Глава 27

То-то я думала, что в словах Тильвиана проскользнуло что-то знакомое. Горы, к которым мы направлялись, были расположены на границе между океаном и Диким лесом. Лесом, находящимся под юрисдикцией короля Лероя. Их даже называли Каднарскими, хотя, это скорее было из-за их расположения, а не принадлежности. Принадлежат горы духам умерших.

Каднарский король не был мне знаком, но работа его армии впечатляла. Мне до чертиков пугало соваться в чужой неизведанный лес практически одной — кто знает, что за существа там водятся. Но мои опасения не оправдались.

В Диком лесу было удивительно спокойно и приятно. А еще ухоженно и аккуратно, будто армия здесь не патрулировала, а каждое утро прибиралась. Тиль сказал, что на всех территориях двенадцати королевств безопасно, поскольку, если какому-то королю не удается сохранить на своих землях порядок, совет эти земли передает кому-то более способному. А кто захочет терять столько власти?

Насчет орков я промолчала. Полагаю, это первый такой случай после стольких лет мира, ибо вторжения не ожидали даже хранители.

Пока мы не заехали в лес, думать ни о чем физически не получалось из-за перенапряжения. Я вздрагивала от каждого шороха и до мошек в глазах вглядывалась в кусты. Но когда поняла, что в ближайшее время мне ничего не грозит, позволила себе расслабиться, и мысли тут же атаковали бедную голову.

Если в своих действиях я не сомневалась — решение встретиться с Даллором верное и неотложное, — то вина перед мужчинами явно не собиралась давать мне покоя. Умом я понимала, что эгоизм здесь уместен. Мне нужно не нежиться в постели и позволять кому-то выполнять свой долг, а заняться собой и своими возможностями. И чувства, ни мои, ни их, не имеют сейчас значения — на кону мир и безопасность всех народов. Но мерзкое ощущение предательства не покидало.

— Тиль, может хоть какой-то магический вестник им отправим? — не выдержав, жалостливо пробормотала, преклоняясь через мешок, чтобы увидеть его морду.

Закупились мы серьезно. И это было даже не моей виной, поскольку походы по магазинам никогда не приносили мне особой радости. Фамильяр посчитал, что мне нужны и вон те теплые штаны, и вон та огромная тяжелая шуба, и вон тот магический, сохраняющий температуру кувшин. Ну, вот теперь и несет все это добро.

Конь вздохнул.

— Я такое не умею, а тебе нельзя. Не недооценивай наследника Ингушлара. Дагмар прочтет твое заклинание, и я не о тексте, который там будет. — Он смягчился. — Не расстраивайся, девочка. Всегда верь в себя и мудрость Даллора. Хранителей воспитали по его наставлениям. Очень скоро он тебя к ним вернет. Но сейчас важнее не твоя защита, а твои умения. Защитить себя ты всегда сможешь сама.

Я скептично изогнула бровь, чувствуя, как клонит в сон от мерных покачиваний широкой спины подо мной.

— Зачем тогда нужны хранители, если я смогу сама себя защищать?

— Видишь… Все у вас, живых, наперекосяк. — Покачал головой Тильвиан. — Не того от тебя все ждут, и не так наставляют. — Он вдруг посерьезнел. — Не тебя хранители должны защищать, а от тебя.

У меня от шока сразу вся сонливость прошла. Я даже не сразу нашла, что сказать.

В груди подняло голову опасение. Самое неприятное из опасений — страх перед самой собой. Это чем же я таким могу стать, что от меня еще и защищать нужно будет?

— Не накручивай себя раньше времени. Повторяю: всегда верь в себя. Твой дар особенный, ты неповторима. Ты знаешь, отчего умер Даллор?

Вспоминая все слова хранителей, я отрицательно мотнула головой. Забыла, что Тиль меня не видит, но он, каким-то образом, все равно ощутил этот жест.

— Никто не знает, верно? — Я неуверенно кивнула. — Он потратил всю свою жизненную энергию, чтобы создать этот дар. После, когда Даллор наставлял народ, что делать с Анкирой и как к ней относиться, он уже внутренне умирал. Уже тогда в нем не осталось ни капли магии.

Я мрачно уставилась на мелькающую под ногами траву. Объем возложенной на меня ответственности лишь увеличивался. Ради того, чтобы я — точнее, Анкира — выполнила свое предназначение, последний волшебник отдал свою жизнь.

— Значит, моя магия так же сильна, как и его?

— Я полагаю, всех ее возможностей не знает даже Даллор… — задумчиво протянул фамильяр.

Я невольно потерла грудь, внутри которой ощутимо пылало что-то теплое и яркое. Словно там дрожали сполохи пламени, как в камине. Не верилось, что эта сила может представлять такую опасность. Она ощущалась такой надежной, безвредной и светлой.

— Тиль, как думаешь, мне придется воевать? — тихо спросила, обнимая саму себя.

— Хуже — тебе придется войну останавливать.

Еще спустя какое-то время, когда солнце склонялось к горизонту, разбрасывая по небу оранжево-алые полосы, деревья перед нами неожиданно сменились каменными конструкциями. Сначала покрытая мягкой изумрудной травой земля сменилась ухабистой каменной коркой, из которой кое-где еще проклевывались зеленые кустики и невысокие изогнутые деревья. Затем растения исчезли и вовсе, оставляя место лишь мертвенно-серой пыльной земле и странным каменными башенкам. А потом я подняла голову и поняла, что прямо перед нами распростерлось настоящее горное ущелье. И чем глубже вела дорога, тем выше становились горы вокруг. Оттуда тянуло свежим морским холодком.

Тильвиан целеустремленно топал дальше. Цокот его копыт разносился по ущелью эхом. Здесь было так мертвенно тихо, что от напряжения тряслись поджилки. Казалось вот-вот из-за скалы выскочит какой-нибудь вендиго и проглотит нас двоих целиком.

Чем дальше мы заходили, тем больше я понимала, о каких силовых скачках говорил мой спутник. Витающая в воздухе сила буквально давила со всех сторон, затрагивая все самые потаенные уголки души. Магию внутри будто выжимало, как несчастную мокрую тряпку, и это сильно отражалось на физическом самочувствии. Я словно вылезла из саркофага после двухсот лет крепкого сна. Стало холодно, и захотелось есть, и, самое странное, появилась непонятная жажда сотворить нечто необъяснимое. Будто я возжелала чего-то, чего еще не существует в природе.

Ощутив, как сильно я впиваюсь пальцами в роскошную чернявую гриву, Тиль обеспокоено на меня покосился.

— Здесь нечего бояться. Мы уже на территории Даллора. Теперь ты можешь дать свободу всей себе, Кира.

***

Оставшийся путь меня бросало то в жар, то в холод. То хотелось соскочить с Тильвиана и понестись обратно в лес, со смехом обрывая все растения и съедая все, что удалось отыскать. То хотелось скрыться в какой-нибудь пещере и завернуться в теплую шубу, шипя на каждого, кто осмелится подойти.

Сумасшествие.

Слишком растерянная и ошеломленная, я, к счастью, никуда не понеслась. Лишь, дрожа, впивалась ногтями в бархатную пепельную шкуру коня и опасливо озиралась. Мой спутник терпеливо сносил истязание своей бедной спины и старался как можно быстрее нас довезти, не переходя при этом на галоп.

Полегчало мне, только когда мы оказались на каком-то утесе, откуда не было видно ничего, кроме гор с одной стороны и бескрайнего синего океана с другой. Неописуемая красота. Ни с чем несравнимое чувство свободы и какого-то детского восторга.

Я слезла с коня и отошла.

Я была на краю света… Совершенно чужого и волшебного мира. Широко раскрытыми глазами смотрела на бушующие волны вдали, подставляла голову свежему соленому ветру и осознавала, что живу. Питер с вечными надрывными стремлениями кому-то понравиться и угодить — не то. Огромный роскошный замок со всеми удобствами и слугами — не то. Я будто впервые по-настоящему задышала только здесь.

— Ты пришла… — донесся до меня тихий умиротворенный шепот.

Старик стоял на другом краю утеса. Его длинные белоснежные волосы мягко покачивались на холодном ветру — в горах гулял нешуточный мороз. Я сильнее укуталась в тонкий коралловый плащ, жалея, что до сих пор не вытащила из мешка купленную на рынке шубу, и беспокойно оглянулась. Неизвестность не пугала, но настораживала. Люди в этом мире слишком любили преподносить мне неприятные сюрпризы.

— Вы сами привели меня сюда. — Я показательно спокойно пожала плечами и покосилась на Тильвиана.

Он снова превратился в мышь и тихо наблюдал за нами сбоку.

Волшебник хмыкнул. Из-под густых белых бровей на меня внимательно смотрели прозрачно-голубые мудрые глаза. Казалось, этот взгляд проникает в самую душу.

Он мягко ткнул длинной крепкой палкой в скалистую породу и, опершись о нее, медленно шагнул ближе. Старая плотная коричневая сорочка, опоясанная полусгнившей веревкой, зацепившись за потертые ботинки, издала шорох. Его одежде явно было не меньше, чем ему самому.

— Потому что только ты и пришла бы. Местные уже давно перестали слушать мертвых.

Я невольно вздрогнула и сглотнула. Всю дорогу сюда я всеми силами старалась выбросить из головы мысль, что еду в горы к неизвестной могиле, чтобы поговорить с мертвецом, а меня взяли и так просто ткнули в этот ужасающий факт носом.

— Почему вы не позвали Анкиру? В конце-концов, это с ее обязанностями я сейчас тут разбираюсь, — подозрительно проговорила, опасливо наблюдая за стариком исподлобья.

Тиль может нахваливать его как угодно, но объясниться передо мной лично волшебнику придется. Фактически, я сейчас отдаю всю себя в его распоряжение. Ему я собираюсь доверить контроль над собой, чтобы научиться управлять его же опасной силой.

Даллор вздохнул и покачал головой. Привалившись к боку огромного валуна, он перевел взгляд на горизонт. Серые тучи завораживающе отражались в его кристально-чистых глазах.

Я скептично изогнула бровь и сложила руки на груди. Кажется, сейчас будет длинный поучительный рассказ. Мне любят их вещать.

— Анкира настолько сопротивлялась своему дару, что не слышала не только своих родителей, но и саму себя. Это бесполезно. — На удивление, он воздержался от лишней болтовни. — В любом случае, все произошло так, как должно было. Я ожидал такого поворота… и я ожидал тебя.

Я нахмурилась и, не слишком-то надеясь на его согласие, потребовала:

— Верните меня домой. Вы же понимаете, что это несправедливо. Это не моя ответственность, и не мои проблемы.

Волшебник снова взглянул на меня и серьезно кивнул.

— Верну. Придет время, и верну. Но сначала ты должна донести до своего народа урок.

— Они не мой народ, — уже спокойнее возразила со вздохом.

— Сейчас твой. И у тебя не выйдет покинуть этот мир, пока твой дар не начнут воспринимать как положено.

Выдержав его тяжелый непоколебимый взгляд, я притихла и поджала губы. Если от меня снова что-то утаят — подорву к черту все королевства, тогда и воевать будет некому.

Пришло время узнать все ответы. Все линии, наконец, сошлись в одну — она и привела меня сюда.

Далеко в Диком лесу, распростершемуся перед горами, раздался пугающий грохочущий шум.

Вздрогнув, я обернулась и спряталась за скалистый выступ. Сила в груди мурлыкнула, узнавая энергетику знакомой магии.

— Они не дадут мне пойти с вами.

Воспоминания о хранителях вызвали внутри бурю смешанных эмоций. Если бы на мне не было столько проклятой ответственности…

— Я научу тебя скрываться от них.

Встретив инфернальный взгляд Даллора, я стиснула зубы.

— Тиль сказал, я здесь ненадолго. Я не поступлю с ними так. Нам нужно поторопиться.

Старик кивнул.

— Тогда поставь себе это за задачу. Здесь все зависит только от тебя.

Отрывая сожалеющий взгляд от виднеющегося в ущелье леса, твердо направилась вслед за волшебником.

Надеюсь, это не ошибка…