Глава 5

Кажется, даже Матильда включила весь резерв своего мозга, чтобы проанализировать услышанную фамилию и заворожённо уставилась на моего соседушку.

Раньше я всегда задавалась вопросом, что такое сюр. С сегодняшнего дня сей вопрос снят. Вот он сюр во всей красе.

Не припомню, когда наблюдала у бабушки такое выражение лица. Ей-то невдомек, что этот придурок наверняка брешет, чтобы вывести меня на эмоции.

– А про самый большой минус забыли сказать, да, Константин? Как моя внучка будет носить такую фамилию?

– Справедливости ради, Мальвину Адольфовну ничем не испортишь, – вот же гад.

Даже не скрывает улыбки. Ну, погоди у меня. Так отлуплю скакалкой, как только останемся одни, что на всю жизнь запомнишь, как по чужим вещам лазить. От предвкушения чешутся руки.

– Походу дела, все же испортишь. Вдуева Мальвина Адольфовна. Мечта, не иначе. А я думала, что меня уже ничем в этой жизни не удивишь. Господи прости, не могу не спросить. И как вы…вдуваете? Качественно хоть?

– Только не говорите, что хотите попробовать. Без обид, но вы для меня слишком…взрослая, Изольда.

– Ты посмотри на него. Слова еще какие подбирает, шутничок. Не вешалка и карга, а взрослая. Плюс один в карму. Ну так что там про вдув?

– Думаю, на такие темы не стоит с вами говорить. Мало ли у вас давление поднимется. А его в вашем возрасте нужно контролировать.

– Мальчик, в моем возрасте нужно контролировать настроение и стул.

– Кстати, для нормального стула можно принимать пасту Амосова. У меня дед делает, хотите угощу? – мать моя женщина, ну серьезно?

– Да я смотрю, у вас дед не промах.

– Да, что есть, то есть. Причем здоровее некоторых молодых. Реально даст фору. Так что это вы зря про старого. Он ого-го.

– Прям дед молодец? А что из хрони у него имеется?

– Мне кажется, ничего. Ну разве, что у него одна нога…

– Одна нога и Вдуев? Да уж, хорошо тому живется, у кого одна нога, об коленку хуй не трется и не надо сапога, – о мой Бог… то самое чувство, когда сама матерюсь, но перед другими стыдно за кровную родственницу. Кажется, обалдела не только я.

– Вы мне не дали договорить, – слегка опешив, озадаченно произносит любитель рыться в чужом белье. – Я имел в виду, что у него одна нога короче другой. Была в детстве. Сейчас в норме.

– Ну слава Богу. А то как-то неудобно с одной ногой дуть. И что? Нарастили ноги?

– Я в этом не разбираюсь. Но ноги точно две и я разницы не замечаю. Ну чего? Пасту Амосова нести?

– Несите, Костя.

Паста Амосова ей на фиг не сдалась, а вот поговорить со мной – да. Как только мы остаемся одни, бабушка, как ни странно, не налетает на меня. Очень долго смотрит, прожигая меня взглядом.

– Я не знаю, как так получилось, – совершенно серьезно произношу я. Правда, она расценивает это по-своему.

– А я примерно знаю. Внешность, у этого наглеца хороша. Тело ого-го. Скорее всего, и жопа там реально орех. Сначала у меня было много вопросов, но теперь они отпали. Я понимаю, почему ты мне о нем не говорила. Вдуев! Ну, хорошо хоть не…Пиздуев.

– Бабушка!

– Что бабушка? Ну он там-то хоть…нормально? Дует? Вдувает. Вдует? Ну, ты поняла.

– На девять из десяти, – вот что я несу?!

– Ничего себе. Так может и дед там реально молодец?

– Конечно, молодец. Если надумаете познакомиться, маякните через Алю. Я познакомлю, – не только бабушка не ожидала столько быстрого появления моего соседа, но и я. Метеор, мать его.

А ведь я думала, ему хватит ума одеться вместо того, чтобы реально принести банку с пастой.

На этом сюр не заканчивается. Моя бабушка реально внимательно слушает о том, из чего состоит эта самая паста и как ее принимать.

– Никогда бы ни подумала, что я это скажу человеку с такой фамилией, но вы мне нравитесь, Константин.

– Я себе тоже нравлюсь, чего уж греха таить, – как ни в чем не бывало бросает он, вновь усевшись на стул. – Да и смотрите на это с выгодной стороны. Когда ее пациенты увидят мою фамилию, об имени Мальвина уже никто не вспомнит.

– Об этом я как-то не подумала. Ладно, вы когда-нибудь были женаты, Костя? – неожиданно интересуется бабушка.

– Был. Давно. Детей, если что нет.

– Странно. Рукастых, симпатичных мужчин женщины всегда расхватывают щенками. А вы взрослый кобель. Как никто еще не подобрал после первой сучки? – о-м-м-м-м-м.

– Так я породистый кобель, мне породистая сучка нужна. Первая была дворняжкой, – глубокомысленный разговор. Кажется, этих двоих можно поженить. Найдут о чем поговорить.

– А сколько вам? – не унимается бабушка.

– Тридцать семь.

– Не понимаю, в чем подвох?

– Я стойко убежден, что у каждого своя судьба. Кому-то суждено щенками встретиться, кому-то престарелыми кобелями и сучками. И, как ни крути, ничего не изменить.

– Интересно. И знаете, в этом что-то есть. А как вы познакомились с Алей? – ох, а как мне интересно, что наплетет это брехло.

– В кафе. Я пришел на свое свидание вслепую, а она на свое. Не вслепую.

– И как сошлись? – да, да и как сошлись?

– Ну, тут все сложно. На самом деле я ее знал, как свою соседку. Частенько наблюдал за тем, как она гуляет с вашей собакой. Иногда почти лбом ко лбу сталкивались на лестнице, но внучка у вас специфическая, она только себе под ноги смотрит. Или в загрузе, как будто ставит перед собой кирпичную стену, – сукин сын, он еще и экстрасенс? Я реально частенько ставлю перед собой невидимую стену. – Наверное, поэтому в тридцать пять не встретила своего мужика. Не замечает кружащих вокруг, пускающих на нее слюни, кобелей.

– Да, узнаю свою внучку, – ну ты-то куда, блин?!

– Ничего, что я здесь?

– Ничего. Сиди. А вообще взяла бы, да кофе предложила гостям, – нахмурившись произносит бабушка, переводя взгляд на наглеца, вновь закинувшего ногу на ногу. – Так, ну а дальше-то, что? Она на свидании и вы. И как вы сошлись?

– Все банально. Моя спутница оказалась очень…раскормленной дворняжкой. Я хорошо отношусь к пышкам, и мне нравятся такие более мясистые породы, но там была не пышка, а…пышище. Ну и я сделал вид, что я это не я. Благо моей реальной фото не было на сайте знакомств. И, увидев, как всегда витающую в облаках вашу внучку, пересел за столик рядом с ее. Ну и подумал, пора бы уже и познакомиться, – идиотизм ситуации заключается в том, что это сто процентов правда. С поправочками, что хотел меня потроллить и я не замечала его из-за бургера. Но правда.

– Интересно. Ну расскажи, мне что-нибудь еще о себе, Константин.

– Я могу рассказать, – неожиданно для самой себя, встреваю теперь уже я. – У него есть славный кот Артемон, которого Костя совершенно не бережет, отпуская на самовыгул. Когда-нибудь он за это поплатится. Например, котика машина собьет. Или какой-нибудь нехороший человек его обидит. Да или он просто сбежит. Я вот говорю Косте так не делать, а он все равно выпускает четвероногого на произвол судьбы. Может, ты на него повлияешь, бабушка?

– Стоп. Плевать на самовыгул. Артемон?!

– Да, он самый, – подтверждает наглец, переводя на меня взгляд.

– Поправьте меня, если я что-то говорю не так. Левина Мальвина Адольфовна выходит замуж за Константина Александровича, и в придачу от него получает не только фамилию Вдуева, но и кота Артемона?

– Получается, что так, – улыбаясь произносит Костик.

– Мальвина и Артемон, – задумчиво произносит бабушка. – Что это мне напоминает? Погодите, Костя. А вашего молодца с разными ногами как зовут? Деда Карло?

Вот уж никогда бы ни подумала, что я когда-нибудь засмеюсь синхронно с этим придурком.

– Не Карл, не Пьеро и даже не Дуремар. Обычное, как по мне подходящее ему имя. Которое я скажу только после личного знакомства, – вот же придурок! Любопытства моей родственнице не занимать. – Аля с ним не знакома, поэтому тоже не знает.

– Я справки наведу, Константин.

– Да, пожалуйста.

– А что вы любите делать в свободное время? – так, все.

– А в свободное время, бабушка, мы любим заниматься вот этим, – встаю с дивана и подхожу к шкафу. Открываю один из ящиков и достаю свою прелесть. – Скакалкотерапия.

– Это что еще такое? – удивленно произносит моя любопытная родственница, смотря на то, как я раскручиваю скакалку. Но, к моему удовольствию, удивлен и напряжен еще кое-кто другой.

– Скакалка. Это новое веяние в медицине. Человек залезает в ванну, лучше если она попросторнее и его вторая половина или физиотерапевт, берет скакалку и начинает наносить удары по нужным частям тела. Обязательно контролируем силу удара. И таким образом усиливается кровоток в местах удара. И как следствие профилактика многих заболеваний, – если честно, даже я бы себе поверила. Нести чушь с умным лицом за свои года я научилась.

– Интересно. А почему в ванной? – задумчиво произносит бабушка.

– Полагаю, потому что там быстрее поскользнешься, да, дорогая?

– Он шутит, ба. В ванной, потому что вместе с ударами скакалки происходит второе действие, мы берем душевую лейку и после нанесенного удара скакалкой обливаем холодной водой. Кровь разгоняет только так, особенно в нижней части тела. Никакого застоя.

– Да ну к ебеневой матери это все. Лучше старого доброго секса кровь ничего не разгоняет. Я, пожалуй, по старинке, а вы…извращайтесь как угодно, молодежь.

– Ну, каждому свое, – пожимаю плечами. – Ты нас как раз прервала. У нас сначала идет трение спины мочалкой, а потом скакалкотерапия, – медленно перевожу взгляд на соседушку. Мне кажется или у него самую малость открылись пошире глаза?

– Ладно, я, пожалуй, пойду, – неожиданно отрывает от раздумий бабушкин голос. Ну, надо же, даже гнать особо не пришлось. Забрав Матильду с дивана, она грациозно направляется к прихожей.

Целую ее в щеку и закрываю дверь на замок, крепко сжав свободной рукой скакалку.

– Знаешь, моя бабушка всегда мне говорила одну фразу: хочешь не хочешь, а пиздюлей схлопочешь, – медленно поворачиваюсь к нему. Картина маслом: любитель порыться в чужих вещах стоит в защищающейся позе с полотенцем в руке, еще и размахивает им. Хорошо, хоть в трусах.

– Детка, без обид, у нас разная весовая категория. Ты будешь в проигрыше.

Секунда и я делаю взмах скакалкой. Реакция у гаденыша что надо, он замахивается на меня в ответ полотенцем.

– Это ты так меня благодаришь за то, что я избавил тебя от приставаний бабки?!

– Избавил? Да теперь она с тебя не слезет, идиот.

– Мне не трудно подыграть в нужный момент, находясь в пяти секундах от тебя, бестолочь, – каюсь, об этом я не подумала.

– Извини. Не подумала.

Видимо, на моем лице он увидел облегчение, оттого и расслабился. И явно не ожидал получить скакалкой по руке.

– Это за то, что ты рылся в моем белье своими грязными руками.

– Я вообще-то их мыл!

– А это за то, что подслушивал! – еще один удар, но в этот раз Костя не просто уворачивается, а каким-то образом вырывает у меня скакалку.

И ладно бы только это. Я не успеваю толком ничего понять, как оказываюсь прижата спиной к двери. И мои руки оказываются в тисках гамадрила.

– При желании, я мог бы вырубить тебя одним безболезненным движением. Мой тебе совет на будущее: никогда не вступай в борьбу с тем, кто заведомо тебя сильнее. Даже в шуточную борьбу. А теперь я иду к себе, а ты идешь компенсировать отсутствие пятилетнего, а, скорее всего, больше, секса – пельменями, – ну, сученыш! – Разрешаю съесть все. И когда подобреешь, приходи ко мне за адекватной компенсацией.

Если бы у меня была возможность, я бы непременно сделала омлет из его яиц, но у нас и вправду разные весовые категории. Отомстить можно и по-другому. Без применения силы. Надо только придумать как.

Мне бы так грациозно вести себя в квартире незнакомого мужика и как ни в чем не бывало натягивать на себя джинсы под чьим-то взглядом. А этот хоть бы хны. И как будто специально не надевает футболку, а накидывает ее на свое плечо.

– На адекватное поведение и демонстрацию твоих реальных желаний в ближайшее время с твоей стороны я не рассчитываю. А вот блюдо от пельменей чтобы занесла. Хорошего вечера, Мальвина Адольфовна, – свинота, еще и кончик моего носа поддевает! Это было так неожиданно, что я малость опешила.

Закрываю за этой свиньей дверь, а дальше все как в тумане. Начала с пельменей, продолжила коньяком. Давно не пила ничего крепкого и понимаю почему. Аппетит после него зверский. Мало того, что сожрала все пельмени, так еще и сала навернула с чесноком. Хорошо хоть не все.

Я вроде и трезвая, да и выпила немного, но настроение такое…предпмсное. Докопаться. Мне надо до него докопаться. Понимаю, что это ненормально, но не думать о том, какая у него настоящая фамилия не могу. Перевожу взгляд на часы: половина двенадцатого. Ну и что такого? Этот дятел наверняка не спит.

Складываю в пакет блюдо и прочие остатки и не мешкая направляюсь к нему. А вот открывать мне никто не спешит.

– Красивая моя, ты не вовремя, – ну наконец-то. – Завтра. Приходи извиняться и все компенсировать завтра.

– Открой дверь, Костик. Я не люблю оставаться в долгах. Решила отдать тебе блюдо сегодня.

– Я прощаю тебе все долги.

– А ну открой мне дверь.

– Адольфовна, шуруй домой.

– Я на секунду. Не волнуйся, не напугаю твоих проституток.

Вот уж не думала, что он еще и выпендриваться будет с дверью. В наглую ступаю за порог, хоть он явно против этого. Протягиваю ему пакет, но он даже не смотрит в него. И вообще, странный он какой-то.

– Я не смогу уснуть, пока не узнаю, какая у тебя реальная фамилия. Дай мне свой паспорт, и мы разойдёмся с миром.

– Ты бухнула, что ли?

– Нет. Просто дай посмотреть одним глазком.

– Я тебе уже сказал свою фамилию.

– Дай паспорт.

Матюгнувшись еле слышно, он все же тянется к внутреннему карману куртки и протягивает мне паспорт.

Не знаю, что я там ожидала увидеть, но точно не… Вдуев Константин Александрович.

– Не плачь, Мальвина. Ты ж все равно не хочешь замуж. А теперь давай, детка, домой.

– Костик, ну сколько тебя уже можно ждать?! У меня уже все горит!

Если и было легкое опьянение, то оно точно прошло, когда перед нами предстал абсолютно голый мужчина с такой… елдой, которую видно наверняка даже из космоса. Определенно старше Вдуева, но с очень хорошим телосложением. И тут до меня доходит. Мать моя женщина. Вдуев не тому, кому надо… дует.

– Это не то, о чем ты сейчас наверняка подумала!