Эпизод 27

Я молча рассматриваю эльфа, который не вызывает у меня почему-то ни капли доверия. Хотя, у меня нет ни одной причины думать, что Камиль — белый и пушистый персонаж, и, вероятно, история Мирослава действительно окажется правдивой.

Но что-то внутри беспокойно скребет.

— Здесь будешь рассказывать? — скептически произношу я, а эльф протягивает мне зажатую между двух пальцев белую визитку.

— Мой номер телефона. Рассказ много времени не займет, Ева, — спокойно отвечает Мирослав, — Камиль отнял много жизней, и ты должна это знать. Доказали, правда, всего лишь несколько эпизодов. Самый ужасный — убийство семьи. Там было двое детей… он самый громкий. Неужели ты не слышала?

— Нет, — воздух, который я выдыхаю, будто царапает похолодевшие губы. Я ожидала новостей попроще. Не таких, — я читала только, что он наемный убийца. Без подробностей. Он не похож на того, кто стал бы убивать детей.

— Наивная. Еще скажи, что он похож на интеллигента, — эльф усмехается, — ему плевать, кто перед ним. Ребенок, девушка…пока он был в заключении, его самого пытались много раз убить. И ничего не вышло. Эта бешеная тварь держится за свою жизнь изо всех сил. Его поэтому прозвали Хирургом. Он дочерта людей там вскрыл, хладнокровно и жестоко. Раньше он работал в реанимации. Поэтому он хорошо знает, как лишить жизни человека.

— О, Боже. Замолчи, — я передергиваюсь. Мне кажется его рассказ наигранным, слишком преувеличенным. Будто я слушаю очередную глупую городскую легенду, — ты говоришь какую-то чушь. Не стоит больше тратить мое время. Всего хорошего тебе.

— Ты отрицаешь очевидное, Ева. Стой! — Мирослав останавливает меня и пихает в руки какие-то бумаги, — на, читай. Я для тебя постарался. Там все распечатки громких газетных статей, и еще кое-какая информация. Ты сама понимаешь, что с моими связями такую информацию добыть просто.

— Откуда я знаю, что это не твоя выдумка или выдумка журналистов? Они вечно раздувают из мухи слона, — я пролистываю бумажки в руках.

Из-за паники в голове я не могу сосредоточиться на чем-то одном, поэтому бездумно листаю, выхватывая глазами абзацы. Они складываются в единую картинку. Вероятно, Мирослав не врет. Убийство семьи племянника какого-то депутата…С особой жестокостью. Двум девочкам было чуть меньше, чем мне… Длинное описание целыми абзацами — в каком виде их нашли.

К горлу подкатывает комок тошноты и я быстро перелистываю.

Дальше идут эпизоды, которые случились во время заключения Камиля. Ему дали пожизненное. Убийство, убийство… один точный удар — и жизнь человека обрывается. Мурашки холода бегут по моим рукам и меня охватывает непонятное, паническое чувство, которое я никак не могу описать. Какое-то мерзкое, ужасное, напряженное. Его хочется стряхнуть с себя, вытащить из-под кожи и разрыдаться. Я отшвыриваю Мирославу листочки бумаги, отряхнув руки.

— Достаточно, — выдавливаю я, — это мерзко. Если бы все так было. Если это твоя фантазия — она отвратительна. С чего убийца с пожизненным гуляет на свободе?

— Его выкупил Рустам Садаев. После отставки некоторых важных людей, у него появились хорошие связи в полиции, поэтому он смог заплатить за Хирурга хорошие деньги и добиться, чтобы тот гулял на свободе. Эту информацию старались не афишировать, чтобы не было скандала. Но все равно — разве можно что-то утаить в этом мире?

— Зачем?!

— Что зачем?

— Зачем его выкупил этот Садаев? Для чего?

— Это неважно, — взгляд эльфа холодеет, — не могу тебе все рассказать. Это всего лишь маленькая часть. Во всем деле просто замешаны большие деньги и власть. Камиль — просто инструмент в руках более ужасных людей.

— Спасибо за информацию, — едва произношу я, — не скажу, что она меня обрадовала.

Я бросаю взгляд в сторону выхода, где меня ждет машина с Валерием, и первое желание, которое меня посещает — взять и сбежать через черный ход.

Как-то это все слишком для меня. Слишком!

— Хочешь сейчас сбежать? — эльф ловит мой панический взгляд, — нет, не думай даже.

— Почему?!

— Ты мне должна. К тому же, они тебя уже ловили. Вернут и в этот раз. У них твоя сестра. Что с ней будешь делать?

— Ты слишком многое знаешь, — я ошалело смотрю на этого чертового эльфа, — откуда? Скажи мне?

— Как думаешь? — тот едва улыбается, — Я многое знаю. Из-за этого ублюдка умер мой отец. Я слежу за ним. Уже долгое время. Поэтому я в курсе про тебя. В курсе, где живет твоя сестра и где сейчас твой отец, Ева. В курсе, какие у Камиля на тебя планы. По этой причине тебе не стоит рассказывать Камилю о нашей встрече. Или с ними может случиться что-то нехорошее.

— Ты что… меня шантажируешь?! Или я не так тебя поняла?

— Ты меня правильно поняла. Вроде того. Тебе лучше не отказываться от моего предложения.

— Ты не лучше Камиля, — холодно усмехаюсь я, — все с тобой ясно. И что ты от меня хочешь?

— Я лучше, — парирует гребаный эльф, — потому что в итоге я помогу тебе и ты будешь спокойно жить. А от Камиля у тебя один путь — в могилу. На, — он передает мне странный, черный пакетик, и я растерянно забираю его.

— Что это?

— Там несколько подслушивающих устройств. Я хочу, чтобы ты разместила их там, где Камиль чаще всего ведет переговоры. В его доме. В машине. И, если у него есть вещи, которые он чаще всего носит — ты должна как-то замаскировать это устройство в них.

— Ты сумасшедший, — вырывается у меня, — если он меня поймает…

— Тебе конец. Будь хитрее. Запомни, что мой рассказ и моя помощь — не благотворительность, — холодно отрезает эльф, — не рекомендую обращаться еще к кому-нибудь. Только я могу помочь. Потому что когда-то мне удалось сбежать от этого человека и я хорошо знаю слабые стороны его охраны.

***

— Вы бледная, — комментирует Валерий, когда я сажусь в машину, — вы хорошо себя сегодня чувствуете? Что-то случилось?

В моей сумочке лежат подслушивающие устройства. Сейчас я отправлюсь в дом настоящего убийцы, который точно меня прирежет, если вдруг узнает о том, что я собираюсь сделать. Хорошо ли я себя чувствую? Да меня тошнит. Я мечтаю проснуться и понять, что это был страшный сон.

Господи, да я же отдала свою девственность этому человеку. Мои зубы начинают клацать от нервов и я сжимаю их до скрипа, что аж челюсть сводит.

— Давление, видимо, — тихо отвечаю я, но Валерий не отворачивается.

— Вы задержались. Точно все в порядке? Скажите, и я разберусь.

Боже, если уж этот человек что-то подозревает по моему лицу, то Камиль и подавно выкупит меня. Мне конец, точно конец. Я уже чувствую холодное лезвие между ребрами.

— Я зашла перекусить в столовую, — отмазываюсь вяло я, чувствуя себя так, словно вязну в болоте. Кто я, и кто эти люди? Они же меня сломают одним пальцем. Зря я согласилась. Зря я тогда пошла с Валей. Многое я сделала зря и скоро расплачусь за это.

Валерий вздергивает брови, но никак не комментирует мою фразу.

Да, конечно, будущая жена Камиля обедает в институтской столовой. Отличная отговорка.

Я надеюсь, что Камиль еще не вернулся, но когда Валерий привозит меня к дому — я едва сдерживаю глухой стон. Во дворе я замечаю еще машины. Одну я узнаю сразу — это тачка Хазара, возле которой он стоит, уткнувшись в телефон и что-то набирая на экране.

Господи, ну за что мне это все? Я беру сумочку, которая словно жжет мне руки и, повесив ее на плечо, выхожу из машины. Мне надо зайти в свою комнату, запереться там, спрятать то, что дал мне эльф и долго-долго умываться холодной водой. Пожалуйста. Пусть у меня это получится. У Хазара же нет сканера, он не может увидеть содержимое моей сумки, он только один раз отобрал у меня телефон, вряд ли он полезет в мои личные вещи… черт, я уже ничего не знаю. Только уговариваю себя.

Парень поднимает на меня свой фирменный ледяной взгляд и мои ноги становятся ватными. Я едва ими передвигаю.

— Тебя ударили пыльным мешком? — произносит Хазар, когда я пытаюсь пройти мимо него. Сердце подпрыгивает. Я растерянно поворачиваюсь.

— Что?

— Лицо у тебя странное.

Господи.

— У меня месячные, — бормочу я. — мне плохо. Вот и всё.

— Бедняга. Не хочешь ни в чем признаться?

Что? Я чувствую, как мои глаза испуганно распахиваются, а руки начинают дрожать. Они что, уже знают обо всем? Мне конец, мне точно конец. Я должна придумать отговорку.

— Что ты имеешь ввиду?…

Хазар сверлит меня несколько секунд пристальным взглядом.

— Ты в курсе, что у Камиля везде камеры? Все видели, как ты шаришь по всему дому в ящиках. Тупая овца.

— А, — я выдыхаю с неимоверным облегчением. Это тоже ужасно, но… я могу сказать, что я очень хотела узнать про те самые счета из больницы. Тем более, открывала я только те ящики, где они лежали. Это не самое страшное мое преступление, — я хотела еще раз посмотреть на его счета из больницы. И только. Я не шарила по всему дому.

Какая же я идиотка.

Хазар убирает телефон в карман и выпрямляется. Подходит медленно ко мне, окидывая странным взглядом.

— Похоже, ты боялась услышать что-то другое. Нет? — от его голоса мне хочется убежать, и от напряжения, которое давит на кожу, — подстилка, какие еще тайны ты хранишь?

— Отстань от меня, — шепчу я, — у меня нет тайн.

— Ты мне даже не грубишь. Странно. Что-то произошло необычное сегодня?

“Я не грублю, потому что до усрачки боюсь тебя!” проносится в мыслях. Теперь мне по-настоящему страшно находиться рядом с этими людьми. Вообще, я думала, что Камиль получил срок за что-то попроще. Как в фильмах — наемный убийца снимает со снайперской винтовки цель и, сдув дымок с дула, уходит в темноту, пока вокруг очередного мертвого бизнесмена скачут безутешные родственники.

Это ужасно, но кажется не таким пугающим.

В реальности же все оказывается более грязным. И я раньше казалась себе более бессмертной. Где бизнесмен и где я? Кому я нужна? Я хорошая девочка, которую никому не надо заказывать. А теперь у меня в сумочке устройства для прослушки!

— Ничего, — произношу я, пытаясь уйти, но Хазар хватает меня за локоть, заставляя попятиться назад и упереться в его машину.

— Давай развяжи свой язык. Или я скажу Камилю, что с тобой происходит что-то странное.

— Отстань от меня, — произношу я спокойно, но в конце голос заметно вздрагивает, отчего Хазар сощуривает глаза, — послушай, какого черта ты прицепился?! Ты ведешь себя отвратительно! Мне нужно срочно в туалет, по… по своим делам, а ты меня задерживаешь!

— А ты ведешь себя подозрительно. Ладно. Не хочешь говорить со мной — поговоришь со своим будущим мужем. Камиль ждет тебя. Заверни к нему побеседовать перед своими кровавыми процедурами.

Вот он урод. Нет. Сначала я заверну к себе в комнату.

Я едва не бегу к дому, чувствуя, как спину жжет пристальный взгляд Хазара. Не умею я врать, боже. Только иногда получается.

В коридоре, пока я разуваюсь — внезапно чувствую, как кто-то дышит за спиной. Оборачиваюсь и взвизгиваю от неожиданности. Хазар меня преследует!

— Ты что?!

— Говорю же — твое поведение подозрительное, — неумолимо смотрит на меня этот ублюдок, — хочу за тобой проследить.

— Прекрати, — выдыхаю я, чувствуя подступающую истерику, — это идиотизм.

Хазар в ответ мне дарит равнодушное выражение лица.

К Камилю я иду, как на эшафот. Впервые мне кажется, что я доживаю последние часы. Когда я захожу в гостиную и вижу темную фигуру возле окна — мне хочется забиться в угол и превратиться в маленького незаметного мышонка.

Да я уже перед ним маленький мышонок. Камиль поворачивается, темный взгляд впивается в меня, и я опускаю глаза вниз, не выдержав. Он явно на меня зол.