Глава 13, в которой Рас вспоминает о моем существовании, а его величество Рассарх меня в упор не замечает

Яна Громова

Наверное, мне следовало облегчённо выдохнуть и успокоиться, хотя бы немного, ведь у Марэи появился план. Но успокоенной я себя совсем не чувствовала, да и с выдыханием тоже всё было сложно. Грудь, наоборот, как будто сдавило стальными тисками, отчего дышать получалось через раз, если не через все два. Я долго не могла уснуть, ворочалась с боку на бок, думая о предложении призрачной русалки.

Ну вот какой из меня зельевар? Я и готовить-то особо не умею — всегда предпочитала заказывать еду, ну или отправляла к плите Игоря. Это вам не борщик сварганить на скорую руку, а сварить аж целое магическое зелье. Да ещё и где? Мне что, к королевскому повару на кухню проситься? Мол, я тут собралась немного потравить его величество, вы уж не обессудьте, разрешите воспользоваться вашей плиткой. Ну или на чём они там создают свои кулинарные изыски.

Более того! Пойло для Рассарха нужно было не только приготовить, но ещё и заговаривать каждую ночь в течение нескольких суток. Пока оно не настоится и не будет готово — не потеряет свой запах и цвет.

«По виду и по вкусу оно будет как вода», — вспомнила слова мары.

Главное, чтобы по действию не оказалось как отрава.

Мне вот совсем не улыбалось отправить Рассарха к его покойным родителям.

Сон пришёл только под утро, да и то спала я беспокойно. Всё чудилось, будто у меня под дверью кто-то ходит, тяжело дышит и пытается ко мне проникнуть. Один раз даже проснулась — показалось, будто ручка, отлитая в форме золочёной завихрюшки, дрогнула, когда кто-то на неё надавил.

Прислушалась — тихо, после чего, устало выдохнув, откинулась обратно на подушки, снова проваливаясь в сон. А спустя, кажется, всего несколько мгновений меня разбудил короткий стук в дверь.

— Неали Омон, — послышался звонкий девичий голос. — Меня зовут Ансани. Мне велели помогать вам, пока будете гостить в Аскании.

Несколько раз моргнула. Может, я всё ещё сплю и мне продолжают чудиться всякие глупости? Чтобы у меня была служанка… Нет, определённо, Эмерик не мужчина, а сказка. Куда уж до него Рассарху.

Откинув лёгкое одеяло, босиком пересекла комнату и распахнула дверь. На пороге стояла улыбчивая девушка лет двадцати или, может, чуть старше. Рыжеволосая, курносая, с россыпью веснушек на румяном лице.

— Неали Омон, — служанка изобразила что-то вроде книксена, — могу я помочь вам собраться?

— Буду тебе за это очень признательна, — улыбнулась ей и посторонилась, пропуская девушку внутрь.

Теперь я была помощницей, у которой появилась своя собственная помощница. Какое всё-таки приятное утро. В отличие от беспокойной ночи.

С Ансани собираться было одно удовольствие. Зашнуровать в одиночку корсет — это вам не джинсы надеть. А уж как ловко она управилась с моими длиннющими волосами: я как зачарованная смотрела в зеркало, наблюдая за тем, как порхают у меня над головой руки девушки, быстро укладывая прядь за прядью. В итоге получилась красивая аккуратная причёска. Упаковавшись в тёмно-синее платье: в меру строгое, в меру элегантное, я поблагодарила Ансани за помощь и оставила её в спальне наводить порядок.

Эмерик обнаружился на небольшой террасе, примыкавшей к гостиной и отделённой от последней широкой стеклянной дверью. Посол сидел за накрытым для завтрака столом и читал газету или, скорее, нервно её перелистывал.

— Доброе утро, — улыбнулась графу.

Садиться за стол не спешила, мало ли, вдруг он предпочитает завтракать в одиночестве.

Его сиятельство бросил на меня короткий взгляд, а потом резко закрыл газету.

— Вижу, ты уже познакомилась со своей горничной, — в его голосе отчётливо слышалось недовольство.

Я растерянно кивнула:

— Познакомилась и хотела вас за неё поблагодарить.

— Благодарить тебе за неё следует его величество. — Де Мартен жестом пригласил меня (хотя больше походило на приказ) устраиваться за столом.

Что я и сделала, параллельно переваривая его заявление. Теперь понятно, почему так хмурится. Не нравится, что здесь крутится посторонняя. Сомнительно, что король прислал служанку исключительно из заботы о неали Омон. Скорее всего, ему нужны глаза и уши в покоях иностранного гостя, потому и отправил ко мне Ансани. Эмерик в слугах не нуждался, привёз своих из Глахарры.

— Если хотите, я могу от неё отказаться.

Волосы она, конечно, укладывает классно, но и мне тоже не нужны здесь надзиратели. Коса сойдёт, да и с корсетом уж как-нибудь справлюсь. Раньше ведь как-то справлялась.

Де Мартен покачал головой:

— Не стоит. Королю это может не понравиться. А я бы не хотел, чтобы меня раньше времени попросили из Анделиора. У меня здесь ещё остались нерешённые вопросы.

Помню, помню, маркизы и герцогини, которым мы с утра сядем строчить письма.

Завтракали молча, впрочем, меня это не напрягало. Далёкий шум прибоя разбавлял тишину, как и птичий клёкот, и шелест листвы в саду. С террасы открывался потрясающий вид на королевский парк — яркие краски природы в ореоле белокаменных стен. За ними виднелась жёлтая полоска пляжа и лазурные воды Красного моря, незаметно смыкавшегося с такого же цвета небом, отчего линии горизонта здесь как будто не существовало.

Всё-таки красивый город эта Аскания. И наверняка в этом мире есть ещё немало диковинного и прекрасного. Кто знает, если бы не желание наказать Игоря, возможно, я была бы не прочь здесь задержаться. На суше, конечно же, не в воде.

Последние годы я жила одной работой и только теперь поняла, что это была не жизнь. Я и за Козлова-то согласилась выйти замуж, потому что времени на заведение новых знакомств банально не хватало. А семью создавать надо было, возраст для этого уже был более чем подходящий. Да и этого очень хотела для меня мама. Наверное, отправляясь в ЗАГС, я подсознательно исполняла её мечту, а не свою.

Исполнила, что называется, на свою голову.

Когда с завтраком было покончено, Эмерик поднялся и сказал:

— Ну а теперь, Мари, пойдём в кабинет. У нас с тобой сегодня будет очень насыщенный день.

Спустя где-то часа два я не чувствовала собственных пальцев, спина тоже ныла и шея затекла. Ещё бы ей не затечь, когда сидишь, сгорбившись над листочками бумаги, и пишешь, пишешь, пишешь. Я очень старалась, чтобы вышло красиво (спасибо неистребимому внутреннему перфекционисту), но время от времени с кончика пера срывалась капля, расползаясь по посланию некрасивой кляксой. Приходилось начинать сначала, под укоризненным взглядом его сиятельства.

Но я справилась! Когда в последнем письме, полном витиеватых фраз и велеречивых выражений, в которых Эмерик изъявлял желание увидеться с той или иной титулованной особой, была поставлена точка, я откинулась на спинку кресла и облегченно выдохнула. Де Мартен, всё это время расхаживавший по кабинету, повернулся ко мне и сказал с благодушной улыбкой:

— До обеда можешь быть свободна, а после того, как поедим, мне нужно будет съездить в город к одному старому знакомому. Хочу, чтобы ты сопровождала меня, Мари.

Я кивнула и, украдкой разминая пальцы, поднялась.

— Значит, я могу ненадолго отлучиться? Хотелось бы повидаться с другими помощницами герцогини и сказать, что я вернулась.

— Да, конечно, иди.

Эмерик отпустил меня небрежным взмахом руки, и я отправилась на поиски Северины. Но как вскоре выяснила, все помощницы ещё рано утром покинули дворец, вместе с Белонезсской укатив на очередное испытание для невест. Об этом шептались служанки, обсуждавшие королевских избранниц.

Возвращаться к себе не хотелось, поэтому решила заглянуть в библиотеку. Будучи помощницей герцогини, у меня не было возможности подпитать себя знаниями о Сердце океана или хотя бы об этом мире, о Санторе в частности (на случай, если вернуться домой всё же не удастся), и раз уж сейчас появилось немного свободного времени, почему бы не потратить его с пользой для дела.

Но видимо, высшие силы ни в какую не желали отпускать меня в библиотеку: на полдороге к сокровищнице знаний я столкнулась с бывшей фавориткой Рассарха.

— Мари! — приветливо помахала мне графиня и, отделившись от кучки других придворным дам, исступлённо обмахивающихся веерами, направилась ко мне. Оглядела меня с ног до головы пытливым взглядом, после чего вкрадчиво поинтересовалась: — У тебя всё хорошо?

— Всё просто отлично, спасибо, — вежливо отозвалась я.

— Как его величество воспринял твоё возвращение? — постукивая по ребру ладони сложенным веером, спросила Кларисса.

— Лучше, чем я ожидала. Даже заставил извиниться передо мной верховного мага, который и обвинил меня в краже.

— Надо же… — Графиня удивлённо вскинула свои аккуратные тонкие брови, а потом, немного поколебавшись, словно раздумывая, стоит ли касаться интересующей её темы, продолжила: — А как у тебя складываются… отношения с его сиятельством? Он к тебе… хорошо относится?

— Да, он из тех работодателей, на которых очень приятно работать.

Судя по тому, что холёные брови экс-фаворитки уже имели все шансы поцеловаться с волосами, Кларисса удивилась ещё больше.

— Просто… — она накрыла мою руку своей и быстро проговорила: — Просто будь осторожна, Мари. Эмерик тот ещё притворщик. Он как паук, который заманивает тебя в свои тенёта, оплетает ими туго — и вот ты уже в полной его власти. Захочешь вырваться — не удастся.

Прозвучало немного зловеще.

— Я благодарна вам за заботу, ваше сиятельство, но я взрослая девочка и смогу о себе позаботиться. И в обиду себя не дам.

Кларисса улыбнулась, правда, немного натянуто, присовокупив к этой улыбке тяжёлый вздох.

— Главное, не теряй головы. Де Мартен красив и обаятелен, но вот то, что скрывается у него внутри… В общем, если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится, что угодно, сразу обращайся ко мне. Хорошо?

Забота придворной красавицы, которая и видела-то меня всего пару раз, очень тронула. Я улыбнулась ей в ответ, тепло и искренне, кивнула, не желая больше задерживать, ведь Клариссу ждали подруги, но потом, вспомнив о зелье Марэи, всё же произнесла, осторожно подбирая слова:

— Ваше сиятельство, одна просьба у меня к вам всё же найдётся. Возможно, она покажется вам несколько странной, но мне нужна… кухня.

— Кухня? — переспросила графиня.

Мысленно выругавшись, за то, что приходится обманывать ещё и эту добрую душу, я вдохновенно продолжила:

— У меня скоро свадьба, время поджимает, и мне надо где-нибудь тренироваться в свободное от работы время. Торты печь. Хочу впечатлить мужа и гостей.

— Но зачем печь, если можно просто заказать? — Раскрыв веер, Кларисса грациозно им взмахнула. — Есть у меня один знакомый кондитер, настоящий искусник. Я свяжусь с ним и…

— Это наша семейная традиция, — перебила я графиню. — Невеста должна сама испечь торт, без посторонней помощи, и чем вкуснее он будет, тем слаще окажется семейная жизнь молодожёнов.

Де Бальмен поверила моей сказке, понимающе кивнула и разрешила готовить у неё в особнячке — так Кларисса с любовью отозвалась о своём доме, расположенном неподалёку от Анделиора.

— Я предупрежу своих слуг, — сказала она мне на прощание и упорхнула в сад вместе с остальными придворными дамами.

А я продолжила свой путь в библиотеку, ломая голову над тем, как буду отпрашиваться у де Мартена. Миновав очередную залу — одну из многочисленных в этой бесконечной анфиладе, нос к носу столкнулась с Расом.

— С возвращением, Мари.

Взгляд солдата огненной волной прокатился от макушки до кончиков пальцев, и меня бросило в жар. Нечто похожее я испытывала только в присутствии Рассарха. Хотя нет, в обществе короля меня ещё больше колбасило. Правда, и сейчас неплохо так тряхнуло, когда этот внезапно появляющийся взял меня за руку и коснулся её губами.

— Уже соскучился по своей красавице, — обжёг поцелуем и взглядом.

— С каких это пор я успела стать твоей? — вернула экспроприированную руку на место, то есть себе за спину. — Забыл? Я всё ещё собираюсь замуж.

— Как же, забудешь тут! — фыркнул этот ревнивец. — Ты ведь постоянно мне об этом напоминаешь. Есть планы на вечер? — резко переключился на другую тему.

— Есть. Работа и ещё раз работа. Ты, наверное, не в курсе, но меня тут недавно уволили.

Галантная улыбка и блеск в глазах Раса померкли, и на лицо набежало хмурое, совершенно мрачное выражение. Мелькнула мысль, что где-то я такое уже видела, совсем недавно, но я не стала на ней зацикливаться.

— Уверен, это какое-то недоразумение.

— Недоразумение, из-за которого меня пинком под зад отправили из Анделиора. Его величество и отправил. Он вообще, как я заметила, тот ещё любитель выставлять за ворота. То ни в чём не повинную стражу без куска хлеба оставил, теперь вот и я пострадала.

На скулах у Раса обозначились желваки, и я притихла. Что поделать, любит он своего монарха, предан ему душою и телом, как и полагается военному, а я только и делаю, что на него жалуюсь. Лучше умолкнуть прямо сейчас, пока не получила ещё один пинок под зад. На этот раз окончательный и бесповоротный.

— Но вот ты снова здесь.

— Благодаря глахаррскому посланнику, графу де Мартену.

Лицо солдата приняло ещё более кислое выражение, словно он только что сгрыз корень имбиря и опрокинул в себя стакан полынной настойки. Именно так он сейчас и выглядел — вот честное слово.

— Мари, будь с ним осторожна. Этого человека стоит опасаться.

Сегодня прямо день стращаний.

— Спасибо за заботу. Графиня де Бальмен меня уже просветила и предупредила, так что я буду настороже.

— Она рассказала тебе о своей знакомой?

— До разговоров о знакомой очередь не дошла. Графиня была не одна.

Следующие полчаса Рас в красках живописал мне постельные увлечения его сиятельства. Тоже мне герой бульварного романа, «Пятидесяти оттенков серого» или как оно там называлось. Я слушала с невозмутимым видом, а когда солдат наконец выдохся, так же спокойно уточнила:

— Это всё?

Рас сощурился:

— Юная девушка вроде тебя должна выглядеть как минимум удивлённой и смущённой, ещё лучше — напуганной.

— Я не напугана и не смущена, потому что меня совершенно не касается, чем де Мартен занимается за закрытыми дверями своей спальни. Я к нему в койку прыгать не собираюсь.

После моих слов Рас немного расслабился, но всё равно продолжал сверлить меня взглядом. Пристальным таким, изучающим. Пытался снова развести на свидание, но все мои мысли были заняты зельем Машки. Какие уж тут свидания. Зельем и библиотекой, до которой я так и не сумела добраться. Когда вырвалась из рук не в меру заботливого солдата, идти в неё было уже поздно. Нужно было возвращаться к господину доминанту и обедать, делая вид, что я знать не знаю о его пристрастиях.

Да уж, вот вам и мужчина из сказки.

Бежали дни… Хотя какое там бежали! Они неслись, летели, мчались. События сменяли друг друга настолько стремительно и быстро, что я даже не успевала оглянуться, приостановиться и подумать, а правильно ли поступаю, собираясь опоить аж целого монарха.

Под чутким руководством Марэи я готовила зелье. Некоторые ингредиенты отыскались в местной аптеке, за остальными приходилось отправляться во владения сейна. Благо я больше не боялась воды и бесстрашно уходила на глубину, к самому дну, не переставая восторгаться красотами Красного моря.

Хорошо, с Эмериком проблем не возникло, и в свободное от работы время я без проблем отлучалась из Анделиора.

— Я видела однажды, как мачеха готовила его, используя магию. Нам же понадобится простой человеческий огонь для смешивания ингредиентов, — инструктировала меня Марэя.

За огнём мы ходили к графине де Бальмен. Когда я заявилась к ней впервые, повар пытался вмешаться в рабочий процесс и всё удивлялся, что это за торт такой, который надо варить в котелке над очагом, но я сумела его спровадить, намекнув на тесную дружбу с её сиятельством, которая будет очень недовольна, если я на него пожалуюсь. Внушение подействовало, и меня оставили в покое.

Когда зелье загустело, став похожим на кисель насыщенного фиолетового цвета с прожилками зелени, я перелила его во флягу. Теперь предстояло найти укромное место, где бы я могла его надёжно спрятать и вместе с тем каждый вечер иметь к тайнику доступ. Долго ломала над этим голову, пока в поле зрения не попала кадка с разлапистым растением, что стояло у нас в гостиной. В горшок я флягу и зарыла. У меня в комнате, к сожалению, зелени не было, а перетаскивать к себе санторский аналог фикуса… Ну в общем, это выглядело бы слегка подозрительно.

Пока пробовала себя в роли зельевара и секретаря садиста-посланника, невесты продолжали сражаться за сердце его величества. Девочки-помощницы время от времени подпитывали меня новостями с отбора. Кто в чём отличился, кто и когда удостоился монаршего взгляда, улыбки, короткой прогулки в парке или аж целого свидания.

Говорят, среди всех участниц отбора больше всего он выделял Розу. Мне бы радоваться за свою бывшую подопечную — неали Герен хорошая девушка, но всякий раз, возвращаясь к себе после общения с Севериной и другими помощницами, мне хотелось лезть на стенку. От ревности.

Я страшно ревновала Рассарха. Приходилось себе в этом признаться, хоть признание это далось мне непросто. Особенно если учесть, что я для его величества больше не существовала, он попросту не обращал на меня внимания.

— Что делаешь сегодня вечером?

Признаться, я даже не сразу сообразила, что ко мне подошла Северина. Обычно с этим вопросом ко мне подкатывал Рас, всё пытаясь вытащить меня на свидание, но я проявляла завидную стойкость и не вытаскивалась.

В этом мы с ним были похожи: Рас тоже сдаваться не собирался. Видимо, посчитал, раз нельзя взять крепость штурмом своего обаяния, возьмёт её, меня то бишь, измором своего упрямства. И таки брал, ну то есть штурмовал, каждый божий день.

— Тебе что, больше нечем заняться? — однажды спросила его.

— Мысли об одной синеглазой красавице не дают мне ни на чём сосредоточиться. Ты, Мари, лишила меня и сна, и покоя, — как всегда, нашёлся он с ответом и продолжил забрасывать меня вопросами.

Раса интересовало всё: откуда я родом, кто мои родители, есть ли братья, а может, сёстры, как познакомилась со своим дальним родственником и по совместительству женихом Ирнасом.

Мне льстило его внимание, да и вообще, проводить время в его компании было приятно, но вот бесконечные вопросы, признаться, напрягали. Я устала сочинять сказки, устала обманывать. Особенно Раса — одного из немногих, к кому я привязалась за время, проведённое в Анделиоре.

Кларисса также продолжала проявлять участие и всё переживала по поводу моей непосредственной близости к иноземному посланнику. Последний, впрочем, не пытался переступить черту, сохранял между нами дистанцию и исключительно деловые отношения, пусть я порой и ловила на себе его долгие, задумчивые взгляды.

Но мало ли, почему он так смотрел. Может, в тот момент как раз думал совсем о другом. О какой-нибудь красотке, которую он… Ой, всё.

— Мари-и-и, в каких облаках витаем? — позвала меня Северина, возвращая на бренную землю.

— Извини, задумалась, — я улыбнулась подруге. — По поводу планов на вечер… Пока вроде ничего не делаю, но Эмерик может изменить их в любой момент.

— А может, ты у него отпросишься? — Северина прижала руки к груди и посмотрела на меня молящим взглядом. — Ну давай, соглашайся. У нас с девочками сегодня выходной, которого мы так долго ждали. Первый и последний за всё время. С завтрашнего дня начнутся приготовления к балу, на котором его величество назовёт имя своей избранницы. Представляешь, какой тут будет дурдом? Вот её светлость и разрешила нам немного расслабиться перед финалом.

Северина продолжила тараторить, а у меня в голове билась, словно пойманная в клетку птица, одна единственная мысль: назовёт имя своей избранницы.

Я даже невольно на себя разозлилась. Дура ты, Яна! Абсолютная круглая дура! Сколько ты с ним знакома? Каких-то несчастных две недели. Да и то, знакома — громко сказано. Вон Козлову потребовался не один месяц, чтобы заманить тебя в свои сети. А с рыжим-бесстыжим (бесстыжим, потому что Рассарх продолжал делать вид, что я для него пустое место) достаточно было лишь раз поцеловаться.

И всё, пропала.

Может, он сам из русалочьего рода?

— Мари-и-и, с тобой всё в порядке? Ты сегодня какая-то… не такая, — снова попыталась достучаться до меня Северина.

— Прости, — я встрепенулась. — Не выспалась, видимо.

— Ну так что скажешь? Пойдём в «Дрынные окорока»?

— Куда, куда? — не поняла я.

— Ну так в таверну, о которой я тебе только что рассказывала. Там очень вкусно готовят мясо, а пиво с травами — м-м-м, закачаешься.

Я неуверенно пожала плечами:

— Попробую отпроситься.

— Не попробуешь, а обязательно отпросись! В конце концов, тебе ведь тоже положен выходной.

Я уже и забыла, что это за роскошь такая — вечер с подругами за бокальчиком вина. Ну или вот за кружкой пива с травами. И пусть «Драные окорока» — заведение не с самым завлекательным названием, но предложение провести время с Севериной и другими девочками было очень заманчивым. Так хотелось немного отвлечься, расслабиться.

К счастью, де Мартен согласился меня отпустить. Выглядел слегка недовольным, но артачиться не стал. Только лишь, уже когда уходила, с причёской и принаряженная, резко сказал:

— Не задерживайся, Мари! Завтра я завтракаю с герцогиней де Вир. Будешь меня сопровождать.

— Как будет угодно вашему сиятельству, — дежурно отозвалась я, изобразила короткий реверанс и поспешила убраться, пока де Мартен не передумал меня отпускать.

Покидали дворец шумной гурьбой, шутя, смеясь и предвкушая весёлый вечер. Девочки принялись было обсуждать невест и грядущий бал, а за ним и пышную королевскую свадьбу, но Северина, лишь раз взглянув на меня, как будто всё поняла.

Вскинула руки и громко произнесла:

— Всё, хватит! Они и так уже мне снятся, со своими заскоками и выкрутасами. Вот как поступим: та из нас, которая назовёт имя какой-нибудь из невест или произнесёт хотя бы слово, связанное с отбором, оплачивает счёт!

Помощницы шутливой угрозой прониклись, и тема отбора была закрыта. До таверны добрались быстро — время за весёлыми разговорами летело незаметно. Несмотря на далёкое от оригинального название, заведение оказалось очень даже уютным и приятным. Этакий ресторанчик с террасой, весь отделанный деревом, с яркими акцентами в виде ковровых дорожек. На стойке, за которой нас встречала хозяйка заведения — улыбчивая розовощёкая нэйла, красовалась замысловатая резьба. Она же украшала стены и длинные лавки. Окна были оттенены бордовыми шторками, а на столах белели скатерти.

На улице уже смеркалось, но в «Окороках» сумрачно не было — из-за обилия светильников на стенах, в которых были заточены оранжевые лепестки пламени.

— Симпатичное место, — заметила я, опускаясь на лавку возле открытого окна.

— Сейчас ты попробуешь их пиво, и таверна покажется тебе ещё более симпатичной. А жизнь в целом — сказкой, — заверила меня Северина.

Сказка — это хорошо. Главное, чтоб не страшная. Расслабиться мне и правда не помешает. Поэтому я с энтузиазмом подтянула к себе кружку с пивом и, чокнувшись с подругами, отхлебнула немного хмельного напитка.

— М-м-м, какое вкусное, — аж зажмурилась от удовольствия и услышала у себя за спиной подозрительно знакомый голос.

— Дамы! Я буду вынужден похитить у вас эту красавицу.

Вскинув взгляд, увидела возвышающегося надо мной солдата.

— А с чего ты решил, что красавица желает быть похищенной?

— Даже если и не желает, то очень скоро у неё это желание появится. — Рас протянул мне руку и улыбнулся, заглядывая в глаза: — Ты ведь не откажешься от самого лучшего свидания в своей жизни, Мари?

— Какой самоуверенный! — хмыкнула я. — Откуда вообще узнал, что я буду в «Драных окороках»?

— В «Дрынных», — хихикнула Руни, сидевшая слева от меня.

Заметила, как Северина, покраснев, отвела взгляд, и всё поняла.

— Предательница, — сощурилась грозно.

— Меня заставили, — замахала она руками.

— Не заставили, а настойчиво попросили, — поправил её Рас, продолжая протягивать мне руку и улыбаться со свойственным немногим мужчинам магнетическим обаянием, против которого у слабого пола просто не было шансов.

А я порой бываю очень, очень слабой. А ещё падкой и податливой. Да и вообще, что-то мне подсказывало, что этот упрямец всё равно не отстанет.

А упрямец тем временем галантно коснулся поцелуем моей руки, ознаменовавшим мою полную капитуляцию и его сокрушительную победу:

— Ну так что, Мари, как насчёт самого незабываемого вечера в твоей жизни?