую я тут же поспешил забрать. Триста восемь. Я ткнул на кнопку с цифрой «3».

Ее номер оказался в разы проще моего, что неудивительно. Отели для команды бронируются заранее, а о том, что прибывших будет на одного больше, стало известно в самый последний момент.

М-да… Неудобно вышло. Может, предложить ей поменяться? Подумаешь, переночевать разок в «экономе». Душ тут имеется, уборная тоже. А больше ничего и не надо. Но как только я открыл рот, Мэдди, издав тонкий писк и разведя в стороны руки, прыгнула на постель.

– Знаешь, что я больше всего люблю в отелях? – спросила она, забираясь с ногами на матрас.

– Что? – Прислонившись плечом к косяку, я скрестил руки на груди.

– Здесь всегда можно попрыгать на кровати. – Девчонка замахала руками. – Давай присоединяйся.

Я усмехнулся, отрицательно мотая головой. Проигнорировав мой ответ, она опустилась на колени, соскользнула на самый край, наклонилась вперед и вцепилась в полы моего черного худи.

– Ты такой сексуальный, Харди, – сообщила Мэдди слегка заплетающимся языком. Ее глаза заволокла мечтательная дымка. На щеках углубились две гипнотические ямочки. – И высокий… Высокий и сексуальный. Мой папа от тебя без ума.

Последняя фраза заставила меня закашляться.

– Твой папа?

– Ага, я так скучаю по нему. – Прикусив нижнюю губу, она то ли всхлипнула, то ли… хрюкнула. – Упс! Не обращай внимания, я не плачу.

Давясь смехом, я осторожно отцепил ее руки от своей одежды, думая: должен ли я остаться и проследить, чтобы девчонка уснула, или не стоит? Похоже, алкоголь действовал на нее как сыворотка правды. И надо признать, от такой по-детски открытой и наивной Мэдисон Вудс у меня могли полностью отказать тормоза, а она между тем снова упала спиной на кровать.

– Боже, ты такой высокий.

– И сексуальный? – не удержался я, чтобы не подразнить ее.

Мэдди серьезно кивнула.

– А еще… заносчивый сукин сын. Иногда мне хочется тебя стукнуть, а иногда… – Она всплеснула руками. – Это все твоя внешность. По-хорошему, ее надо объявить вне закона, чтобы обезопасить всех женщин планеты. Точно! Завтра создам петицию президенту.

Она так весело хихикнула, вдохновившись своей глупой идеей, что я тоже не сдержал улыбку. Заметив ее, девчонка нахмурилась.

– Поцелуй-меня-снова. – Ее слова слились воедино, давая понять, что она вот-вот отключится.

– А если нет? – Продолжая смотреть на нее, я склонил голову набок.

– Тогда я… – Она на мгновение задумалась, а затем торжественно объявила: – Прокрадусь в твой номер и испачкаю томатным соусом всю твою одежду. Целуй!

Мэдди была такой очаровательной, когда пыталась командовать, что я не мог сопротивляться. Наклонившись, я снял с нее обувь, после чего мягко опустился рядом с девчонкой на кровать. Ее рука скользнула по моему лицу и обхватила затылок.

– Останься, – прошептала она, не открывая глаз. – Останься со мной.

На мгновение я представил, что действительно остался. Представил ее улыбку спросонья, как она смущенно подтягивает одеяло к груди…

В джинсах моментально стало тесно. Я мысленно отругал себя за то, что возбудился на пьяную девчонку. Всего от пары слов. Такому либидо позавидовало бы студенческое братство.

– Ты должна поспать, Мэдди. – Я говорил с ней, как с ребенком, который отказывается есть овощи.

Пьянчужка ожидаемо продолжала сопротивляться, придвигаясь все ближе.

– Я видела в уборной аппарат с презервативами. – Ее губы легко скользнули по моим, обдавая теплым и сладким от выпитых коктейлей дыханием. – Там есть даже ребристые, среднего размера, со вкусом киви… для твоего…

Так и не договорив, она уснула.