Глава 8

Не могу назвать себя впечатлительной. Жизнь посылала разных «учителей», и выдубила характер основательно. К тому же в виду того, в каких кругах вращаюсь — особо чувствительным там не место. И все же пришлось признать — Сеня уязвил. Почему? Как так вышло?

Его определение, данное мне, в этот раз не просто задело, а ранило.

Скажу сразу. Сентиментальная история о дяде Жоре и его нетленной любви меня не тронула. Во-первых, прекрасно понимала, что расчет был простым — поплыву, как любая женщина. Во-вторых, старалась руководствоваться фактами и здравым смыслом.

То, что у Георгия Викторовича не хватило сил выждать более-менее удобоваримый срок, прежде чем нарисоваться в жизни мамы — ничуть не удивляло. Он — мужчина, а это своего рода диагноз. Странно, что не заявился сразу после похорон.

Анализируя неземное чувство, о котором мне пытался вкрутить Арсений, сами собой возникали вопросы. Человек любил на протяжении сорока лет. И при этом рожал ребенка за ребенком. Разумеется, оставаться одиноким — не выход. Не спорю. Но… трое..? Не один и не два. Уж простите, но кто бы не пытался убедить меня, что количество не имеет значения, когда это касается детей — вывод напрашивается другим.

Гоша далеко не напоминал мужчину с низкой социальной ответственностью. И на глубоко верующего тоже не смахивал. Невежество, бескультурье, хамство — мимо. О существовании презервативов, уверена, в курсе. А потому, склонялась к мнению, что давно позабытое юношеское увлечение просто попало в благодатную почву и дало новые побеги. Но никто не сидел и не надеялся. Не ждал десятилетиями.

Жена у него умерла пять лет назад от рака. Искал ли он после кого-то другого, или нет, история умалчивала. Итог один — заграбастал мою маму, и отпускать не намерен.

Все бы ничего. Промывание мозгов от всех подряд возымело действие, я смирилась. Но резолюция, которой наградил меня Арсений, выкручивала болезненным буром: «Ты для нее как больная рука. Без тебя не может, а стоит прикоснуться — плачет».

Как ни горько признать, в его словах была доля правды. И это бесило. А еще заставляло задуматься, что возможно не права в своей категоричности. Мама — единственный родной человек, который у меня остался. Сашка далеко и у него там своя жизнь.

Мне предстояла нелегкая работа над собой…

Голова кипела от винегрета мыслей. Кому сказать — отъездила на трассе без удовольствия и с настроением ниже плинтуса вернулась домой. А засыпала с твердым намерением узнать о Липницких все, что смогу.

Мы с братом встали в три ночи. Отвезла его в аэропорт. Попрощались, пообещали друг другу не пропадать и чаще выходить на связь. Все как всегда. Так делают все.

Потом вернулась домой, позавтракала и свозила Зевса в ветеринарную клинику на прививку. И только ближе к обеду отправилась в мастерскую, где села подбивать смету по ремонту одной из машин, так как работу Ваня уже практически закончил, и надо было вывести окончательную сумму для владельца. Зарылась в бумаги и записи.

— Иван! — рыкнула в сторону выхода из небольшой комнатки-кабинета. — Как же ты меня достал! Сколько за колодки для Subaru отдал?! Где чек?!

Мне никто не ответил. Мельком взглянув на часы, скривилась. Ребята, судя по всему, вышли в ближайшее кафе, чтобы покушать.

Я листала документы одной рукой, а второй вводила данные в таблицу, когда в дверном проеме появилась чья-то фигура.

— Вспоминай, сколько потратил! От этого зависит сделаю я тебе больно или приятно. — Закончила недовольным тоном, думая, что на пороге нарисовался мой напарник.

— Я бы предпочел «приятно». — Отозвался мужской голос с оттенком красивой сиплости.

Увидев незнакомца, непроизвольно замерла. Вдоль позвоночника пробежал холодок. То, что этот человек пришел по мою душу, поняла сразу.

Высокий, широкоплечий, с очень короткой стрижкой — а-ля привет из шальных 90-х, в костюме, стоимостью как внедорожник средней ценовой категории и замшевых туфлях примерно того же прейскуранта.

Чуйка болезненно заныла в груди. Встретившись взглядом с неизвестным, мозг тут же заработал в режиме аларма. Секунда, две, три, четыре и… мне стало трудно дышать. Я вспомнила. Трасса. Неля Арапова. Наши гонки. Трое мужиков, поджидающие ее недалеко у старта. Сеня!!! Е-мое!! Он же был там тогда!!! Так вот откуда меня преследовало чувство, что видела его где-то!

Методом исключения пришла к выводу, что передо мной будущий муж Нельки. Дальше в голове заискрились маты один другого краше и витиеватей.

— Извините. Я думала, что… — Изобразила смущение, чтобы не выдать того, что действительно чувствую. Потом нерешительно и крайне вежливо поинтересовалась: — Простите. Я могу вам чем-то помочь?

— Надеюсь, да. — Он окинул взглядом комнату, но проходить не спешил. — Тебя ведь Вера зовут?

— Да. — Ответила, распахнув глаза в изумлении. — А откуда вы..?

Верзила в костюме улыбнулся, после чего я забыла сделать вдох. Тревога в мгновение ока увеличилась, грозя перерасти в панику.

— Вера Андреевна Корсунь, известная как Корица. Тысяча девятьсот девяностого года рождения. — Мужчина все же сделал шаг вперед, и, рассматривая все вокруг, пошел вдоль стен, рассказывая: — В прошлом постоянная участница ночных гонок. В настоящее время ушла в тень. В разводе. Детей нет. Бывший муж — кличка Страйк, тоже стритрейсер. Имя согласно паспорта — Тимур Слепов. — Он замолчал на минуту, внимательно вглядываясь в одну из фотографий, но вскоре продолжил: — Семья: есть старший брат, Александр. Живет в пригороде Монреаля. Принял канадское гражданство. И мать, Алла Денисовна, шестьдесят седьмого года. Отец, Андрей Витальевич умер около двух лет назад. По утверждениям адептов быстрой езды нашего города — Корица одна из лучших гонщиц. Получила это прозвище в связи с тем, что любит эту пряность. И перед началом уличных ралли всегда пила кофе с ней. Видимая сторона жизни — занимается ремонтом и апгрейдом автомобилей. Невидимая — никому не известна, но по слухам, работа в автомастерской не основной источник дохода. Одиночка. Нелюдима. Близких друзей нет. — Закончив свой монолог, незваный гость остановился напротив. Полез во внутренний карман пиджака и достал золотую визитницу. После чего протянул мне свою визитку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Приятно познакомиться… Дубов Кирилл Геннадиевич. — Проговорила, читая. Машинально запомнила телефон, и чуть было не вернула назад, но вовремя остановилась. — Чем обязана?

— Ты знаешь кто я?

— Судя по внешнему виду — человек.

Он снисходительно усмехнулся.

— Наведешь справки потом. И заодно подумаешь над моим предложением.

— Надеюсь не руки и сердца? А то я как-то не готова пока. Развод, разочарование и все эти бабские заморочки… ну, вы понимаете, да?

Дубов улыбнулся шире:

— А ты мне нравишься. Хорошее чувство юмора не каждому дано. — Взял с моего стола эспандер и сжал несколько раз. — Я хочу предложить тебе работу.

— Вам нужен бухгалтер? — спросила с изумлением. — Не хотелось бы вас расстраивать, но аудитор из меня так себе.

Кирилл Геннадиевич сощурился, запуская неконтролируемый озноб по моему телу. Появление этого мужчины на моем пороге сулило большие проблемы. «Засветилась на свою голову! Ведь чувствовала наперед, что не надо ехать!» — укорила себя, стараясь быстро сообразить, как теперь выкрутиться.

— Работу на постоянной основе. — Продолжил, не обращая внимания на мою последнюю фразу. — Оплата и условия тебе понравятся. Обещаю.

В воздухе, как говорится, отчетливо запахло жаренным. Неприятности таки будут, и, возможно, не маленькие…

Он ушел, предложив хорошо подумать, а я с полчаса смотрела молча в стену, после чего собралась и уехала на одну из своих явок*. Меня интересовало теперь два человека: Дубов и Липницкий.

Весь вечер пила джин. Много думала. И… сорвалась. Закурила. То, что узнала, заставляло напрячься.

Кирилл Геннадиевич, в простонародье Дуб, был очень и очень непростым человеком. Миллионер, построивший свою империю на игровом бизнесе. После введения закона о его запрете — увел все в подполье. Помимо этого активно развивал всемирный интернет-сайт все в том же направлении. Шахты, карьеры, заводы и прочее — видимо как прикрытие и вложение излишков. Может и развивался в других направлениях — это не суть важно. Заядлый антиквар. Если кратко — человек стоящий ногами по разные стороны закона.

Приехал лично. А это плохо. Об этом следовало доложить.

Арсений Викторович — его тень. Бывший спецназовец. Позывной — «Липа». Поверенный Дубова, выполняющий личные поручения. Телохранитель. Доверенное лицо. Переводя на воровской жаргон — смотрящий. Очень уж холеный, чтобы предположить, что делает грязную работу сам. Скорее руководит. Дать ему точное определение затруднялась. Сведения о нем были скудными. Официально тоже имел свою фирму. Охранную. Под названием «Гарант ЛТД».

А теперь барабанная дробь. Несколько лет назад я провела в доме сигнализацию и заключила договор… правильно. С этой компанией. Потому и фамилия изначально мне показалась знакомой.

Слишком много совпадений. В голове, после полученной информации творилась чехарда. Если Дуб с Липой хотели добраться до меня — зачем втянули в это родных? Как ни крутила — что-то не вязалось.

Прошло две недели. Четырнадцать спокойных дней перед началом целого водоворота событий.

Я пошла на сближение с мамой, и мы договорились, что она будет приходить ко мне в гости. Вспомнила, как готовится яблочный пирог по-французски. Запекала груши с сыром Дорблю. Покупала Шардоне от Cantele — ее любимое. Заставляла себя не думать и не говорить лишнего. В общем, старалась и мало напоминала себя настоящую.

Мамуля же находилась в таком состоянии, что, по-моему, если и понимала это, то осознавать не хотела. Ее жизнь, наконец, наладилась. Счастью никто больше не мешал. Аминь.

Первая встреча у нас прошла хорошо. Вначале немного напряженно, но вино исправило ситуацию. Вторая еще лучше. Особенно мне понравились ее расспросы о личной жизни. Раньше отмахнулась бы, или вообще отвечать не стала, но в свете новых событий решила проверить скорость распространения информации в семье Липницких.

— Есть у меня мужчина. Есть. Отстань только. Познакомились недавно. Пока ничего серьезного. Общаемся.

— Он… из твоих, да? Ну, в смысле тоже любит скорость и… и все такое?

— Ну а кто еще в мою сторону посмотрит? — усмехнулась, решая съесть еще сыра, или пожалеть талию.

На самом деле врала отчасти. Я действительно познакомилась с парнем. Но он был на пять лет моложе, и потому сомневалась, стоит ли с ним замутить, или не трогать.

— А зовут его как?

— Ма, рано. Расскажу позже, если будет о чем.

— И познакомишь?

— Само собой.

* Явка — В данном случае — секретное место.