Глава 22

Чаша. Она располагалась в центре арены, и тонкие линии, сплетающиеся в узоры на полу, длинными желобами тянулись к ней. Ритуальная чаша напоминала песочные часы, увитые терновыми шипами. Плотное тёмное стекло было покрыто золотыми символами, а внутри плескался не песок – но пролитая кровь. То, что собрано на арене. То, что должно заполнить часы до краёв.

— С сего дня, с сего часа – ритуальная чаша будет собирать вашу кровь с каждого проведённого поединка. – медленно и торжественно возвестил Цестус. – Это часть великой церемонии Сезара. Дворец чувствует вас, он слышит всякое дыхание и всякий шёпот. Когда ваша кровь напитается силой – настанет час пролить малую её долю, дабы насытить грядущее празднество Процветания. Ваша боль станет данью Октаэдра и то будет неприятная, но справедливая цена за магию.

— Такая уж справедливая…? – выдохнула Гиата, но тотчас замолчала под бесстрастным взглядом Цестуса.

— Дворец обильно питает вас, а вы передаёте часть сил Октаэдру. – с усмешкой заметил лидер Золочёных. – Отнеситесь к данной церемонии со всем уважением, наследники, ибо от неё зависит не только ваше будущее, но и судьба всего Октуса.

— У меня назрел вопрос. Есть ли разница, кто именно отдаёт кровь? – недобро усмехнулся Винсент Глейв. – Мы же не должны делить обряд поровну… Верно?

— Верно. – эхом отозвался Цестус. – Кто проигрывает чаще, тот и платит. На сей раз поединки станут более длительными. Отныне они завершаются не с первой каплей крови, а лишь в том случае, когда сама арена загорится алым. То будет знамением временного насыщения чаши.

На несколько минут в зале повисла напряжённая тишина. Ставки выросли, и не все желали мириться с этим… Впрочем, Сейра знала тех, кто были искренне рады грядущему безумству.

«Глейв и Бестиал… Они всегда разделяли звериную жестокость на двоих, подпитывали друг друга. Винсент обладал хладнокровным, въедливым разумом и был настоящим садистом. А Дитрих, приученный рвать и пытать… Хоть и не отличался особым умом, но компенсировал недостатки физической силой. Вероятно, по раздельности они не так опасны, но их дружба усилила все негативные черты» — Сейра скривила губы, сдерживая гремучую ненависть в глубине сердца.

Страх. Страх всё ещё присутствует, хоть и стал совсем блёклым, едва ощутимым. Но раны прошлого горят в памяти, и даже спустя время она могла ощутить контуры былой боли.

— Скажите, Цестус… Я правильно понимаю, что мы будем проливать кровь вплоть до дня Процветания? – деловито осведомился Марк Прециос. – Или, всё же, дело в песочных часах?

— У вас есть время заполнить их до краёв. Если же вы не справитесь… - Цестус склонил голову набок и холодно пояснил. – Наказания не последует. Однако последствия будут. Для вас, для города… Для Совета Кровных.

«Он не угрожает, он… Констатирует факты» — осознала Роузвуд, облизнув пересохшие губы. – «Столь давящие слова от Золочёного… В такие моменты чувствуешь, насколько же он древний. Существо иного порядка, которое видело многое и многих. Он не боится нас, не страшится нашей магии и… Вероятно, лицезрел то, что случается с наследниками, не сумевшими заполнить ритуальную чашу» — она на мгновение прикрыла глаза, цепляясь за туманные отблески прошлого.

Фабьен. Его крови в песочных часах было слишком много. Слабейшей из обладателей Дара, он был вынужден столкнуться с той участью, на которую когда-то толкнул Сейру. С одной лишь разницей: для него это стало мимолётным унижением. Оно не сломало, но многократно озлобило Фабьена. И там, где раньше он использовал более хитрые методы контроля… проявились зачатки истинной тирании.

— Славно. Очень воодушевляет. – насмешливо фыркнул Феликс. – Право слово, это давление начинает раздражать… все нас поучают, все требуют крови!

— Нервничаешь, Мисбели? Тут тебе не театр, за фальшивыми масками не спрячешься. – ядовито поддел его Глейв.

— Поверить не могу, Винсент… ты хоть раз бывал в театре? Большое достижение для такого невежды.

Сейра мысленно закатила глаза. При всём своём очаровании, Мисбели умел быть крайне ядовитым… Он не признавал насилия, но никогда не отказывался от поединков. Его Дар, не созданный для прямой атаки, искусно обманывал людей, создавая иллюзорные ловушки. Феликс побеждал с переменным успехом, но всё же ему частенько везло.

— Смотрю, вам не терпится заполнить чашу? – Бестиал ухмыльнулся, резко качнув головой. – Ну, наконец-то… В этом дворце стало до безумия скучно, хоть как-то разбавим тоскливое ничто!

— Очаровательно, Дитрих. Ты, как погляжу, способен оценить лишь грубую силу.

Марк Прециос скрестил руки на груди, дёрнув точёным подбородком. Его тёмные глаза казались ещё более тусклыми, чем обычно… И в тот момент Сейра ненароком задумалась: а участвовал ли он хоть в одном поединке?

Дар Прециос, признаться честно, совсем не подходил для подобного. Они, конечно, умели манипулировать золотом, но этого не хватало для полноценной борьбы. Проще говоря: Марк должен был занять позицию слабейшего, однако… Его не вызывали на бой. Никто из наследников не решался это сделать, как будто Прециос был неприкосновенным.

Раньше Сейра совсем не думала о подобном, но сейчас, поймав расчётливый взгляд Марка, она ощутила то самое неуютное, почти тревожное чувство несоответствия. Кровь стекает по желобам в сосуд, каждый отдаёт драгоценные капли, наполняя чашу, и только Прециос не рвут жилы, а лишь дань с других собирают.

— Роузвуд, давай сразимся.

Сейра едва не вздрогнула, поднимая взгляд на Аву Дезет. Наследница ветров не выглядела разозлённой, или же кровожадной… Оттого её предложение казалось крайне странным.

— Неожиданно. – улыбнулась Сейра одними губами.

— Ты не хочешь?

Ава вскинула брови, не выражая и малейшей обиды. Она могла бы повысить голос, привлекая внимание остальных наследников, и тем самым поставить Сейру в непростое положение… Но вместо этого Дезет вела себя подчёркнуто уважительно. И потому Роузвуд задумчиво кивнула:

— Хочу.

Откровенно говоря, ей не нравились поединки. Арена, чаша, бесконечное насилие… Сейра готова была ужом вертеться, лишь бы избежать всего этого. Но побег от собственной силы приведёт лишь в тупик, а каждое сражение расширяет границы Дара. Только посреди бушующего адреналина, среди настоящей опасности можно ощутить все границы той энергии, что опоясывает Сезар.

Ава Дезет была сложным противником. Более умным и сильным, нежели импульсивная Фрайгус. Сейра понимала это как никто другой и не надеялась победить в грядущем поединке… Тем не менее, она поднялась на арену, отбросив всяческий страх.

— Ава. – холодный голос Кайрона заставил Дезет остановиться.

Та шепнула ему пару слов, а затем присоединилась к Сейре, твёрдо произнеся:

— Мы остановимся, если крови будет слишком много. Договорились?

Роузвуд на мгновение поджала губы, прежде чем кивнуть. Этот нежданный договор… Прежде всего, выгоден самой Сейре. Ведь способность Дезет быстрая, боевая и режущая на ветру – наполнит чашу до краёв. Все это понимали.

Цестус кивнул, позволяя поединку начаться, и песок разметался по арене, вздыбился под ногами. Сейра ощутила, как ветер хлестнул её по лицу, и напряглась, запуская энергию в землю. Корни, лианы, гибкие отростки… Её накрыло густым коконом, призванным защитить от яростных атак Дезет. Но даже сквозь плотную колючую оболочку Сейра чувствовала дрожь земли и ощущала мир через гибкие стебли растений. Путы энергии переплетались буйным потоком, цвели, распускались – и атаковали Аву.

Это всеобъемлющее чувство почти пугало, но одновременно завораживало Сейру. Она плела магические нити, направляла растения и едва поспевала за точечными ударами Дезет. Её ветер был чуждым, хитрым и безжалостным: он рвал корни, трепал соцветия, пробирался к Роузвуд, и ладони девушки покрывались кровоточащими ссадинами.

Впрочем, острые шипы её разрастались – и били точно в цель, одновременно защищая Сейру. Лианы с присосками жалили Дезет, оставляли новые раны и вновь отрастали под завывания ветра. Это столкновение было более долгим, тяжёлым и опасным, нежели прежние поединки... И в какой-то момент Сейра поняла, что ей всё сложнее сдерживать натиск Авы. Она неплохо оборонялась, но атаковать её практически не получалось.

В конце концов, особенно резкий порыв ветра полоснул по плечу – и Сейра чуть не вскрикнула. Её кровь по жёлобу понеслась к сосуду, и арена накалилась, вспыхнув алым заревом.

— Поединок окончен. Победа Дезет. – проговорил Цестус, сцепив пальцы в замок.

Он сосредоточенно молился над песочными часами, в коих плескалась пролитая кровь. Сейра оглянулась на ритуальный сосуд и разочарованно выдохнула. Проигрыш ощутимо ударил по самолюбию, хотя Роузвуд и не надеялась победить в этой схватке. Она сражалась со всем рвением, ей не стыдно признать поражение, но…

«Недостаточно. Мой Дар ещё недостаточно развит, и это по-настоящему ранит»

— Похоже, в серьёзном поединке твои цветочки вянут. – насмешливый голос Гиаты прозвучал вместе с сухими, издевательскими хлопками. Она явно наслаждалась этим жестоким столкновением.

— Помолчи уже, Фрайгус! – Ава закатила глаза и, сделав несколько шагов к Сейре, уточнила. – Ты в порядке? Тебе не больно?

В её тоне не было ожидаемого злорадства, и, возможно, поэтому Сейра ответила:

— Терпимо.

Если не считать подбитого самолюбия, она почти не пострадала… Несколько ссадин – не в счёт. Подобные раны казались особенно незначительными после тяжкого опыта прошлой жизни.

— Пойдём в лазарет. – Ава уверенно потянула её на выход, игнорируя колкие фразы Гиаты.

Больничное крыло находилось в западной части Сезара. Просторное, пахнущее чистотой и травянистыми настоями, оно навевало особое чувство спокойствия. Местные целители не были Золочёными, но работу свою исполняли столь же молчаливо. Компрессы, бинты, мази… Сейра нервно улыбнулась, когда каждую царапину на её теле обработали с таким вниманием. Особенно плечо – самую глубокую рану тщательно покрыли густой мазью.

Ава, впрочем, также приняла помощь. Она сидела на соседней койке, беспечно болтала ножками и дула на сбитые костяшки. Солнечный свет скользил по её чёрным, не слишком длинным волосам, теряясь в ярко-жёлтой радужке глаз. Ава Дезет до безумия напоминала благородную кошку… из тех, кто либо позволит себя погладить, либо выпустит когти.

— Нехило ты меня шипами приложила, Роузвуд. – вздохнула она, склонив голову набок. – Да ещё и растения твои оставляют ожоги… Вот вроде мирный Дар, а такой опасный!

— Разве? – чуть слышно проронила Сейра. – Я атаковала вслепую... Не могла толком прицелиться, слишком много сил ушло на защиту от твоего ветра.

— Мощная способность, не правда ли? – Ава вдруг заулыбалась, откинув смоляную прядь со лба. – Я долго её тренировала! Подчас только скорость и спасает…

— Спасает… от кого? – невольно уточнила Роузвуд, вскинув брови.

Она плохо знала наследницу ветра. Ава была не слишком разговорчивой, но при этом резкой и категоричной… По крайней мере, так казалось со стороны. И только с Кайроном она была по-настоящему искренней.

— Испытания дома Дезет, — неопределённо протянула Ава и сузила яркие глаза. – Вы, Роузвуд, должно быть, жили среди цветущего сада, а нас отправили в гористую местность. Шаг вправо, шаг влево – упадёшь и разобьёшься. Никто, конечно, не умер, но многие покалечились… И выбивать своё право на Дар пришлось с огромным трудом.

Она на мгновение застыла, а затем мотнула головой:

— Впрочем, я не права! Мои слова, вроде как, обесценивают твои усилия… Я часто сначала делаю, а потом уже думаю. Кайрон учил меня спокойствию, но сложно перекроить свой нрав.

Сейра задумчиво улыбнулась. В тот момент она по-новому взглянула на Аву. Кажется, эта наследница довольно… честная? Редкое качество для избранников Сезара.

— Скажи, почему ты захотела со мной сразиться? – прямо спросила Сейра.

— Точно не из-за ревности! – фыркнула Ава. – Этот Мисбели несёт сущий бред… Мне просто хотелось понять: а как сражаетесь вы? Я слышала, что… Ну, клан плодородия считается мирным, однако в бою многие Роузвуд не раз доказывали свою эффективность.

Она негромко вздохнула, склонив голову набок:

— Вот я и захотела попробовать. Не ради того, чтобы тебя покалечить, вовсе нет… Ты же не обижаешься за проигрыш? Кайрон меня отговаривал, но я решила поступить по-своему.

Сейра негромко хмыкнула. Она не могла всерьёз злиться на подобные откровения… Более того: ей нравилось слушать Аву, улавливать столь простые, прямолинейные объяснения.

— Я не обижена, хотя по гордыне это сильно ударило, не скрою. В том нет твоей вины: мне нужно больше тренироваться.

— Но ты не слабая! Не слушай Фрайгус, она много глупостей говорит. Ты продержалась до конца поединка с честью, и, хотя победу засчитали мне, в реальном бою всё могло сложиться иначе. Мой Дар быстрый, это неоспоримый факт. Но твой куда более стабильный… Даже в защите! В какой-то момент мне казалось, что этот кокон невозможно пробить. – Ава слабо улыбнулась. – Я почти запаниковала! Как ты так… смогла сделать?

Сейра на мгновение задумалась, опустив взгляд. Как? Она и сама не знала. Дар был чем-то родным, пронзительным, будто часть её тела, и, одновременно – Роузвуд не могла осознать его в полной мере.

— Интуитивно? – проронила она, облизнув пересохшие губы.

Царапины на руках жгло, но мазь быстро впитывалась. Вскоре от ран не останется и следа, настолько хороши местные лекари.

— Не знаю. – наконец, призналась Сейра. – Я ощущаю Дар, как иные чувствуют руку или ногу. И очень многое делаю… инстинктивно. Будто иначе просто не могу поступить.

Она запнулась, подняла взгляд на Аву и чуть тише спросила:

— Это… странно?

— Нет. – тотчас ответила она. – Думаю, нет… Дары ведь тоже различаются. Некоторые Кровные и вовсе считают, что у магии есть… Подобие воли, ты знала? У Роузвуд, как я слышала, глубинный Дар. Тот, что прорастает сквозь сердце. У нас скорость и лёгкость в ногах, у вас – умение твёрдо стоять на земле, оживляя всё вокруг. Пустыня и сад, как иронично…

Ава смолкла, тоскливо опуская взгляд на свои руки:

— … Хотела бы и я так оживлять. Но наш Дар веет неудержимостью и не терпит промедлений.