Глава 28

Пир по случаю праздника урожая и избавления от тана Олвена продолжался до глубокой ночи. Заполненные едой и напитками столы, за которыми сидели все обитатели замка – даже слуги, быстро отвлекли внимание пирующих от дракона и его жены, поэтому, пользуясь общим шумом, Дэриен и Лика разговорились. Уйти сразу они не могли – это считалось дурной приметой, но их не дергали. Все бурно обсуждали дуэль, признания тана Олвена и саму попытку захватить жену дона и власть в ар-доне. Девушка тихонько рисовала кончиком пальца узоры на широкой ладони мужчины и спрашивала: – Почему Олвен сказал, что я его истинная? Это ведь не так? – Это не так, – подтвердил Дэриен, с нежностью глядя на жену. – Он надеялся, что у меня взыграют истинкты, и я не просто соглашусь на дуэль, а позволю ему вести и убить себя. Лика вздрогнула. – Он так сказал? – Не совсем, – Дэриен усмехнулся и покачал гроздь цветочков, свисающих со шпильки в прическе жены. – Просто я заметил, что Олвен пытается тебя задеть, а ты пугаешься. Потом Алвар подошел ко мне и сказал, что ты всюду ходишь с его женой, словно боишься чего-то… Я не мог быть рядом с тобой каждую минуту, поэтому подарил эту шпильку и попросил носить. Девушка тоже коснулась украшения: – Она особенная? – Это защитный артефакт. А еще эта безделушка считывает твое состояние и, когда ты боишься, присылает мне сигнал, – дракон коснулся кольца с крупным темным камнем. Лика погладила перстень, и Дэриен перехватил ее тонкие пальцы, поднес к губам, согрел дыханием и напомнил: – А в твоей спальне точно есть эти самые кон-феты? Девушка зарделась. После дуэли мешочки с подарками раздали ее дамы, и, кажется, не зря они запасли из значительно больше, чем было нужно – от сладкого гостинца не отказался никто. – Я очень хочу попробовать эти сладости из твоих рук, – продолжил шептать дракон, едва касаясь губами чувствительного края уха жены. Лика вздрагивала, ежилась и все же ластилась к мужчине, все еще испытывая нешуточный страх потерять его. Увидев, как хрупко ее счастье в этом мире, девушка решила не отступать и сдаться дракону этой же ночью. А Дэриен, словно чувствуя ее состояние, мягко, но настойчиво соблазнял ее, не обращая внимание на пирующих обитателей замка. Лика смущалась, прятала руки, отворачивала лицо, но Дэриен настойчиво и нежно снова подгребал жену к своему боку и продолжал чмокать ее то в висок, то в макушку. Щекотал дыханием губы и пальцы, поглаживал под столом напряженное колено – в общем, всячески намекал на грядущую ночь, разжигая в девушке огонек желания. Ближе к полуночи он и сам уже горел так, что готов был закинуть жену на плечо и унести в «пещеру», словно дикий дракон из легенд. Сидящий рядом Алвар лишь посмеивался да поглаживал по руке танну Альгизу. Рыжий дракон, как никто, чувствовал потоки огненной силы. А под владетельным доном только что кресло не дымилось! Наконец яркие магические огни приглушили свой свет, гости постарше начали, зевая, расходиться по комнатам, а утомленный менестрель завел длинную негромкую балладу о долгой осенней ночи. Вот тогда дракон поднял жену из-за стола и, пожелав приближенным темной ночи, неспешно повел к покоям. Лика шла и чувствовала, как подгибаются ноги, трясутся руки, и… плавится что-то в животе. Поэтому, собрав все свои силы, девушка шла, не теряя достоинства хозяйки замка. Вошла в спальню, кивнула прибежавшей служанке: – Чай готов? Можешь идти! Я сама разденусь! Камеристка моментально испарилась, заметив за спиной донны дракона. А Дэриен не стал терять времени – обнял Лику за плечи и снова пощекотал дыханием ухо: – Угостишь кон-фетами? Вздрогнув, девушка попыталась сделать шаг в сторону столика, на котором был заранее сервирован чай, и красовалась серебряная корзинка с конфетами, но… что-то крепко обхватило ее талию. Короткий полет – и вот уже Лика лежит на постели, хлопая ресницами. Как? Что? – Прости, дорогая, – промурлыкал дракон, дергая шейный платок, – но сейчас меня интересуют другие сладости! С этими словами Дэриен начал раздеваться! Девушка дрогнула, покраснела, облизнула пересохшие губы, но, вспомнив о своем решении быть смелой, прятаться не стала. Наоборот, села и уставилась на мужчину, ловя каждое его движение. Ей было немного страшно, немного любопытно, а больше всего волновало то, что Дэриен старался для нее. Не для Тирны, а для нее, Лики. Он весь вечер называл ее Ликой, «сладкой» и «своей». Наверное, тоже немного испугался, когда Олвен попытался объявить ее истинной? Между тем дракон никуда не спешил. Расстегивал каждую пуговицу, неторопливо одернул манжеты… Как можно сексуально одергивать манжеты? Дэриену это удалось! Лика ведь уже видела своего «мужа» полуобнаженным. Да и вообще, в своем мире Лика иногда в большой-большой тайне смотрела откровенные фотографии в сети и даже мужской стриптиз! Но все это было как детские рисунки против картин да Винчи. Жилет испарился так, что она и не заметила, увлеченная красивой мужской шеей в вырезе рубахи. Сама рубашка порхнула в сторону белой птицей, открывая любопытному взгляду рельефные мышцы спины – не перекачанные, а длинные и гладкие, такие привлекательные, что Лике захотелось укусить смуглую драконью кожу. Еле сдержалась! Зато девушке не удалось удержать стон, когда мужчина развернулся и взялся за пряжку ремня. Никаких пошлых качаний бедрами – одно медленное движение, и брюки упали на пол, открыв драконий секрет – белья не было! Или… хитре-е-ец! Лика разглядела светлую полоску на поясе лежащих штанов и улыбнулась так нежно и дразняще, что Дэриен запрыгнул на постель и шепнул ей в приоткрытые губы: – Иди ко мне, моя сладкая! На этот раз поцелуй не был нежным – он был горячим, жадным, почти диким. Платье треснуло, обнажая плечи, и не успела девушка вздрогнуть, как ее кожу обласкали мужские губы, а руки потянули остатки одежды вниз, открывая нежное тело не столько мужскому взору, сколько рукам и губам. Подхвативший Гликерию вихрь не давал ей прийти в себя, вынырнуть из сладкого круговорота. Она стонала, вскрикивала и сама обнимала, целовала, прижималась. Кажется, ее активность удивила и обрадовала дракона. Он вскоре начал подставлять ее рукам особенно чувствительные места и чуть ли не мурлыкал, когда Лика нашла губами твердые мужские соски. Легкие укусы Дэриену тоже понравились, да так, что он вдруг перевернулся, усадил «жену» на себя и позволил ей изучать свое тело как заблагорассудится. В первые секунды Лика растерялась, потом решительно прикусила губу и решила ответить хитрому дракону так, словно украшала тортик: поцелуй, поцелуй, укус, а тут пробежаться влажным языком и повторить сначала! Такой нежной пытки Дэриен долго не выдержал – опрокинул девушку на постель, навис и, шепнув ей: – Не бойся, больно не будет! – прижался чем-то горячим, стиснул до стона, толкнулся в глубину и не спеша, сжимая от нетерпения зубы, повел Лику куда-то туда, где сияют невиданные звезды, а стоны звучат сладкой музыкой над разгоряченными до пота телами.