Глава 19

Через пару дней, вернувшись после завтрака, который проходил все тем же составом, я нашла разложенную на кровати одежду. Рассмотрев ее, поняла, что нравы в горном замке царят пуританские: все платья, рубашки и курточки застегивались или завязывались строго под горло. Если воротник и был, то только стойка. Я резко почувствовала себя развратницей, явившейся в замок с глубоким декольте. 

Однако одежда мне понравилась удобным кроем и отсутствием множества лишних деталей, вроде оборочек, розочек и рюшей. Под нее не было необходимости надевать кучу нижних юбок. И, о, боже, мне выдали панталоны! Правда, длиной ниже колена и примитивного кроя, словно их шили для мужчины. Дядя оказался куда прогрессивнее своего племянника.

Любитель строгих правил, он исключил из моего гардероба всякую фривольность. Никакой парчи, органзы или бархата, будто мне предстояло жить не в средневековом замке, а в военном гарнизоне. Возможно так оно и было, если вспомнить суровые морды, присутствующие на трапезах, рассказ Соула об армии Дервига и трех годах безуспешной осады.

– Спасибо, лорд Дервиг, – я с улыбкой поблагодарила Матиаса, не сразу заметив, что тот стоит у дверей и наблюдает за мной.

– Пожалуйста, – сухо ответил он и шагнул ближе. Подняв мой подбородок пальцем, лорд Дервиг заставил смотреть ему в глаза. – Скажу один раз, – этой фразы было достаточно, чтобы у меня начали дрожать коленки, – никогда больше не смей показываться перед моими людьми замотанной в одну простыню.

Я цыкнула от досады, вспомнив испуганный взгляд бородача, когда тот застал меня стоящей на стреме. Я чуть было не совратила целую армию.

– Х–х–хорошо, мой лорд.

Последующие дни не ознаменовались сколько–нибудь выдающимися событиями, кроме того, что хозяин замка где–то пропадал, а я проводила время с предателем Соулом. В наших с ним отношениях ничего не поменялось. Я пыталась выяснить, за какие заслуги Матиас ему доверяет. Или как сильно Душечка насолил королю, раз ему пришлось догонять нашу карету и прятаться за толстыми стенами горного замка. Ну и плюс ко всему, хотелось узнать, что нас ждет впереди. Насчет моего замужества – дело понятное, но я желала бы знать, если бы у меня был такой вес при дворе, как у леди Розмари, стал бы Его Величество осаждать крепость или нет. Но Соул отшучивался и тогда я, злясь и пытаясь его уязвить, напоминала ему, что он предатель и принималась придумывать производные имена от Души. Уменьшительные, но нисколько не ласкательные очень быстро кончились, и я приступила к сложносочиненным словам.

– Душераздирающий падальщик. Ты подбираешь любовниц короля и тащишь в свою постель, чтобы окончательно выдрать из их душ воспоминания о нем.

– Я лечу души. В этом мой дар. Если бы ты не вредничала и сразу пришла ко мне, сейчас была бы куда счастливее.

– Душещипательный обманщик. Ты отщипываешь от душ бедных девочек кусочки и отпускаешь опустошенными.

– Ни одна из них не жаловалась, – он улыбался, глядя мне в глаза. И в его серых зенках плясали черти.

– Простодушный… – я скривилась, не находя нужного слова.

– Это не обо мне, – Душечка открыто насмехался. – Я сложнодушный.

– Душный! Вот, правильно, ты – душный.

Нашу перепалку оборвал лорд Дервиг. Он явился с довольно увесистой книгой.

Я вытянула шею, чтобы прочесть название.

– Что это? Учебник?

– Да, рогувердский в картинках, – он повернул книгу так, чтобы я не вывихнула шею. – Я ездил за ним в город.

– Но зачем мне учебник? – я прекрасно знала, зачем, но продолжала гнуть дурочку. – Я отлично владею рогувердским.

Я посмотрела на Соула, ища в нем поддержку, но гад, как всегда, кривил в улыбке рот.

– Сними фаше, – неожиданно приказал лорд Дервиг, кивнув на кольцо на моей руке. – Ты думаешь, я не знаю, какую магию оно несет?

Я помотала головой, отказываясь остаться без кольца–переводчика.

– Учи наш язык, – поставил точку на моих препирательствах Матиас. – Не расставайся с учебником ни на час. Увижу без него, накажу.

В дверях появился запыхавшийся слуга, в его руках было нечто, напоминающее конскую сбрую. Я побледнела. Будут лупить. Показательно.

– Это ремень с двумя кожаными петлями для книги, – лорд Дервиг собственноручно застегнул нехитрую конструкцию на моей талии. Сунув книгу в петли, потянул, чтобы убедиться, что та надежно удерживается. – Я носил такой, когда учился в магической академии.

Он отошел на шаг, чтобы полюбоваться своим трудом. «Сбруя» была немного великовата, поэтому сразу съехала на бедра, но платье от этого только выиграло. Хорошо выделанная кожа с множеством серебряных нашлепок и пряжкой в виде Разящего кинжала, инкрустированного драгоценными камнями, послужила украшением моего строгого наряда.

– Здесь есть небольшой карман, спрячь фаше в него. Быстрее заговоришь.

– А у вас случайно нет какого–нибудь амулета, чтобы подстегнуть память? – жалобно спросила я. – Так я быстрее выучу язык.

Где ты, Конд? Быстрее спасай меня. Больше некому.

– Хорошо, я приготовлю вердуру, – кивнул Матиас. На его лице разгладились морщины вечного недовольства. – Мы пили ее перед экзаменами.

– Мы тоже, – подтвердил довольный Соул. – После загула особенно хорошо шла. Отрезвляюще.

Я злилась, меня перекосило под тяжестью книги, а лорд Дервиг с улыбкой вспоминал свою молодость – тогда он был зеленым студентом и пускался во все тяжкие. Теперь же Матиас вздумал исполнять роль строгого экзаменатора, а меня определил в нерадивые ученицы.

Пусть так, лишь бы забыл планы на женитьбу.

Но он не забыл. Настал день, когда привезли алое платье. Душечка Соул присвистнул от удивления. Мы все сидели в гостевой зале у камина: мужчины пили вино, я учила рогувердский. От вердуры меня уже тошнило.

– Свадебный наряд горцев, – с гордостью произнес лорд Дервиг, открывая огромный сундук. – Готовься, Паулин, – он еще больше исковеркал мое имя. – Через полмесяца ты произнесешь брачную клятву перед мехтиком.

Я уже знала, что мехтик – это местный пастор. Он раз в неделю приходил в замок, чтобы прочесть проповедь в местном храме. Меня туда не пускали, впрочем, как и Соула – он оказался другой веры, и мы терялись в догадках, существует ли юноша, которого видели в первый день. Мы ни разу его не встречали, а вопросы задавать не решались, чтобы не выказать свой интерес. Наше расследование буксовало.

– Ну? Справишься? – Матиас ждал ответа, пока я бездумно пялилась на вышивку традиционного орнамента горцев – он тут присутствовала даже в архитектурных деталях, не говоря об интерьере и коврах.

Соул с сожалением смотрел на меня. А я сжала губы так, что они онемели. У меня в запасе всего две недели. Опять две недели. Роковой какой–то срок. Если я не выберусь, мне придется произносить эту чертову клятву. Да, горькая вердура помогала – я уже наизусть знала алфавит, включающий в себя больше пятидесяти букв, и могла читать по слогам, но клятва?

– Я должна сама ее придумать?

– Нет, клятва записана в наставлениях Святого Хельгерта, – после того, как я отмерла, Матиас заметно расслабился. – Выучишь слова верности супругу наизусть.

Я кивнула. Можно выучить текст хоть на тарабарском, не понимая значения слов, но я обязательно прочту его с фаше, чтобы знать, в чем именно собираюсь клясться доброму дядюшке короля. Я почти ненавидела Конда. Где его носит?

– У меня еще один подарок для тебя.

Я скривила лицо. Что еще? Не нужны мне никакие сюрпризы.

– Ты не один раз просила его у меня, – с укором в голосе напомнил лорд Дервиг. Он сделал знак слуге, и тот открыл дверь. Порог перешагнула Юдит.

Я не знала, как себя вести, ведь полагала, что она предала меня, но горничная вдруг кинулась ко мне и крепко обняла. Я похлопала ее по спине и подняла глаза на Соула. Тот тоже был удивлен. Радостно удивлен. И не мог скрыть этого.

– Я выполнил все твои требования? – лорд Дервиг ждал благодарности.

– Да. Спасибо. Я счастлива.

А сама ждала момента, чтобы уединиться со своей горничной. Предательница она или нет, но она прибыла из столицы и должна знать, что там происходит. Собирается Конд меня выручать или опять валяет дурака, прикидываясь больным?

Сердце сжалось. А ведь он на самом деле болен. И некому разделить с ним боль.

– Я знаю, ты сейчас думаешь о короле, – вдруг сказал Дервиг. – У тебя каждый раз меняется лицо. Ты становишься похожей на влюбленную девицу.

Однако он слишком много знает. Или просто проверяет?

– Я с ним ни разу не виделась, – продолжила я гнуть свою линию. – Юдит подтвердит.

Юдит опустила глаза. Боже, неужели и она знает, что лже–Дервиг это Его Величество?

– Ну что ж, могу и здесь тебя успокоить. Ты скоро его увидишь. Я отправлю Его Величеству приглашение на нашу свадьбу. Мы же одна семья. Правильно, милая?

Последнее было произнесено с сарказмом.

– Вы хотите его выманить?! – догадалась я. – Но зачем? Я уже не раз вам объясняла, что меня с ним ничего не связывает. Я не его любимая женщина, он не придет.

– Придет. Я знаю Конда. Придет и начнет грозить, что если с твоей головы упадет хоть волосок…

Я сделал большие глаза.

– Нет–нет, вы ошибаетесь…

– Береги голову, милая, – лорд Дервиг поцеловал кончики моих пальцев. – Нас ждут дивные времена.

Он с улыбкой покинул нас.

– Идем, Юдит, я покажу тебе свои покои, – я была расстроена и спешила уйти из комнаты, где стоял сундук с ненавистным свадебным платьем.

– Я уже видела их, госпожа. Только что оттуда. Мне дали комнатку напротив вашей, – тараторя, она присела в поклоне перед Соулом и последовала за мной. Сын Советника и по совместительству предатель задумчиво налил себе еще вина.

– Ну, рассказывай, как ты сюда попала? – я села в кресло у камина и протянула к огню ноги. Они все время мерзли, но я отказалась ходить в грубой обуви, напоминающей огромные валенки, что мне выдали после жалоб на холод. Я хотела остаться женщиной до конца. Я жаждала увидеть, как у Конда загорятся глаза, когда он придет за мной. Поэтому приходилось бегать, чтобы поскорей оказаться у тепла.

Бедняжка Юдит, стараясь не отстать от меня, все же запыхалась.

– Я сразу поняла, что вас увез ваш жених, поэтому не сомневалась, что найду свою хозяйку в его родовом замке. Я лорду Дервигу так и сказала: «Леди Паулина меня не увольняла, поэтому я явилась исполнять свои обязанности».

– Прикидываешься, что не служишь ему? Байки выдумываешь? – я сощурила глаза. Юдит моментально покраснела. Даже ее рыжие волосы сделались ярче. – Думаешь, я не заметила, как Душечка Соул тебе обрадовался? Вы оба предатели и работаете в одной связке. Всюду за мной ходили. Пасли. И если не ты, то рядом был Соул. А теперь, о, чудо, вы снова вместе?

– Как вы можете такое говорить, госпожа! Мы Соула в Самаальде обыскались, уже не знали, что подумать, а он, оказывается, здесь, живехонек и здоров! Он когда–нибудь своими неразумными поступками отца убьет! Правильно говорят, паршивая овца! – она возмущалась искренне. Я даже поаплодировала. Хорошая актриса. – А я? Да я до замка пять дней добиралась, все ноги стерла, большую часть пути преодолев пешком, а вы…

– А я вот все думаю, как простыня, испачканная моей кровью, оказалась у леди Розмари? – я не сдавалась. – Сколько она тебе заплатила? Только ты знала, что я потеряла девственность с… женихом.

– У меня ее украли, – Юдит снова опустила глаза. – Вы же знаете, что я делила комнату с тремя служанками. Собрав испачканное белье, я отнесла его к себе и сунула под тюфяк. Разве я не понимала, что простыню нельзя никому показывать? Застирать сразу времени не нашлось, поскольку вы готовились к балу, вот я ее и спрятала. А когда за вами явился ваш жених, я вернулась к себе с намереньем постирать, но… Я сразу поняла, что что–то не так и кинулась к лорду Лоури. Пусть пропажа простыни кажется пустяком, но меня приучили обо всем докладывать.

Вот! Я так и знала!

– И что сделал лорд Лоури?

– Он немедленно отправился к королю. Меня вызвали туда чуть позже и заставили несколько раз подробно рассказать, как за вами пришел лорд Дервиг.

– Ты виделась с королем?

– Да, и он был взволнован. Я поняла это по тому, как Его Величество переглядывался с леди Адель…

– И она тоже там была?!

– Да, она произнесла фразу, которая меня напугала. «Началось!»

– Что началось? – я не стала допытываться, по какой такой причине Юдит посвятили в тайну приезда леди Адель. И так было понятно, что моя горничная работает на лорда Лоури, а значит, я оказалась права насчет внутренней разведки. За мной следили. Но почему никто из них не предугадал, что лорд Дервиг – вечный затворник, вдруг явится и увезет свою невесту? Почему допустили гибель четырех человек? И ведь наверняка Матиас знал расположение дворца и орудовал не один. Вон сколько преданных ему мордоворотов присутствуют на каждой трапезе. И теперь я сильно сомневалась, что он хотел прибыть со мной на бал. Дервиг с самого начала охотился именно на меня, а на цель, которая может сделать слабым короля, указала ему поганка Розмари.

– Я не знаю, что началось, я всего лишь горничная. Возможно, они говорили о ведьме, которую так и не нашли.

– Скажи, почему лорд Дервиг тебе поверил? Он никого в свой замок не пускает и вдруг открыл двери неизвестной девице.

– Сначала со мной не хотели даже разговаривать, но после того, как я сказала страже кое–что важное, лорд Дервиг сам вышел к воротам. Чтобы доказать, что я ваша служанка, я прежде всего предъявила ему оставленные вами амулеты – цепочку с алмазом и Разящий кинжал. Лорд узнал его. Оказывается, Кинжал когда–то принадлежал его невесте.

Невесте? Не сестре? Оберег делался для леди Ветны?

– Где амулет сейчас?

– Милорд оставил его у себя. Сказал, что сам отдаст. Но, – Юдит помялась, прежде чем продолжить, – у меня с собой было еще кое–что. Очень дорогое и ценное. Увидев его, лорд словно забыл обо мне. Я так и пошла за ним, и никто меня не остановил. Пока нам не встретился старик и не поинтересовался, кто я такая.

– Что ты отдала милорду?  – мое терпение было на исходе.

– Ваше рубиновое ожерелье. То есть, конечно, не ваше, а леди Беаты, матери Его Величества. Лорд Дервиг подарил рубины своей сестре в день ее свадьбы.

Я не сразу смогла говорить.

– Подожди. Ты что–то темнишь. Я точно знаю, что мои рубины находятся у леди Розмари. Навряд ли она отдала бы их какой–то служанке.

– Она не отдала. Ожерелье с нее сняли.

– Розмари имела глупость показаться в нем?! – я не могла поверить. Неужели не только я знаю, что рубины – плата за предательство? – Скажи, Юдит, у тебя не возник вопрос, с чего вдруг мое праздничное украшение оказалось у фрейлины?

– Я была уверена, – горничная подняла на меня быстрый взгляд, – что вы сами попросили передать драгоценности королю, когда вас увозил жених. Не захотели брать с собой то, что принадлежит не вам.

– А как объяснила Розмари?

– Никак, – Юдит вздохнула. Она стояла передо мной, уставившись в пол и нервно теребя носовой платочек. Я только сейчас заметила, как разбиты ее башмаки, а подол платья грязен. Ведь ей на самом деле пришлось преодолеть путь до замка пешком. Мне сделалось стыдно, и я показала горничной, что та может сесть в соседнее кресло. Она села. Робко, на самый край, боясь утонуть в огромном предмете мебели. – Давайте, миледи, я лучше расскажу все по порядку.

Я кивнула.

– Когда меня отпустил лорд Лоури, я вернулась в ваши покои. Не знаю, чего я ждала, но меня беспокоило это брошенное леди Адель слово «Началось». А потом нашли четверых убитых на черной лестнице. Обычно выход закрыт и охрана там не стоит. Наверное, бедняги наткнулись на кого–то чужого, кто вознамерился тайно проникнуть во дворец.

Юдит вздохнула и вытерла платочком распухший нос.

– Простите, – извинилась она.

– Что было дальше? Бал отменили?

– Нет. Бал состоялся. Его Величество даже танцевал.