Глава 50 · Я должна принять решение

Не спать всю ночь и думать о том, как мне жить дальше… Черта с два.

Как только моя голова коснулась подушки, я отключилась, словно кто-то приложил меня палкой по затылку. Да и думать было не о чем. Все стало предельно ясно еще на кухне: я вычеркиваю Зарецкого из своей жизни и иду дальше.

Мой мир не крутился вокруг него. У меня были учеба, друзья, хобби, какая-никакая работа и планы на будущее. Просто из этой цепочки выпал один элемент — «любимый парень».

Больно. Обидно. Зло берет.

Но я девочка сильная. В моей жизни было сколько дерьма, что эту трудность я переживу с гордостью, и не стану устраивать трагедию.

Больше всего бесило то, что Ян оказался трусом. И то, что я не послушала сестру… На кухне он пытался сказать, что Маля сама себя ударила, но моя сестра не больная психичка, она не враг себе, чтобы причинять боль. Такое даже на ум не придет.

А вот Яну пришло, лишь бы выгородить себя.

Настя уже спустилась на первый этаж, чтобы помочь с завтраком, а я задержалась в ванной, но как только закончила утреннюю рутину поспешила следом.

Но, открыв дверь, увидела Яна.

Он сидел рядом с дверью, прислонившись спиной к стене. Заметив меня, тут же поднялся. Выглядел отвратительно: помятый, с серым лицом, с тяжелым взглядом.

Было видно, что утро далось ему нелегко.

Но мне было плевать.

Я попыталась молча пройти мимо, но Ян схватил меня за запястье и без усилий развернул к себе.

— Не прикасайся ко мне.

Я дернула рукой, вырываясь из его хватки. Внутри все похолодело, но голос остался ровным.

— Мира, дай объясняиться. — в его взгляде мелькнул вызов.

— А еще что тебе дать? Я видеть тебя не хочу! — я не скрывала свою злость.

— Твоя сестра хитрая гадюка, я не трогал ее, клянусь!

Я видела, как он сжимает челюсти, пытаясь подавить свой характер. Наверное, рассчитывал, что я испугаюсь. Или снова поверю.

Не дождется.

— А я не верю тебе. Моя сестра предупреждала о тебе и мне следовало послушать. Ты ведь… — я заставила себя закрыть рот, чтобы не оскорбить его, не потому, что он этого не заслуживал, просто я не собиралась опускаться до его уровня. — Отвали от меня, Ян. Тронешь меня еще раз, заору так, что весь дом сбежится. Между нами больше ничего нет.

Я развернулась и почти бегом направилась к лестнице, оставив его у комнаты.

На кухне царило обычное веселье. Никто, кроме нашей четверки, не знал о случившемся. Мальвина за ночь немного отошла и теперь улыбалась вместе со всеми, замаскировав след от удара косметикой.

Мы переглянулись, и думаю наши мысли совпали: «нужно молчать».

Завтрак был накрыт, и все уселись за стол. Ян, мрачный, как грозовая туча, сел напротив. Казалось, он пытался просверлить во мне дыру своим тяжелым взглядом. Я не поддавалась. Смотрела куда угодно, только не на него.

Хотя мне отчаянно хотелось плеснуть ему в лицо горячим кофе.

Чтобы не сорваться, я щипала себя под столом. Боль помогала держать себя в руках. Я не была вспыльчивой. Но если переходили границу… становилась очень принципиальной.

А Ян не просто перешел ее.

Он растоптал.

Накануне мы договорились остаться до обеда, но Ярик и Мальвина засобирались раньше. Я попросилась поехать с ними. Мы придумали отговорку: будто им нужно в больницу, а мне посидеть с Максом. Яна в этот план не посвящали, но он и не вмешивался. Только смотрел на меня так, что холодок пробегал вдоль позвоночника.

В машине было тихо. Мы не сговаривались, но всем было ясно: обсуждать вчерашнее не стоит.

Ребята высадили меня у общежития. С Мальвиной мы договорились встретиться завтра у них. Я хотела посмотреть, где теперь будут жить сестра и племянник, а заодно помочь с вещами.

— А ну стоять! — завопила коменда, едва я переступила порог здания. — Ребенок где? И кто это тебя подвозит? — она ткнула пальцем в окно. — И почему опять не ночевала, а? Может мне тебя выселить!

Ее грозный вид давно не внушал мне ничего, кроме улыбки. Да и сдаваться все равно придется, иначе она не отстанет.

— Ксения Анатольевна, а может чай попьем? У вас наверняка завалялась шоколадка… а может и не одна. — я широко улыбалась ей. — А я вам такое расскажу. М-м… В шоке будете.

— Ну… — женщина призадумалась и осмотрелась по сторонам, в такое время большая часть студентов уже была на парах. — Давай. У меня как раз малиновое варенье есть, вкуснее любого шоколада. Заходи. — она открыла дверь в свою комнату.

У Ксении Анатольевны было уютно. Салатовые обои, кружевные занавески и маленькая кухня, которая идеально вписывалась в комнату. Меня усадили за круглый стол и поставили передо мной чашку с цветочками.

— Давай, рассказывай. Сдавай этих лоботрясов с потрохами. Кто накосячил? — в ее голосе уже слышалось предвкушение хорошей сплетни.

— Я накосячила. Относительно. — я обняла ладонями горячую чашку, и жар позволял контролировать эмоции и голос. — Максимка больше не будет жить здесь. Со мной. Я отдала его на лето бабушке со стороны отца.

Я снова лгала.

Но делала это осознанно. Вываливать всю правду было опрометчиво. Комендантша могла решить, что я безответственная лгунья, и испортить обо мне мнение. А я слишком долго строила легенду о материнстве, чтобы сейчас разрушить ее одним разговором.

— И все? — разочарованно спросила Ксения Анатольевна. — Я-то думала. Прям такое расскажешь, тьфу! — она цокнула и села за стол, подвинув ко мне варенье. — Молодец, что общение поддерживаешь. Тем более сейчас экзамены сдашь и свободна на лето, может и подработку найдешь, тебе легче будет. Но подала ты мне это так пафосно конечно… Я уж думала какую тайну Зарецкого расскажешь.

— А вот здесь и начинается самое интересное. Мы с Яном больше не вместе. И я знать его не хочу. Его цинизм, губость, хамство и… агрессия… перешли все границы. Я больше не в силах терпеть.

— О, как… — искорка вырнулась в ее взгляд. — И что Ян сделал? Опять морду кому-то набил?

— Хм… — я усмехнулась. — Набил. Дорогому мне человеку. Его агрессия не знает границ. Теперь я в этом убедилась.

Я сделала глубокий вдох.

Ждала, что Ксения Анатольевна начнет задавать вопросы, но она только махнула рукой.

— Да и черт с ним! Все мужики одинаковые. Я жизнь прожила, я знаю. Ты просто не представляешь, какими козлами оказались мои бывшие два мужа. Забей. Ты молодая, красивая, развлекайся и получай удовольствие от жизни. А там видно будет.

Я не ожидала такой поддержки, но она оказалась приятной.

Некоторое время я молча пила чай, а потом поставила чашку на блюдце.

— Ксения Анатольевна, а можно вас попросить меня переселить? — резко спросила я. — Понимаю, что уже конец учебного года, но может есть свободная кровать? Мне теперь не принципиально где, я одна. Главное подальше от… Соседей нынешних.

Я старалась говорить спокойно, но внутри уже все кипело. Не хочу видеть Яна. Совершенно. Не хочу каждое утро натыкаться на его взгляд и вспоминать вчерашнее. Не хочу давать ему возможность снова приблизиться.

— Пф… Пу-пу… Ну я подумаю, как тебе помочь. У меня так-то свободных мест раз-два и все. И в комнате пацанов. Дай мне времени до вечера.

— Спасибо вам, спасибо огромное! — я уже знала, что она что-то придумает, я была уверена, что в этом вопросе коменда пойдет мне на встречу.

История с Яном закончилась.

И я не позволю боли разрастаться внутри меня при каждой нашей встрече.

Любовь не оправдывает подлость. И уж точно не заставляет терпеть агрессию.

Я понимала, что буду скучать по нему, злиться, даже плакать из-за него. Но возвращаться не собиралась. Ян сам выбрал, кем стать в моей жизни.

Бывшим.