Глава 33

Айк проснулся поздно. Нита все еще дремала у него на груди, рассыпав огненные волосы, как солнечные лучики. Айк взял одну из прядок, улыбнулся и поднес к губам. Это была волшебная ночь. Только стоить могла слишком дорого. Но поздно думать о цене. Сейчас надо разобраться в другом. Он осторожно выбрался из объятий жены и подошел к окну. День выдался морозный и солнечный. Прекрасный день для казни. А Айк еще не решил, стоит ли мешать Бранде извести своего любовника. Что будет, если Вейс умрет?

И перед глазами снова встали войска Верании на улицах города. Их было много, слишком много. А если остается жив? Столица все равно горела, но войск почти не было. Просто люди, которые суетились вокруг пылающего дворца, рассыпались горошинами по улицам. Меньшее зло. Но Айку уж очень хотелось насолить Бранде. И все-таки… Он уважал Белого Лиса и не желал, чтобы тот так глупо сложил голову. И Илу Ник был нужен. А Ил тоже был нужен… для своего часа.

«Ты не спишь?» — мягкие ладошки Ниты опустились на плечи.

— Я думаю, любовь моя, — усмехнулся Айк. — Вопрос о гибели Бранды все еще остается открытым. В данной истории куда более важным является то, выживет ли Ник Вейс. А вот королева… Королева должна все-таки умереть.

«Они любят друг друга, Айк. — Нита отвечала с грустью. — Неужели для них нет способа остаться вместе?»

Эйш закрыл глаза. Был, был один способ, но почти на грани, и если Вейс ухватился бы за него, то в том, что Бранда откажется, Айк почти не сомневался. Но, как ни странно, это был единственный вариант, при котором и королева оставалась в живых, и Вейс, и страна стояла там, где стоит.

— Вариант есть, — сказал он супруге. — Только, боюсь, спесь Бранды не позволит ей принять правильное решение.

«А если подтолкнуть?»

— Если подтолкнуть… Все равно не думаю, что это возможно.

«А если ты постараешься?»

— Шутишь? — обернулся Айк.

Нита не шутила. Она стояла и улыбалась, светлая, солнечная, чужая в его судьбе — и единственная.

«Ник и Бранда любят друг друга, как и мы, Айк. Пожалуйста».

— Хорошо, — склонил голову Эйш. — Я постараюсь. В конце концов, это лучше, чем убивать её своими руками. Пусть Вейс забирает свою королеву, если выживет.

«Люблю тебя», — Нита обвила руками его шею и поцеловала.

— Если ты так продолжишь, любовь моя, Вейс лишится головы, — усмехнулся Айк. — До казни осталось всего пару часов.

«Какой казни?» — подпрыгнула Нита.

— Бранда, в лучших традициях, собирается лишить любовника головы. И если я сейчас же не отправлюсь во дворец, это обязательно произойдет, потому что лер Вейс, как благородный мужчина, согласен умереть ради безопасности любимой женщины.

«Иди немедленно».

Нита подтолкнула Айка в спину.

«Ну же!»

— Лечу, любовь моя, — ответил Эйш. — А ты прикажи прислуге собирать вещи. Скоро мы уезжаем домой.

Айк быстро умылся, оделся и выехал из особняка. Экипаж катился слишком медленно, и Айк уже жалел, что не пошел пешком. Так действительно можно опоздать. Но чем ближе нависала громада дворца, тем тревожнее становилось. Почему? Эйш приблизительно понимал, что должен сделать — остановить казнь. Но когда понял, как, увиденное ему не понравилось. Тем не менее, других вариантов не было, и он, оставив экипаж неподалеку от дворца, поспешил к Илверту.

Мальчик как раз выходил из учебной комнаты. Он казался чем-то расстроенным. Хотя, почему чем-то? Его любимый наставник куда-то исчез. Вряд ли Бранда сказала сыну, куда именно.

— Доброе утро, лер Эйш, — просияло лицо мальчика при виже Айка, и Эйшу вдруг стало стыдно. Использовать ребенка для достижения цели? Скверно, но необходимо. А что Илу будет больно… Ему будет куда больнее, если Лис умрет.

— Доброе утро, ваше величество, — поклонился Айк. — Не будет ли слишком дерзким с моей стороны попросить вас уделить мне пару минут?

— Конечно, — легко кивнул Ил. — Прошу.

И толкнул дверь кабинета. Стража осталась снаружи, и стоило Айку закрыть за собой дверь, как Ил бросился к нему.

— Что происходит? — тараторил он. — Где Ник? Почему никто ничего не говорит?

— Тише. — Айк перехватил мальчишку. — Я сам все расскажу, ваше величество. Дело в том, что лер Вейс арестован.

— Что? — Ил замер. — Я так и подумал. Он бы ни за что не уехал, не попрощавшись со мной.

— Вы проницательны не по годам. Но дело в другом. Через полчаса лера Вейса казнят за предательство Литонии.

— Нет! — замер мальчик. — Нет, мама не могла! Почему?

— Потому, что в политике все средства хороши.

— Отвезите меня туда, лер Эйш, пожалуйста! Я король, я имею право голоса!

— Мудрое решение, ваше величество, — улыбнулся Айк. — Вы не просто имеете право голоса. Я бы сказал, только вы и имеете. Идем?

Айк оглянулся по сторонам, и вмесо того, чтобы вывести Ила через дверь, нажал на панель в стене, и открылся проход. Мальчишка смотрел на него огромными глазами. Что ж, у дворца свои секреты.

— Так и будете стоять столбом, ваше величество? — насмешливо спросил Айк.

— Нет, — упрямо ответил Илверт, как никогда напоминая отца. — Ведите, лер Эйш.

***

Бранда

Мне хотелось умереть. Именно так я чувствовала себя, пока карета катилась по улицам Самарина к месту казни. Если умрет Ник, почему мне нельзя с ним? Но я должна была жить и расквиваться с теми, кто посмел выступить против нас. Ожидала, что появится палач, но Лерт так и не пришел. На площади будет орудовать другой мастер, Лерт занимался пытками, но не казнью. Марти ничего не сказал? Это вряд ли. Видимо, у моего тайного союзника другие планы.

Карета остановилась. Я вышла, гордо расправила плечи и прошла через ряд придворных. Они, наверняка, думают, что стали свидетелями очередного моего торжества. А на самом деле — поражения. Я проиграла, но собиралась обернуть поражение победой. Пусть не сейчас, но потом — обязательно.

Ники… Хотелось рыдать и рвать на себе волосы, но как и сказал Ник, поплачу потом, во дворце, когда никто не увидит моих слез. Прости меня, любовь моя. Пусть веселятся, стервятники. Последний ход будет за мной.

Я села в кресло и махнула рукой. Загудели трубы, забили в барабаны. Тошнота подкатила к горлу. Спокойно. Надо оставаться спокойной, иначе проиграю.

На эшафоте появился палач. Он поигрывал мускулами на потеху толпе. Казнь — чем не развлечение? А я старалась не слушать список преступлений Ника. Но когда его толкнули на эшафот, едва сдержала крик. Закусила губу, чтобы ничем не выдать своих эмоций. Ники, родной мой, любимый. Он был очень бледным, но держался достойно. Бинты исчезли, и я видела вязь свежих шрамов, окутывающих правую руку. Самое забавное, что шрамы составляли единый узор, и на руке у Ника красовалась кровавая змея, мирно опустившая голову ему на плечо. Не змея, змей. Если бы шрамы зажили, остался бы белый змей. Да, Лерт постарался на славу, я оценила его «подарок». Только Ник, наверняка, не успеет.

— Хотите что-то сказать, лер Вейс? — обратился к нему палач.

— Я невиновен, — ответил Ник, не глядя на меня.

— Все так говорят, — шепнул кто-то рядом. Жаль, не видела, кто, а то список врагов вырос бы на одного человека.

Ник все-таки повернул голову. Мы встретились глазами, и сердце забилось где-то в горле, а комок, казалось, навсегда лишил способности говорить. Что я делаю? К демонам советника!

— Приступайте.

Не узнала собственного голоса. Ник опустился на колени. Он улыбался, а я закрыла глаза.

— Приказываю вам остановиться! — раздался звонкий голос, который совсем не ожидала услышать. Открыла глаза, чтобы увидеть, как люди расступаются, будто волны моря, образовывая проход, а к эшафоту уже подходит мой сын в сопровождении Айка Эйша. Ну, лер Эйш!

— Ваше величество, — склонились палач и стража.

— Немедленно остановите казнь, — отчеканил Илверт, сжимая кулачки. — Сейчас же. Приказ короля.

— Ваше величество, перед вами — заговорщик, — октуда-то слева появился лер Таббат. — Интересы королевства должны стоять выше интересов личных. Да, моя королева?

— Да, — просипела, не понимая, что происходит.

— Вы рискнете пойти против своего короля?

Я не сразу поняла, что случилось, только вдруг ясное небо заволокло тучами.

— Ил, не надо! — испуганный голос Ника.

А Таббат вдруг истошно закричал и упал на колени, прикрывая руками голову. Я едва их видела — десятки теней, которые вдруг заполонили площадь. Они были повсюду, тянули руки к живым людям, постепенно обертая плоть. Кто-то узнавал их, кто-то кричал так же жутко, как Таббат, катавшийся по земле, а его одежда превращалась в лохмотья. Брызнула кровь.

— Остановите казнь! — крикнула я. — Вы слышали? Его величество приказал помиловать Ника Вейса. Это решение короля.

Поискала глазами палача, но его не было. Сбежал? Выглянул лучик солнца, тучи рассеялись, будто их и не было, а я, плохо понимая, что делаю, уже спешила к сыну. Ил так и стоял у эшафота, постепенно приходя в себя. Он будто не мог поверить, что призвал все эти сущности.

— Как ты, милый? — опустилась перед ним на колени, пачкая платье.

— Пусти, — дернулся Ил, но я все равно обняла его за плечи, привлекая к себе.

— Давай поговорим во дворце, хорошо? — попросила тихо.

Но Ил вдруг вырвался и уставился куда-то за мое плечо. Я подозревала, кого он там видит. Обернулась, но никого не разглядела. Если его отец и был здесь, мне он не показывался.

— Что? — вдруг округлились глаза Ила. — Это неправда. Это неправда!

Его крик полетел над площадью. Люди шушукались. Они не понимали, что происходит.

— Ил, пойдем, милый, — протянула к нему руки.

— Не прикасайся ко мне, — вырвался сын и отступил назад, к Айку Эйшу. — Никогда больше ко мне не прикасайся!

— Что ты говоришь такое? — Я тоже не понимала, а изнутри поднималась боль.

— Это ты! — Ил перешел на крик. — Это всё ты! Ты убила папу. Я ненавижу тебя, мамочка! Я так тебя ненавижу!

— Ты бредишь. — Я почувствовала, как кровь отлила от щек.

— Не приближайся ко мне. Никогда!

Ил забился в истерике. Слезы градом катились по его щекам. Я хотела его успокоить, но не могла и шагу к нему сделать, будто нас разделила стена. Зато к нам наконец-то прорвался Ник. Он подхватил Ила левой рукой, прижал к себе, и мальчик обвил его шею.

— Все хорошо, — шептал Вейс ему на ухо. — Всё хорошо, слышишь? Идем отсюда.

— Экипаж ждет, — раздался голос Эйша, о присутствии которого я почти забыла. — А вам, ваше величество, лучше ехать во дворец отдельно. А то еще призрак мужа придушит вас. Ил сейчас не в состоянии его контролировать.

И попытался забрать у Вейса ребенка, но тот только взглянул грозно и пошел прочь. Айк поклонился мне и догнал Ника. А я так и стояла на месте, не понимая, что происходит и что мне с этим делать.

— Ник Вейс — наставник моего сына, — обернулась к притихшей толпе. — У Илверта постепенно пробуждается магия, и это непростой процесс, вы сами могли убедиться. Его величество помиловал лера Вейса, так что казни не будет. Мое слово.

И пошла прочь, туда, где ожидала карета.

— Ваше величество, — у самой дверцы догнал меня Дарс. — Как же так? Вы обещали… Вы забыли?

— Вы разве не слышали своего короля, лер Дарс? — холодно спросила я. — Его величество приказал вам отступиться. Или будете угрожать убить и его?

И села в карету. Заскрипели колеса, а меня будто окутал холод. Нельзя сейчас думать о том, что произошло. Только в ушах все громче звенел детский крик: «Я ненавижу тебя, мамочка!» И было так невыносимо больно, что я кусала губы в кровь. Мой сын ненавидит меня. Мой сын всё знает. О том, кто убил его отца. И теперь знает не только он. Сейчас мне нужно собрать верных людей, потому что такие, как Дарс, точно попытаются обернуть ситуацию в свою пользу. А еще надо обезопасить Ника. Это не его война. И если он останется, будет только хуже. Я не справлюсь. Сейчас не время думать о наших чувствах. Надо побеспокоиться, чтобы все мы остались в живых.

Я вышла из кареты. Стражники провожали меня нечитаемыми взглядами, а в кабинете ждал посетитель, который не нашел для меня времени утром.

— Здравствуйте, ваше величество, — поклонился палач Лейт. — Слышал, казнь не состоялась?

— Да, мой сын помиловал лера Вейса, — ответила я, присаживаясь напротив гостя.

— Мудрое решение, моя королева. А его величество, без сомнения, станет великодушным королем.

— Вы пришли расточать мне комплименты? — тихо спросила я.

— Нет. Конечно, нет. Я пришел доложить о результатах допроса лера Фейна. Мы с ним говорили по душам всю ночь. — И глаза Лейта довольно блеснули. — Так вот, лер Фейн, глубоко раскаиваясь, сознался, что из любви к вам вступил в сговор с советником Дарсом и дознавателем Таббатом. Он считает, что эти люди заключили договор с Веранией, чтобы лишить вас престола и усадить на трон более удобного регента. Например, лера Дарса. Они же и передали письма, которые были спрятаны в кабинете лера Вейса прислугой. Какие будут приказания, моя королева?

— Стража! — крикнула я, и когда в комнату вошли гвардейцы, скомандовала: — Немедленно задержать советника Дарса и дознавателя Таббата по обвинению в государственной измене. Лер Лейт, допросите обоих и выясните, кто еще замешан в заговоре. Исполнять!

— Слушаемся, ваше величество, — поклонились гвардейцы и выбежали из комнаты, а Лейт на мгновение задержался.

— Что-то еще? — устало спросила я.

— Фейн. Что с ним делать? Боюсь, в результате нашего… общения он слегка лишился рассудка.

— Пусть гниет в подземелье, — ответила я.

— Я понял вас, ваше величество, — склонил голову палач. — И скоро вернусь с новостями.

Я осталась одна. Только тогда рухнула в кресло и закрыла лицо руками. Сегодня все решится, но меня мало волновала Литония. Меня волновал мой несчастный сын, который теперь всегда будет меня ненавидеть.