Глава 29

— Потрясающе…

— Вы спланировали всё с самого начала, не так ли?

— До чего неожиданный союз.

— Мы в восхищении!

Сейра опустила ладонь на изгиб локтя Кайрона, сдержанно выслушивая потоки лести, что лились со всех сторон. Стоило им остановиться, как весь зал оживился, забурлил, наполнился хором нестройных голосов. Все наследники были по-своему исключительными, но эта пара бесстыдно украла внимание присутствующих.

Тьма и жизнь не соприкасались Дарами сотни лет, и оттого их союз вызвал столь бурную реакцию. Впрочем, Сейра почти сразу ощутила презрительный взгляд от нынешнего главы семьи Дарксайд. Вот уж кто едва ли доволен произошедшим…

— Поразительно. – проронил он ледяным тоном, наточенным, будто клинок. – Кто бы мог подумать, что сады Роузвуд способны прорасти даже сквозь непроглядную тьму.

Он вёл себя подчёркнуто сдержанно, но Сейра безошибочно уловила укол чужой неприязни.

— Вы говорили, что я должен следовать зову Дара. – парировал Кайрон, вскинув брови. – Я так и поступаю.

В его спокойствии – ни капли раздражения. Дарксайд принимал чужую злобу с удивительным равнодушием, будто все их претензии – не более чем досадный шум на фоне. И, ощущая его уверенность, Сейра также чувствовала, что готова ко всему.

Как бы Кровные ни скалились, как бы не ярились: сегодня не они главенствуют над Процветанием.

— Ваш танец и вправду бесподобен… Думаю, мы могли бы создать чудную театральную постановку, используя столь заманчивое сочетание чёрного и красного! – рассмеялась высокая женщина с тёмными, вьющимися волосами.

Она прикрывала улыбку расшитым веером, а рядом с ней стоял (несколько напряжённый) Феликс Мисбели.

— Госпожа, разве это не слишком провокационно? – он натянуто улыбнулся, склонив голову набок. – Другие могут не оценить наше творчество.

— О, мой дорогой Феликс, ты ещё слишком юн! Искусство должно вызывать эмоции: чем сильнее – тем лучше. – женщина вновь улыбнулась, но цепкий взор её буквально терзал Сейру.

«Нынешняя глава дома Мисбели… Какая ядовитая женщина. По-видимому, именно она настаивала на нашем союзе» — подумала Сейра, и едва не закатила глаза. Старшие, очевидно, не переносят, когда их планы нарушаются столь возмутительным образом… Но Сейра не для того переродилась, чтобы молча склонять голову перед всеми.

У неё есть право голоса. И она заставит их прислушаться.

— И вправду, достопочтенная Арабелла: все мы испытали довольно много эмоций от танца Сейры и Кайрона. – Киракс подошёл ближе, радушно улыбаясь. – Впрочем, стоит отметить очевидное: их Дары цветут невероятно ярко.

Утомительные светские беседы подчас вели лишь к установлению нового порядка в Совете Кровных… Кто более влиятелен? К кому следует присмотреться? И чей наследник одарён по-настоящему? Они старались ради блага великой страны и всегда с гордостью заявляли об этом. Но, на самом деле… Многих заботило лишь собственное величие.

Сейра вздохнула, сжимая ладонь Кайрона чуточку сильнее. Ей не хотелось отпускать его, но Процветание – тонкая игра, в коей чрезмерная привязанность тоже является слабостью. Тёмный опустил взгляд на их переплетённые пальцы и на мгновение притянул её ближе. Кайрон склонился к шее Сейры и невесомо шепнул:

— … Они будут давить, лгать и изворачиваться. Они всегда так делают, лишь бы подчинить нас. Не волнуйся. Если почувствуешь, что не справляешься: просто выпусти немного силы, и я приду на помощь.

Сейра посмотрела ему в глаза и ощутила, как на губах против воли расплывается нежная улыбка. Забота Кайрона ласкала её истерзанные нервы, но важнее всего другое: он рядом. Всегда и везде… Надёжная поддержка, о которой она так часто грезила в прошлом. Потому ей не страшно столкнуться с чужими интригами.

Сейра – госпожа Роз, королева неверных Шипов, опалённая тьмой. В ней решимости куда больше, чем во всех них вместе взятых.

— Удачи. – шепнула она одними губами и ловко вывернулась из его рук.

— Очаровательно. – произнесла Арабелла Мисбели, не без иронии наблюдая за их взаимодействием. – Аккуратней, юная леди: мужчины своевольны и быстро привыкают к хорошему. Нет ничего хуже избалованного юноши… Верно, дорогой?

Феликс мрачно усмехнулся. Казалось, он уважает, но и немного опасается главу иллюзорного клана. Впрочем, ответить ему не дал Киракс, лорд тотчас рассмеялся, усыпая её комплиментами. А Сейра воспользовалась этим и незаметно отступила. Она видела Кайрона, которого отвёл в сторону недовольный Дарксайд. Видела Глейва и Бестиала, те вели себя удивительно сдержано рядом с властными Кровными. Но больше всего Сейру интересовала сама цитадель.

Сакральное место Октуса, окутанное древней магией даже сильнее, чем само Средоточие… В центре дворца находилась сердцевина – восьмигранная колонна, что острым стержнем пронзала пол и доставала до сводов высокого потолка. Именно от неё в разные стороны расходились мерцающие линии силы. Сейра видела, как под каменными стенами цитадели пульсирует энергия, наливаясь ярчайшим золотым цветом. Но скоро она почернеет, ибо зло притаилось совсем рядом. Не внешний враг, нет… Ядовитая отрава, что есть в каждой душе человеческой.

— Так значит, вы с Кайроном теперь вместе. – холодно произнёс Феликс, отрывая её от мыслей. – Могла бы предупредить, знаешь ли.

— С чего бы? – невозмутимо поинтересовалась Сейра. – Мы с тобой, кажется, друзьями не были.

— Я думал… Ах, ладно. Глава считает, что наш союз породит на свет иллюзорный цветок. – усмехнулся Феликс, качнув головой. – Заманчивая мысль… Но с тобой довольно сложно ладить, не так ли? Удивительно упрямая девушка. Не знаю, чем Кайрон подкупил тебя, но вы, видимо, очень легко сошлись.

— Нелегко. – задумчиво проронила Сейра.

На её губах всё же возникла мимолётная, ласковая улыбка. Они сходились медленно и непросто, но… Кайрон всё же дал ей самое важное: время. Время на то, чтобы разобраться в своих чувствах. Сейра не любила пустые ухаживания, её в дрожь бросало от вязких комплиментов и чрезмерной настойчивости некоторых мужчин. Но Дарксайд терпеливо ожидал её выбора, и в том заключалась его искренность и мудрость.

Глаза Мисбели чуть потемнели. Он явно не понимал, отчего выбрали не его, однако быстро преодолел собственное раздражение:

— Что ж, да будет так. Надеюсь, ты не пожалеешь о своём выборе.

Феликс повернул голову, услышал властный оклик Арабеллы и хмыкнул:

— … мне пора. Но я всё же посоветую тебе быть осмотрительной. Знаешь, не только я задумывался о более… близком союзе.

Сейра цокнула языком, но ничего не сказала. Возможно, по той причине, что среди Кровных вдруг мелькнул подол шелестящего тёмного платья. Статная женщина с утомлённым лицом и болезненно худыми руками взмахнула тонким веером. Она выглядела такой хрупкой, будто любой порыв ветра сшибёт её с ног.

— Госпожа Мирия Моргауз. Младшая сестра Его Величества. – проговорил Старик, заметив интерес Сейры. – Удивительно, что она пришла сегодня… Говорят, её здоровье весьма слабое.

— Да, удивительно. – медленно кивнула Сейра.

«Мирия, увы, здоровее всех ныне живущих. Равно как и её сын»

* * *

Когда-то в прошлом… Первый год Сезара был трудным, болезненным, почти невыносимым. Фабьен терзал её как физически, так и морально. Он бесконечно наслаждался страданиями Сейры, ибо лишь так мог залечить своё подбитое, порядком искалеченное самолюбие. Но Процветание многое изменило.

Сейра не присутствовала на том празднике, но интуитивно ощутила: что-то не так. Фабьен был непривычно задумчивым, а само Средоточие будто застыло в ожидании неминуемого краха… Тяжёлый наэлектризованный воздух пах горечью и увядшими цветами. Но вскоре молчание прервалось.

— Король мёртв! – эта весть рассекла реальность, как нож гильотины.

Фридрих Моргауз, последний из рода королей, умер от лихорадки в своей постели на следующую ночь после Процветания. Его смерть резко изменила привычный ход событий.

Беда заключалась в том, что он не оставил после себя наследников. Король с самого начала был слаб, а его жена погибла пять лет тому назад, так и не родив ребёнка. В то время Совет Кровных призывал правителя взять дитя на воспитание, но он отказывался… А теперь уже слишком поздно.

Впервые за сотни лет Октус оказался в столь непростом положении. И тогда разгорелся скандал. Самым очевидным претендентом был единственный сын вдовы Мирии – Лиам Моргауз. Он был тихим, прилежным юношей, племянником почившего короля.

Поначалу казалось, что кроме него никто не достоин занять монаршее место по праву крови, однако… Спустя несколько дней в столице объявился нежданный гость. Молодой мужчина по имени Бьёрк заявил, что является незаконнорождённым сыном Фридриха.

Ему не верили. Его презирали. И всё же, Совет Кровных никак не мог проигнорировать этого отпрыска… Наличие двух претендентов погрузило цитадель в хаос. А наследники, столь юные и толком неокрепшие, оказались перед решающим выбором, который был до крайности неочевидным.

С одной стороны: племянник короля, законная кровь Моргаузов. Стабильный, мирный, с виду болезненный и «простой» в обращении. С другой же – пышущий силой бастард, который возник из ниоткуда и требовательно заявил о своих правах.

Одни поддерживали Лиама. Другие колебались, оглядываясь на непризнанного сына. Решающим фактором были сомнения в его крови… Он оказался сыном служанки, которая покинула дворец двадцать лет тому назад. Тем не менее, король Фридрих раз в год отправлялся на заслуженный отдых в южные земли Октуса… Примерно в те места, где жила та женщина. Сейчас же король умер, но и она тоже мертва, так что единственным свидетелем оставался сам Бьёрк.

В ту пору многие говорили о решающем выборе наследников. Они, одарённые свыше силой Вседержателя, должны определить того, кто достоин занять трон Октуса… Но именно тогда возник сильнейший раскол.

«Мы и раньше не ладили, стоит это признать. Чем больше власти – тем сильнее непринятие... Однако история с двумя претендентами вскрыла все гнилостные нарывы. Наследники сцепились друг с другом, как голодные псы, насмерть сражающиеся за кусок мяса. Их жажда насилия многократно обострилась, потому что магия диктовала иные, почти первобытные законы. Нет единой власти – есть смута, в коей плещется только вражда и желание вырваться вперёд» — Сейра содрогнулась, чувствуя, как по коже ползут ледяные мурашки.

Она беззащитно обняла себя за плечи, прислонившись плечом к окну. На полу лежало небрежно сброшенное платье – отголосок минувшего Процветания. Ещё недавно Сейра вольготно скользила среди Кровных, не обращая внимания на змеиные шепотки и взгляды, а теперь… Теперь она тревожно смотрела на мглистое небо, затянутое тучами. И напряжение, прежде сокрытое в грудной клети, зазвенело лопнувшей струной.

Пока цитадель вибрирует от ритуальной магии, а Сезар спит, в королевском дворце агонизирует король Моргауз. Как и прежде, он не успеет оставить последнюю волю, ибо хворь, до того дремавшая в теле, сожжёт его за одну ночь.

Ладони Кайрона легли на её плечи. Сейра, прежде напряжённая до предела, медленно расслабилась, отдаваясь его крепким объятиям. А затем ощутила прикосновение прохладной цепочки. Дарксайд медленно опустил на её шею ожерелье из тонкого белого золота, в коем маленькими полупрозрачными кристаллами сиял легчайший цветок, будто сотканный из выточенных пластин, сложенных воедино.

— Что это…? – прошептала Сейра одними губами.

— Хотел подарить тебе кое-что прекрасное… Помимо книги. – пожал плечами Кайрон. – Жаль, не успел к началу Процветания. Мастера создавали ожерелье слишком долго.

Сейра неспешно провела пальцами по искусной работе и потупила взор:

— Ты меня балуешь, Кайрон… Кажется, глава дома Дарксайд вскоре решит, что мне суждено опустошить сокровищницу вашего рода.

— Он жаждет нашего союза с Авой. – хмыкнул Кайрон, коротко закатив глаза. – Но это невозможно. Я принадлежу тебе, а Ава… У неё уже есть любимый человек. Посвящённый из клана Дезет.

Сейра на мгновение вскинула брови. Она вдруг вспомнила прошлое… То, что случилось с Кайроном. И то, как Ава осталась рядом с ним.

«Она отказалась от своей любви ради долга…? Выходит, так и есть. Трагедия смуты заставила её пойти против своих чувств. Но на сей раз, возможно… Всё сложится иначе»

Сейра обернулась и прижалась к его губам. Быстро, порывисто, лишь бы ощутить ласковое дыхание тьмы. Она целовала Кайрона, роняла рваные вздохи на изгиб его шеи и, наконец, прошептала:

— Ты правда… мой? Полностью и безраздельно? Я жадная, Кайрон. У меня многое отняли, так что теперь… Не дразни меня подобными словами.

Он улыбнулся в полумраке комнаты, медленно пропуская её алые локоны сквозь пальцы и опускаясь ниже по ключицам:

— Твой. Наши судьбы связаны, и отрицать это бессмысленно. Связаны тёмным лабиринтом, проросшими цветами, корнями роз и твоим прошлым. Я не знаю, что пережила ты тогда, в иной жизни, но на сей раз всё иначе, Сейра. Я тебя не оставлю.

Она прикусила нижнюю губу и прижалась к нему теснее. Лишь бы прочувствовать каждую секунду, каждый вздох и каждое прикосновение… Он опустил её на кровать, припадая устами к мягкой талии, к округлым бёдрам. Кайрон ласкал её сильно, горячо, но неспешно. Он приносил ей такое удовольствие, о котором стыдно говорить вслух – щёки пламенеют, дыхание сбивается, и это сладкое чувство хочется запрятать глубоко в грудную клетку, не позволяя иным притронуться.

Её пальцы зарылись в его пепельные волосы, громкие стоны срывались с губ безудержно громко. И в распалённом сознании было лишь отчаянное желание продолжить, вновь ощутить его в себе, соприкоснуться душами – и не разлучаться вовсе.

Под балдахином кровати медленно сплеталась особая, несравненная магическая связь. Теневая роза прорастала сквозь стены… Нерушимое доказательство полного слияния сил. За окном вспыхнул рассвет, но от него сплетённый цветок лишь ярче раскрылся.

И в тот момент Сейра совсем не думала о свинцовых тучах, застилавших небо Октаэдра.