Глава 57 — На другой стороне

Жду Платона, присев на невысокий заборчик между сквером и нашим двором.

В руке банка с моим любимым энергетиком. Дорогой, оказывается, пиздец просто! Как и мои сигареты. Которые вдруг перестали как само собой разумеющееся появляться в бардачке моей тачки.

Проходящие мимо девчонки, перешептываясь, оборачиваются. Спускаю темные очки на лицо.

— Да нет, это не он… — шепчутся между собой.

— Все равно красавчик…

Отворачиваясь, смотрю в сторону. Пересчитываю деньги.

Чтобы сориентироваться в новой реальности, я все перевожу в свои часы. Сколько времени я работал, сколько за них получил бабла. И насколько могу на него покупать свою привычную жизнь. Мда. Удручающе. Хотя Паха говорит, что зарплата у меня шоколадная.

Но свой парфюм, например, я уже себе позволить так запросто не могу. И ужинать в привычных местах — тоже. Но жить можно…

В моем обиходе появилось ещё одно ужасное понятие. Чтобы что-то купить, на это надо НА-КО-ПИТЬ!

Нездоровая херня, правда?

Боковым зрением ловлю копну длинных белых волос.

Вздрагивая, поворачиваюсь. Но это не она. Так… суррогат. Просто обесцвеченные волосы у чужой девушки.

Пропасть между нами растет так быстро, что просто охуеть можно.

Ты всё ещё думаешь обо мне? Кручу кольцо.

Или уже нет?

Я не подавал заявление на развод. Не смог. Мне показалось, это ее оскорбит. Хочет, пусть сама… А я у себя внутри все ещё женат. И пока это ощущение не закончится, я не пойду.

Но такими темпами скоро наши реальности разойдутся уже навсегда.

В груди свербит.

Чтобы успокоить это, захожу на аккаунт Аксёнова.

Симка у меня теперь корпоративная от Виктора Ивановича, поэтому можно не париться о том, что пробьют геолокацию.

Ах, да, связь, оказывается тоже не бесплатная штука, вообще-то, как и свет, вода… Вообще-то ничего бесплатного и само собой появляющегося в новой реальности не существует вовсе.

Смотрю сторисы и посты Яна. Ищу там Меланию. Если ему нравится девочка, он постит обычно, комментирует…

И фотки Ланы там есть. Несколько. Но все со мной рядом. Под тегом "Свадьба братишки".

И от этого тоже ноет. Его место не занято. Там пусто.

И я опять в погранично-ревнивом состоянии.

Словно ещё не случилось, но где-то близко-близко предательство, которое вынесет меня нахуй!

А Софья Алексеевна только рада будет сродниться с Аксеновыми, если я проебу свой шанс с Меланией. После Одинцовых в фаворе именно они!

Мелания не сделает так, да?

Но ты же сам ее послал к Яну, Максимка, сам…

Да. Но она знает, что не за тем, чтобы она ушла.

Я вспоминаю ее признание. Скромное, открытое, немного не в тему тогда… Как к нему относиться? Я не знаю. Она словно не хотела говорить, но было надо. Я, блядь, правда ничего не понял. Мне так хотелось это услышать, что…

Увеличиваю наши фото со свадьбы.

Красивая моя… А я как пьяный в дрова здесь. Влюбился потому что.

Залипаю на ее лице. Меня переносит в момент. Мне кажется, я чувствую парфюм и запах ее волос. Мягкость губ. И этот взрыв в груди от поцелуя! А потом головокружение и эйфорию.

И я реально это чувствую! Сердце мучительно ускоряется.

Листаю дальше. Фото, где Ян дарит ей подарок. И она так смотрит на него — смущённо и доверчиво, что мне становится плохо.

Платон тормозит возле меня.

— Здорово, дружище, — жмём руки через окно.

Сажусь к нему в машину.

— Здесь теперь живёшь?

Наклоняется, глядя на дом в лобовое.

— Ага.

Вздыхает, поджимая губы.

— Назло Софье Алексеевне?

— Да нет… Просто нравится мне здесь.

— Хочешь, я тебе в нормальном доме сниму?

— Спасибо, Платоха. Не надо.

— Если вдруг с деньгами напряг, ты не молчи, — отдает мне налом бабки.

Я его периодически выручал раньше.

Засовываю пачку в карман.

И у меня опять все карманы в бабле. Но этому баблу цену я знаю хорошо. И в голове щелкает счётчик, каждый раз, когда трачу сколько нибудь — сколько осталось, на сколько это хватит, на что именно хватит и так далее…

Болтаем, обсуждая все подряд.

— И ты уверен, что ты не Данилевский? Может это очередной нагиб.

— Увы, нет, Платоха. У Императрицы новая пассия.

— И что — вчерашнюю сироту ты без наследства не устроил?

— Устроил. Это меня не устроило быть при ней prince consort!

— А не загоняешься ли ты?

— Не-а.

— Ладно. Мне по-любому похеру, Макс, — тянет кулак. — Для меня ничего не изменилось. Ты мой братишка.

Толкаю его в кулак своим.

— Ну как тебе на нашей, холопской, стороне? — угорает он.

— Жить можно.

— А вообще, забей. Софья Алексеевна конечно дама лютая, но с голым задом ей тебя не позволит общественное мнение оставить. Опять же, наследство от Марка Викторовича все равно получишь ты. Хата будет по-любому. Как-то всё устаканится. Поехали сегодня на рейсинг, погоняем, расслабимся.

— Нет.

— Чего так?

— Я в эту тусовку не хочу в новом статусе.

— Макс, не гони. О том, что ты не Данилевский никто не знает.

— Я знаю.

— Ну и молчи.

— Не хочу… Я в эту игру играть не хочу. И поддерживать это враньё тоже. Если я внук, то полноценный внук, если не внук, ну и нахер.

— Императрицу сердечный удар хватит, если скандал выплывет. И так пиздят уже разное налево и направо.

— Чтобы удар хватил, сердце должно быть, Платоха. А у нее вместо сердца Империя Данилевских.

— С Яном разрулили? Он тебя ищет.

— Ян… Ян! Смотри… — удивлённо киваю на тормозящий порше.

— Тачила новая… Крутая!

— Откуда он знает, что я здесь? Ты сказал?

— Нет.

— Значит, Лаура.

Выходит он из тачки не один. Открывает дверь, подавая руку моей Лане.

Она в стильном длинном плаще и темных очках.

Меня накрывает черной пеленой.

Не слыша, что говорит Платон, вылетаю из машины.

Они останавливаются, поднимая взгляд на наши окна.

Подхожу к ним со спины.

— Ну что… Кто ему скажет? Ты или я?

— Ладно, не нервничай… Аксёнов это не херовее Данилевского верно? — усмехается Ян.

Приобняв, растирает ей плечо.

— Все нормально будет…

Отталкиваю его от Мелании, заставляя развернуться.

— Ну-ка… Давай, скажи мне! — в глазах темнеет, дёргаю его за рубашку.

Перевожу взгляд на испуганную Меланию.

— Ни херовее, да?! — ухмыляюсь яростно. — Уже оценила?

В груди взрыв и все в дребезги.

— Данилевский! — успевает только вскинуть руки Ян.

Прописываю ему двоечку в табло.

— Долбоёб, блядь, невменяемый!.. — оскаливается разбитым ртом Ян, выхватываю от него лениво в ответ.

И мы вцепляемся в мясо…