Глава 23

Пускай и не специально, хранители все же добились моего желания не отлипать от них ни на секунду. Чем глубже мы с Рэйдоном продвигались в замок, тем сильнее я к нему прижималась. И то, как сильно меня пугало здание, уже начинало раздражать. В подростковом возрасте мне доводилось ночевать в заброшенных больницах и темных безлюдных парках, так какого черта… Абсолютно иррациональный страх.

Моя комната, вопреки ожиданиям, ничуть лучше не выглядела. Все те же серые стены, темно-коричневые портьеры, большая холодная кровать и пустой стол в углу. Отличное место для помешательства. Осталось только дождаться дождливой погоды, сесть у окна и умереть.

Рэйдон хмуро на меня поглядывал, а когда увидел, что ничуть уютнее мне не стало, все же не выдержал:

— Тебе настолько здесь не нравится?

Я бегло осмотрела скудно обставленное, но такое же огромное, как и остальные, помещение и вздохнула.

— Я не могу объяснить… Мне и так непривычна ваша эпоха — в моем мире все совершенно иначе…

Еще и чувствую себя здесь…

Я передернула плечами, а в змеиных глазах дракона вдруг отразилось понимание.

— Возможно тебя это расстроит, но, куда бы ты ни поехала, так будет везде. Первое время…

В моих глазах отразился искренний ужас, и мужчина тихо рассмеялся. Добрые морщинки, укрывшие его лицо, и теплый блеск на дне оранжево-красной радужки абсолютно не вязались с живущим внутри воина зверем. Как у него только это выходит… Мощнейший самоконтроль.

Он мягко обхватил мою кисть и потянул за собой, усаживая на край кровати и присаживаясь рядом. Марсаловая простыня ожидаемо холодила спрятанную за моей простыней кожу, но тепло горячего тела дракона не давало продрогнуть.

— Несмотря на то, что весомая часть рас не обладает магией, она — основа нашего мира, — пожал плечами хранитель. — Когда существо приезжает жить в совершенно новое место, он сталкивается с рядом проблем. Дом у нас — это не просто стены и пол, это колыбель хозяина. Этот замок, как и все необжитые здания, пока мертв… во всех смыслах. Первое время он будет питаться от тебя, а затем ты сама своими руками сможешь превратить его нутро во что только захочешь.

Я немного успокоилась, но не удержалась от опасливого взгляда на серую стену, будто просыпающееся существо за ней одним сонным недовольным глазом наблюдало за нашей беседой.

— И сколько он будет питаться от меня, пока мне не станет тут уютно? И как это — питаться? Я это почувствую?

Воин медленно перебирал мои пальцы и блаженно щурился, а я старательно скрывала вдруг вспорхнувший бабочкой в груди трепет от этих действий.

Мне всегда нравились более нахальные, прямые и властные мужчины… Наверное потому и зацепилась за Лероя. Его игривая грубость и взрывной характер не оставили мне и шанса. Но нежность, сдержанность и покладистость Рэйдона неожиданно вызвала не менее пламенные эмоции. Невозможно сдержать восторг от осознания, какой жестокий страшный зверь таится в этом обычном человеческом теле, и как ласков и терпелив он со мной, даже несмотря на свое очевидное желание.

— Ты все почувствуешь, только когда он закончит и прильнет к тебе урчащим котом, — хрипло продолжил мужчина, замечая мое пристальное внимание. — Процесс подпитки безвреден и абсолютно не ощутим. Замок пуст и нуждается в хозяине, чтобы «вырасти» для него на его же энергии и стать полезным.

Я облегченно выдохнула и сочувственно взглянула на одиноко стоящее в углу кресло-качалку. Было приятно осознать, что я еще не окончательно выжила из ума, и этот страх — не паранойя. Скоро все наладится.

А пока мне лучше позволить своим нянькам выполнять свои обязанности.

Никогда не думала, что я, ненавидящая домоседский образ жизни карьеристка, скажу это, но сидеть под боком своего мужчины оказалось приятно. А трех так вообще… Тройная защита, тройная забота и тройное удовольствие.

— Ты был прав тогда… — неожиданно даже для себя, решила признаться, что думаю о нашем разговоре в доме Саиры. — Я… рада, что отпустила себя. Все не так плохо, — со смешком пожала плечами.

Рэйдон первый пошел со мной на контакт, и мне было необходимо убедиться, что он понимает, что я принимаю их. Больше нет нужды в борьбе, вместе спокойнее и надежнее. У нас четверых есть только мы, остальные занятые каждый своей выгодой.

Осталось лишь разобраться, откуда исходит угроза и разобраться с моим даром. И тогда… возможно тогда я найду способ вернуться домой и, наконец, решу, действительно ли стоит делать это.

Хранители — весомая причина остаться, но проблемы, что взвалил на меня новый мир — весомая причина уйти.

— Значит, ты согласна называть себя нашей женщиной? — прищурившись, внимательно всмотрелся в мое лицо дракон.

Я неуверенно кивнула и, хмурясь, дернула плечом.

— Как это вообще будет выглядеть? Вы мои хранители. Это… разве вы, в каком-то смысле, не работаете на меня? Не будем же мы всю жизнь любовниками…

Рэйдон изогнул брови и, улыбнувшись, покачал головой. Он посмотрел на меня, как на ребенка, и я невольно надулась. Я же не виновата, что ни черта не разбираюсь в их сумасшедшем укладе жизни!

— Это самая маленькая из проблем, Кира. — Воин смирился с тем, что вопросы меня волнуют больше его прикосновений, и со вздохом сложил руки на груди. Знал бы он… — Мы в любой момент можем связать наши узы браком. И не забывай о дне Суздагора… Союзы, связанные церемонией единения, священны. Никто не сможет нас разлучить.

И это приводило меня одновременно в ужас и восторг.

Черт, а я уже забыла об этой церемонии… Лучше бы и не вспоминала.

Не желая пока думать о насущных делах, я озорно покосилась на вдруг задумчиво притихшего мужчину. Рэйдон хмуро смотрел в пол перед собой, спокойно размеренно дыша. Насыщенные темно-красные волосы мягко спадали на широкую грудь, завораживающе переливаясь в мягком свете люстры со свечами.

Прикусив изнутри щеку, я настойчиво пихнула его в плечо и завалилась сверху. Как и было задумано, хранитель от неожиданности упал и, округлив глаза, ошеломленно вытаращился на обнажившиеся из-за спавшей простыни ключицы. Горячие ладони опустились на мою спину, придерживая.

— Мне холодно, — проворчала, хитро щурясь. — А Лерой пообещал, что ты сможешь это исправить…

***

Узкий вертикальный зрачок в его глазах сузился еще больше, оранжево-алая радужка полыхнула настоящим пламенем. И так сладко было осознавать, что это пламя опасно для всех, кроме меня… Кроме нашей большой странной семьи.

Мужчина шумно втянул воздух, раздув ноздри, как зверь… Словно дракон внутри него собирался дыхнуть на меня дымом. Я с любопытством наблюдала за происходящими с ним метаморфозами и поглаживала кончиками пальцев стремительно нагревающуюся кожу.

Черт, боюсь, меня сейчас не просто согреют…

— Не дразни, Кира, — тихо хрипло проворчал Рэйдон, напрягаясь.

Он по-прежнему бережно удерживал меня в своих руках, но каждый мускул поджарого тела будто окаменел. Огненный лорд снова поражал своим самоконтролем.

В этом была их с Лероем разница, и этим они оба одинаково сильно заводили. Бешеная подавляющая потребность в контроле против благородной покладистости. Теперь мне было понятно, в чем же вся прелесть нескольких мужчин в постели. Возносимый на небеса контраст…

— Почему? — невинно спросила, незаметно приподнимаясь, чтобы простыня сползла еще ниже.

Твердые горошины сосков плотно прижались к покрытой тонкой тканью рубашки сильной груди. Рэйдон затаил дыхание и все же, не сдержавшись, мягко, но предупреждающе вдавил пальцы в мою поясницу.

— Я делаю все, чтобы ты чувствовала себя комфортно со мной, но я не железный. Тебе придется столкнуться с последствиями.

В пол уха слушая его ворчания и «альфа-самцовые» речи, я неторопливо развязала завязку на рубашке мужчины и скользнула ладонями по гладкой безволосой коже. Чтобы было удобнее проделывать свои махинации, я привстала, и, притихнув, дракон мгновенно прилип глазами к покачнувшейся над ним груди.

Наблюдать за его внутренними метаниями было забавно. Ощущение контроля пьянило, пускай умом я и понимала, что он у меня есть, просто потому что воин позволяет.

Когда развязанная рубашка уже собралась у мужчины на торсе, а мои «невинные» поглаживания достигли пупка, Рэйдон устал быть джентльменом и мягко запустил пальцы в мои волосы.

Растрепавшиеся светлые пряди резко контрастировали с его смугловатой кожей. Мужчина завороженно проследил взглядом за своим движением и выдохнул приглушенное:

— Ты такая красивая…

Я прикрыла глаза и, как кошка, потянулась головой к его руке. Именно с ним не хотелось торопиться, хотя я давно горела… Пульс несся, как сумасшедший, но тело обмякло, разнеженное сладким томительным желанием. Не та дикая страсть, от которой хочется всего, сразу и побыстрее, а та, которую хочется смаковать, как последний кусочек любимого торта.

Второй рукой дракон стянул рубашку до конца и осторожно перевернул меня на спину, нависая сверху. Мышцы сильных рук завораживающе перекатились, когда он оперся локтями у моей головы о кровать и принялся жадно исследовать обнаженное тело диким взглядом. Простыня свернулась где-то у наших колен…

В воздухе заискрило от скопившегося меж телами напряжения, комната наполнилась будоражащими звуками рваного дыхания и терпким запахом возбуждения. Если бы страсть измерялась огнями, наш замок прямо сейчас снесло бы громадным салютом.

Позволяя ему есть себя глазами, я потянулась к шнуровке на темно-коричневых штанах и спустила их с бедер, дразняще проводя ногтями по крепким ягодицам. Мужчина выгнулся, как леопард, и выпустил сквозь зубы воздух. Освободившаяся налитая плоть отпружинила и уперлась в развилку меж моих ног.

С исказившимся в примитивной похоти лицом, хранитель склонился и принялся медленно осыпать меня нежными страстными поцелуями. Легкое прикосновение горячих губ к шее… и маленький дерзкий укус в то же место. Ключица… ноющие вздыбленные вишенки сосков… дрожащий от рваного дыхания живот…

Я шумно ахнула, когда дыхание Рэйдона коснулось нежной кожи бедер. Полыхающие звериные глаза на мгновение встретились с моими, а затем его лицо исчезло меж скромно раскрытых бедер. Я хотела его до безумия, но все не могла избавиться от, временами, подкрадывающегося желания прикрыться.

Красные волосы разлились по животу и ногам багровой лужей и, засмотревшись на них, я вздрогнула, когда горячий язык вдруг коснулся влажного лона. Не просто горячий… Пламенный, черт возьми! Похоже, дракон на самом деле собирался меня поджарить.

С губ сорвался тихий всхлип. Слыша лишь шум бешено несущейся по венам крови, до побеления пальцев сжимала простыню и нетерпеливо ерзала. Было дело в его неестественно длинном и огненном языке или же в нем самом — я поняла, что еще никогда не испытывала такого наслаждения от подобных ласк. Мужчина, оставивший меня ради моей подруги, не любил оральные ласки. На удивление, даже в свою пользу.

Да и меня, как оказалось, он не очень-то и любил…

Надеюсь, Виктория тут преуспела больше. Минет им да любовь! Кхм… совет, в смысле.

Жар внизу живота грозился расплавить не к черту мозги. Болезненно-сладкий комок все нарастал и, казалось, заполнял каждую клеточку тела. Но закончить мне Рэйдон не позволил.

Бесстыдно истекающих складок коснулся прохладный воздух. Но возмутиться не успела — руки на бедрах сжались крепче, а ноющую пустоту заполнила твердая пульсирующая плоть.

Я пьяно заглянула в обезумевшие глаза воина и прижалась к сильному телу, вжимаясь в него и обхватывая конечностями так, словно тону. Возможно и тонула… В таком водовороте эмоций, что становилось страшно.

По коже струился пот, от глубоких ритмичных толчков дыхание застряло где-то в груди.

Невольно врезаясь зубами в плечо мужчины, я на мгновение перестала существовать для какого-либо из миров. Разрядка была воистину беспощадной.

Только хранитель не закончил и, похоже, в ближайшее время и не собирался…

Мое обмякшее тело ловко перевернули и поставили в самую компрометирующую позу.

— По-моему, ты еще недостаточно согрета, — жарко хмыкнул на ухо дракон.

А я, мучительно простонав, тихо рассмеялась.

И это только один… Бежать или радоваться?