Глава 19
Когда человек протягивает руку, чтобы помочь другому,
он прикасается к лику Божества.
Стены буквально выплевывали кирпичи Фредерике под ноги, а два-три едва не угодили в многострадальную головушку. Но осталось-то совсем чуть-чуть! Совсем немного осталось! Эссенции у нее, темная разбита, главный антагонист валяется в конвульсиях. Сумела! Сделала! Сделала всех! Нашла в себе силы выбраться из темных пут и из гнилой, а вовсе не золоченой клетки.
Она бежала, перепрыгивая через образовавшиеся в полу провалы, смеясь и плача одновременно. Заряд бодрости был таким, словно укол адреналина получила. Казалось, она с закрытыми глазами сможет отыскать в мрачных помещениях тот самой спуск с винтовой лестницей…
Внезапно она с ужасом почувствовала, что теряет равновесие. Будто бы нечто схватило ее за ногу и резко дернуло назад. А потом дернуло снова, да с такой силой, что королева оказалась растянутой на полу. Попыталась встать, но правая нога категорически не желала ее слушаться.
— Фреди!
Весь ее королевский отряд высыпал из-за поворота в относительной целости и сохранности. А как же… тюремные камеры, которые можно открыть исключительно ключом Эжена? Зря она, что ли, ключи им тащила?!
— Фреди, держись!
Незамедлительно, потрепанный тюрьмой, Каин устремился в сторону валявшейся на полу девушки, протянув руку. Она протянула ему руку в ответ, все еще не в силах подняться самостоятельно, но когда их разделяло расстояние буквально метра два-три, Фредерику с необычайной скоростью потащило назад, по полу на животе. Скорость эта позволяла ей проскакивать провалы в полу, но что это вообще за дичь такая?! Фэнтези превратилось в фильм ужасов про полтергейстов?!
— Фреди! — вопил светлый, набирая скорость и перепрыгивая дыры, но скорость, с которой тащили незадачливую королеву, оказалась в разы больше.
Только сейчас девушка удосужилась наконец обернуться и увидеть, что за ногу ее действительно схватило нечто. Нечто целиком и полностью состоявшее из тени, клубившейся и искрившейся сиянием черного жемчуга. Что это? Откуда оно взялось? Зачем и куда оно ее?..
Отвечать на вопросы не было ни времени, ни возможности. Снеся дверь в одну из комнат с петель, тень скользнула вместе с пойманной Фредерикой к окну, разбила его вдребезги одним лишь касанием своей магической оболочки и потащила еще дальше, вниз, на верную смерть, гарантировавшую сломанную шею и вывернутые неестественным образом конечности.
Только лишь на жажде жизни девушка ухватилась за карниз и повисла над болотистыми топями, которые нисколько бы не смягчили падение с такой высоты. А снизу все тянули и тянули, пальцы неумолимо скользили.
Тем временем дворец продолжало трясти пуще прежнего. Словно земля под ним вот-вот расколется на две половинки, и он медленно, но верно пойдет на дно, как легендарный Титаник.
Когда в дверях появился Каин, тень, казалось бы, почувствовала его присутствие, открыла все свои внутренние резервы и потянула королеву с удвоенной силой. Не только за одну ногу, но уже за обе. Ногти девушки сломались до самого основания, проступила кровь, но Фредерика продолжала хвататься, а еще орать. От страха и бешено пульсировавшей в висках крови, она сама не замечала, что верещит во все горло. Неудивительно, что Каин, объявившийся на пороге комнаты, был запыхавшийся, взмокший и бледный как мраморное изваяние.
— Фреди!
— Каин, спасай свою королеву!!!
Пальцы начали предательски соскальзывать всё чаще и чаще, а тень… у тени усталости быть не может. Клубилась, сверкала, переливалась на солнце и с остервенением гнула свое. Вернее, тянула свое.
— Да, моя королева! — в несколько прыжков подскочил парень к окну, схватил Фредерику за запястья и начал затаскивать обратно в комнату.
Но тень усилила напор. Так, что Каин аж пошатнулся. Но уперся ногами в стену под подоконником и продолжил спасение утопающей.
— Меня же сейчас разорвет!
Если тени и не удастся исполнить собственный план по умерщвлению Фредерики, то в этом ей очень успешно помог бы светлый. Мышцы трещали так, как трещит канат на соревнованиях по его перетягиванию. Ощущения, конечно, не из лучших.
— Не разорвет, — пообещал Каин. — Схватись за мою руку. Одну. Да давай же!
Была не была! Терять уже нечего и тормозить не к месту. Выпустив драгоценный карниз из рук, мнимый оплот безопасности, королева обхватила правую руку светлого со всей страстью. Как возлюбленная, повисшая на руке своего ухажера после долгой разлуки. Даже кости затрещали у этого ухажера.
И вдруг вспышка света. Яркая. Выжигающая глаза своим чистым и праведным сиянием. Вой оскорбленной тени, так и не получившей свою жертву, оглушил пространство и Фредерику в том числе. Ослеплена, оглушена… да она уже льготы может получать за все, во что умудрилась влипнуть, и жить при этом безбедно, даже будучи лишенной титула.
Она чувствовала, как кто-то прижимает ее к груди. Слышала лихорадочный стук сердца. На этот раз этим кем-то был не Эжен. Королева осталась бы вполне довольной, если бы все так и закончилось. Эжен побежден, тень тоже… но вот дворец не побежден до сих пор.
Все еще ослепленная и слегка контуженная, Фредерика очутилась на руках Каина. Минута, и парень уже бежал по коридорным лабиринтам. Разрушение подобной мощности, а также то, что двери в тюремных камерах отворились сами собой, говорило о том, что эссенция тьмы уничтожена. Темная магия, которой был пропитан каждый кирпичик этого дворца, испарялась из Альтеры. Так же, как в ближайшее время испарится тьма, покинувшая тело Эжена и на одних лишь инстинктах бывшего хозяина со злости пытавшаяся покончить с предательницей Фредерикой.
Но решительность королевы они будут восхвалять потом. Когда выберутся из эпицентра разрушений.
На каждом шагу Каина встречали обезображенные трупы. Бывшие восставшие, которые утратили тьму, их воскресившую, и теперь уже никогда не поднимутся вновь. Казама, погибший именно от их зубов, был, наконец, отмщен.
Стены рассыпались прямо на глазах. Пока что не несущие, слава богам. Магическая прослойка оказалась сильнее строительных смесей, выдавливая каменные кирпичики из кладки.
Когда у девушки более-менее нормализовалось зрение, в поле внимания сразу же попал потолок. А еще угрожающе покачивавшаяся на нем хрустальная люстра, к которой Каин неумолимо приближался.
— Люстра! — вскрикнула королева, заметавшись в его руках. — Там чертова люстра!
— Вижу, — кивнул парень, перепрыгнув через очередной провал. — Сейчас немного тряханет. Файн!
Фредерика почувствовала, как тело ее отпускают в свободный полет, в животе защекотало, а руки отчаянно пытались зацепиться хоть за какую-то опору. Зацепились. За шею оборотня, на спину которого перекинули королеву.
— Держись крепче, красавица, — подхватил ее парень под ляжки, и второй раз повторять не пришлось. Ужом обвила руки вокруг шеи.
Прыжок на четырех конечностях, и люстра осталась позади. Чутье девушку не подвело. Покачнулась в последний раз и со свистом полетела вниз.
— Каин!
Доля секунды, и светлый откатился в сторону. Пронзительный звон, брызги хрусталя по полу, но вся эта картина скрылась за ближайшим поворотом.
— Выглядите… уже куда лучше… Ваше величество, — прерывисто сообщил Файн.
— Спа…сибо.
Ехать верхом на оборотне оказалось тем еще мини-приключением. Как на лошади без седла. Скатываешься то вправо, то влево, вспотевшие руки так и норовят разомкнуться, а во время прыжков всем богам молишься, чтобы не свалиться в очередную дыру.
— Потерпи еще… чуть-чуть.
Он чувствовал страх Фредерики. Чувствовал, как она дрожит всем телом и шипит из-за некомфортной транспортировки. Но в звериной форме нести ее было бы еще тяжелее. Цепляться за шерсть скользкими руками сложнее, чем за шею.
Но тут пол опасливо затрещал под ногами, предвещая самый настоящий обвал. Вскрикнув, королева зажмурилась. Не успеют же, не успеют!
— Михаэль!
Снова девушка почувствовала себя эстафетной палочкой, передаваемой из рук в руки. В этот раз ее перекинули через плечо.
В тот же момент пол под Файном провалился, образовав яму размером с треть коридора. Деревяшки посыпались вниз, а вместе с ними и оборотень.
— Файн!!! — сорвалась Фредерика на истерический крик.
— Без паники, — голос монаха даже на бегу и на фоне окружающего хаоса не дрогнул. — Приземлится на четыре лапы.
Всхлипнув и поджав нижнюю губу, королева кивнула. Вид с плеча парня ей, конечно, открывался отпадный. Как в каких-нибудь эпичных фильмах про катастрофы. Стены уже не по кирпичикам разваливались, а крушились целиком. Вместе с ними начинали обваливаться и верхние этажи, поднимая клубы пыли. Сумеет ли отряд избранных пророчеством вообще выбраться отсюда живым? Однако лучше утонуть в каменной груде, чем постепенно умирать от ядовитого воздействия темной магии. Так получается, темная магия станет причиной ее гибели в обоих рассматриваемых случаях? На хрена ж эту магию вообще создали?!
— Тот поворот к главной лестнице! — ткнула королева в противоположный коридор тому, в который заскочил монах.
— Прошу прощения, — не изменил он своему спокойствию, резко развернулся и бросился в другую сторону по ориентировке Фредерики.
Позади обвалилось… всё. Вместе с комнатами, начиная с дальних и заканчивая теми, мимо которых они проскочили, но вернулись обратно несколько секунд назад.
Уже у самой лестницы затрещало и заскрипело так, что в пору было затыкать уши, и Михаэль с криком «Шанель!» скинул Фредерику вниз, перегнувшись через балюстраду. Внизу девушку подхватили сильные руки дракона, а сам монах, выполнив подобие сальто-мортале, приземлился рядом.
Все уже были здесь. Файн, так удачно свалившийся на первый этаж; Эшер, которого, скорее всего, сразу направили сюда; Каин с полуживым Эженом на руках. Вот кому-кому, а присутствию Эжена королева искренне удивилась. Должно быть, светлый посчитал, что Его злодейшество будет недостаточно похоронить под завалами. Справедливость обязана восторжествовать во всей красе своих законов.
— Все здесь? — Риторический вопрос от Шанеля, утвердительные кивки от остальных.
— Сваливаем, — выдохнул Михаэль.
С места сорвались одновременно, нога в ногу. За спиной — последние вдохи и выдохи дворца: грохот, треск, скрежет. Прямо как в блокбастерах. Только вот в фильмах — трюки, выполненные профессиональными каскадерами, да спецэффекты. В магическом же мире ты и актер, и каскадер, и режиссер. Каин еще и осветитель к тому же.
Еще чуть-чуть, ну же, последние рывки…
…и весь королевский отряд высыпал наружу, подгоняемый стонами умиравшего здания.
От свежего воздуха у Фредерики закружилась голова. Как же давно она не видела солнечного света и дышала затхлым душком разлагавшейся обители темных? Счет времени был потерян. Месяц? Два? Три? Прежде от запаха тухлых болот штормило королеву не по-детски, но сейчас нашлось сравнение похуже.
— О-фи-геть… — со страхом и восхищением в голосе прошептала девушка, когда они уже неслись вниз с холма, а то, что оставалось от дворца, разваливалось, как башни из кубиков или как слоеный торт, при выпечке которого допустили значительные ошибки в рецепте.
Только у подножия холма можно было остановиться и наконец-то перевести дух. Дракон опустил Фредерику на землю, но той все равно пришлось опереться на него, чтобы не упасть. После тако-о-ого приключения она бы очень удивилась, если бы сумела твердо стоять на ногах.
В свете дня на членов команды трудно было взглянуть без слез. Бледные, чумазые, изрядно похудевшие, в грязной одежде. Михаэль еще и бородку небольшую отрастил, и… волосы на голове. Файн с Эшером — щетины. Вновь девушка задалась вопросом, сколько же времени прошло с тех пор, как она оказалась на пороге дворца?
— Теперь можно и поесть, — разрушил Шанель драматичность момента.
Тишина. Сверчка только потрескивавшего в кустах не хватало. И тогда королеву прорвало. Столько за эти дни накопилось, а особенно за день сегодняшний, что нервных клеток стало катастрофически не хватать. Залилась смехом, упала на коленки, пачкая подол черного платья, а примеру ее последовал и Каин. Вскоре уже все хохотали, устало развалившись на земле, хотя в пору было плакать. Столько разрушений, столько смертей. Нет, плакать они будут потом. А сейчас хотя бы пережить произошедшее и не сойти с ума.
Лишь один из присутствовавших у подножья холма не смеялся. Только очухался, окинул всех настороженным взглядом и замер там же, сел. Вот кого точно бить будут. Так и оказалось.
Стоило пришедшему в сознание Эжену попасть в поле зрения Каина, как светлый истерику свою присек, уголки рта медленно поползли вниз…
— Каин…
Королева первая уловила треск напряжения. Такой, что чуть волосы дыбом не встали. Гнев Каина, настоящий, не наигранный, превращающий его из неунывающего весельчака в надменного аристократа и сына своего отца. Возможно, именно с таким лицом он в свое время и прохаживался по коридорам дворца, когда там еще кипела жизнь.
Фредерике вдруг стало так больно от того, что она в итоге не застала будни темных ни в Некрополе, ни в самом дворце, но… еще больнее сейчас должно было стать Эжену.
Подскочив к несчастному в мгновение ока, позабыв про слабость во всем теле и нывшие мышцы, светлый схватил того за грудки и навис над ним аки карающая длань над истовым грешником.
С утратой и света, и тьмы Эжен тоже изменился внешне. Волосы его приобрели пшеничный оттенок. Нормальный, человеческий. Глаза же поголубели, но опять же глубоким насыщенным цветом, а не таким неестественно-бледным, как у представителей расы светлых. Лицо его не выражало ни единой эмоции. Может, он сам не в состоянии был разобраться, что ему чувствовать? Не ожидал, что выживет. Не ожидал встречи с соперником лицом к лицу, а не через прутья сдерживающей магию камеры.
— Чем ты занимался с Ее величеством в одной кровати? — сквозь зубы процедил парень, и Фредерика тут же вжала голову в плечи и закусила губу.
Ну почему же, почему же она так и не научилась ставить ментальные блоки?..
— Мы… мы там ничего не делали, — принялась оправдываться королева, повиснув у любимого на плече. — Мы там только спали. Нет-нет, не в том смысле! — поспешила добавить она, когда глаза Каина налились красным. — Спали в прямом, в прямом смысле!
— Понятно, — вроде как осклабился Каин, ослабил хватку, но уже через секунду зарядил незадачливому князю кулаком в нос.
Фредерика даже ойкнула от удивления, а потом расстреляла каждого члена своего отряда умоляющими взглядами. Поддержки оказано не было. Михаэль развел руками, мол, сам заслужил, да побольше, побольше. Какой же он пацифист после этого?! Шанель вообще с таким напряжением, сдвинув брови, косился на гневную физиономию Каина, будто сам боялся попасть под испепеляющий луч его ревности.
— Это тебе за постель.
От его интонации у девушки подкосились ноги. Еще никогда, даже во время домогательств дракона, она не видела его настолько… настолько…
— Это за прямой смысл, — еще один удар. — Это за переносный…
Когда у Эжена хлынула носом кровь, девушка все-таки решилась вмешаться самостоятельно. Скользнула между ними под руками светлого и принялась отцеплять длинные тонкие пальцы Каина от камзола молодого князя… бывшего молодого князя?
— Что ты делаешь? — произнес Каин с такой детской обидой в голосе, такой невинной и искренней, что образ пышущего яростью ревнивца тут же испарился из головы.
— Прекращаю самосуд, — зыркнула на него королева, усадила Эжена на землю и принялась оттирать тому кровь рукавом платья.
Несмотря на временное и довольно интенсивное воздействие темной магии, девушка не считала, что Его темнейшество нагло пользовался ее вниманием. Да, оно требовалось ему для нормальной жизнедеятельности, но все-таки не всеобщая любовь привела его к тому, на что он решился и к тому, какие придури у него сформировались со временем. Возможно, если бы не магия, он вообще не выделялся бы из толпы других высокомерных и эгоистичных людей, которых на Земле пруд пруди.
— Его все равно ждет казнь, — холодно заявил Каин, наблюдая за тщетными попытками Фредерики отодрать полоску ткани от рукава, чтобы заткнуть парню обе ноздри, из которых лило до сих пор.
— У меня есть еще один вариант его участи.
— Какой же? — не изменил своей интонации светлый.
— Изгнать его в мой родной мир, — спокойно ответила королева.
— Гениально, — хлопнул Шанель в ладоши. Конфликт плавно перетекал в другое русло, и все, кто хранил благоговейное молчание во время драматичной сцены, решили высказаться сейчас. — То есть ты все равно обрекаешь его на смерть, но на медленную и мучительную, от голода и холода.
— Спорю, что максимум три дня, — усмехнулся Файн.
— Четыре, — поправил его Михаэль. — Разок он может своровать.
Эшер просто вздохнул. Либо посчитал себя слишком умным для комментариев, либо не понял, о чем идет речь.
— Я могу помочь ему… немного, — прервала девушка спор. — В пределах своих возможностей.
— Вот еще что! — снова вспылил Каин. — Тебе лучше о себе бы сейчас позаботиться, а ты еще и обузу…
— Хвара! — задрал монах голову.
Вот кого они тут дожидались на окраине опустошенной столицы. Средства передвижения, чтобы разнести благую весть о том, что темная эссенция разбита на мелкие осколки, а зомби повалились штабелями. Все. Хотя правители уже и так должны быть в курсе. Что ж, тогда стоит напомнить, кому страны стольким обязаны.
Фредерика не могла не проронить слезинку, когда все они карабкались по изумрудной чешуе, будто настало время отправляться в следующий пункт туристической программы. А следующего-то пункта и не было. Теперь возвращаемся домой, в Долы, к Виктории. Собираем какой-нибудь совет, разъясняем ситуацию и решаем, что делать дальше. Что делать с Темнолесьем и его жителями. Вернее, массовым истреблением этих жителей. Что делать с Фредерикой, которая по окончанию миссии оставалась не у дел. Каина еще могли ожидать в Анна-Маре. Может, и наследником бы истинным сделали. А королеве точно податься было некуда. Замуж за Шанеля она не собиралась, и в Альтере, по мнению зеленодольских старейшин, ее больше ничего не держало. А держало ведь. И сильно.
Ее держал весь этот мир. Теперь она и жить не смогла бы на родине, на которой рьяно утверждают, что ни драконов, ни единорогов не существует. Добавим плохую экологию, тесный общественный транспорт в час пик, школьную программу, в которую не входит изучение магических искусств, и сидячую бумажную работу в недалеком будущем.
В Альтере же у нее столько возможностей… Знакомство со всеми правителями — это связи. Ценные связи. Магическая академия в Латинии со временем восстановится после обороны и откроет свои двери к новому учебному году. Факультет природной магии… девушка так давно ждала в своем мире совы из «Хогвартса»! Вот отдадут они эссенции… эссенции. Эссенции?!
— А где эссенции?! — схватилась за голову королева и марафонцем забегала по седлу.
— Остановись, Фреди. Эссенции у меня, — Каин потряс перед лицом Фредерики бордовым мешочком из покрывала. — Ты их обронила. Я поднял. А еще дар Раккаста встретил, который тайными ходами выводил княгиню и девочку-иномирку.
— Ты ему доверяешь? — нахмурился Файн. Даже после всего пережитого, он уже сидел с раскрытой в руках книгой, облокотившись на бортик.
— Ему предавать некого, — покачал головой светлый. — Думаю, теперь захочет выслужиться за все свои прегрешения. А вот кузни… кузни дар Раккастов перейдут тебе, дружище.
Оборотень кинул краткий взгляд на средний палец с кольцом-печаткой и вздохнул. Рубиновые буквы «РК» блеснули на солнце. Честно говоря, все эти кузни были нужны ему так же сильно, как и Казаме — нисколько.
— Может, и не только кузни… — многозначительно добавил Каин.
— Не будем загадывать раньше времени, — осадил всех Шанель. — Кто знает, какие идеи придут в их ясные головы.
— В Вуфало еще давайте заскочим, — предложила Фредерика.
— Зачем? — Шанель уже взбирался на гигантскую голову, но остановился и обернулся.
— Я там платье оставила, которое мне Альбьертино подарил.
— Ох, женщины… — после продолжительной паузы махнул дракон рукой и полез дальше.
В хижину старосты Вуфало девушка вошла одна и с опаской. Однако трупа Нуады в доме не оказалось. Неужели ее сожрали восставшие? Или… Эжен не убивал ее вовсе, и женщина сбежала? Куда-нибудь… вопрос пока оставался без ответа.
Лишившись мнимого всемогущества и способов давления на окружающих, Эжен присмирел. Настолько, что за время пути до Долов не произнес ни слова, сколько бы Фредерика его ни тормошила. Пил много, ел через «не хочу». Казалось, он затаил обиду на весь мир, что отвергал его с самого рождения и после кульминации триумфа молодого князя разжевал того и выплюнул окончательно.
Именно по причине его ненависти ко всему, что стоит или движется, королева и надумала отправить парня туда, где он наверняка добьется и славы, и могущества. Правда, не над всем миром, а над толпами фанаток. Внимания ему не хватает? Исправим. Полярной звездой воссияет на телеэкранах. Если только королева сумеет добиться решения в свою пользу.