Глава 11

Я затаенно вздохнула. Пошел всего третий день как я знаю Конда Корви. Слишком рано для настоящих чувств, а влюбленность плохой советчик.

Карета остановилась, прервав мои метания между «хочу» и «нельзя».

– Когда будет бал? – я опять была на руках жениха. Он нес меня до главного входа.

– Через неделю. Твои наряды успеют подготовить. А когда привезут обувь, мы сможем гулять по заснеженному парку.

Леди Фаско пригласила сапожника, и мне были обещан полный набор обуви. От теплых сапог до бальных туфелек в цвет нарядов.

– Надеюсь, приличия не позволят жениху ночевать в моих покоях?

Я должна была позаботиться о «нельзя», иначе победит «хочу». Поцелуи Конда странным образом пробили мою самооборону. Подумывалось даже о применении им магии.

– Нет, не позволят. Дант тоже не посмеет задерживаться у тебя дольше положенного. Все изменилось, – он поставил меня на ноги.

– Что изменилось?

– Все, – король привлек меня к себе и поцеловал. Крепко, страстно. – Подыгрывай мне. Ну же! – шепнул он в мои губы. Мне пришлось встать на цыпочки и закинуть руки на его плечи.

Когда мы прекратили целоваться, то обнаружили, что двери широко распахнуты, а на нас смотрит целая толпа праздношатающихся невест.

– Простите, я потерял голову, – со смешком произнес мой «жених» и, подав мне, ошеломленной, руку, повел в сторону покоев. Веера бились в истерике.

В комнате я сняла с себя и швырнула на диван накидку. Резко развернувшись к королю, спросила:

– Зачем ты выставляешь меня ветреной девицей?

Он, отодвинув стул, уселся на него и лишь потом удостоил ответом:

– Какая тебе разница? Через две недели тебя здесь не будет.

Я растерялась и, чтобы скрыть свое смущение, выпалила:

– Одиннадцать дней. Мне осталось всего одиннадцать дней, и я вернусь домой. Но мне не хотелось бы уйти с ребенком в животе.

– Я бы тогда тебя не отпустил, – Конд выглядел печальным и замотанным, но я не дрогнула.

– Вот именно поэтому и предупреждаю: больше не смей меня лапать.

– Нам придется исполнять взятые на себя роли: порочного старца и ушлой девицы, которая пойдет на все, чтобы сделаться хозяйкой замка Дервигов, – король поднял на меня усталые глаза. Мое сердце сжалось. Его боль никуда не делась, Конд просто старался выглядеть веселым и легкомысленным. Все это время прятал ее от меня, не желая вызвать жалость. – Ты же помнишь, что где–то рядом затаился враг?

Я кивнула.

– Кстати, замок Разящего кинжала тебе понравился бы. Это родной дом моей матери. Она была старшей сестрой Матиаса. И тот амулет, что висит у тебя на шее, принадлежал ей. Клановый оберег надежно защищал ее до самой смерти. С ним тебе не страшны проклятия, бросаемые в спину. Правда, мы с Фергюсом немножко усилили его свойства, заговорив алмаз на распознавание истины.

– Ты скучаешь по маме? – хотела задать вопрос, почему она покинула мир живых, но не решилась. Я взяла Конда за руку. Он ответил вялым пожатием.

– Нет, уже свыкся, прошло слишком много времени. А вот по отцу скучаю. Мне его не хватает.

У меня перехватило горло от нежности к этому молодому королю. Я прижала его голову к своей груди, но чужая боль вновь захлестнула меня.

– Ты все время ее чувствуешь? – прошептала я, сглатывая сделавшуюся вязкой слюну. Он сразу понял, о чем я говорю.

– Да. Но я научился ее скрывать. Подожди, – король глубоко вдохнул и медленно выдохнул, – сейчас тебе будет легче.

– А тебе?

– Нет. Место, куда вогнали магическую иглу, все время пульсирует. Я совсем не могу спать. Наверное, я скоро сойду с ума. Но ты странным образом успокаиваешь мою боль. Словно делишь ее со мной.

– Иди сюда, – я потянула его за руку. Он непонимающе посмотрел на меня, но все–таки поднялся.

Я провела его к кровати. Залезла сама и заставила короля лечь рядом. Обняв, позволила уткнуться мне в плечо.

– Только без глупостей, – произнесла я, когда рука Конда поползла по моей талии. – Просто попробуй уснуть.

Он кивнул, а вскоре уже сопел, подобно маленькому ребенку, пригревшемуся под бочком у мамки. Бедный уставший король.

Я не знаю, сколько прошло времени, но проснулась я только тогда, когда в дверь поскреблись. Сначала поскреблись, а потом постучались уже громко.

Я вздохнула и нехотя выползла из теплого плена. Король еще спал, и мне не хотелось, чтобы его разбудили. Наскоро оправив платье и сунув ноги в шлепки, я поспешила к двери.

– Я не нашла Данта, чтобы предупредить о моем визите, – Николь в этот раз воспользовалась менее травмоопасным входом. Почему не просто безопасным? Все потому, что мне хотелось треснуть ее по лбу, резко закрыв дверь. Совсем не вовремя она пришла.

Но бесцеремонную девицу было не остановить. Я не успела опомниться, как она оказалась у алькова и застыла с поджатыми губами, рассматривая лежащего на постели мужчину.

Я в ужасе нащупала Разящий кинжал, открывающий истину, и сдвинула его на одежду, чтобы посмотреть, кто же на самом деле спал со мной в обнимку. Если король, то конец его легенды. Но нет, на смятом покрывале лежал седовласый мужчина. Я выдохнула.

– М–м–м, так вот почему ты заверяла меня, что находишься здесь временно, – произнесла любовница Конда, возвращаясь в гостиную.

– Да, дней через десять я уеду в замок лорда Дервига.

Я не знала, чем занять гостью, поэтому села на диван и предложила ей присоединиться.

– Просто замечательно, – с воодушевлением произнесла Николь, расправляя юбки. Девушка была прелестна в платье персикового цвета, так выгодно оттеняющем ее смуглую кожу. – Мне тогда останется разобраться с тремя десятками невест, чтобы вновь завладеть вниманием короля. Я ужасно скучаю по нему. От наплыва кривляк он вынужден все больше времени проводить вне столицы. Вот и сейчас уехал…

Тема разговора была мне неприятна, поэтому я поспешила оправдаться за плохое гостеприимство, подбавив в голос как можно больше смущения.

– Мне, как радушной хозяйке, следовало бы попросить принести чай и сладости, но Дант куда–то запропастился, а без него я как без рук. Интересно, где носит этого мальчишку? – я немного сфальшивила в конце, но сойдет. Я вновь перевела взгляд на спокойно спящего мужчину.

– Ничего, обойдемся без сладкого. Не до него сейчас, – Николь вздохнула и воровато взглянула на моего жениха. Понизив голос, она сообщила то, что меня нисколько не удивило. – О тебе с Дантом ходят слухи. Говорят, он надолго задерживается в твоей спальне. А однажды выскочил в одном халате.

– Боже, откуда такие сплетни? Вроде, кроме часовых, никого в коридоре нет!

– А слуги? Они незаметны, но пристально наблюдают за нами.

– Здесь не только слуги наблюдают. Я сегодня кожей чувствовала интерес к себе и лорду Дервигу, – пожаловалась я, мысленно оплакивая свою репутацию. Дант выходил из моей комнаты в халате, а теперь другой лежит в смятой постели!  

– Уже наслышана о вашем страстном поцелуе, – Николь озорно улыбнулась. Правильно сказал Конд, что наличие жениха многих успокоит. Но, к сожалению, не заткнет.

– Мне так неловко, – промямлила я.

– Не переживай. Все мужчины из родов Корви и Дервиг страстные. С их напором нелегко справиться. У меня случалось и похлеще. Вспомнить хотя бы, как мы с Его Величеством любили друг друга в зале, полной гостей, прячась за занавеской. Я, полуголая, сидела на подоконнике с разведенными ногами и умирала от страха, что наше бесстыдство обнаружат.

Я сделала большие глаза.

– Обошлось, – «успокоила» меня Николь, положив ладонь на мою руку. – А ты чего так побледнела?

– Я? – освободившись от проявлений ее нежности, я похлопала себя по щекам.

– Я тебя смутила? Признавайся, ты до сих пор девственница?

Я не знала, что сказать, но Николь как будто бы сразу же забыла, о чем спрашивала. Она не заметила повисшую в воздухе неловкую паузу. Ее занимали какие–то свои мысли: только что смеялась, а теперь на ее лицо накатила горестная тень. У нее что–о случилось, но говорить о том она не хотела. Я тоже не стремилась лезть в чужую душу. Своих забот хватает.

– Что ж, подруга, если ты выходишь замуж за лорда Дервига, то оказалась гораздо удачливей меня, – хлопнув ресницами, Николь вышла из оцепенения. – Урвала пусть не короля, но его дядю. Он показался мне не таким уж старым.

– Да уж, урвала так урвала, – я потупила взор.

– Ты не знаешь, куда уехал король и когда вернется?

– Нет, – я покачала головой.

– А лорд Дервиг знает?

– Мы не говорим с ним о Его Величестве, – я опять обеспокоенно посмотрела в сторону кровати. Показалось или нет, что поза спящего мужчины изменилась?

– Надо порасспросить Данта. Уж этот проходимец наверняка должен знать, где скрывается его хозяин.

– А может, они уехали вместе? – подала я идею.

– Вполне может быть. Дант часто сопровождает короля. Сын лорда Лоури злится, что Конд предпочитает безродного мальчишку, а не его, законного наследника советника короля. Ты еще не знакома с Соулом?

– Нет, я практически не покидаю свою комнату.

– Соул красивый и богатый, но он совсем не Конд. Кружит вокруг меня, намекая, что для брошенной любовницы короля его постель всегда свободна. Но я ведь не брошенная, правда? – в голосе Николь послышалось отчаяние. – Ты же не увела его у меня?

Я вновь посмотрела на лежащего на кровати Конда. Какой же он гад. Походя ломает девчонкам судьбы, лишь бы удовлетворить свою страсть. Королям все можно, да?

– Никогда не стремилась завладеть чужим мужчиной, – произнесла я, вставая. Мне не хватало воздуха. Подойдя к окну, дернула его на себя. Высунувшись, глубоко задышала. Морозный воздух обжигал легкие, и мне сделалось легче. Я не хотела врать Николь, но и правды сказать не могла.

– Я пойду, – поникшая девушка направилась к двери, я видела ее боковым зрением.

Я не стала лукавить и уговаривать остаться. Мне было так тошно, что хотелось кричать. Зря я позволила любовнице Конда приблизиться ко мне. Мне не следовало знать об интимной жизни короля до меня. Сейчас я его ненавидела.

Тихо притворенная дверь побудила меня закрыть окно и вернуться к кровати.

– Я знаю, ты уже не спишь, – строго произнесла я.

Конд выдохнул и закрыл лицо одной рукой.

– Я распорядился, чтобы Николь покинула дворец, – глухо проговорил он.

– Она тебя любит.

– Она знала, что у наших отношений нет будущего. Мы подписали договор. Сегодня утром Николь получила бумаги на владение особняком у Южного моря и определенную сумму на безбедное существование.

– Ты даже не изволил с ней попрощаться?

– В договоре прописано, что отношения могут быть прекращены внезапно, без объяснения причин.

– Ты жесток.

– Я король, – Конд убрал ладонь с лица. Чтобы я не смотрела на него сверху, резко выбрался из кровати. Оправив одежду, кивнул. – Благодарю за возможность выспаться.

Я отступила, пропуская его к двери. Его Величество покинул мои покои в полной тишине и ни разу не обернувшись.

Я бросилась на кровать и накрыла голову подушкой. В комнату входили и выходили слуги, тихо расставляли посуду на столе, а я упивалась слезами, не позволяя себе всхлипывать вслух. Во дворце невозможно остаться в одиночестве даже для того, чтобы выплакаться.

Есть не стала. Не то настроение. Хотелось прижать к зареванному лицу и опухшим глазам чего–нибудь холодное, чтобы жар, что бил изнутри, утих.

Вспомнив, что на подоконнике лежит снег, я распахнула окно. Сгребла ледяное крошево в ладони да так и застыла. Мои окна выходили на противоположную от центральной площади сторону, поэтому я увидела то, что желали скрыть от глаз народа, шатающегося по дворцу. Недалеко от ограды, что опоясывала зимний сад, стояла груженная карета и к ней, словно под конвоем, вели Николь. Она всхлипывала и судорожно оглядывалась на здание. Я видела, она ждала, что ее окликнут, позволив остаться. Хотя бы до возвращения короля. И знала, каким было ее последнее желание – увидеть Конда.

Забыв о снеге, я перегнулась через подоконник – внизу, сложив руки за спиной, стоял лорд Лоури и равнодушно смотрел, как Николь выводят через задние ворота. Нет, конечно, я не могла видеть его лицо, но каким, как не равнодушным, должен был быть человек, который приказывает вывести любовницу своего босса, словно закоренелую преступницу? Ослушалась, не уехала сразу, как приказали?

Я слепила снежок. Крепкий, плотный. И со всей силы швырнула его в седое темечко советника короля. Я бы и самому королю замочила, если бы он сейчас тут околачивался.

Лоури, неспешно отряхнув волосы, нашел глазами меня. Сокрушенно покачал головой. Мол, что за неразумное дитя! Но я вновь слепила снежок и вновь отправила его в полет. В этот раз советник увернулся и, чтобы не побуждать меня на дальнейшие агрессивные действия, скрылся под навесом над крыльцом.

Я перевела взгляд на карету. Николь уже стояла возле нее. Вопреки моему ожиданию, что «преступницу» сейчас силой начнут заталкивать в экипаж, конвой расступился. Выстроившись в цепочку, воины направились к зданию, забыв о своей арестантке. Девушка непонимающе на них оглянулась. Но она оказалась не одна – дверца кареты распахнулась, и сидящий в ее чреве мужчина протянул руку. По тому, как Николь радостно вскрикнула и кинулась к нему, я поняла, что ее ждал никто иной как Конд Корви. Все–таки он пришел с ней попрощаться.

Вспомнив, что влепила ни за что, ни про что советнику снежком, я рассмеялась. Упав на диван, я смеялась до боли в скулах. Не знаю, что скажет король своей любовнице на прощание, но я верила, что он найдет нужные слова. Ее боль не утешить, но Конд нашел в себе силы поступить как человек, а не как бездушная машина.

Вернувшись к окну, кареты я уже не нашла. Лишь притоптанный снег говорил о разыгравшейся здесь драме, объединившей двух людей: любящую женщину и короля, принимающего любовь как должное. Как же сильно власть развращает человека.

Еда хоть и остыла, но все равно отвлекла меня от воспоминаний о протянутой руке Конда и вспыхнувшей радости несчастной девушки. Я старалась не думать о том, что будет и как я должна себя вести, когда вернется мой «жених». После обеих истерик, одна из которых закончилась слезами, а другая смехом, я была полностью опустошена. Ни чувств, ни мыслей, ни желаний. Ложиться спать? Но еще рано, даже солнце не зашло. Почитать бы, но книгами в комнате и не пахло. Интересно, а в замке есть библиотека? Можно же с пользой истратить время, познакомившись с культурой Рогуверда, его географией и народностями.

– Вы не подскажете, как найти библиотеку? – я стояла перед облаченными в металл стражниками, пытаясь по малейшему жесту угадать, в какую сторону направиться. И вновь я сориентировалась по движению копья, которое дернулось в сторону дверей, ведущих из королевского крыла на лестницу, облюбованную невестами. Получалось, что личную библиотеку король не держал, и нужно выходить в свет.

Поблагодарив истуканов, я направилась к выходу. Бояться больше было нечего, принародный поцелуй ясно указал «понаехвавшим», что я им не конкурентка. У меня имеются виды не на короля, а на его дядюшку. Поэтому я сильно рассчитывала на помощь знающих, где находится библиотека.

Улыбаясь, поскольку вспомнила артиста Вицина из «Операции Ы», глубокой ночью интересующегося тем же вопросом, я смело вышла к дежурящим у дверей дамам.

– Не подскажет, как пройти в библиотеку?

Мой вопрос заставил невест погрузиться в глубокую задумчивость. Вот она – тяга к знаниям. Никто не удосужился взять книжку, чтобы скоротать вечерок. Нет, лучше толочься у королевских покоев и сплетничать.

Я могла бы скинуть на то, что дочери благородных семейств окончили университеты, и коробочка их знаний полна, но я же помнила, что ни одна из них не училась в магической академии. А значит, книги у них изначально не пользовались популярностью. Придется искать библиотеку самостоятельно.