Глава 6

Бадиор

В последнее время на границе стало неспокойно. Уже восемнадцать оборотов тальяра мы беспрестанно отбиваемся от одичавших горгулий, что, не зная усталости, пробиваются в центр Андрагаста. Эти кшарские мерзости чувствительны к любого рода переменам. В них заложен лишь один инстинкт — завоевывать слабые территории и откладывать там свои яйца.

И, как бы мы не злились, чертовы твари здесь неспроста.

Андрагастская земля отмирала. Плоды сгнивали едва поспев, деревья ссыхались, скот переносил страшные болезни одну за другой. От полного краха Королевство спасала лишь магия народа и Кальяс. Но когда нет почвы, ничто не продержится долго, сколько бы сил в это не вкладывали.

Корх знает сколько тысяч оборотов тальяра трон пустует. Мы так долго гадали, где провинились, что сделали не так, из-за чего же Ратибор так поступил с нами, что отчаялись и утратили любую надежду на спасение. Без правителя Кальяс, древний артефакт жизни под центральным замком, почти опустел, и земля больше не получала энергию, в последствии чего всё живое, не считая жителей, погибало.

Андрагастцы — расы воинов. С самого начала у нас рождалось женщин меньше, чем мужчин. Их кровь слабая, и они не такие выносливые. Гены самцов доминируют при спаривании. Из-за хвори, блуждающей в наших краях, женщины часто болеют и отдают душу Кардишу. И теперь их осталось так мало, что смело можно заявить — андрагастцы на грани вымирания.

И лишь чудо, что вновь наполнит Кальяс жизненной энергией, всё исправит.

Как и обычно, размышляя о житейских делах, я патрулировал границу у Дакарэйских гор чуть поодаль своего клана. Ликаны всегда были яростными воинами, более агрессивными и вспыльчивыми, чем другие расы. И изначально в королевские стражи, военные армии и правоохранительные ряды ставили именно нас. Никто не возражал, так и прижилось. Самцам постоянно необходимо куда-то девать звериную энергию. Они не могут, как драконы, маги или демоны усидчиво сидеть на одном месте. Крылатые змеи помешаны на охране сокровищ; маги так долговечны, что относятся ко времени с откровенным пренебрежением; демоны корыстны, и для достижения своего просидят хоть целую вечность. Лишь вампиры солидарны с нашей тягой всегда быть в центре событий. Клыкастых на одном месте дольше минуты не удержишь. Носятся по Королевству, как остервенелые. Правда, стражи из них кшарские.

Вчера разведывательное подразделение обнаружило неизвестные следы у Дакарэйских гор, что вели вглубь ущелья. От них несло незнакомой магией, и мы забеспокоились. В Дамианосе знает каждый без исключения, что в Гнилых Лесах кроме неприятностей больше ничего не найти. Разумеется, взять след ликанам не удалось, потому за дело взялись охотники. Где бессилен волчий нюх, вся надежда на зоркий глаз.

Потому сейчас мы ждали Вилмара, главу королевской секретной службы.

Весь день я был на взводе. Рано утром на тыльной стороне моей левой ладони проявилась метка, что означала появление на свет моей избранной, моей иншалли́. На радостях позабыл обо всём на свете и сразу же послал с десяток ликанов, чтобы прочесали весь Андрагаст и вычислили святую женщину, что во времена хвори осилила подарить этому проклятому миру девочку. Но ни в центре, ни в одной из провинций новорожденной не нашлось. Озадаченный принялся изучать новоявленное клеймо, и понял, что оно отличается от метки истинных. Таких никогда не видел — значит, не бывает. От бешенства хотелось рвать и метать. Я не представлял, кто мог так жестоко подшутить надо мной, но был решительно настроен решить проблему в кратчайшие сроки.

Если в Гнилых Лесах не отдам душу Кардишу.

В опасное путешествие вызвались два лучших клана, главами которых мы с охотником и являлись. Наши воины были верны своим предводителям, и я снова с печалью подумал о том, что в скором времени я больше никогда снова не приму в ряды молодых щенков, делясь с ними нажитым опытом и разыскивая в новичках потенциалы будущих героев.

Клан охотников прибыл вовремя, и я вернулся к скоплению своих ликанов.

- Рад снова видеть тебя, Бадиор. - Ударяя кулаком по стальным доспехам на своей груди, произнёс воин.

- Взаимно, Вилмар. - Я повторил его действие, отвечая на приветствие.

Отдав друг другу почесть, мы посерьезнели, одновременно оглядываясь на вход в ущелье, возле которого нас уже ждало стадо кирóсов.

- Путь предстоит нелегкий. - Вдумчиво кивнул охотник. - Готов?

- Как и всегда.

Мы обменялись короткими кивками, седлая менторов. Животины взревели в предвкушении, издавая утробные рычащие звуки. Серебристые глаза кровожадно блеснули, и кровавые языки, покрытые едва заметными острыми иглами, пробежались по саблевидным клыкам.

- Вперед!

***

Преодолев ущелье без препятствий, мы вышли из густого тумана, глубоко вдыхая спертый сырой воздух. Гнилые Леса встретили нас зловещей тишиной. Ни шороха, ни хриплых вскриков черных карликовых грифонов, ни вихрящихся теней калипсо.

Это настораживало. Если бы на нас напали, едва мы покинули объятия непроглядного тумана, никто бы не удивился, спокойно продолжая путь в неизвестность. Но всё оказалось значительно проще. А в месте с такой репутацией это сбивало с толку.

- Ты это чувствуешь? - Внезапно спросил меня Вилмар.

Я обернулся, хмуро встречая его напряженный взгляд. Двигая крыльями носа, глубоко вздохнул.

Инстинкты взвыли, и я едва сдержал порыв запрыгать на месте бешеным псом. Это проклятое место было пропитано запахом незнакомой тёмной силы. И такой могущественной, что сворачивалась в жилах кровь.

- Это оно. - Кивнул застывшему охотнику, подтверждая догадки.

- Как думаешь, кто?

- Не знаю. Калипсо сильны, но не настолько.

Теневые волки были мощными своенравными зверями, обладающими высоким интеллектом и сильной тёмной магией. Они развивались, как высшие расы, создавали свои поселения, умело прятали самок с выводками, но были заперты в четвероногом теле. Сначала, мы ошибочно приняли их за животных, за что жестоко поплатились, как и другие народы, посягнувшие на калипсо. Потом закрались подозрения, что волки могут быть оборотнями — примитивными существами, отдаленно напоминающими мою расу. Пробовали пойти на переговоры. Но всё закончилось, как и в прошлый раз, и жители всего Дамианоса зареклись больше никогда не приближаться к проклятым существам. Благо, на чужие территории звери не совались. Чем в очередной раз доказывали свою смышленость.

Запах усилился, и я стиснул челюсть, чувствуя ураган смешанных эмоций внутри от подавляющей энергии. Зверь признавал соперника достойным и рвался вступить в бой.

Неизвестный, обладающий такой мощью, мог быть опасен. Тем более, он был так близок к нашему Королевству. Чтобы быть уверенными, что андрагастцам ничего не угрожает, как воины и стражи, мы были обязаны разведать обстановку.

Только проблема была в том, что есть большая вероятность с этой разведки больше не вернуться. Тот, кто ищет приключения в Гнилых Лесах, обязательно их находит.

Очевидно, Вилмар придерживался тех же опасений, потому что внезапно вышел вперед и, звеня поводьями из цепей, развернулся к воинам, громко заявляя:

- То, что нас ждёт впереди, может стать нашим последним походом. Но такова обязанность защитников Андрагаста. Потому, славные сыны Ратибора, соберите всю свою храбрость и приготовьтесь противостоять чудовищам, каких нам ещё не доводилось встречать. Во имя Андрагаста! - Гаркнул охотник, ударяя кулаком по груди, облаченной в стальные доспехи.

- Во имя Андрагаста! - Зычно воскликнули оба клана, повторяя действия воина.

Вилмар зажал икрами каменные мышцы на ребрах ментора, вызывая утробное рычание, и подъехал ко мне.

- Если мы не справимся — значит, Андрагаст будет в опасности. Нужно оставить скакунов здесь. Когда жизнь одного из нас оборвется, они рванут в столицу за подмогой. Драккар не позволит неизвестному захватить наше Королевство.

Охотник кивнул, слезая с ментора, и отдал приказ привязать кирóсов у входа в ущелье.

Отсюда и начался наш путь.

***

Гнилые Леса казались бесконечными. В первые в жизни я задумался о том, насколько огромная территория пропадает во власти диких чудовищ. Здесь можно было построить не одно Королевство, перевозя ресурсы с соседних территорий.

Бездумно пересчитывая однотипные сухие деревья, я тяжело вдыхал спертый воздух, запутавшись с какой стороны неизвестным несло больше всего.

Сухая земля, исполосованная паутинами трещин, сменилась пепельными песками, из-за чего крупные тела воинов, облаченные в тяжелые доспехи, проваливались в мягкую почву. В той стороне, куда мы шли, казалось, туман был реже, словно указывал верный путь.

Мы столько времени петляем в этом проклятом месте, и ни одного живого существа. Это напрягало ещё больше, чем если бы мы наткнулись на стаю калипсо. В ожидании внезапного нападения, воины опасливо сжимали в руках оружия, не расслабляясь ни на секунду.

На четвертом арсе бесполезных скитаний, я замер на месте, внезапно уловив знакомый запах. Он появился так резко и окатил такими насыщенными магическими волнами, как ведро ледяной воды на голову.

Так кшарски близко.

Я насторожился, переглядываясь с Вилмаром. Охотник уже был настороже, посылая мне такой же хмурый взгляд.

Воинам не требовалась команда, дело своё они знали хорошо. Кланы сплотились, выстраиваясь в полукруг, и двинулись вперед закрученной цепью. Мы медленно окружали сгусток могущественной силы, которую никак не могли разглядеть из-за плотных облаков тумана.

Охотники натянули тетиву, выпуская стрелы наугад.

Несомненно, обладатель такой мощи справился с ними одним махом. Зато получил предупреждение.

Туман рассеялся, и я удивленно воззрился на крупного представителя калипсо, что застыл на одном месте, приседая и скалясь клыкастой пастью, внутри которой вместо глотки виднелись вихри тьмы. Морда была склонен вниз, словно тот что-то разыскивал в пепельной земле, одновременно удерживая нас на расстоянии агрессивным выражением.

Мы терпеливо ждали, не желая вступать в кровавый бой первыми. Два сильных клана с калипсо справятся, но потери будут многочисленными. Была надежда, что всё обойдется мирно.

Я беспрерывно принюхивался, всё сильнее хмурясь в полной растерянности. Неизвестный запах исходил именно от волка. Но разве такое возможно? Об этой расе мы знали ровным счетом ничего, потому предположений было много, и все с пометкой «возможное».

Скрещиваются? Новый вид? Мутируют? Тогда у нас больше проблем, чем мы думали.

Тьма вокруг калипсо немного рассеялась, прижимаясь ближе к угольно-чёрной шерсти. Вихрящийся комок между лапами исчез. Зверь выровнялся и сдвинулся, вынуждая нас приготовить новый залп. Но нападения не последовало.

Из-под громоздкого тела волка вылезла девушка, вызывая у воинов изумленные вздохи.

И один лишь Кардиш знает, насколько красивой она была.

Нежная бледная кожа, сильно контрастирующая с чёрным откровенным платьем, длинные пышные локоны цвета сладчайших áстриксов, выразительные густые брови и невероятные большие серые глаза. Если мой оттенок серого был грязным, мутным, диким, как у животного, то её — кристально чистый, почти прозрачный, переливающийся, как полный энергией Кальяс.

Я медленно осмотрел её тело, особо сильно задерживаясь на больших разрезах от бедер, которые начинались так высоко, что было видно шов нижнего белья.

Внутренний зверь взбесился, как никогда ранее, действуя на мои взволновавшиеся нервы.

- Кто ты, и что делаешь на нашей границе? - Окликнул незнакомку Вилмар, чей зычный голос разрезал тишину подобно взмаху меча.

Это отрезвило меня, и я встряхнул головой, прогоняя наваждение.

Девушка внимательно осмотрела охотника с ног до головы, прожигая пронзительным взглядом прозрачных глаз.

А потом вскинула аккуратный подбородок и заявила:

- Ария аль Кардиш. Я… беседую со своим другом. - Произнес приятный низкий голос с соблазнительной хрипотцой, запинаясь на последней фразе.

Но на это уже никто не обратил внимание, потому что до застигнутых врасплох внезапной встречей воинов, наконец, дошел смысл сказанных слов.

Доспехи внезапно потяжелели, и я пошатнулся, опуская меч. Краем глаза заметил, как дрогнули воздушные клинки Вилмара.

Меня пробрала такая неконтролируемая ярость, что незнакомка, чьей красотой я был так опьянен, враз стала мне невыносимо отвратительной.

- Не гневи богов, женщина. Все аль Кардиш на месте в целостности и сохранности. Я не слышал о восходе на трон нового правителя, тем более, женщины ни от одного из Королевств. - Прорычал, едва сдерживая зверя.

Так подло по больному меня ещё не били. Думаю, никого из нас.

Охотник был бледен, но стальные глаза метали молнии.

Все на Дамианосе знают, как долго мы ждем потомка правителя, мучаясь в догадках, куда подевался Ратибор. В то время, как Андрагаст стремительно погибает, в других Королевствах уже взошли следующие наследники. От войн нас удерживает лишь былая слава могущественного непобедимого народа, что служит нам незримой защитой по сей день.

Это всемирная трагедия, траур, что длится уже больше трёх тысяч оборотов тальяра, а эта проклятая ши́бора смеет примерять себе святое имя, как новое платье.

Завораживающие глаза цвета Кальяса остановились на мне, пристально изучая. Что-то внутри меня предательски дрогнуло, воспламенившись, и зачесалась, так не вовремя напомнившая о себе, метка истинных.

Прозрачные кристаллы вспыхнули раздражением, густые тёмные брови вразлет съехались на бледной переносице. Бросая взглядом вызов, девушка вскинула подбородок и подняла левую руку, демонстрируя метку.

Точь в точь как у меня.

И тогда земля ушла из-под ног. Я подавился воздухом, едва не роняя свой меч. Знак на тыльной стороне ладони уже не просто чесался, а зудел и горел выжженным клеймом.

Быть такого не может! Моя иншалли́? Женщина, которую я не смог найти ни в одной из провинций Королевства? Но она уже взрослая особь, метка должна была появиться ещё при её рождении! Да и метка эта другая — неправильная, чужая.

Воля богов? Или шутки злой магии? Здравый смысл склонялся ко второму, тем более, все знают, что у правителей истинных не бывает, но исходящие от незнакомки мощь и манящий аромат самки вынуждали включить все варианты. До тех пор, пока не выяснится правда.

Что бы это ни было, как предполагаемый суженный новоявленной аль Кардиш и страж Андрагаста, я должен был доставить её в центр. А там уже дело за Драккаром. Нет мага сильнее и мудрее тёмного некроманта. Ему хватит одного лишь взгляда, чтобы прочесть душу и разум этой девушки. До тех пор принимать решения нельзя.

Если самозванка — заплатит сполна.

Если настоящая наследница Ратибора и моя иншалли́ — будет купаться в золоте и заботе.

В обоих случаях обладательнице прекраснейших в Дамианосе глаз уже никуда от нас не деться.