Глава 30

Анмар

В ожидании сегодняшней ночи, все пятеро Верховных были на взводе. Предвкушение и страстное желание бурлило в венах горячей лавой. Но сильнее этих губительных сладких чувств было лишь опасение.

Ещё ни у одной женщины за всю историю Андрагаста не было сразу столько могущественных мужчин, и мы боялись того, что будет после слияния всех наших энергий в одной очаровательной иншалли́.

Навредить девушке мы не могли бы ни физически, ни психологически, ни магически, но изменения, которые последуют за нашей связью, могут её спугнуть. Тем более, Ария дала нам понять, что к таким переменам готова не была и, в целом, откровенно им противилась.

Проблема в том, что нас с ней связывали не только метки, но и чувства, которые она так старательно игнорировала и которые даже сейчас, до закрепления связи, посылали по всем шестерым мучительные сладкие импульсы.

Мы опасались того, что сила связи обрушится на неё слишком тяжким грузом, и тогда никто из нас уже не сможет её остановить. Обычная женщина не смогла бы разорвать узы истинных ни за что на свете. Но наша иномирянка — Королева, и ей такое вполне под силу. В чём мы никогда ей не признаемся.

Но основа магии — эмоции. И даже со своей неосведомленностью девушка может простой, но мощной вспышкой негативных чувств обрубить одного или же нескольких из нас. К кому она почувствует искреннюю ненависть, с тем связь исчезнет в то же мгновение, как это чувство всколыхнется глубоко внутри.

Мы должны были сделать всё правильно. А потому, как самого уравновешенного и терпеливого, первым отправят меня.

И, о, Корх, как же кшарски сильно я нервничал!

А ещё это изводящее чувство необъяснимой тревоги…

Я видел, как остальные воины с трудом сдерживают себя, чтобы не нависать над Арией мрачной тенью, обеспокоенные её безопасностью. Мы пообещали дать ей время полнейшего уединения и не могли нарушить своё слово.

Бадиор, что возвращался с патруля восточной границы Андрагаста, не удержавшись, позволил себе маленькую шалость, и сейчас, наматывая круги по залу переговоров, едва сдерживался, чтобы не вернуться. Его звериная сущность и горячая кровь сводили его с ума, но никто из нас не мог отнять у неё последний день полнейшей свободы.

Поэтому мы терпеливо ждали, пригвожденные к тяжелым кованным стульям за длинным узким столом.

Так давить на свою иншалли было неприятно. Ни одному нормальному мужчине, тем более, воину не понравится принуждать девушку к близости. Но мы не могли прийти к спокойному и размеренному развитию отношений, пока инстинкты затуманивали разум. Женщины Андрагаста это знали, Ария, живущая в своём мире иными принципами, сопротивлялась. Её жизнь с нами больше не казалась бы ей такой неправильной, будь мы сейчас связаны. Всё встало бы на свои места, и она смогла наслаждаться своей свободой, которую, вопреки её опасениям, никто отбирать у неё не собирался.

Драккар, что всё это время каменным изваянием стоял у окна, внезапно напрягся. Его длинный черный плащ заходил волнами от взбесившихся сгустков тьмы, что вздымались над его телом тёмным паром. Его налитые смертью глаза резко переметнулись на огромные двойные двери, которые в следующую секунду с грохотом отворились.

И он, однозначно, уже знал, что произошло, поэтому смотрел на влетевшего калипсо с нарастающей злостью.

«Арррия исчезла из сада. Она проигнорировала все мои попытки сссвязаться с нею».

Его шипяще-рычащий голос раздался в наших головах подобно раскату грома. Взволнованные вихри тьмы тёмными лентами выплясывали в пространстве вокруг нас.

И, хоть это и было в стиле нашей иншалли́, никто не ожидал, что она попробует снова что-то провернуть именно сегодня. Она пообещала.

И нарушенное слово выводило из себя ещё сильнее.

Девушка не была воином, но это не освобождало её от ответственности за слова и поступки.

Вскакивая на ноги, мы прислушались к связи внутри нас, пытаясь достучаться до своей иншалли. Но Королева старательно оградилась от нас, возводя глухую стену. Мы всё ещё чувствовали её, ощущали, как она отдаляется, но связаться не могли, что бы ни делали.

Ярость Драккара была воистину ужасающим явлением. В такие моменты он был похож на заколдованную статую, что хранила в себе мощный древний артефакт. И сейчас эта статуя дала трещины, через которые пробивалась неукротимая разрушающая сила того самого артефакта. В его глазах плясала тёмная душа Корха, и с каждым резким кульбитом тьмы под плащом некроманта над Андрагастом взрывалось небо.

Воин собирался броситься вслед за Королевой — это было очевидно. Его кожистые крылья трепетали за спиной, отбрасывая от себя ошметки одежды.

Чувствуя эмоции своего хозяина лучше всех присутствующих, Тершейра испуганно сжалась в углу, с мольбой в глазах глядя на калипсо.

«Удержите его пока. Я поссстараюсь достучаться до неё». - Прорычал Бальдаур, замирая на месте.

И хотя каждый из нас просто хотел последовать тому сумасшедшему чувству внутри и рвануть вслед за своей иншалли, мы знали, что если Драккар доберется до неё сейчас первым, - а он это, несомненно, сделает, - хорошим ситуация не закончится. Поэтому, принимая боевую позицию, мы окружили некроманта со всех сторон, не позволяя вырваться из замка.

Смерть внутри него протяжно взвыла, охлаждая нашу кровь до инея на коже, и мы с надеждой покосились на теневого волка, не желая вступать в этот кровавый жесткий бой.

К сожалению, калипсо тяжело вздохнул и сокрушенно покачал головой, позволяя своим вихрям растечься по залу переговоров, создавая защитный барьер, чтобы не выпустить смерть наружу.

«Она не ответит».

Блокируя вспышки смертельно опасной ярости некроманта, мы взывали ко всем своим силам, мысленно молясь, чтобы Королева вернула своё здравомыслие и прекратила эти опасные игры. Четверо высших справиться с ним могли, но это закончится болезненно для всех пятерых. Мы близки и почти семья, а наносить вред своему другу перечит воинскому кодексу чести.

Мир вокруг Андрагаста сходил с ума, словно всё живое чувствовало надвигающийся шторм и трепетало в ужасе и ожидании.

Это бессмысленно сумасшедшее противостояние могло длиться ещё очень долго, не смотря на полный раздрай внутри наших душ, но всё закончилось так же внезапно, как и началось.

И снова из-за нашей неугомонной неусидчивой иншалли.

Внутри каждого из нас вдруг вспыхнул маленький, но яркий огонек страха и беспокойства, а по ушам ударил тихий мягкий вскрик знакомого сладкого голоса. А затем связь с Королевой вдруг оборвалась так, словно её никогда и не существовало, сводя нас с ума глухой ноющей пустотой.

И тогда ни Драккара, ни калипсо, ни одного из остальных Верховных никто уже не мог остановить.

Ария

Глупо хлопая ресницами, я удивленно уставилась на старуху, обдумывая её прямое заявление.

Хранитель Дамианоса самолично заманила меня сюда? И зачем же ей это нужно? Ещё одной задачи на свой непутевый зад я не выдержу. Мне хватает моего несносного Королевства.

И неважно, что за это время оно стало мне очень дорого. От власти одни проблемы.

- И зачем же я вам понадобилась? - Подозрительно сощурившись, спросила я и смерила старуху оценивающим взглядом.

Женщина очевидно была невероятно сильна, взять даже её место в этом мире. Она создала для себя чёртов бермудский треугольник посреди Пустой Пустоши, в котором исчезало всё, что ей только захочется. Хранительница могла просто заманить сюда любого Правителя любого Королевства и навеки захоронить его под деревянным полом своей очаровательной хижины, и никто никогда не смог бы его найти.

Мне с ней не тягаться.

Поэтому я надеялась, что решим мы всё цивилизованно и чисто дипломатически. Жить-то ещё хотелось. Меня мужья, вообще-то, дома ждут.

Индира внезапно улыбнулась. Понимающе так, проникновенно. Её жуткие белесые глаза сощурились, и собравшиеся в уголках морщинки смягчили строгое выражение лица.

Она вдруг совсем по-домашнему отряхнула своё потрепанное коричневое платье, взмахнула длинными платиновыми волосами и села на один из диванов.

- Присаживайся, девочка. Нам с тобой предстоит долгий и серьёзный разговор. - Не смотря на слова, тон старухи был мягким и учтивым.

А я вдруг почувствовала себя провинившейся школьницей, которую собралась отчитывать вернувшаяся со школьного собрания мама.

Неловко пошкрябывая чёрные чешуйки на своих бедрах, я снова бегло оглядела комнату и двинулась в сторону странной незнакомки.

Рога в который раз зацепились за какую-то полочку и, шипя, я быстро юркнула на диван напротив, решая больше не рисковать, а то, гляди, действительно заставит чинить. Не думала, что мне будет так не хватать огромных просторных комнат моего замка. Удивительно, что так быстро привыкла к нему. Хотя, с такой-то роскошью…

Индира на меня не давила, за что я была ей неописуемо благодарна. Даже что-то наворотила со своей силой, из-за чего мощная аура Хранительницы больше на меня не действовала так подавляюще и тяжело.

Немного расслабившись, я настороженно разглядывала её исподлобья, не в силах остановить своё любопытство и перестать её изучать.

Мне никак не удавалось понять, слепа ли старуха, или это просто такой экзотический цвет глаз. Её глазные яблоки никогда не вращались, лишь изредка исчезали под веками, когда она моргала. Светло-серые зрачки всегда были направлены ровно вперед. Из-за этого не было ясно: женщина смотрит мне в глаза, на мои рога или на мои, нервно пошкрябывающие чёрные чешуйки на бедрах, пальцы.

- Ты попала в Дамианос с Земли, и теперь вынуждена управлять Мёртвым Царством, переполненным жуткими чуждыми тебе существами. - Скорее утвердила, чем спросила Индира.

Я приподняла бровь, не имея ни малейшего понятия, что ей ответить.

Молодец, 5 баллов? Что-то мне подсказывает, что не успею я договорить последнее слово этой саркастичной невежественной фразы, как буду лететь обратно попой к верху. Только не через мягкие облака, а через жесткий сухой грунт Гнилых Лесов.

Женщина снова усмехнулась и покачала головой, от чего её платиновые волосы заскользили по плечам, переливаясь на ярком оконном свету молочно-серебристым.

- Ты попала в нелегкую ситуацию, дитя. Уверена, тебе бы хотелось найти ответы на все интересующие тебя вопросы.

Её многообещающий тон вынудил меня заинтересованно податься вперед и посмотреть на старуху с широко раскрытыми глазами.

О, да! Ответы — это то, чего мне сейчас не хватает больше всего. И если она мне их даст — попадет в топ моего хит-парада сладких душек. Ладно, на самом деле, я буду действительно очень благодарна.

- Значит, вы можете мне их дать? - Неужели она проделала такую тяжелую работу, выманивая меня сюда, просто чтобы утолить моё любопытство?

- Могу. - Коротко кивнула Хранительница.

- За просто так? - Сощурила я глаза.

Оба мира научили меня прежде всего тому, что ничего во всех белом свете не происходит просто так. А делается — так тем более.

Индира смерила меня долгим пронзительным взглядом и внезапно подалась вперед, из-за чего мы обе, склонившись над милым столиком между диванами, едва не сталкивались лицами. Сморщенный лоб и сдвинутые у переносицы кустистые белые брови придавали её виду мрачной суровости. Казалось, в этом выражении была заключена мудрость долгих мучительных веков.

- Поверь мне, юная Королева, я заинтересована в твоей осведомленности так же, как и ты.

Я замолчала, не зная, что ей на это ответить. Мне не было известно обо всём этом иномирском бардаке ровным счетом ничего, поэтому у меня даже не нашлось слов, чтобы с чего-то начать. Пожалуй, надо бы с самого начала.

Вопросов было много, и один казался важнее другого. Но исходили все эти веточки из огромного могучего ствола под названием «Ратибор».

- Индира, скажите, зачем он забрал меня сюда?

Мои сарказм, ирония и неуместное чувство юмора исчезли без следа. Только сейчас, когда я больше не была в том вечном напряжении, что испытывала в замке, и могла свободно опустить плечи, не вынужденная долго и усердно размышлять о своих новых заботах, поняла, насколько на самом деле устала. Мне просто хотелось снова быть уверенной в завтрашнем дне. Люди, которые говорят, что активная и непредсказуемая жизнь лучше тихой и спокойной, просто никогда таковой не имели. И как бы мне ни было интересно, куда всё это дело занесет, я чувствовала себя немного измотанной.

- На самом деле, милый человек, ты сюда попала абсолютно случайно. - Внезапно произнесла старуха и помрачнела, потирая подбородок морщинистыми пальцами.

Заглядывая в её жуткие белесые глаза, я приподняла брови.

- В каком смысле?

- В прямом. Точнее будет сказать: попала не случайно, но выбор на тебя пал неожиданно даже для самого Ратибора.

Я молчала, просто глупо хлопая ресницами. Как по мне, так всё это было абсолютно одинаково, учитывая, что я-то здесь.

- Что ты знаешь об истории этого мира? - Индира склонила голову набок, снова глядя как-то неопределенно, но ощутимо пронзительно.

В голове пронеслись урывки поучительных рассказов Бальдаура и маленькие абзацы из моей волшебной книги-спасительницы.

- Много тысячелетий назад Кардиш, бог плодородия, сотворил пятеро мальчишек — своих сыновей, магов-воинов, что разделили мир на пять Королевств. По сей день потомки Первых Пяти правят каждый на своих землях. - Медленно пробормотала я, хмурясь в усилии вспомнить слова калипсо.

Старуха внезапно всплеснула руками, чего я, конечно же, не ожидала и подпрыгнула на месте, вытаращив глаза.

- А вот и неправда! - Расплылась в безумной улыбке женщина и вдруг подорвалась с места.

Шаркая своими мягкими тапочками, она скрылась в, очевидно, кухне, откуда мгновенно послышался глухой резкий шум. Что-то застучало, зазвенело, зашарудело, а потом Индира вернулась обратно с каким-то старым пергаментом в руке.

Умостившись обратно на диван, она размотала сверток и положила его на стол ближе ко мне.

И с каждым её последующим словом моё сердце стучало всё громче и громче, предчувствуя полный переворот моей жизни во второй раз.

- Мальчишек было не пятеро, а четверо, дитя. Пятой была девочка. Её звали Бахтира аль Кардиш. - Старуха внезапно так искренне и тепло улыбнулась, что, казалось, её жуткие глаза наполнились живыми человеческими эмоциями, из-за чего лицо заметно преобразилось. - И она была Правительницей Андрагаста.

Что?