Глава 58

Что я почувствовала, когда узнала об измене Карла?

Не знаю. Первой эмоцией была досада. Потом какое-то странное облегчение. Потом злость. Потом все эмоции перемешались в коктейль. Но вот ревности там не было.

Я вспомнила, как тогда, когда Карл решил преподать мне урок о манипулировании, я приревновала его к Шарлотте. Это был какой-то отголосок привязанности к Карлу.

Которой теперь у меня не осталось? Совсем?

На смену коктейлю эмоций пришла холодность. Все чувства словно заморозились. Я не ощущала теперь вообще ничего. Может, кроме досады на то, что теперь с этим придется что-то делать…

Весь двор гудел. Весть о первой измене Карла своей любимой фаворитке разнеслась по дворцу мгновенно.

На лицах встреченных придворных читалось опасливое любопытство: Карлу надоела Корделия? Это временная размолвка влюбленных или Корделию ждет отставка?

Об этом все шептались за спиной. Я нацепила маску отстраненности и вела себя так, словно ничего не произошло. В конце концов, именно этим и занимается королева все годы с момента приезда в Ассурию. А я что, не могу и одного дня так проходить?

От соперниц долетали смешки. Те, кому я перешла когда-то дорогу, награждали меня унизительными улыбками.

Неужели они думают, что меня этим можно задеть? Задел меня вчера Карл, когда не дал провести вечер с Этьеном. Это да… А вот все эти насмешки, шепотки и улыбки… Не вызывали никаких эмоций. Как будто я не знаю, что каждый так и ждет, когда я оступлюсь.

Погода была чудесной. Жаркий майский день, которым надо было только наслаждаться. Я решила выйти в сад. Но на выходе меня поджидали. Кларисса де Сомерье собственной персоной. В окружении подруг и просто любопытных и желающих позлорадствовать. Они поджидали меня.

Кларисса хотела показать свое превосходство, похвастаться «победой» и посмотреть мою реакцию. Она сияла от счастья, светилась торжеством и без конца хихикала.

Доставлять ей удовольствие не хотелось, но и сворачивать было бы глупо. Пришлось с каменным лицом, на котором застыла благожелательная улыбка, пройти мимо.

— Мистрис Корделия! Доброе утро, — окрикнула меня Кларисса.

Послышалось хихиканье со всех сторон.

— Доброе утро, мистрис Кларисса, — ровно ответила я. — Уже прогуливаетесь в парке? Да, погода сегодня чудесная, не правда ли?

На миг лицо Клариссы скривилось. Ей не понравился намек, что Карл ее рано отпустил, и она уже спозаранку гуляет, оказавшись тут даже раньше меня. Она поняла, что допустила ошибку. Ведь после ночи с неутомимым королем следовало появляться только к обеду, отсыпаясь после бессонной ночи. Как делала я, например.

Но все же она была слишком довольна собой и ей хотелось насладиться своим триумфом.

— На прогулку меня отправила не чудесная погода — хотя вы правы, она поистине прекрасна сегодня, как и мое настроение — а желание как можно быстрее увидеть Его Величество… которого я не видела уже как… два часа. Это кажется вечностью, когда имеешь возможность находиться рядом с нашим королем… довольно длительное время… — словно смущаясь своих же слов, потупила глазки Кларисса, разыгрывая саму невинность. — Вам ли этого не знать, мистрис Корделия.

— Мне трудно судить, мистрис Кларисса, — пожала я беспечно плечами. — Мне никогда не приходилось скучать без Его Величества.

И понимай как хочешь. То ли я без него не скучаю, то ли не успеваю соскучиться.

— А теперь можно мне пройти в сад, чтобы насладиться погожим днем? — спросила я.

— Конечно, — улыбнулась змеиной улыбкой Клариса. — Некоторым остается только им и наслаждаться, когда больше нечем.

— Надеюсь, вы сейчас не меня имели в виду? — все-таки решила осадить я нахалку. Что-то слишком зарвалась.

На миг на ее лице промелькнул испуг, но она быстро взяла себя в руки.

— Что вы, мистрис Корделия. Это были мысли вслух.

— Знаете, в пансионе нас учили, что не все что приходит в голову, стоит озвучивать, — сказала я. — И, проведя какое-то время во дворце, я поняла мудрость наших наставниц. А теперь дайте мне пройти…

Девушки, с жадным любопытством следящие за нашими обменами любезностями, наконец, расступились, давай пройти. Но я не успела.

Ко мне неслась запыхавшаяся Томми.

— Мистрис Корделия, мистрис Корделия…

Она подскочила, чуть не врезавшись в меня, скользя по мраморному полу. Тяжело дыша заголосила:

— Пойдемте скорее, мистрис. Его Величество пришел к вам и требует срочно к себе… То есть к вам… Ну, вы поняли…

Я почувствовала на себе встревоженные взгляды Клариссы и ее подружек.

— Что-то случилось? — озадачилась я.

— Нет. Просто Его Величество хочет вас видеть. Срочно.

Я пожала плечами и пошла обратно за Томми.

Когда мы отошли на значительное расстояние, я заметила довольную улыбку горничной.

— Томми, ты наврала мне? — поразилась я. — Король не ждет меня?

— Что вы, как можно⁈ — возмутилась Томми. — Ждет, еще как ждет… Переживает, сердешный… Места себе не находит…

— Томми… — выразительно позвала я девушку. — Что за странная улыбка на твоем лице?

— Ну так, вовремя я успела. Пусть знают, — довольно кивнула она в сторону оставленных за спиной тревожно перешептывающихся девушек. — Чтоб не надумывали себе невесть что…

Я закатила глаза и поспешила вперед. Еще мне козней от своих служанок не хватает.

Карл и правда выглядел непривычно.

Когда я вошла, он ринулся ко мне и сжал в объятиях.

Прижал меня к себе и шумно задышал в волосы.

— Что-то случилось, Ваше Величество? — напряглась я.

— Корделия… прости…

Он отодвинулся, чтобы заглянуть мне в глаза. Я обратила внимание на его измученный вид.

Карла замучила вина? Раскаяние? Трудно было поверить.

Но тем не менее это было так.

— Корделия, прости за эту ночь… Я сделал ошибку, — вымученно сказал Карл. — Я хотел бы повернуть время назад, чтобы этой ночи не было… но это невозможно. Я люблю только тебя… Я так тебя люблю…

Последние слова Карл шептал между поцелуями, которыми осыпал мое лицо.

— Ваше Величество… — отстранилась я.

— Корделия, не наказывай меня. Я ведь раскаиваюсь, поверь…

— Я не наказываю, — ответила я. — Просто давайте не сегодня. Не сейчас… Вы только из одной постели… и сразу в другую…

— Потому что хочу исправить ошибку. Мне плохо, Корделия… — не отпускал меня из объятий Карл. Мял руками за тискательные места, целовал в открытые участки кожи. — Я хочу тебя… Безмерно хочу… Потому что люблю. Люблю только тебя… Моя звездочка… моя птичка… мой свет и моя жизнь… ты одна в моем сердце…

Карл утянул меня на кровать, повалил, нависнув. У меня не было ни шанса противиться его воле. Я поддалась его страсти, закрыв глаза и улетая мыслями далеко-далеко… в тот рассвет, что мы встречали вместе на крыше.