Глава 21

После завтрака меня садят в машину и везут в клинику знакомого Александра. Там, по его словам, мне не будут задавать вопросов и сделают всё, как он скажет. Что, конечно же, не радует меня. Мне нужен союзник, который поможет мне сбежать. Вернуться к Солнцеву и так уж и быть в Германию. Прав был Дмитрий. Там мне безопаснее. Рядом с Тёмой и Адель. И точно не рядом с психом, отцом Габи. И всё же я спокойно еду в клинику. Потому что там у меня есть возможность сбежать. Тысячу раз это видела в кино. Открываешь окошко в туалете и вылезаешь из него. Главное, чтобы в дамской комнате оно было, иначе провалю план. Можно, конечно, попробовать выскользнуть через окно какого-нибудь медицинского кабинета. Но я больше чем уверена, что ко мне приставят какого-нибудь амбала из охраны Александра или сам мужчина будет ходить за мной по пятам. – Я не хочу избавляться от ребёнка, – напоминаю ему перед тем как войти в кабинет. – И ты не имеешь права меня заставлять делать аборт. Многие женщины после этой процедуры вообще не могут иметь детей. – Заходи, – опять игнорирует меня, выбешивая своим равнодушием и непоколебимостью. Но я держусь! Ради собственного призрачного спасения держусь. Врач меня осматривает, даже не выгоняет Александра из кабинета, что ещё раз доказывает то, что владелец клиники его – друг. Благо, полноценный осмотр гинеколога мне не проводят, иначе бы уже давно всех убила. Села бы в тюрьму, но на гинекологическое кресло в присутствии чужого мужчины, желающего смерти моему ребёнку, не села. – Плод развивается согласно сроку… – умно начинает врач. – Противопоказаний к прерыванию нет. – Запишите её на аборт, – прерывает доктора Александр. – Но… – Желательно сегодня, – продолжает глухой имбецил, не знающий слова «нет» и «нельзя», «я не дам убить моего ребёнка». – Ну что ж… – включает другую вкладку на компьютере. – Аборт можно сделать через полтора часа. Подойдёт? – Да, – кивает Александр. Встаю со стула и иду на выход из кабинета. Смотрю прямо и думаю лишь о том, что надо бежать. Прямо сейчас. У меня есть час. Не больше. Надо думать. – Катарина! – окликает он меня. – Куда ты? – В туалет, – рычу, и заметив соответствующую табличку, спешу в ту сторону коридора, надеясь, что он не последует за мной. Захожу в дамскую комнату и тихо сползаю по стене от понимания, что не вылезу через то маленькое окошко, которое и находится выше, чем я смогу достать. – Чёрт! Оглядываю пространство и не знаю, что делать. Утопиться в туалете? Нет… В раковине? Нет… Господи! Ну почему я вечно попадаю в такие передряги? Почему судьба не послала мне спокойного и мирного счастья с Солнцевым и нашим малышом? Ну почему? Чем я заслужила такое несчастье? – Девушка, всё в порядке? – передо мной опускается медсестра, вышедшая из одной из туалетных кабинок. – Нет, – поднимаю на неё заплаканные глаза. – Меня заставляют сделать аборт, – жалуюсь ей, даже не надеясь на поддержку. – Врач? Что-то не так с плодом? – понимающе хмыкает. – Не врач. Мужчина! – Ого! – удивляется, прикрыв рот ладошкой. – Зачем вы с ним связались? Уходите! Дети ценнее всяких там… уходите! – Не могу! Он у двери! – Вы про того мужчину в синем костюме? – задумчиво уточняет, и я киваю. – Ладно! Я сейчас руки вымою и отвлеку его, а вы… сбежите. Хотите? – Хочу! – хватаю её за руку. – Хочу! – В этом конце коридора, чуть подальше туалета, есть эвакуационный выход, – наставляет, рассказывая, как мне сбежать, мой ангел-спаситель. – Но там ремонт и пахнет не очень. Токсикоз ведь несильный? – Справлюсь, – уверенно произношу и встаю с пола. – Спасибо вам! – В следующий раз держись от таких муд… мужчин подальше, – вздыхает. – А дети – это счастье. У меня двое, – улыбается. – Два мальчика. – Я тоже мальчика хочу, – поддаюсь ей и тоже улыбаюсь. – Отец ребёнка хочет сына, и я хочу. – А тот?.. – Он хочет, чтобы я была его женщиной, но мой ребёнок ему не нужен, – рассказываю, зло скрипя зубами. – Во дела! Точно бежать надо! Медсестра выходит первой. Я же должна выйти через несколько секунд. Услышать крик, мысленно посчитать до двадцати и бежать по направлению эвакуационного выхода. И план девушки срабатывает. По запаху быстро определяю, где этот выход. Срываюсь в ремонтируемый коридор с лестницей и бегу вниз. Толкаю дверь, и она поддаётся. Легко. Вдыхаю свежий воздух и, не медля ни секунды, срываюсь к ближайшему кафе. Сразу его заприметила, когда мы сюда ехали. Оно почти рядом с клиникой. Оттуда я смогу позвонить… блин! Даже позвонить не знаю куда. Единственный номер, который я помню, это свой и личный номер Артёма Солнцева. Да! Ему и позвоню! Почти добегаю до пункта назначения, когда путь мне перегораживает автомобиль Александра. А после сам мужчина выходит из машины. – Думала, сбежишь от меня? – Ничего я не думала, – шиплю на Александра, понимая, что в грёбаной ловушке, из которой выхода нет. Побег не удался. План провален. Я неудачник, который не смог спасти ни себя, ни нашего с Дмитрием ребёнка. Но я решила не сдаваться! – Сейчас же сядь в машину, – командует мужчина и я, сжав руки в кулаки, прохожу к машине и сажусь в неё, сверкая гневом и злостью. Открыто её демонстрирую к одному-единственному человеку, шею которому лично готова скрутить. Но у этого чёрта охраны больше, чем у меня трусов. Дверь за мной закрывается, стоит моей пятой точке приземлиться на сиденье. Щёлкает замок, намекающий на то, что вновь сбежать мне не дадут. Александр обходит машину и садится в неё с другой стороны. Машина трогается, как только он садится и отдаёт приказ ехать. Но, к моему удивлению, наш курс направления не клиника, а дом отца Габи. Значит, аборта сегодня не будет. Слава богу! Хоть что-то отвоевала и не зря бежала. – На кой чёрт ты сбежала?! – рычит, даже не оборачиваясь ко мне. Профилем своим строгим и злющим пугает. – Потому что не хочу делать аборт! Ребёнка хочу! Понимаете?! – кричу на него. – Ребёнка! Того, что в моём животе! Люблю я его! И имею на него все права! А вы нет! Вы ему никто! Понимаете? Не вам решать, оставлю я его или нет. – На кой чёрт тебе ребёнок непонятно от кого? – наконец мы ведём диалог из двух собеседников. Там, на небесах, меня услышали. – Хочешь ребёнка?! Ну хорошо! Родишь от меня! Ага! Конечно! Бегу и падаю! Чтобы у меня потом его отобрали и как мать Ауроры выкинули за ворота? Ну уж нет. Спасибо, обойдусь. Спасибо за ваше предложение. Моё тоже в силе. Идите к чёрту! – Хочу того, что во мне сейчас. Понимаете?! – задаю вопрос и отворачиваюсь к окну. – А если захотите избавиться от него, то я что-нибудь сделаю с собой. Сделаю, как только вы заставите меня его сделать. Вам нужна я? Получайте такую! Беременную! – Глупая ты! Я тебе предлагаю беззаботную жизнь, а ты… – уже спокойно хмыкает. – Но не ценой ребёнка, – произношу и больше не реагирую на его слова. Пусть идёт лесом. Он, его дочь и все-все! Надоело мне. Серьёзно! Хочу обратно в Германию! К себе домой, где не было бы вот этого беспредела. Где я человек, а не игрушка в руках Дмитрия, Александра и других. Война между ними, а страдаю я. Я и мой ребёнок! – Где моя сумочка? – поворачиваюсь к отцу Габи с каменным лицом. – Мне нужно позвонить, – уверенно заявляю. Я человек и у меня есть права. – Кому? – интересуется таким тоном, словно я у него не свою сумочку попросила, а миллиард евро. – Сестре, – отвечаю, скривившись в улыбке. – У тебя нет сестёр, – открывает мне Америку и пугает этим знанием. Что ещё ему обо мне известно? Страшно… И ужасно, что в нашем веке каждый человек может узнать всё про другого. Век компромата и информации. – Знаете, некоторые подруги, как сёстры, – язвлю, сама от себя не ожидая такого яда. – Или у вас, у мужчин, такое не принято? Брат? – Я посмотрю на твоё поведение, – выбешивает своими фразочками. Я беременная женщина! Мне нужно спокойствие, а не сплошные нервы. Но ему же плевать! Он вообще хочет исправить это недоразумение! Ненавижу! Урод! – Смотрите, только глаза глядите, не сломайте! – произношу, с ненавистью взирая на объект своего убийства. – Свои условия я сказала. Не нравится – рада буду избавить вас от своего присутствия. – Даже не надейся! *** – Даже не надейся, – передразниваю Александра, большими шагами измеряя комнату, в которой заперта. – Чувствуй себя как дома… В гостях не запирают! – кричу, надеясь, что он меня услышит и добавляю несколько отборных словечек на немецком. Скидываю с полок и тумб всё, что вижу. Крушу и создаю бардак, переключая свою злость на безобидные, неповинные вещицы. Разбиваю вазы и какие-то статуэтки. Пускай! Не могу физически причинить вред – нанесу урон кошельку. – Смешная… – хмыкает женский голос у двери, и я резко оборачиваюсь на него, готовая выпустить весь пар на этого человека. Потому что её я ненавижу так же сильно, как и её отца, – Чего тебе, Габи? – рявкаю. – Пришла посмотреть на новую зверушку своего отца, – вздыхает и проходит к кровати, изящно на неё сев и положив ногу на ногу, демонстрируя стройные ножки. – Забавная. Таких буйных у отца ещё не было. Он счастлив. – Пошла к чёрту! – рычу и указываю на дверь. – Вали! Моя комната! Могу и послать! – Ты думала, сможешь меня обмануть? – хмыкает, не реагируя на мои слова. – Увы… таких как ты, у моего мужа была куча. Привыкла уже со всякими подстилками расправляться. – Может, было легче с мужем расправиться и нового себе завести? – язвлю. – Гораздо легче, чем бегать за кобелём. – Ох, Катарина, – вздыхает. – Тебе не понять. Дмитрий умеет делать деньги. Я умею их хорошо тратить и когда нужно притворяться идеальной женой. Я прощаю ему измены и все эти скандалы в прессе. Он должен быть мне благодарен. – Он тебя не любит! – И что с того? Любовь в браке не важна, – говорит и действительно верит в это. Кажется, Габи вся в папочку. – Любовь разрушает взаимовыгодные союзы, – продолжает Габи. – Нам с папой крайне невыгодно, чтобы Дима развёлся со мной. А он разведётся, пока ты перед его носом. Да-да, он влюбился в… тебя. И что только он в тебе нашёл? – оценивающе проходит по мне взглядом. – Ты даже не в его вкусе. – А какие в его вкусе? – с вызовом интересуюсь. – Славянки. Голубые, невинные глаза. Блондинки… – перечисляет. – Невинные дурочки. А ты выглядишь умной. – Спасибо, если это комплимент. – Мыслей отца тоже не понимаю, – продолжает рассуждать. – Я сразу предложила тебя того и дело с концом, а он затеял эту игру в шпионку. Сразу тебя себе заприметил. Целое досье на тебя собрал. Ты очень похожа на мою мать… поэтому он решил с тобой поиграть. Дело дрянь! Ахтунг! Бежать! Надо бежать! – Хочешь, я отстану от Дмитрия и твоего отца? – цепляюсь за внезапную идею, подскочив к ней. – Помоги мне вернуться в Германию! Пожалуйста! Обещаю, что… – Даже не думай! Пока отец с тобой не наиграется, тебе не удастся сбежать, – хмыкает самодовольно. – Впрочем, так тебе и надо! Будешь знать, как на женатого мужика клеится. – Я беременна. Он заставляет меня сделать аборт! – молю. – Это мой ребёнок! – И ребёнок моего мужа! Поэтому его не будет! Поняла? Не будет! – хватает меня за руку, заламывая её. – Ему не нужен наследник! Плата за предательство! – Какая же ты… дрянь! – шиплю. – Не надо оскорблять меня, мамочка, – язвит. – Иначе отцу нажалуюсь, и он тебя накажет, – отпускает и идёт к двери. – Хотела под молодым стонать, будешь под стариком кряхтеть. Но ты не переживай. Любовницы моего отца говорят, что ещё зверь. Прощай, мамочка, – шепчет и, послав воздушный поцелуй, уходит. Чтоб её машина сбила! Ненавижу! Ненавижу! Забившись в угол, долгое время плачу от безысходности. Дмитрий не приходит. Александр и Габи угрожают. Одни ненормальные вокруг. Лучше бы я тогда не соглашалась на эту работу или вообще уехала бы. Стоило остаться в Германии. А ещё лучше вообще с Солнцевым не спать! Да! Около часа реву и не могу успокоиться. Игнорирую даже принесённую еду. Пахнет вкусно и аппетитно, но желания есть нет совсем. Услышав щелчок двери, вздрагиваю, боясь, что это Александр пришёл, чтобы отвести меня обратно на аборт. Боже! Пусть сейчас кто-нибудь спасёт меня и не даст в беду! Плевать, кто! Просто дай жизни мне и моему малышу! – Вставай, – ноги Александра появляются перед моими глазами, а затем и его рука, протянутая мне. – Вставай! – Я не хочу аборт! – заявляю. – Я обдумал этот вопрос и решил, что ты можешь его не делать, – шокирует своими словами. – Почему? – Многие девушки требуют какую-то зверушку. Я оставлю тебе ребёнка в качестве твоей прихоти, – говорит спокойно, а мне от его слов мерзко. – Но ты должна будешь мне родить потом моего ребёнка! Твоего я тоже обделять не буду. Возьму расходы по его содержанию на себя. Но есть одно главное условие: ты должна во всём подчиняться мне и стать преданной мне. – Вербуете? – Предлагаю соглашение, – лёгкая улыбка касается его губ. – Тебе ребёнок, а мне любящая женщина и будущий наследник. Согласна? – Да! – киваю и встаю. – На такое я согласна! Но вначале я рожу своего сына. – Конечно! – соглашается. – Дом для тебя теперь открыт, и ты можешь ходить по его территории, но за тобой следит охрана, – предупреждает. – Поешь, а затем моя экономка устроит для тебя экскурсию. – Габи сказала мне, что я похожа на её мать, – кидаю ему в спину. – Габи не умеет держать язык за зубами, – отвечает, не оборачиваясь. – Но да, ты копия её матери. Поэтому ты в этом доме. – А где мать Габи? – Умерла. Когда рожала эту пигалицу, – говорит, а мои глаза округляются. – Пигалицу? Вы не любите свою дочь? – А кто тебе сказал, что она моя дочь? – задаёт вопрос, прежде чем выйти. О боже… только не говорите мне, что я попала в какой-то бразильский сериал! Мужчина влюблён в беременную женщину. При родах она умирает. Мужчина забирает себе её дочь в память о любимой. А потом встречает меня – её копию! Бред! Ничего бредовее не слышала!