Глава 21

В этот раз Кристин не подозревала, что испытает нечто, в чем признаться не сможет даже Люси. Она вновь далеко от Динариума. Однако теперь твердо различает границы реальности и симуляции. Но, даже если это не симуляция – переживет. Впрочем… Таких мест на Застерии Кристин не видела, и если верить Гордону и тому, что показал, когда летали за пределы Динариума, в реальности не увидит. Так что это наверняка симуляция. Самая красивая из всех, что доводилось видеть. Если в прошлый раз мир был соткан из страха, который, наверное, и позволил найти выход из виртуала, то сейчас манит и притягивает, как полотно художника. Сначала Кристин шла через лес, где широкие кроны укрывают небо и солнечные лучи, подсвечивая, делают ее изумрудной. Настоящий лес, как в трехмерном кино. Только здесь реальные ощущения! Вот ветерок чуть холодит кожу и колышет волосы, а здесь пахнет земляникой. Настоящей земляникой! – Как в магазине органической еды… – мечтательно прошептала Кристин. – Или в отделе розоцветных в «Ботаник-сити»… Она неспешно двигалась, губы, помимо воли, растягивались в улыбке, когда проводила ладонью по кустам смородины. Время от времени на тропинку выглядывают еноты и зайцы, любопытные мордочки шевелятся, а глазки-бусинки блестят. Вокруг такое умиротворение, что Кристин едва не забыла, что это лишь иллюзия. Да. Иллюзия. Она это четко осознает, словно внутри нее кнопка, рычаг, позволяющий отделять зерна от плевел. Он всегда в ней был, просто прежде не замечала. Возможно поэтому, когда работала в «Ботаник-сити», она с легкостью отличала годные и негодные семена. Особенно, если голова не болела. А теперь она болеть перестала совсем. И даже без таблеток. Когда тропинка кончилась, Кристин оказалась у небольшой беседки, увитой плетущимися розами, когда вошла, обнаружила широкую постель. На белом, словно снег, покрывале красные лепестки, легкий ветерок колышет лозы, и лепестки время от времени слетают и кружатся вокруг беседки. – Вот это да… – выдохнула Кристин зачарованно. Такую красоту она видела лишь в трехмерных картинках и кино. А сейчас могла прикоснуться, ощутить всеми клетками кожи… – Кристин? – донеслось из-за спины. Она развернулась. На входе в беседку замер Гордон. Всегда гладко зачесанные назад волосы треплются на ветру, белая рубашка на груди расстегнута до половины и небрежно заправлена в джинсы. Он смотрит с легкой улыбкой, от которой по телу растекается тепло, бионический глаз переливается фиолетовым. – Что ты здесь делаешь? – спросила Кристин. – Кажется… это симуляция. Тебя тут не должно быть. – Почему? – спросил альтер, медленно приближаясь. – Если это симуляция, здесь может быть, что угодно. – Значит, и ты симуляция? – спросила она. Наследник оказался у нее за спиной, горячие ладони легли на плечи. – Или ты, – отозвался он. – Я? – Да. Его пальцы скользнули вниз по рукам, от чего Кристин охватила знакомая сладкая дрожь. Но она все же смогла сказать: – Я не симуляция. – Да? – горячо прошептал альтер ей на ухо, пуская мурашек по коже. – Откуда тебе известно? Кристин хотелось закрыть глаза и отдаться желаниям, которые буквально рвались на волю в присутствии альтера. Она произнесла чуть охрипшим голосом: – Не знаю. Но я не симуляция. Я настоящая. – Да? – Да… – Значит все ощущения, что испытываешь, тоже? – спросил Гордон, осторожно вытаскивая ей блузку из джинсов и запуская ладонь под ткань. От прикосновения наследника Кристин едва сдержала шумный вздох. Пальцы умело и нежно заскользили по животу, она задрожала. А когда поцелуй оставил на шее горячий след, не выдержала, из груди вырвался стон. Альтер усмехнулся. – Значит, настоящие? Ощущения. – Настоящие, – согласилась Кристин, чувствуя, как ноги становятся ватными. – А если я сделаю так? – спросил он и его ладонь поползла ниже, опускаясь в джинсы. Кристин задохнулась, когда горячие и ловкие пальцы проникли в трусики и коснулись самого заветного места. – Не скромно… – выдохнула она первое, что пришло в голову. Над ухом раздался смешок, альтер прижался сзади, и Кристин отчетливо ощутила его возбуждение. – Не скромно? – спросил он, одной ладонью лаская ее грудь, а другой играя с чувствительным бугорком между ног. От этих прикосновений Кристин выгнулась, прижимаясь ягодицами к нему и чувствуя, как по телу разливается знакомая истома желания. Какого-то неуемного, безмерного, даже не смотря на то, что это симуляция. Этот Гордон, скорее всего, не настоящий. Но… Как нежно скользят его ладони по коже, как сладко от этих прикосновений… Его поцелуи обжигают шею, плечи… – Нравится? – спросил альтер, стягивая с нее блузку. – Да, – ответила она, поворачиваясь к нему лицом. – А так? – спросил он снова и стал медленно опускать ей джинсы, покрывая поцелуями бедра. Кристин запрокинула голову, тяжело выдыхая. Наслаждение захватывало ее неудержимым потоком, бурной рекой, она даже не пыталась сопротивляться. Пусть симуляция, пусть что угодно. Но как же хорошо… От прикосновений Гордона сознание плыло и мир превращался в розовый кисель. Она с трудом отдавала отчет в действиях и в каком-то сладострастном полусне обвивала руками шею альтера, отвечала на жаркие поцелуи. Кристин ощущала приятную прохладу шелковых простыней, которые ласкают кожу, и пылкие объятия альтера. Отдавалась безудержному порыву, даже не пытаясь противостоять, забывая о нормах приличия и правилах поведения. И в то же время, она наблюдала за всем как бы со стороны. Словно существовало две Кристин – там, в теле, пусть и виртуальном, которое обвив ногами торс альтера извивается под ним и кричит от страсти. И другая – рассудительная и спокойная. Эта Кристин видит, это симуляция, прекрасный лес вокруг, волшебная беседка и горячий альтер в ней – не настоящие. Это приятно, как разноцветная феерия, но если что-то пойдет не так, она сможет отделить истину от лжи. А сейчас… Сейчас… Сейчас все так. И Кристин отдавалась моменту со всем исступлением и пылкостью, на какую способна. Пусть и в иллюзии. Гордон и профессор, тем временем, бегали по лаборатории, спешно переводя системы в режим повышенной мощности. Доктор Октавус едва не прыгал от счастья. – Вы понимаете! Понимаете, мистер Кит! – кричал он. – Неужели! Неужели! Гордону приходилось очень быстро менять мониторы и переносить данные, причем вручную, поскольку система оказалась не готова к такому обилию энергии. Срочно требовалось расширять хранилища, и альтер одной частью своего усовершенствованного мозга рылся в сети, спешно изучая перекодирование, а другой совершал его прямо на месте, рискуя в случае ошибки завалить весь проект. – Угу… – промычал он, вводя очередной пласт данных в новые файлы и отправляя на голограммные носители. Профессор притащил откуда-то здоровенную колбу, похожую на самовар. На месте, где должен быть носик, накручен многогранный шарик размером с теннисный мяч. – Концентратор, – пояснил он, отвечая на вопросительный взгляд альтера. – Разработал его в первую очередь. На случай, если все-таки удастся. Он сожмет матрицу и поместит в этот вот кристалл. Гордон с сомнением покосился на кристалл. – Не слишком маленький? – спросил он. – Видели, что творится на платформе? Над пластиной действительно бесновалось нечто невообразимое. Будто разразилась локальная гроза. Молнии озаряли лабораторию каждые две секунды, громыхало, как в настоящую бурю, а воздух заполнился запахом озона. Платформа время от времени подрагивала, и Гордон опасался, как бы не развалилась от перегрузки. Профессор ловко накрутил колбу-самовар на стойку недалеко от платформы и подключил к ней. Схватившись за красный рычаг на стойке, проговорил: – Этот кристалл из особых соединений, мистер Кит. Он выдержит нагрузку в пару мегаватт точно. Не самый большой объем, но… – Но и не самый маленький, – отозвался Гордон, взглянув на кристалл с чуть большим уважением. По сравнению с энергией, которую способен вместить, камешек просто кроха. – Если все получится, а я уже не сомневаюсь в успехе, – произнес доктор Октавус пылко, – изготовлю кристаллы на разные нужды и разных размеров. Компоненты не самые простые, но ради такого дела… – Вы их где взяли? – спросил альтер. Доктор отмахнулся. – На черном рынке у перекупщиков заказал, – оказал он. – Не суть. Важно, что оно работает! С этими словами доктор нажал рычаг. Лабораторию сотряс грохот, свет замигал, Гордон и профессор рухнули, холодный пол ударил в лицо. Альтер успел перевернуться и прикрыться от склянок и приборов, полетевших на него со стола. Озоном запахло еще сильнее, а в груди наследника екнуло. Он бросил взгляд на кушетку с Кристин, которая лежит с умиротворенной улыбкой, совершенно не подозревая, какой погром устроила. В следующую секунду он был рядом и прикрывал своим телом. – Доктор Октавус! – прокричал наследник. – Вырубайте свой агрегат! Профессор уже поднялся, покачиваясь от удара и растопырив руки. – Нет-нет, – отозвался он, приблизившись к колбе, – всё под контролем! – Каким контролем! Всю лабораторию тряхнуло! Вырубай говорю! Покачиваясь, как после большой дозы извиноля, доктор приблизился к колбе и наклонился. Та мерцает сиреневатыми переливами и исходит сиянием. Осторожно, словно боится повредить, он открутил кристалл и в обеих ладонях поднес к альтеру. – Вот оно… – вдохновенно произнес профессор. Свет мерцать как-то резко перестал, тряска успокоилась, а Гордон, наконец, воочию увидел мощь энергии, собранной из человеческого тела. Из человеческих эмоций. Правильных эмоций. – И этого хватит на… – проговорил альтер, приподнимаясь и все еще поглядывая на Кристин, такую же милую и довольную, как и несколько мгновений назад. Профессор ответил: – Конкретно этого хватит на… Скажем, на обеспечение работы одной заправочной станции для смарткаров. – Ого, – впечатленно отозвался Гордон. – И это только начало, – сбивчиво стал говорить профессор. – Вы понимаете горизонты, которые нам открываются? Вы понимаете? Это же безмерный кладезь энергии! Гордон сам подрагивал – все получилось! Его будоражило. Буря эмоций, которые всегда под контролем, всколыхнулась и захлестнула, едва не отключив ум – самое ценное, что есть у альтеров. Он тряхнул головой. – Да, я представляю, профессор. Прекрасно представляю. И вы должны молчать об этом, если не забыли. А то на радостях побежите трезвонить направо и налево. Вы помните о секретности проекта? Тот захлопал ресницами, все еще держа в руках переливающийся всеми оттенками фиолетового кристалл. – Я? Да… Конечно… Я помню, конечно же помню! – Тогда поместите матрицу в такое место, где она будет в безопасности. Вот, – сказал альтер и протянул доктору небольшую пластину. – Это вход в сейф на самом нижнем уровне. Профессор растерянно посмотрел на наследника. – Вы что же, не сами его туда отнесете? – спросил он изумленно. Гордон нахмурил брови. Отдавать кристалл не хотелось, но когда глядел на Кристин, сердцебиение учащалось, а тестостерон жег вены. – Я доверяю вам эту крайне важную задачу, – сказал он и посмотрел на профессора сурово. – Мне необходимо удостовериться, что с девушкой все в порядке. Лицо профессора вытянулось от изумления еще сильней. – Но… Судя по показателям, она в порядке. Нынешняя симуляция простимулировала ошеломительное количество дофамина и окситоцина. Уверяю, она на седьмом небе от счастья. Гордон скрипнул зубами. Он знал, профессор Октавус перепрограммировал симуляцию, когда понял, откуда лучше аккумулировать энергию. Но почему мысль, что к Кристин прикасается кто-то еще, пусть виртуальный и вообще не настоящий, вызывает неприятные, доселе неведомые ощущения? Хотелось ворваться в эту самую симуляцию, показать, что вот он, настоящий Гордон Кит, а остальное – ложь и провокация. И сейчас он продемонстрирует все, что… нужно продемонстрировать. Поймав себя на этих мыслях, альтер ужаснулся. Эмоции, всегда подвластные таким как он, управляемые и четкие, все гормоны – всегда подчинялись его мощному сознанию. Сейчас же охватывало молчаливое бешенство, едва думал, что кто-то может приблизиться к Кристин. И хотя профессор сказал, что превращение альтера в ферокса не возможно, все равно не по себе. Гордон быстро проверил свои реакции, перенес внимание на работу, девушек из агентств, переговоры… Нет, там все, как прежде. Четкий, холодный ум, грамотная расчетливость, спокойствие и лед. Но стоит подумать о Кристин, в голове что-то переключается, возникает желание быть рядом, защищать. Он тряхнул головой, чтобы как-то уравновесить состояние, проговорил: – Вы правы профессор. Лучше сам отнесу. – Да-да, конечно, – спешно согласился доктор, кивая. Альтер бросил короткий взгляд на Кристин, внутри все сжалось от смешанных чувств. Чувств, которые не испытывал никогда и теперь не понимал, что с ними делать. – Проследите, чтобы ее доставили в бокс для отдыха. Хотя… нет. Отправьте сразу в башню. Думаю, там будет комфортней. Он не стал добавлять, что лучше ей быть подальше, пока он будет уравновешивать гормоны и пытаться разобраться с реакциями. Затем сунул пластину-ключ обратно в карман и, резко развернувшись, направился к выходу.