Глава 36

Хадазар почувствовал перемены во мне сразу. Мужчина метнул в меня острый внимательный взгляд и едва заметно напрягся.

У меня же вышибло все мысли из головы. Ни одной здравой ниточки, за которую можно было бы зацепиться. Физические реакции затмили все моральные переживания.

На несколько долгих минут меня унесло волной смешанных странных ощущений. Я слышала лишь шум крови в ушах, видела лишь пульсирующие вокруг глазного яблока красные пятна, чувствовала, как нагревается кожа. Из солнечного сплетения исходил сверхъестественный жар, что равномерно и довольно быстро расползался по всем конечностям.

Не сказать, что я перестала себя контролировать, но я однозначно стала опаснее. Словно все самые примитивные инстинкты взбесились и отмели в сторону адекватные человеческие эмоции и чувства. Я поддалась, все этой время пульсирующим на задворках сознания, ярости и отчаянию.

Маг терпеливо за мной наблюдал, оставаясь совершенно неподвижным. Он внимательно изучал каждое изменение, видимо, надеясь предугадать, как я себя поведу, и придумать, как на это грамотно ответить.

Но проблема в том, что даже я не знала, как поступлю. Мы втроем, вместе с испуганно сжавшейся в углу Сатраной, замерли, как дети в ожидании салюта. Занятная ситуация, если не углубляться в детали. Салют-то действительно будет, только не такой уж невинный и красочный…

Кончики пальцев знакомо завибрировали.

Я спокойно перевела взгляд на руки и плавно махнула ладонью, любуясь перетекающими меж фалангами серебристыми вихрями.

Из глубины души внезапно поднялось какое-то болезненно-тревожное чувство, подступая к горлу удушающим спазмом паники. Интуитивно я поняла, что это моя эмоциональная связь с хранителями, которая возникает лишь у магов, и ощущается слишком остро, чтобы игнорировать.

Я вспомнила, что именно пробудило эту бешеную ярость, и впилась в короля зловещим взглядом.

Мужчина едва успел увернуться от ослепительно-яркой волны светлой магии.

Только я уже серьезно сомневалась, такая ли она светлая, раз так сильно плавит мозги…

Хадазар вдруг прислонил ладонь к стене, а водовороты в его глазах потемнели, и от дымчатого белка поползли черные вихри темной силы. Вокруг мага активно разрастался густой туман.

Я опасливо отступила, когда он заполнил весь пол, и выпучила глаза, неожиданно почувствовав крепкий захват на лодыжке. От дикой вони гнили и сырости скрутило легкие. Ледяная костяная рука впивалась в кожу до кровяных подтеков.

Я приблизительно понимала, что происходит, и еще не бежала в ужасе, лишь благодаря подскочившему в крови адреналину. Благо, сейчас мной управляли чужие опасные инстинкты.

А мертвецы все лезли, хватаясь уже за вторую ногу и карабкаясь по ней вверх…

Я судорожно махнула рукой, и светлая волна упала серебристым покрывалом сверху на черный дым. Мои конечности освободились, и я отскочила. Магии смешались, кружась, но ни одна не могла одержать верх, смешавшись в грязный серый, за которым уже едва виднелись фигуры короля дроу и колдуньи.

Я воззвала к пламенному комку в груди и попыталась открыть портал, но словно наткнулась на глухую стену.

Проклятье!

На удивление, Хадазар не издевался надо мной злодейскими речами и не призывал остановиться, «ведь уже слишком поздно». И это несказанно радовало и придавало сил. Он не исключает расклада, при котором я все же смогу выбраться и успеть. Слишком сосредоточен и молчалив, слишком быстро перешел в наступление…

В подземелье ощутимо похолодало. Я съежилась и напряженно осмотрелась, вдруг осознав, что больше никого не вижу. Моя небольшая фигура полностью погрязла во все темнеющем густом дыме. Стало так тихо, что по всему телу встали дыбом волосы.

Я оборачивалась на каждый странный шорох и всеми силами игнорировала грохочущий в висках пульс. Сцена была сродни тем, когда главная героиня в фильмах ужасов спускается в подвал и ищет источник непонятного шума. Только вот у меня нет выбора — продолжить этот глупый поиск или вернуться обратно в безопасность и тепло.

В какое-то мгновение на меня внезапно будто накинули черный мешок и затянули. Я полностью утратила возможность видеть и двигаться. Лишь лихорадочно барахталась и рвано дышала, чудом удерживаясь в вертикальном положении.

Неописуемые, приводящие в бешеную панику, ощущения. Мозги и чувства превратились в кашу, сбитые растерянностью и страхом.

Вот в чем была суть отвратительной магии смерти… Подавлять, душить всепоглощающим ужасом, отрезать от внешнего мира и запихивать в липкую ледяную темноту. Моральное уничтожение.

Полагаю, мне еще повезло, ведь Хадазар предпочитал видеть меня живой. Даже представлять не хочется, что бы сделали со мной со мной те мертвецы, отдай их хозяин команду «убить»…

Внутри что-то снова кольнуло и перевернулось. Я удивленно прислушалась, осознав, что начинаю слышать знакомые голоса…

— Проклятье, Дагмар! Ты должен отыскать своего отца. Нам пора забирать Киру и мотать отсюда к дьяволу! — рычал Рэйдон, пыхтя так, словно взбирался на скалу.

— Я не могу к нему подобраться. Он поставил слишком мощный блок, — едва скрывая глухую ярость, объяснял маг. — Он слишком хорошо подготовился. Я облажался, Рэйдон.

Дракон снова зарычал.

— Ты не мог знать. Дерьмо, а если мы ее не найдем… — Оборотень понизил голос: — нельзя больше ждать. Лероя нужно уводить. И неизвестно, как скоро яд свалит с ног и меня.

Даг тяжело вздохнул.

— Я справлюсь с этим. Но для этого нужно уйти…

И оставить меня, да.

У меня все внутри сжалось. Я снова поставила их перед трудным выбором.

— Ты чувствуешь ее? — тихо спросил Рэй, понимая, к чему клонит маг.

— Отдаленно и только физически. Отец рядом — плохо, но она еще жива — новость получше. Только надолго ли…

— Давай, сядем тут. Попытайся еще раз, а я передохну. Черт, тяжелый зверюга!..

Судя по звукам, он скинул с себя волка.

Их голоса сменились приглушенной возней, и я тихо рыкнула. Двое из троих хранителей ранены.

Липкая темнота вокруг словно испуганно сжалась. Я почувствовала, как все вокруг застыло, ощущая мое разрастающееся бешенство. Казалось, будто моя душа растет, норовясь вырваться за пределы тела, и мир вокруг дрожит от предвкушения.

Задыхаясь, прижала руки к груди и сосредоточилась на источнике силы. Потянулась к нему всем своим естеством с достигшими предела отчаянием и злостью. Даллор хорошо меня обучил, пора перестать сомневаться в самой себе. Во мне не сомневается даже чертов враг!

Вены нагрелись, и теплый ком все же освободился. От ослепительной вспышки света стало больно глазам. Пространство заполнилось белоснежным сиянием, так пугающе похожим на тот самый свет в конце тоннеля…

Надеюсь, я все еще жива.

Какое-то мгновение я жмурилась и, замерев, прислушивалась к ощущением. А затем рискнула приоткрыть один глаз и облегченно выдохнула. Вокруг больше ничего не было. Просто яркий свет и… все. Ну, все же лучше, чем Хадазар.

Покрутилась на месте и принялась опасливо двигаться на ощупь. Стало так тепло и легко.

И страшно… Когда пелена сошла, и я оказалась на уже знакомом зеленом лугу… Сейчас окропленным кровью и усеянным мертвыми телами воинов обеих сторон.

Боги, сколько же это все уже длится…

— Кира! — раздался предостерегающий оклик Хадазара позади.

Похоже, своим всплеском я разрушила его пространственную ловушку и выкинула нас всех на поле боя.

Мужчина раздраженно осматривался, позволяя Сатране прятаться за своей широкой спиной. Казалось, окружающая обстановка его ни капли не волновала. Хотя, чему удивляться… Смерть живет внутри него, что ему реки крови и горы трупов.

Как истинный король, коим и является, маг снисходительно смотрел на меня сверху-вниз, едва сдерживая рвущееся наружу бешенство.

— Не смей. Попытаешься все испортить, и я передумаю оставлять членов союза в живых. Много народов поляжет, — холодно предупредил и небрежно повел плечом.

— И первым будет твой, — неожиданно даже для себя, еще более холодно выдала в ответ.

Хадазар поджал губы и развел руками, поворачивая их ладонями кверху. Небо над нами громыхнуло и затянулось темными тучами. Сорвался ужасающий ураган, и окровавленное оружие вместе с застывшими телами задрожали от силы окружающего их ветра.

Сильный. Очень сильный. Но внутри уже ничего не отзывалось на эту мощь.

Что-то во мне уже знало, что делать. А еще знало, что у меня теперь есть время. И возможность.

Я просто отвернулась и пошла через все поле боя, с удивительным спокойствием рассматривая убивающих друг друга представителей таких разных и удивительных рас. Уши, хвосты и рога сплелись в одно пятно, делая совершенно не важным то, кем все они являлись. Сейчас все живое было лишь мясом, которое, при рубке, пускает кровь.

Перед глазами промелькнула орочья семья и мирно занимающиеся своим хозяйством люди в посещенных мною пригородах. Все они хотели одного — мира и спокойствия.

— И умолкнут скрестившиеся клинки…

Мой тихий шепот прогремел над головой подобно раскату грома.

— … И высохнут реки крови… — бормотала, не моргая разглядывая, оборачивающихся на странное явление в моем лице, мужчин.

Гроза прекратилась. Тучи исчезли за белыми облаками, возвращая небу солнце. Сражающиеся воины замерли в недоумении, удивленно осматриваясь. В столь переполненном существами месте стало сверхъестественно тихо.

— … И позорно падет, поднявший руку со злым умыслом…

Слова лились с губ, как заученный стих.

Без единой связной мысли, я медленно шагала по траве и безумно нашептывала пугающую меня саму ересь. Никто ничего не видел, но видела я — где ступала моя нога, под землю проникали бешеные потоки энергии, что расползалась по грунту паутиной, словно подсоединяясь к каждому живому существу.

До этого мгновения, державшие в руках оружие воины с приглушенными стонами боли упали на колени и обхватили свои конечности.

— Наступит покой и мир, нарушивший который расплатится за содеянное своей кровью.

У тех немногих, что все еще, не взирая ни на что, слепо пытались уничтожить отвлекшегося врага, вдруг исчезли кисти, что упрямо сжимали холодную сталь. Безболезненно, но страшно. Кого не приведет в ужас неожиданно пропавшая конечность?

— Виновный будет наказан, убивший умрет. И больше ни одно злодеяние не сотворится незамеченным.

Воины выпучили на меня глаза, судорожно топчась на месте в полном замешательстве, что же делать дальше. Они нервно поглядывали то на меня, то на лишившихся части рук мужчин, которых, ожидаемо, боевые действия теперь волновали меньше всего.

Накатившее безумство так же резко, как началось, меня отпустило, и только тогда я все поняла. Я поняла, что волшебник имел в виду.

Где-то там, за границей цивилизации, сидят семьи наших захватчиков. Тоже едят, пью, любят, дружат… И они не заслужили истребления. Так же, как и жители союза. Они не заслужили не дождаться своих сыновей, отцов и дедов, а затем встретить у порогов вооруженных врагов и получить клинки в горла. Просто потому что их короли устроили битву интересов. Это не было справедливостью, которую я несла…

Так вот в чем состоит моя обязанность? Я не знаю… Но точно знаю, что теперь никто не сможет проливать кровь чужими руками и оставаться безнаказанным, как это делал с помощью Сатраны Хадазар. Каждый ответит за жестокость жестокостью.

— Ваше Величество? — тихо пролепетал, очевидно, житель Эльтара рядом, признав во мне свою королеву.

Пока еще. Все же это не моя роль.

— Я та, кого вы зовете зеницей мира. И сегодня я здесь, чтобы наказать вас за то, что не поверили. Что ж, не помогли слова — вот вам действия! — заявила, разводя руками.

Я открыто импровизировала, вымещая жесткими ироничными речами свое раздражение. Ничего, что слышат не все. Как уже известно, слухи народ разносит весьма умело и качественно.

— Вы предпочли забыть наставления Даллора, но попробуйте забыть мои, и тогда я с радостью продемонстрирую вам ценность каждой жизни этого мира еще раз. Вы будете страдать до тех пор, пока не научитесь чувствовать страдания других.

Загрохотало упавшее оружие и доспехи. Воины почтительно склонили головы, прижимая подбородки к грудям. Они боялись. Но мне и не нужна их любовь. Мне нужна любовь лишь троих мужчин. И я их, какого-то черта, никак не могла найти.

Я отвернулась и принялась тщательно выискивать глазами своих хранителей. И нашла их всех троих крепко стоящих на ногах на границе между лугом и лесом… С Даллором и Тильвианом в лошадиной ипостаси позади.

— Возвращайтесь домой, — уже спокойнее обратилась к столпившимся вокруг существам. — И, прежде чем взяться за оружие снова, подумайте — готовы ли вы лишиться руки… или жизни.

Я со вздохом развернулась и направилась к своим мужчинам, по пути размышляя о своей судьбе.

Ну и сумасшествие же повесил на меня проклятый волшебник…