Глава 37

Идея предложения руки и сердца вызвала у Криса глубокую задумчивость.

— Ты же знаешь, что ты моя Истинная, что надо-то еще? — непонимающе спросил он у Марины. — И все вокруг видят что ты моя Истинная, к чему их дополнительно оповещать, что мы собираемся пожениться? Это подразумевается.

Марина подперла голову рукой и тяжело вздохнула:

— А как же романтика? Как-то это все очень… по-деловому, что ли.

— При чем тут романтика, — перебила ее Алиса. — Предложение делают, чтобы обозначить намерения, и сразу после этого нужно начинать составлять брачный контракт. Вот например, замок на берегу моря. Кто будет пользоваться, в какие дни, кто оплачивает содержание замка? С островом, опять же, сплошные вопросы…

— Бред какой-то, — помотал головой Крис. — Какие еще брачные контракты? Простой, проверенный веками семейный уклад: у дракона есть деньги, а его супруга их тратит. Что? Что вы на меня так смотрите, что я опять не так сказал?

— Все ты правильно сказал, — Марина ловко пнула под столом открывшую рот Алису и похлопала ресницами. — А кроме как тратить деньги, чем еще супруга дракона должна заниматься?

— Да я не знаю, — заметно растерялся Крис. — Кто чем хочет. Мама ромашки выращивает. Лоренца в совете заседает. У Киприана жена церберов разводит. А что?

— Да так, планы на будущее строю, — мечтательно улыбнулась Марина.

Всю ночь Марине снились ромашковые поля, по которым она плавала на яхте вместе с Крисом. Проснулась она в отличном настроении, выпила кофе, благосклонно разрешила Крису подарить себе комплект браслетов, идеально подходящих к вышивке на платье, и под руку с ним отбыла к портальной беседке.

Аукционный зал внушал трепет и благоговение. Вырубленный в горной породе, он находился примерно на глубине станции метро, а объемами превосходил все виденные ранее Мариной помещения.

— Раньше все аукционы проводились в зале заседаний Совета, — шепотом объяснял Марине Крис. — Но пару тысяч лет назад случился неприятный инцидент. Один умник превратился прямо во время аукциона, сгреб со стола все свитки, до которых смог дотянуться и улетел. С оконной рамой на шее, правда, но это мелочи. Зато уволок с собой пару редких заклинаний, за которые Совет рассчитывал выручить неплохие деньги. После этого глава Совета договорился с гномами, и они построили вот это.

Марина покачала головой:

— Страшно подумать, сколько труда и сил было вложено в эту работу.

— Гномов хлебом не корми, дай киркой помахать, — отмахнулся Крис. — Они на радостях, что им поручили что-то масштабное, выдолбили зал в два раза больше, чем требовалось. Еще и стены резьбой украсили. Бесплатно.

Марина тут же потянула его за рукав к ближайшей стене. На ней, действительно, были изображены сцены из гномьей жизни. Она внимательно рассмотрела сражение с троллем, празднование победы над троллем, получение выкупа за пленного тролля и задрала голову вверх.

Потолок внушал еще сильнее. Высокий, сводчатый, поддерживаемый массивными колоннами, он был украшен не только резьбой, но и драгоценными камнями. Основным мотивом сверкающей мозаики была осада гномами тролльего города.

— Нам за тот столик, — Крис обхватил ее за талию и повлек в нужном направлении. Марина не сопротивлялась, продолжая разглядывать потолок, и в результате довольно сильно толкнула какую-то даму.

— Первый раз здесь? — улыбнулась та в ответ на сбивчивые извинения. — Потрясающее зрелище, не правда ли? Кристофер, а вы почему не следите, чтобы вашей даме было комфортно⁈

— Я следил! — возмутился Крис. — Вы просто очень тихо и незаметно подкрались. Кстати, мы пришли. Марина, садись сюда, так тебе будет удобнее смотреть наверх.

— У меня что-то голова закружилась, — призналась Марина. — Ой, кто это? Это что, гном? Настоящий?

— Ну не игрушечный же, — усмехнулся Крис. — Дальше смотри, видишь, уши мохнатые торчат? Это кобольды.

— А там эльфы, — прищурившись, заявила Марина. — Гляди-ка, прилично одетые.

— Ну, они иногда бывают цивилизованные, — неохотно признал Крис. — Дались тебе эти эльфы.

Марина не ответила, продолжая рассматривать собравшуюся в зале почтенную публику. Кобольды ее не заинтересовали — слишком мелкие, заросшие серой шерстью и какие-то унылые. Цивилизованные эльфы были куда интереснее. Отмытые и прилично одетые, они выглядели группкой фарфоровых статуэток, и, действительно, были пронзительно красивы.

Аукционист, высокий дракон в алом бархатном камзоле, ударил молотком по столу. Гул в зале тут же стих, словно кто-то выключил звук. На гранитный пьедестал, возвышающийся посреди зала, выложили свиток, и аукционист глубоким, хорошо поставленным голосом, объявил:

— Первый лот. Кулинарное заклинание. Стартовая цена — два золотых. Кто больше?

— Два с половиной, — немедленно пискнул один из кобольдов.

— Как это? — удивленно зашептала Марина. — Почему он не сказал, что оно делает?

— В этом весь смысл, — объяснил ей Крис. — Если повезет, можно недорого купить что-нибудь полезное. А можно что-нибудь ненужное. Ненужное чаще попадается, конечно.

— Пять золотых! — перебил ставку кобольда эльф.

— Семь! — тут же отозвался мохнатый.

— Пятнадцать! — рявкнул из угла здоровенный бородатый мужик.

Эльф презрительно скривился, дернул острым ухом и сделал рукой отрицательный жест. Кобольд тяжело вздохнул и мотнул головой.

— Пятнадцать золотых раз за шестой стол! Пятнадцать золотых два! Кто-нибудь хочет оспорить ставку? Пятнадцать золотых три! Продано хозяйственное заклинание для маринования мяса!

— Это я удачно зашел, — хохотнул мужик, отсчитывая подошедшему с подносом помощнику аукциониста деньги. — Не зря на портал потратился.

— Лот номер два. Пять бытовых заклинаний. Стартовая цена — три золотых за все.

— Пять! — немедленно отреагировал эльф.

— Шесть! — включился в торговлю бородатый.

Кобольды, посовещавшись, предложили сразу двенадцать, но бородатый перекрыл их ставку и снова остался победителем торговли. Помощник аукциониста выдал ему свитки с заклятиями для удаления гречневой каши с бархатных портьер, что-то связанное с пылью и полировкой мебели, и еще в архиве удивившее Марину заклинание, которое заставляло танцевать варящиеся макароны, одновременно окрашивая их в разные цвета.

— Это я очень удачно зашел! — возликовал бородатый. — Для таверны — самое оно! Если еще свет в зале приглушить…

— Подскажите адрес вашей таверны, почтенный, — церемонно обратился к нему один из гномов. — Мы с товарищами были бы счастливы посетить заведение, в коем столь креативно подходят к приготовлению пищи.

Бородатый оделил гнома и остальных желающих визитками. Аукционист снова ударил молотком и объявил продажу третьего лота — свитка с косметическим заклятием.

Смотреть на торгующихся было любопытно. Гномы в основном интересовались промышленными заклинаниями, а кобольды бытовыми и кулинарными. Эльфы пытались торговаться за все подряд, но выше пяти золотых ставку не поднимали. Похоже, больше денег у них не было. Драконицы азартно скупали все, имевшее отношение к косметике, цветоводству и разнообразным видам рукоделия. Бородатый хозяин таверны сидел тихо, довольно поглаживая свитки, потом вдруг резко поднял ставку на очередном лоте и стал обладателем заклинания для фигурной нарезки моркови.

— А что это он делает? — удивилась Марина, глядя, как помощник аукциониста взмахивает возле головы бородатого чем-то блестящим и светящимся.

— Проверяет, нет ли у него с собой запрещенных артефактов, — пояснил Крис. — Которые приманивают удачу, или позволяют как-то узнать описание заклинания. Ага, ничего не нашел. Видимо, у этого человека сегодня и правда удачный день.

— Давай у него визитку возьмем, — предложила Марина. — Посмотрим потом, как макароны разными цветами светятся. Морковки поедим.

— Я взял. Морковка это вещь, — с серьезным лицом проговорил Крис. — Особенно, если ее звездочками и елочками нарезать.

— Лот номер двадцать! — объявил аукционист. — Кулинарное заклинание. Стартовая цена один золотой.

— Два, — лениво предложил бородатый.

— Три, — тут же повысил ставку кобольд.

— Пять! — объявил эльф и недовольно дернул острым ухом.

— Пять золотых раз! Кто даст больше, господа и дамы? Пять золотых два за четырнадцатый стол! Пять…

— Шесть! — выкрикнул кобольд.

— Ах ты, скотина волосатая! — внезапно заорал эльф, ловко перепрыгнул через столик и врезал кобольду кулаком в ухо.