Глава 25

— Как вы относитесь к союзу с Мисбели? – протянула Сейра, склонив голову набок.

Ей было важно услышать мнение Старика, а затем проанализировать все полученные факты… Не ради грядущего брака, но, по крайней мере, для того, чтобы сделать кое-какие выводы.

— Я отношусь к этому проще, чем мой младший брат. – усмехнулся Ирсалис, постучав указательным пальцем по подлокотнику кресла. – Не против, если ты сама пожелаешь пойти с Мисбели в Храм… Но не стану давить, если решение твоё склонится в иную сторону.

— Вы правда… настолько мне доверяете? – несколько удивлённо спросила Сейра.

— Ты ни разу не предала моё доверие. А это, поверь, очень важно. – тепло улыбнулся Роузвуд.

— Касательно Фабьена… простите, наследница. Думаю, это мой недосмотр. – вмешался мистер Райт, опустив подбородок. – Следить за змеевидными не так просто, как кажется на первый взгляд.

Сейра рассеянно улыбнулась. В глубине души она знала, что так и произойдёт. Но ей, в каком-то смысле, было интересно проверить Фабьена. То, каким он был в прошлом… И то, каким станет сейчас. Одно перерождение может вызвать уйму изменений. Она не надеялась на то, что у Фабьена вдруг проснётся совесть, но всё же хотела выяснить: в какой момент окончательно иссякнет его терпение?

«Довольно быстро» — хмыкнула Сейра, чуть скривив губы.

— Не страшно, мистер Райт. Этот человек весьма… изобретателен. – вздохнула наследница, прикрыв глаза. – Я думаю лишь об одном: странно, что та помощница столь быстро заболела. Возможно ли проверить причастность Фабьена?

На несколько мгновений все погрузились в молчание. Мистер Райт нахмурился и уточнил:

— Вы полагаете… её отравили?

— Вы и сами знаете особенности Посвящённых. – ровным голосом произнесла Сейра. – Хотя основной Дар перешёл ко мне, они до сих пор хранят искры малого таланта… А его можно использовать не только во благо.

Она смутно помнила некоторые детали прошлой жизни… Фабьен, который был столь слаб в сравнении с другими, поднаторел в создании странных смесей. Не то лекарства, не то яды… Эффект, впрочем, был одинаково разрушительным.

Сейра подумала о быстром угасании Ирсалиса. Старик постепенно лишился сил, поддержки и власти… Он зачах, как чахнут брошенные цветы в саду, но Сейра полагала, что кое-кто мог вмешаться в этот процесс. Фабьен никогда не признавался в убийстве Старика, но… В ту пору он много экспериментировал со своими микстурами. И, возможно, одна из них сыграла роковую роль в произошедшем.

— Я могу инициировать расследование. – протянул Райт. – Но делать это придётся медленно и осторожно… Ах, сколько мороки с бывшими Посвящёнными! Некоторых, признаться честно, давно следовало удавить, да Роузвуды не позволят казнить без суда и следствия.

Сейра едва не закатила глаза. Магия была ценным ресурсом... Особенно сейчас, когда наследники забрали почти всё. Такие, как Фабьен, были мелкими сошками с минимальными способностями, но их дети (потенциально) могут развить в себе магическую искру.

Именно поэтому даже Ирма и Макус, которые отказались от клятвы, были высланы не так уж далеко. Сейра знала, что Роузвуды сами пожелают вернуть их в Шипы… Это похоже на метод кнута и пряника: сначала продемонстрировать полное равнодушие к их судьбам, а затем вновь приблизить к родовому поместью. Грубая, дешёвая манипуляция, призванная сломить волю бывших Посвящённых и использовать их для нужд клана.

«Дети… Если ребёнок Посвящённого имеет зачатки способностей, его принимают в семью. Отнимают у родителей в раннем возрасте, обрывают всякую привязанность на корню. Возникает закономерный вопрос: почему же в прошлом Роузвуды меня не защитили?» — Сейра на мгновение затаила дыхание, воссоздавая в памяти надменный голос Фабьена:

«— Она бесплодна, а значит – бесполезна. Кому нужен жалкий пустоцвет? Позор для нашего клана…»

Он сказал это при всех в тот самый день, когда впервые отказался от Сейры. Роузвуды, лорд Киракс… Все слышали жестокие слова наследника и улыбалась. Они не удостоили Сейру ни единым взглядом, потому как для них её жизнь потеряла всякий смысл.

Говорил ли он правду? Вполне возможно. Сейра смутно помнила, как наследник поил её зельями после каждого соития… Но в какой-то момент он перестал. Её тело, и без того слабое – ещё сильнее отощало под влиянием внутреннего недуга.

Тогда Фабьен отказался от Сейры, потому что она стала бесполезной, ненужной… Непривлекательной. Он отправил её на дальние земли Октуса, где ей приходилось трудиться на ферме семьи Роузвуд. Но даже такая жизнь была лучше бесконечных пыток Средоточия.

«В ту пору я впервые ощутила необычайное спокойствие. Меня бросили, заставили трудиться в поте лица – а я медленно восстанавливалась, собиралась с силами, и, наконец, вздохнула свободно»

— Расследуйте. – задумчиво проговорила Сейра. – Спешить нам некуда… Я не хочу, чтобы он заподозрил неладное.

— Уж это я могу устроить!

Мистер Райт коротко рассмеялся, потирая ладони с тем исключительным усердием, с коим мухи теребят лапки, прежде чем взлететь повыше.

— Есть ещё кое-что, о чём мне нужно поговорить с вами. – добавила Роузвуд, нахмурившись. – Но это… очень важно. Не для лишних ушей.

Её магия, сорвавшаяся с рук, покрыла пол гибкими растениями, которые быстро сплелись в непроницаемый купол, за которым звучал лишь ровный голос наследницы. Она рассказывала им о прошениях, тревожных сигналах и драгоценностях семьи Прециос… Вернее, о том, где впоследствии их можно найти.

— Ты уверена? – прямо спросил Ирсалис Роузвуд, когда она смолкла. – То место… весьма необычное.

— Знаю. Сейчас их, вернее всего, там нет, но я прошу вас разместить соглядатаев поблизости. При любом подозрительном действии мы должны вмешаться.

Старый лорд ответил не сразу. Он постукивал пальцами по набалдашнику трости, пока не заметил:

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Всё это пахнет до крайности дурно… Почти как в смутное время.

Сейра едва не вздрогнула, быстро отводя взгляд. Старик, всё же, отличался завидной интуицией… И даже не зная всей правды, он угадал наперёд: их ждут мрачные времена, когда равновесие Восьмигранной цитадели вновь пошатнётся.

* * *

В покоях было темно и тихо. Сейра чувствовала, как гудит изнутри её голова, наполняясь колокольным звоном. Прямо сейчас она едва ли могла мыслить разумно, разрываясь между прошлым, настоящим и грядущим. Три времени, три реальности и лишь одна из них свершится…

В какой-то момент Сейра погрузилась в вязкий, тревожный сон, где лихие очертания судеб сворачивались в нечто тошнотворно-мерзкое, с привкусом скорой беды. Она видела наследников и их жгучую вражду. Видела трон, опалённый алым заревом. И золото, много расплавленных монет, что прикипают к ладоням – попутно сдирая кожу. А потом… Сейра проснулась. На резком выдохе, от неприятного, ледяного прикосновения.

Фабьен склонился над ней и, поймав взгляд наследницы, нисколько не смутился:

— О, госпожа… Я лишь хотел поприветствовать вас.

Его голос: мягкий, шёлковый, елейный, раньше вызывал у неё дрожь по телу, а теперь в Сейре крепли эмоции иного рода. Неприязнь, такая терпкая, с гневом сопряжённая, вспыхнула в груди пламенным заревом. А вместе с ней гибкие растения сплелись вокруг его руки, едва не вывернув запястье:

— Ай, — выдохнул он и укоризненно поморщился. – Зачем же так? Я укрыл вас пледом, а вы злитесь, выпускаете силу, будто меня и впрямь нужно так остерегаться.

— Я не люблю, когда чужие нарушают мои личные границы. Просто ненавижу. – проронила Сейра, насмешливо вскинув брови. – А ты вторгся в мои покои.

— Разве я «чужой»? Клятва верности для вас ничего не значит?

Но Сейра лишь усмехнулась, качнув головой:

— Что тебе нужно, Фабьен?

Она слишком хорошо его знала. За любым прикосновением, за любой привязанностью он скрывает расчёт, такой же холодный, как хватка его длинных пальцев.

— Вы обещали, что возьмёте меня в Сезар. – проговорил он, сузив глаза. – Если я буду тщательно исполнять обязанности… И моя работа была безупречной. Я составлял для вас самые подробные отчёты, одобренные лично мистером Райтом.

Губы Сейры невольно изогнулись в усмешке:

— О, вот как? Раз уж ты так хорошо справляешься, почему бы не остаться в Шипах? Средоточие обойдётся без твоей безукоризненной работы.

Он едва не зашипел, и в глазах его мелькнула откровенная, жгучая враждебность. Фабьен, очевидно, ненавидел Сейру… И вдвойне изнемогал от осознания её власти.

— Госпожа, давайте поговорим откровенно. – наконец, выдохнул он, стряхивая путы её растений.

Фабьен сделал несколько шагов к дивану и, стиснув зубы, опустился на колени:

— Я знаю, что ты… Что вы испытываете ко мне неприязнь ещё со времён особняка Роз. И я раскаиваюсь в каждом своём деянии. Но здесь и сейчас мы служим одной семье, одному роду. Я хочу помочь вам возвыситься в Сезаре, потому как… Мне тоже это выгодно.

Он скользнул взглядом по её фигуре, прикрытой шёлком изумрудного платья.

— Кроме того, я кое-что слышал… Роузвуды полагают, что сексуальная энергия повышает уровень магии. Стабилизирует Дар. И я могу помочь вам… с этим.

Ласковые нотки в его голосе казались медовыми. Фабьен был бесстыден в своём предложении, но, одновременно, рискнул пойти на подкупающую откровенность. Сейра неспешно склонила голову набок, смерив его долгим взором.

Она признавала: он всё ещё красив, галантен и умеет себя вести. В прошлой жизни Фабьен был груб и несдержан с ней, но перед Гиатой Фрайгус вился нежным ужом… Он пресмыкался перед ледяной принцессой, о чём часто шутил Бестиал.

«Пожалуй, стоит признать: если бы не опыт собственной смерти, я бы поверила ему. Он, всё же, изумительно точно играет на чувствах»

— Ты кое в чём ошибся. – проронила Сейра, и мягкая улыбка зажглась на её губах. – Семье служишь ты. А я, как видишь, повелеваю.

Она насмешливо щёлкнула пальцами прямо у его лица и шепнула:

— Мой Дар вполне может стабилизировать кто-то другой. Ты не уникален, Фабьен… И до сих пор, кажется, неспособен с этим смириться.

— Госпожа…

— Убирайся!

Её голос окреп, налился решительной сталью. Прежде чем Фабьен успел что-либо сказать, в покои вошли её верные слуги и молча выставили его за порог. Сейра устало откинулась в кресле и позвала:

— Агнес, подойди сюда.

Агнес. Скромная, миловидная, старательная девушка… Именно она в прошлой жизни подверглась осквернению со стороны дворецкого поместья Шипов. Сейчас же тот человек здесь не работает – Сейра намекнула мистеру Райту, и мерзавца быстро убрали куда подальше.

— Да, госпожа. Тот человек вас… потревожил? – тихо спросила Агнес, склонив голову.

— И да, и нет. — Сейра усмехнулась. – Важнее всего другое… Ты, кажется, не хочешь оставаться в Сезаре.

Агнес вздрогнула. Затем прижала ладони к груди и быстро-быстро заговорила:

— Нет, я хочу служить вам! Хочу быть полезной, правда… Дворец немного пугает меня, но…

— Я не виню тебя. – спокойно проговорила Сейра. – Прошу лишь честности. Скажи: тебе будет лучше здесь, в поместье Шипов?

Агнес смутилась. Она прикусила нижнюю губу почти до крови и едва заметно кивнула. Жизнь в Сезаре была тяжёлой. Если не физически – так морально. Сейра видела, что другие её клятвенники уже примерили роли гордых прислужников Роузвуд, тогда как Агнес едва ли поспевала за ними.

— Хорошо. – проронила наследница, прикрыв глаза. – Ты останешься здесь, будешь моими глазами и ушами в пределах поместья. Мистер Райт за тобой присмотрит и в обиду не даст.

Агнес кивнула и, шмыгнув носом, попросила:

— Пожалуйста, госпожа… Когда вы вернётесь из Сезара, я смогу снова присоединиться к вам?

— Да. – произнесла Сейра. – Но здесь у тебя будет одна важная задача. Фабьен… Вскоре заинтересуется причинами твоей «немилости».

Девушка «брошенная» наследницей – настоящее лакомство для такого подлеца. Агнес нахмурилась и пробормотала:

— Он мне совсем не нравится. От него ощущения такие… Липкие, неестественные. Я даже говорить с ним не буду!

— Ну, зачем же так строго? – лукаво улыбнулась Сейра. – Ты можешь поговорить с ним… Просто будь осторожна. Увиливай от правды, грамотно используй ложь. И обязательно сообщай мистеру Райту, если Фабьен делает что-то подозрительное. Даже если ничего страшного пока не случилось.

Агнес кивнула с серьёзным видом, а Сейра на мгновение призадумалась, после чего медленно проронила:

— Если он начнёт спрашивать про Сезар… Единственная правда, которую ты можешь сказать: это о том, что я крайне не люблю клан Бестиал.

Она достаточно долго бездействовала, но настало иное время. Сейра понимала, что даже при наличии доказательств отравления Фабьена накажут недостаточно сильно. Его, вероятно, вышлют из поместья, понизят в должности – но не более. И со временем он, конечно, сможет вернуться.

Но Бестиал… совсем другое дело. Предательство рода – то, что невозможно простить. Неверность здесь карается кровью, а Фабьен, ограниченный в возможностях, однажды захочет рискнуть. И Сейра будет столь любезна, что направит его к тому, с кем он был близок ещё в прошлой жизни.

«Дитрих глуп и жесток. И вдвойне он жесток к тем, кто неспособны с ним тягаться. Но есть ещё один важный фактор, по которому Фабьен должен связаться с Бестиалами… Я не хочу слишком сильно тасовать карты грядущего. То, что случится совсем скоро – должно произойти с минимальными изменениями, иначе ситуация выйдет из-под контроля» — Сейра едва слышно вздохнула.

Она не так хороша в интригах, но у неё есть неоспоримое преимущество. Если правильно расставить фигуры на этой незримой шахматной доске… В решающий миг это может спасти партию. И она сделает всё, чтобы медленно, неспешно и бескомпромиссно воздать по заслугам всем, кто этого заслуживает.