Глава 10

Ник Вейс

Я едва сдержался, чтобы не заскрежетать зубами. Лучше бы королева и дальше меня тихо ненавидела. Но нет, она сменила тактику. Там, в купальне, делала все, чтобы смутить и привлечь к себе внимание. Решила, что её формы интересуют меня больше, чем собственное задание? Как глупо. Формы, конечно, были неплохи, но к ним прилагался дурной нрав и опасный ум. Не та смесь, которая меня заинтересует. В том, что никогда не стану связывать себя отношениями, я убедился лет в шестнадцать. У моего наставника была любимая женщина. Он скрывал её, как мог, но я, конечно, знал, потому что постоянно находился при нем. А потом её нашли и убили. Те, кому наставник перешел дорогу. Конечно, он отомстил, но разве это вернуло к жизни его возлюбленную? Нет. Он и сам вскоре умер. Так и не смог справиться с тем, что случилось. Тогда и я понял, что привязанности делают человека уязвимым, и с моей профессией нельзя позволять себе лишние чувства. В итоге все равно конец будет один: гибель.

Да, были девушки, к которым я испытывал симпатию, но после нескольких встреч, стоило почувствовать, что они начинали занимать особое место в моей жизни, я сразу же рвал с ними отношения. Впрочем, и один надолго не оставался. Невозможно постоянно жить в напряжении, иногда нужно и расслабиться. А потом началась Изельгардско-Литонская война, и после неё во мне что-то умерло. Я полюбил одиночество. Так было проще, гораздо проще. И напряжение исчезло, потому что нечего было бояться. Смерть? Я уже умирал. Усилиями друга остался на этом свете, но иногда думал, что лучше бы ушел. А ничего другого, кроме смерти, мне не грозило.

И уж точно я не ожидал, что вздорной королеве удастся ненадолго выбить почву из-под ног. Пустить к себе в купальню постороннего мужчину! Щеголять в одной мокрой сорочке? Я держался ровно до того момент, пока Бранда не упала в мои объятия, а затем позорно сбежал. Полночи тренировался, чтобы привести в порядок мысли, и еще полночи вынашивал план мести. А утром достал любимую форму и пошел тренировать гвардейцев. Конечно, их перекошенные лица тоже дорогого стоили, но я ждал главного зрителя, и дождался. Её величество явилась на балконе и едва сдержалась, чтобы с этого балкона спрыгнуть и вцепиться мне в лицо. Я почувствовал себя достаточно отмщенным и продолжил тренировку, а Бранда бежала с поля битвы.

Да, все это было глупо. Я прекрасно понимал, что приехал не за этим, но пока что во дворце царила тишь да гладь, и можно было немного поиграть в кошки-мышки. Оставалось надеяться, что её величество урок усвоит и оставит меня в покое. Возможно, было бы проще привязать её к себе — женщины откровенны с теми, к кому испытывают симпатию, но это были не мои методы. Если бы Осмонд надеялся на подобный исход, ему бы следовало избрать другого посланника.

После обеда в занятиях маленького короля случился перерыв. Что ж, вот и настало время научить мальчишку хоть чему-то полезному на практике, а не в теории. Мы вышли в тот самый внутренний дворик, где утром я гонял стражу. Сейчас здесь было пусто, и нам никто не мешал. Караульным я приказал оставаться во дворце.

— Зачем мы здесь, Ник? — с любопытством спрашивал Ил, осматриваясь.

— Поиграем немного, — ответил я. — Попробуешь меня догнать?

Прежде, чем давать мальчишке в руки оружие, надо было укрепить его тело. Упражнения — упражнениями, их очередь тоже придет, но для начала следует определить, на что он способен и с чего нам начать.

— Давай. — Мигом согласился Илверт. — Только не поддаваться!

— Ни за что, — заверил его и побежал. Конечно, не быстро. Ровно настолько, чтобы в игре сохранился смысл. Но и не медленно, потому что поддаваться не собирался. Вот только Илу удалось меня удивить. Он легко помчался за мной, но вместо того, чтобы следовать по пятам, задумался на мгновение — и бросился наперерез. Я ушел в сторону, но Ил и тут не растерялся. Он отступил назад, резко повернулся — и схватил меня за руку.

— Так считается? — спросил он, и только дрожь в голосе выдавала, что немного запыхался.

— Считается, — кивнул я. — Кто с тобой занимался?

Он отрицательно качнул головой. Либо не хочет выдавать, либо занимался сам. Видел ведь он, как тренируются гвардейцы. Ил был умен не по годам, я уже это понял, только наивен. Он все еще верил в доброту людей.

— А теперь ты меня поймай!

Этот демоненок крутнулся на месте и помчался со всех ног. Я, в отличие от него, никаких приемов применять не стал, наслаждаясь возможностью размять ноги и почувствовать себя живым и свободным. Конечно, я его поймал, но это было не так просто, как рассчитывал.

— Меняемся?

Еще один круг гонки. Теперь уже я был готов, что просто не будет. Зато Ил сменил тактику. Я почти сразу заметил, что он заманивает меня ближе к стене, туда, где маневрировать станет сложнее. Вот маленький прохвост! Подхватил его на руки и перевернул головой вниз. Мальчишка радостно засмеялся и забрался ко мне на шею.

— Поймал, — довольно сообщил он.

— Кто кого?

— Ты меня, конечно. Еще?

— Эй, вы что там делаете? — раздался грозный окрик.

А вот эту зрительницу я не ждал. Успел убедиться, что её величеству плевать на сына. Бранде было все равно, что он делает и где бывает. И почему она примчалась сюда? А потом дошло… Мартин Фейн. Вот кто мог доложить королеве о незапланированных тренировках. Мартин, у которого на меня большой зуб. И ведь знает, что Бранда не даст свернуть ему шею. Ничего, в следующий раз приглашу Марти потренироваться вместе с нами. Я опустил Ила на землю, и он вцепился в мою руку.

— Мы тренируемся, ваше величество, — ответил я уже спокойно.

— Что-то не похоже на тренировку, — ответила королева. Её глаза метали молнии.

— А на что похоже? — поинтересовался я.

— Вы дурачились, — ответила Бранда таким тоном, будто мы принесли её любимчика в жертву богу Уруну.

— Даже если и так, что?

— Ваше величество, — Бранда поняла, что меня не проймет, и занялась сыном, — скажите-ка, у вас мало обязанностей?

— Нет, матушка, — тихо ответил король.

— Тогда почему вы маетесь глупостями вместо того, чтобы учиться или заниматься государственными делами?

— Потому что король должен уметь не только ставить свою подпись на документах, — вмешался я, — но и защитить себя в случае нападения. Вам ли этого не понимать, ваше величество?

Видят боги, я не имел в виду её супруга, но Бранда вдруг побледнела, как полотно.

— Что вы себе позволяете, лер Вейс? — процедила она. — Будете учить королеву, как воспитывать наследника престола?

— Я не…

— Молчать, когда я говорю!

А вот теперь она была в ярости. По-хорошему, следовало закрыть рот, но мне все же хотелось объяснить, что ругать Илверта не за что. А если у её величества выдался плохой день, сын в этом не виноват.

— Это была тренировка, — все равно сказал я. — Но в семь лет сразу давать полную нагрузку глупо.

— А вы часто имели дело с детьми, лер Вейс?

— Нет, но…

— Да замолчите же вы! Я не позволю оскорблять меня на глазах собственного сына. — Бранда сжимала кулаки в бессильной злобе, потому что не могла победить меня иначе. Она это понимала, понимал и я. — Стража!

А вот это уже интересно. Я насторожился. Не пришлось бы голыми руками отбиваться от охраны.

— Лер Вейс вел себя непочтительно по отношению ко мне и моему сыну, — холодно сказала Бранда. — Двадцать плетей.

В моей жизни бывало всякое. И хорошее, и плохое. Но минуты, когда самоконтроль летел к демонам в пасть, я мог пересчитать по пальцам. Сейчас, кажется, была одна из них. Стражники бросились на меня. Я инстинктивно закрыл собой Илверта, потому что мальчишка уже испугался насмерть.

— Беги во дворец, — шепнул ему, зная, что это развяжет мне руки.

Ил кивнул и скрылся за ближайшей дверью, а я замер перед стражниками.

— Ну, чего вы ждете? — подгоняла Бранда.

Видимо, этих слов и ждали, потому что бросились на меня — шестеро против одного. Я не хотел никого ранить, но мне не оставили выбора. Первого схватил за шкирку и кинул под ноги второму. Тот споткнулся и полетел носом в землю, а я уже поднырнул и столкнул лбами третьего и четвертого так, что у них искры из глаз посыпались. Второй успел приподняться, поэтому я кинул их сверху, и тот снова растянулся на земле. Пятый оказался умнее. Он попытался обойти меня слева, пока шестой отвлекал справа. А вот напали они на меня одновременно. Я сел и откатился назад, потом так же резко подскочил и ударил обоих одновременно так, что они украсили собой живописную картину на площадке.

— Вы хоть понимаете, что вас теперь ждет, лер Вейс? — холодно поинтересовалась Бранда. — Вы ослушались моего приказа, напали на стражу. Я могу вас казнить.

— Казните, — ответил я. — Но сами будете объяснять его величеству, за что. А если со мной что-то случится, в Изельгард отправится очень подробный отчет о том, как вы правите вверенной вам страной, ваше величество. И поверьте, реакция Изельгарда вам не понравится. Думаю, для Илверта найдется куда более мудрый регент.

Бранда искусала губы в кровь. Она не знала, что со мной делать. Я же отряхнул запылившуюся одежду и пошел к ней.

— Что вы делаете? — спросила она.

— Направляюсь на свое место службы, — ответил, проходя мимо. — И уберите своих шавок, пока не проредил их ряды.

— Не нападать! — зазвенел голос Бранды. — Пусть идет.

Мудрое решение. Она только что сохранила жизни шести мужчинам, которые всего лишь пытаются исполнить глупый приказ. Но я никому не позволю унижать меня. И следов от плети на моей спине более, чем достаточно. А если её величество возжелает настоящей войны, я готов её предоставить. Только, боюсь, королеве не понравится.

Ил ждал меня в своей комнате. Бледный, трясущийся.

— Ник! — кинулся ко мне, стоило появиться на пороге. — Ты цел?

— Конечно, ваше величество, — улыбнулся ему, хотя по-прежнему хотелось крушить все вокруг. — Ваша матушка признала свою ошибку и, будем считать, извинилась.

— Ты напугал меня. — Мальчик усадил меня на диван и устроился рядом. — Но я не понимаю, почему мама так разозлилась.

— Потому, что была неправа и не хотела этого признавать, — ответил я. — Не забивай голову, Ил. Завтра мы продолжим тренировки. Тебе надо стать сильнее, чтобы управлять Литонией твердой рукой.

— А если мама снова будет против? — не унимался он.

— Не будет, — ответил я.

И спрашивается, почему разозлился? Знал ведь, что собой представляет королева Бранда. И все равно ярость затмила разум. Плохо. Надо лучше держать себя в руках. Вечером пойду, проведаю отца. Это всегда действует успокаивающе. А пока что я проводил Илверта на очередное занятие и проверил караул. Все были на месте, даже проклятый Фейн. А вот с ним надо что-то делать. Понятно, что Бранда поручила своему любимчику следить за мной. Что ж, вот кто точно получит удвоенные тренировки, чтобы до постели её величества добирался только ползком.

Фейн поглядел на меня угрюмо. Я же одарил его таким взглядом, что фаворит королевы сделал шаг назад. Не будь за его спиной стены, может, и вообще бы убежал, теряя сапоги. До вечера меня больше никто не трогал. Я встретил короля после занятий, убедился, что он лег спать, и ушел из дворца. Снаружи разыгрался настоящий буран. Мело так, что я едва видел собственные руки, но и оставаться во дворце не мог.

Хотелось содрать с себя этот день вместе с кожей. Давно со мной такого не бывало. Наверное, с тех пор, как разыскивал солдат Изельгарда, ставших рабами в Литонии. Тогда я видел всякое, путешествуя из края в край по стране и стараясь отыскать тех, кто пока еще был жив и в своем уме. Увы, их оказалось слишком мало. Да, Бранда стала настоящей литонкой. Это не должно было меня заботить, но заботило. И стоило признать, что из-за Илверта. Сейчас он был слишком маленьким, а значит, уязвим. И мне не хотелось, чтобы этот славный ребенок превратился в подобие своей матери. Или, еще хуже, отца.

В кабинете отца светились окна. Я поднялся по лестнице и постучал, хотя пару дней назад думал о том, что надо бывать тут как можно реже.

— Ники!

Вот кто искренне был рад меня видеть. Папа сидел над бумагами, что-то выписывая на отдельный лист, но при моем появлении поднялся и крепко обнял забредшего в гости сына.

— Не думал, что ты придешь в такую погоду, — сказал он. — Самарин весь замело.

— Я хотел увидеться с тобой.

— Идем.

Мы прошли в гостиную. Отец кликнул служанку, и вскоре она принесла ароматный чай. За окнами выл ветер, в камине потрескивали дрова. Именно то, что нужно, чтобы отдохнуть.

— Мне не нравится твое настроение, сын, — сказал Мейр. — Что-то случилось во дворце?

— И да, и нет, — невесело улыбнулся я. — Королева всерьез решила меня извести, а я не пойму, что с этим делать. Сражаться с женщиной некрасиво и недостойно мужчины. А не сражаться — и она меня сожрет.

Отец тихо рассмеялся.

— Как же ты еще молод, мой мальчик, — сказал он. — Да, такую женщину, как её величество, лучше иметь в союзниках, чем во врагах.

— Не получается. Она специально выводит меня из себя. Конечно, я не поддаюсь, но сегодня чуть не сорвался, когда она натравила на меня стражу и приказала всыпать плетей.

Отец нахмурился.

— И за что? — поинтересовался он.

— За то, что учу юного короля защищать себя, папа. Политология и география — это, конечно, хорошо, но если на мальчика нападут, он должен постоять за себя.

— Ты прав, сынок. Неужели Бранда этого не понимает?

— Мне кажется, Бранда сама не знает, чего хочет. И что мне с этим делать?

— Успокоиться. — Рука отца опустилась на плечо. — Я не узнаю тебя, Ники. Где твоя хваленая выдержка? Неужели одной взбалмошной королеве удалось то, что не удалось всей армии Литонии?

— Я не знаю, — качнул головой. — Сам удивился. Но ты прав, надо успокоиться, и все встанет на свои места. Что там с Веранией?

— А вот об этом я собирался тебе написать. — Отец мигом посерьезнел. — Через неделю начнутся зимние королевские балы. И её величество согласилась принять посольство Верании. Мне это не нравится, Ники. Будь осторожен и слушай внимательно.

— Хорошо, я понял.

Действительно, новости не радуют.

— Я знаю, что тебе тяжело во дворце, Ник, но ты справишься, — сказал Мейр. — Вообще, тебе стоит примириться с королевой и сохранять холодный нейтралитет.

— Я постараюсь, отец, — пообещал ему.

Действительно, стало спокойнее. Из особняка Мейра я выходил умиротворенным и холодным, как клинок. Отец был прав. Не время ссориться с Брандой. Мне нужно узнать, что она затевает за спиной Осмонда. И если для этого надо примириться с королевой, я примирюсь. Но когда судьба спрашивала о наших планах?