Глава 11

Прикрывшись тетрадью, я украдкой зевнула. За прошедший месяц мне удалось серьезно продвинуться в изучении заклинаний. А все благодаря Ссерше и Арту. Мой дракон одарил меня ворохом приятных мелочей, среди которых были малые накопители. И теперь, перед походом в библиотеку, я сливаю половину своего запаса сил в камни. А после — вытягиваю обратно!

Кайрус говорит, что такие упражнения развивают потенциал мага, так что, если он прав, то я стану еще сильней. Что не может не радовать, хотя я так и не поняла, куда себя деть после Академии.

С той волшебной ночи, которую мы провели сидя на берегу моря, о будущем не было сказано ни слова. Уверена, Арт думал об этом — дракон то и дело куда-то пропадал и время от времени возвращался в состоянии магического истощения. Берлевен же пытался держаться молодцом, но у него не получалось — видимо, кто-то узнал о его проигрыше, так что его влияние потихоньку сходило на нет.

Вынырнув из своих мыслей, я посмотрела на вдохновенно колдующего Кайруса и, когда в его действиях наметился перерыв, позвала:

— Кай, можешь кое-что объяснить?

Я, конечно, ходила на все пятничные встречи с деканом, но вопросов у меня было куда больше, чем мы успевали разобрать. И, что смертельно удивительно, кроме меня на эти встречи ходила Камиля и еще пара-тройка человек. Это из группы в двадцать человек! И то Камиля ходить не хотела, я ее тащила за собой чуть ли не силой.

— М-м-м, если могу — помогу, — улыбнулся парнишка. — А что Арт не смог?

— Я его уже второй день не вижу, — вздохнула я.

И что самое поразительное, вчера ко мне подходил декан Первого Факультета и в крайне деликатных выражениях попросил повлиять на Артаганна Каулена. Ибо этот гадский дракон перестал появляться на занятиях. Сказать, что я выпала в осадок, значит ничего не сказать. Но и возражать я тоже не стала. Мне не стыдно любить самого человечного дракона в этой злосчастной Академии.

— Хорошо быть опасным телепатом, — вздохнул Кай, — никто на тебя не повлияет. Я бы тоже с большим удовольствием забил на все лишние предметы и зависал в библиотеке. Особенно после твоего изобретения.

— Это не изобретение, а здравый смысл, — фыркнула я. — Если бы госпожа Лирмерр не хотела, чтобы я догадалась, она бы не ответила на мои вопросы про резерв и процентное соотношение. Призраку скучно, Кай. Так что сливай часть сил в накопитель и вперед, покорять книжные завалы.

— Это у тебя есть время, потому что, во-первых, тебе благоволит декан Айнара, а во-вторых, к тебе никто не лезет из-за Арта.

— Чего? — оторопела я.

— Того, — передразнил меня Кайрус. — Никто не скажет этого прямо и, официально, библиотека открыта для всех. Но вот в реальности времени на посещение храма знаний остается ровно столько, сколько нужно для освоения программы. Ты знаешь, что те, кому не нужно учиться читать, посещают занятия по этикету? Ты же в это время выписываешь полезные заклятья в библиотеке.

— Ничего себе, — я прикусила губу.

— Вы, годовас… Студенты годичного курса обучения, находитесь под крылом декана и вам дано больше, чем нам. Другое дело, что у вас лишь год, но, знаешь, бывали и такие, кому хватало этого года. Вас ведь и с занятий отпускают, верно?

— Только большая часть уходит в свою комнату, — вздохнула я. — Или на свиданку. Или просто погулять по парку.

— Значит, они уже знают, что их ждет, — пожал плечами Кай и сел рядом со мной, — ну, где твой вопрос?

— Ой, сейчас.

Вытащив из сумки новую толстую, красивую тетрадь, я открыла нужную страницу и передала ее Арту.

— Вот.

— Ты рехнулась? Я не буду спрашивать, как ты нашла горечь утраты, но… Ты знаешь, что за ее использование казнят?

— Знаю, — кивнула я. — Но… Но мне нужно. Я не собираюсь использовать это заклятье, но я должна знать, что в критической ситуации я смогу что-то сделать. Так ты знаешь, как заставить его работать?

— Amaritudine damnum! — вместо ответа выдохнул Кай и с его вытянутой вперед руки сорвалась фиолетовая искра. — Я тоже искал свой, м-м-м, назовем это последним доводом. Но оно того не стоит, Доркас. От этой искры не защитит ни один щит, ни одно физическое препятствие. Чтобы спастись, нужно поставить перед собой кого-то живого. Посмотри, искра до сих пор тлеет на полу и она все еще смертельно опасна.

Тут Кайрус встал и, резко взмахнув рукой, приманил с окна жирную толстую муху. Бросив ее на искру, таинственно мерцавшую на полу, он повернулся ко мне:

— Использование этого заклятья запрещено.

— Но ты нашел его.

— Я говорил, что в свое время искал способы драконоубийства, — пожал плечами Кай. — Что тебе сказала Лирмерр про это заклятье?

— Что в нем есть нюансы. И что оно считается фикцией, — припомнила я.

— Потому что во всех книгах оно не дописано, — усмехнулся Кай. — Amaritudine damnum, а у тебя и в первом и во втором слове отсутствует по букве.

Кивнув, я поправила заклятье и проставила ударения — на вторую «а» в первом слове и на «u» во втором.

— Не тренируйся в одиночестве, — попросил Кай.

— Хорошо, — кивнула я. — Не буду.

Закрыв свою красивую и драгоценную тетрадь, я пихнула ее в горловину новой сумки. Дальше та заглотила подачку и удобно разместила ее в своих внутренностях. Все эти вещи были подарены мне Артом. В тот день, когда я открыла только коробку с лоскутками. Которые, кстати, я ему вернула и с тех пор про бал больше ничего не слышала. Ну, Зимний Бал дают в последний день зимы, так что у меня еще два месяца впереди. Что-нибудь да произойдет.

— Я уже столько должен тебе, — выдал вдруг Кай, когда я подошла к его столу, чтобы напитать силой очередной артефакт.

— Да, — согласилась я. — Должен. Тебя это напрягает?

— Я просто не знаю, как отдать тебе долг, — серьезно сказал парень. — Ты здесь только на год и деньги тебе понадобятся уже в конце года. Как и жилье. Я бы предложил тебе угол в своей мастерской, но не каждый житель столицы имеет право войти в академический парк. Я откладываю то, что платят ребята. Ну, арен-та.

— Аренда, — поправила я его.

— Да, арен-та, — кивнул он.

А я вдруг подумала, что в другом мире аренда имеет право быть арен-той и решила больше не спорить. Глядишь, спустя пару десятков лет меня будут помнить не как человека с драконьей кровью, а как изобретательницу арен-ты.

Хотя странно, что сдавать дома и комнаты в этом мире догадались, а артефакты — нет. Кстати…

— Знаешь, я думаю, что могу помочь нам обоим, — прищурилась я. — Что у тебя есть из потокового?

— А?

— Какие мелкие полезные артефакты ты можешь наштамповать?

— Я не понимаю тебя, — несчастным голосом произнес Кай.

Медленно выдохнув, я отошла от его рабочего стола, покусала ноготь большого пальца и спросила:

— Но ведь твои друзья кузнецы используют формы для отлива?

— А! Я понял, — покивал Кай и очень укоризненно на меня посмотрел, — артефакторика это нечто большее, чем…

— У тебя ботинки кашу просят, — перебила я парня и тот покраснел. — Артефакторика это нечто большее, когда артефактора что-то кормит, поит и одевает. Ты ведь по выпуску из Академии окажешься в той же ситуации, что и я. И даже в худшей — ты ведь тоже не будешь иметь доступ в парк. Или будешь?

— Не уверен, — честно сказал Кай. — Но что ты мне предлагаешь? Сделать гору вещей, вывалить их на поднос и идти в главный зал академии?

— Нет, — я покачала головой, — нет. Не так. Сначала скажи, что ты можешь.

— Все.

— Мне бы такое самоощущение, — восхитилась я. — Хо-ро-шо. Ты можешь сделать гребешок, который сам заплетает прическу? Если уж ты говоришь, что способен на все!

Я ожидала, что Кай смутится, скажет, что он, конечно, может все, но вот конкретно это — нет. Однако, он просто пожал плечами и с готовностью ответил:

— А тебе надо, да? Я делал. Думал она ну, ну знаешь…

Тут парень покраснел практически до слез и поспешно отвернулся, якобы отвлекшись на свои инструменты.

— Знаю, — покивала я, делая вид, что ничего не поняла. — Сделаешь?

— Конечно, Доркас, — Кай расплылся в улыбке. — Что-то еще? Я для тебя все сделаю.

А я только глаза закатила:

— Никогда не говори таких страшных слов в нашем страшном мире. И сделай, пожалуйста, десять гребешков, которые делают одну красивую прическу.

— Не буду спрашивать почему десять, а спрошу почему одну? Я могу вложить в изделие три поведенческие схемы!

— А вложишь одну, — строго сказала я. — И я подумаю, что еще может быть полезно для тех, у кого нет своей ши-тари.

— Арен-та?

— Она самая, — кивнула я. — Она самая. Пойми, дело не только в том, что ты не можешь продавать изделия. Многие студенты не могут их купить! А потому мне понадобится листик, на котором будет написано, сколько всего ушло на каждый гребешок. Чтобы понять, сколько брать с людей в месяц.

— А как ты это поймешь? — с интересом спросил Кай.

— О, я пойму.

Моя усмешка явно напугала Кайруса, который вновь отвлекся на свой стол. И в этот момент в кухне появилась моя Ссерша.

— Доркас дала этому духу позволение приходить в любое время, — сердито произнесла ши-тари. — Это неживая энергия вновь пришла.

— И опять раскритиковала твое гнездо, — вздохнула я. — И ты обиделась.

— Ссерша обиделась, — поджала губы моя змейка. — Ссерша информирует Доркас о появлении званного гостя.

Последние два слова были произнесены с такой интонацией, с какой в пору говорить об экскрементах!

— Какой дух? — оторопел Кайрус.

— Дух библиотеки, — пояснила я. — Госпоже Лирмерр скучно, артефакт исправно собирает магию с посетителей и сейчас у нее запас на двадцать лет вперед. А поговорить меж тем не с кем. Ведь те, кто хоть раз говорил с ней, отдают в разы больше чем все остальные. И, разумеется, больше не спешат общаться.

— Доркас одна такая щедрая, — фыркнула Ссерша.

— Мне нужны знания, — прямо сказала я, — а Лирмерр нужен собеседник. Кай, я тебе еще нужна?

— Нет, — он покачал головой, — я займусь гребешками и, если закончу сегодня, то передам их через Ссершу. Можно?

И, вот прогресс, это он спросил не у меня, а у моей дорогой подруги. И та согласно кивнула:

— Можно.

— Если сегодня не успею, то уже к следующим выходным. Иначе не получится одинаковых, — пояснил Кай.

— Хорошо, — кивнула я и встала. — Приятного рабочего дня.

— Ага, и тебе, — отмахнулся погрузившийся в расчеты Кай.

Претворить в жизнь мои воистину наполеоновские планы удалось уже на следующий день — климатические чары дали небольшой сбой и от жары было не продохнуть. Ссерша объяснила это тем, что снаружи резко ударила оттепель, вот и у нас все съехало. За день-два восстановится. И, если после оттепели резко ударит мороз, то у нас будет похолодание.

Так вот, в гостиной собрались куриц… То есть будущие клиентки Кайруса. Или, что более вероятно, змееязыкие девицы, которые разнесут сплетни по всей Академии. И я, услышав их разговоры, распустила волосы и тоже вышла в гостиную. С книгой. Одной из тех, что были в подарочных коробках от Арта. Тут правда стоит оговориться, что книга была на редкость, мгм, неинтересной. Он-то хотел как лучше и купил мне модный в нынешнем сезоне роман. И я не говорю, что книга плоха, ни в коем случае! Просто мне, увы, через каждый абзац приходится дергать Ссершу и спрашивать про незнакомые слова. В общем, удовольствие ниже среднего.

И вот, сижу я такая вся домашняя, такая вся изящно растрепанная — для художественной «растрепки» мне понадобилась помощь Ссерши — и тут появляется она же и сообщает, что меня желает видеть:

— Сильный дракон.

Мы решили, что именно это привлечет внимание девиц ко мне. И я тут же закрываю книгу, достаю из кармана изящный деревянный гребешок — один единственный, больше Кай ничего сделать не успел — и за секунды из растрепы превращаюсь в превосходно заплетенную красавицу.

— Ох, что же я не сообразила, — с ленцой произнесла я, — надо было сразу заплестись — не так жарко. Ссерша, переместишь меня?

На самом деле моя змейка переместила меня обратно в спальню, где было в разы прохладней. Спасибо магии вообще и нестандартному мышлению Ссерши в частности. В общем, теперь у нас по комнате, в стратегических местах, расставлены чары для сохранения скоропортящихся продуктов. Из тех нежных продуктов, которые нельзя просто заморозить или пихнуть в стазис. Но просто чары не сделали бы комнату прохладной, нет, тут на помощь пришли мои воспоминания о вентиляторах! Вообще я думала о том, чтобы подкинуть идею Кайрусу, но если нынешняя аномальная жара спадет уже через пару дней, то какой в этом смысл? Лучше уж потом, ощутив на себе местное лето, запустить продажу новинки вне пределов парка.

Кстати, местные настолько нежные и ранимые, что из-за перепада погоды отменили занятия. Тут я, конечно, выпала в осадок. И, к слову, если посмотреть на этот курятник, что сейчас квохчет в гостиной, то по ним (как, впрочем, и по мне) ясно видно — пахать можно, а не просто вкладывать знания в голову.

— Ссерша подслушала, — доложила появившаяся змейка. — Говорят про гребешок. Вспомнили сокурсницу с Третьего факультета, у которой есть такой гребень.

— Ага, — я потерла ладони. — Ну, пусть поговорят. Скоро дозреют и начнут меня вылавливать по одиночке.

Кайрус был похож на книжного чудика, одержимого идеями и не приспособленного к жизни. Он был бы рад закрыться в своей лаборатории и не выходить в люди. Лишь бы была вода, еда и все необходимое для рабоче-творческого процесса.

Так, под нехитрые мысли, я устроилась под легким одеялом на постели и уплыла в сон. Да так хорошо уплыла, что проспала до самого утра! Впрочем, никаких последствий у столь долгого сна не обнаружилось, так что я со спокойной душой поднялась, тем же гребнем распустила слежавшуюся прическу и, взяв вещи, отправилась в ванную. А когда вернулась, то Ссерша порадовала меня посылкой от Кая. Он прислал еще десять гребней и просил заскочить вечером. Или прислать мои камни-накопители.

В жаркую кузницу идти совершенно не хотелось, поэтому я отдала Ссерше пару камней и попросила ее доставить их в мастерскую. А сама принялась из обрезков моей старой шелковой ленты мастерить бантик. Надо было сделать подарок для Камили.

— Что это? — с ужасом спросила вернувшаяся Ссерша.

— Бантик, — с гордостью произнесла я. — Сама сделала.

Змейка посмотрела на меня с искренней жалостью:

— Доркас не учили быть женщиной?

— Я очень даже хорошо знаю, как быть женщиной, — возмутилась я.

— Знать, что делать с попавшим в руки мужчиной, не значит знать, как быть женщиной. Женщина должна уметь обустроить гнездо, чтобы дети не ушли в другой дом, — проворчала Ссерша.

Подняв на меня взгляд, змейка рассмотрела мое полное изумления лицо и, поняв это как-то очень по-своему, утешительно произнесла:

— Доркас не должна бояться. У Доркас есть Ссерша и дети Доркас никуда не уйдут. Ссерша не позволит. Гнездо Доркас будет хорошо обустроено.

И, в общем, из тех жалких обрывков, которые я хранила неизвестно зачем, она сотворила вполне приличный бантик. И, прицепив его на гребешок, моя подруга прошелестела:

— Сегодня утром соседка шипела как ши-тари — у нее волосы запутались и не могли распутаться.

— Ты постаралась?

— Только если случайно, — усмехнулась змейка и добавила, — Ссерша заботится о Доркас.

— Чтобы Доркас никуда не ушла, — пошутила я и получила совершенно серьезный ответ:

— Доркас может идти куда угодно, Ссерша пойдет следом. Доркас совершенно не приспособлена к жизни. Хорошо, что Ссерша знает, как жить.

Я поперхнулась смешком и, подмигнув ши-тари, выплыла из спальни. Уроки все так же отменены, так что после завтрака меня ждет библиотека. Да и не плохо бы уже полюбоваться на своего жениха. Куда он пропал, дракон серебристый?

В гостиной я столкнулась со своей соседкой, которая окинула меня ненавидящим взглядом и прошипела:

— Сидела бы в комнате, снаружи некому с тобой возиться.

— Я собираюсь пойти на завтрак, что и тебе советую, — нейтрально ответила я.

— Ну-ну, — цокнула девица и села за стол, — ну-ну.

Пожав плечами, я вышла из комнаты и задохнулась раскаленным воздухом. Ох, то есть, комнаты еще хоть как-то защищены? Но есть-то все равно хочется! А значит, это незначительное препятствие будет преодолено! В конце концов, кто в плюс тридцать не ездил в переполненном автобусе, тот не знал истинных мук! Особенно, если нужно не просто прибыть на работу вовремя, а еще и прилично при этом выглядеть.

Однако человек я хоть и упорный, а все-таки логичный. Поэтому, круто развернувшись, вернулась в гостиную, затем прошла в спальню (под издевательские смешки соседки) и обратилась к дремлющей Ссерше:

— Ты можешь набросить чары сохранности на мои пуговицы?

— Ссерша может, — прошипела моя змейка и лениво шевельнула пальцами. — Ссерша сделала.

Я и сама почувствовала — стало чуть прохладней. Едва заметно, но! Но вот я складываю из бумаги веер и начинаю себя обмахивать и вуаля! Воздух вокруг меня становится куда прохладней. Ну вот, теперь можно спокойно идти в столовую.

Конечно, можно и Ссершу попросить, но мне же нужно покрасоваться с новой прической. Продемонстрировать, так сказать, возможности моего гребня.

Вот только я зря старалась — Академия как будто вымерла. Тишина, чистота и покой. Как на кладбище, только сырой землей не пахнет.

В столовой, кстати, тоже не особенно людно, драконно и оборотнево. Несколько грустных студентов и пара преподавателей, во главе с нашим деканом. Что-то колдуют, но, кажется, безрезультатно. Впрочем, это не особенно интересно.

— О боги, девочка!

Громкий голос госпожи Айнары разнесся по всей столовой. Я вздрогнула и искренне посочувствовала глупцу, что осмелился вызвать ее негодование.

— Что же ты здесь делаешь, неразумное создание, — продолжала сердиться госпожа декан, а я никак не могла понять, кому же не повезло вызвать ее гнев.

Оглядевшись по сторонам, я сделала вынужденный вывод — неразумное создание это я. Но почему?

— Если ты уснешь, то рискуешь не проснуться, — сердито произнесла госпожа Айнара и подошла ко мне, — как ты сюда добралась, с твоей-то драконьей кровью… Доркас, от тебя веет холодом.

— Так жара такая, — я пожала плечами, — и есть хочется. Пришлось крепко подумать и вот, я здесь. Но, кажется, еды нет.

— Хлеб, копченое мясо и овощи, — отмахнулась госпожа декан. — Как ты сделала это? У нас Академия умирает от жары, может, мы сможем как-то приспособить твою придумку на пользу общественности.

— Я даже знаю как это сделать, ничего придумывать не придется, — сказала я. — И расскажу вам, по секрету. А вы скажете, что это ваша мысль и кто знает, может, нам с вами удастся на этом заработать.

— Доркас! — в голосе декана возмущение круто мешалась с восхищением и я, приободрившись, честно сказала:

— После Академии меня ждет только хижина в лесу.

Госпожа Айнара фыркнула:

— Можно подумать, это не за тобой Каулен ухлестывает.

— Можно подумать, что у нас гарантировано счастливое будущее, — мягко произнесла я.

— Ты станешь богатой вдовой, — мрачно пошутила декан.

— Предпочту быть счастливой женой с умеренным количеством монет, — фыркнула я.

И Айнара, охнув, выдала:

— Ты влюбилась? Бедная девочка. Ладно, на многое не рассчитывай, ректор весьма прижимист. Но я выбью из него что-нибудь для тебя.

— Мой способ не потребует затрат.

— Тогда я стрясу с него пару десятков монет. При разумных тратах этого хватит снять комнату на пару месяцев.

Быстро объяснив госпоже Айнаре свою мысль, я полюбовалась ее остановившимся взглядом. После чего наша декан коротко выругалась и вопросила пустоту:

— Почему мы не додумались до такого простого решения?!

"Потому что придумать новое — сложно. А я всего лишь приспособила идеи своего старого мира к магии нынешнего".

Получив целый поднос снеди, я устроилась за столом и взялась за еду. Мясо было чуть жестковато и суховато, но это компенсировалось мягчайшим хлебом и сочными овощами. Пусть огурцы и были радикально фиолетового цвета. Ну, может в этом мире они назывались не огурцы, но на вкус это были именно они.

После завтрака я прогулялась по парку, где опять же не нашлось никого, кто мог бы оценить мою прическу. Так что я, свернув свой проект, пошла в библиотеку. Уже у самых ее дверей я вспомнила, что со мной нет моей любимой сумки. Что ж, все-таки придется потревожить Ссершу.

Змейка, как мне кажется, даже не проснулась. Она появилась рядом со мной, протянула сумку, что-то бессвязно прошипела и исчезла. А я, проверив, что в сумке есть все необходимое, толкнула дверь в библиотеку и обомлела — вот где было и людно, и драконно, и оборотнево! Тут что, вся Академия собралась?

Нет, ну правда, студенты были везде, абсолютно везде! И у некоторых был такой несчастный вид, как будто в библиотеку их привели обстоятельства непреодолимой силы (вроде приближающейся сессии, но до сессии еще далеко, я узнавала).

— Госпожи Лирмерр? — осторожно позвала я. — Тут можно как-то… уединится?

На полу появился светящийся пунктир и я, расправив плечи и вздернув подбородок, уверенно пошла вперед. Потом направо, налево и… И вышла к самому козырному месту, которое сейчас пустовало!

Я несколько раз замечала, что за место у огромного стрельчатого окна идут чуть ли не бои. Оно считается престижным, а по мне — солнце слишком сильно бьет в глаза. Но, в любом случае, сейчас там никого не было.

— Рукотворная жара, — прошелестела госпожа Лирмерр, — сильно бьет по молодым драконам. И доставляет дискомфорт оборотням. Слишком много магии в воздухе. Магии, которую невозможно переварить.

— Вот как, — хмыкнула я и пару раз махнула своим бумажным веером. — А мне норм.

— Да, — задумчиво произнесла Лирмерр, — возможно, драконы не правильно используют искр рода.

— Вот уж точно.

Нормально поработать с книгами у меня не вышло — я просто кожей ощущала направленные на меня взгляды. Что ж, столь пристальное внимание идет в минус учебе, зато в плюс торговле! Ну, надеюсь.

— Кому и что ты хочешь доказать?

На солнечной границе стоял Берлевен.

— Никому и ничего, — я лениво обмахнулась веером, — и, знаешь, не хочу с тобой разговаривать. Небезопасно.

— Я… Возможно я был не прав, — задумчиво произнес дракон и окинул меня странным взглядом, — ты знаешь, что я более выгодная партия?

— Ты знаешь, что существуют чувства? — спросила я и с сожалением закрыла книгу, — спасибо, госпожа Лирмерр. Пометьте, пожалуйста, что я не дочитала. Возьму позже, когда ажиотаж спадет.

— Посмотрим, устоишь ли ты перед другими, — бросил мне в спину Берлевен. — Ты привлекла к себе внимание.

— Я знаю.

Академия, по счастью, отрезана от остального мира парком и куполом. Иногда мне кажется, что все мы заложники, гарант того, что новой войны не будет. Ведь я точно знаю, что где-то по Академии бродит будущий Драконий Император, на одном курсе с Кайрусом наследник оборотней. Ну и человеческая принцесса должна поступить в следующем году, но я ее уже не увижу.

У выхода из библиотеки меня перехватил Арт.

— Сбежишь со мной этой ночью? — тихо спросил он, не утруждая себя приветствием.

— Если ты прилетишь за мной, — согласилась я.

— Прилечу. За тобой — куда угодно, — шепнул он и, подхватив мой единственный свободный локон, прижал его к губам.

Выйдя из библиотеки я пережила короткую вспышку дурноты — с каждым разом расставаться с силой было все проще — и, повесив сумку на сгиб локтя, отправилась обратно в общежитие.

По дороге я мучительно гадала, чем же заняться до вечера. Скажем прямо, учиться, учиться и еще раз учиться могут только о-очень сильно мотивированные люди, которым от рождения достался упорный характер. У меня все это есть, но… Но отдыхать иногда надо! И вот тут вокруг меня пустота — ни соц. сетей, ни проходного фильмеца на вечер. Музыку не послушать, ни с кем толком не поболтать, потому что Камилю я вижу только на парах, с соседкой не сложилось, остается только Ссерша, но она иногда отлучается по своим змейским делам.

Тут меня озарило, и я, подпрыгнув на месте, решительно позвала змейку. Мне нужно к Кайрусу! До вечера времени много, успеем все обсудить. Этот мир нуждается в мелкой милой фигнюшке, которую нужно кормить, поить и развлекать. И убирать за ней. О да, практика показала, что это сводит людей с ума.

— Доркас? — у дверей кузницы меня ошеломленный Кайрус. — Что случилось?

— Ты нужен мне как артефактор, — я сверкнула глазами, — мы будем богаты и знамениты!

— Не понял.

— С меня идея и подробное описание, с тебя исполнение, — я втолкнула его внутрь кузницы. — А с процентами по ходу дела разберемся. Надо только определится с материалами — чтобы и красиво, и недорого.

На что парень улыбнулся:

— Ну что ты, я сделаю и отдам тебе, совершенно бесплатно. Ты же столько артефактов для меня зарядила.

— А еще нельзя допускать тебя до разговором с клиентами, — кивнула я сама себе. — Понятно. Итак, внимай же мне.

Правда, Кайрус не оценил. Он долго и внимательно слушал, потом уточнял, потом посмотрел на меня как на дурочку и спросил:

— Ты ребеночка хочешь, да?

Тут я, признаться, захотела треснуть ему по макушке. Но нашла в себе силы улыбнуться и пойти на второй круг объяснений. В общем, убедить не удалось, пришлось брать на слабо:

— Просто признай, что это не твой уровень. Ох, то есть, прости, что потревожила тебя. Я придумаю, к кому…

— Вот еще! Сам сделаю, — фыркнул Кай и добавил, — не думай, что я глупый и просто повелся.

— Тогда почему?

— Потому что я действительно тебе должен, — серьезно сказал парень. — Ты… Ты даже не представляешь, как мне тебя не хватало все эти годы. Ты просто берешь и вливаешь силу туда, куда я прошу. И я вижу, что ты делаешь это аккуратно, иногда по часу, лишь бы не сбить плетения. Другие, кого мне удавалось подловить на слове или просто упросить, лили силу так, что она рвала все плетения.

Выдохнувшись, он мотнул головой, и коротко подытожил:

— Так что получишь ты свою интер-ахтивную игрушку.

— Интерактивную, — поправила я его и искренне поблагодарила.

И потом, за чаем, мы обсудили и материал, и функции. Игрушка должна помещаться в карман или в сумку. А потом, если дело пойдет, можно будет сделать их в виде драгоценного яйца.

В общем, у Кая я задержалась, потом пришли кузнецы, один из которых потирал ярко-малиновую щеку.

— Ого, — восхитилась я, — это что ж надо было сделать?

Ответом стал тяжкий вздох:

— Ругаемся мы. Много. А одна истеричная клиентка приняла на свой счет. Вот и… Хорошо еще до дуэли с ее мужем не дошло.

— Ну, его можно понять, — фыркнула я. — Ты б его на одну руку положил и другой прихлопнул.

— А потом прихлопнули бы нас, — мрачно отозвался Даррен.

А я, вдохновленная своими воспоминаниями о прошлом, тут же нашлась:

— Так настройте звуковую иллюзию! Чтобы когда вы произносите определенные слова слышался другой звук. Надо будет подготовить список слов, придумать звук, но…

— Удар молота по наковальне, — предложил Кайрус. — Я помогу настроить. Спасибо, Доркас. У них очень много проблем из-за грязных слов.

— Нас пытались отсюда выселить, — вздохнул Ставок. — И мы стали бороться за чистоту своих слов, но увы, это не всегда получается.

— Или получается-получается-получается и бац! По морде, — поморщился Даррен и опять потер щеку. — Кай, точно поможешь?

— Обижаете, — насупился парень и тут же просиял, — я поковыряюсь в ваших обломках? Доркас игрушку хочет.

— Для Доркас можешь выбрать два любых слитка, из мелких, — щедро предложил Ставок и подмигнул мне, — для тебя не жалко.

Усмехнувшись, я допила свой чай, попрощалась и, выйдя на улицу, поняла, что проболтала с Каем до самого вечера. Как только есть не зах… Точно, мы же две вазочки печенья сгрызли, где уж тут проголодаться.

Позвав Ссершу, я попросила верную подругу переместить меня в спальню. После чего принялась расплетать волосы — голова устала от прически. К сожалению (или к счастью?), обычные законы природы на магически уложенные волосы не действовали, и за весь день у меня ничего не растрепалось и не ослабло. В итоге голова осталась красивой, но, по ощущениям, превратилась в стопроцентный чугун.

Я успела расчесать волосы и подсобрать их с висков. И переодеться. А после призадумалась, что стоит, наверное, выйти на тот балкончик, где мы с Артом впервые поцеловались. Потому что в это крохотное окошко у моего дракона ничего не пролезет. Нет, ну может что-то и пролезет, но он мне нужен целиком!

Сквозь гостиную я шла на цыпочках, дверь открывала так, чтобы не скрипнула и, в итоге, рухнула на колени, запнувшись о стопку каких-то коробок!

— Ссерша, я в темноте не вижу, — прошипела я не хуже ши-тари.

Моя бесценная змейка в ту же секунду оказалась рядом и засветила небольшой огонек. И только глядя на ее колдовство я вспомнила, что вообще-то обладаю не только драконьей кровью, но еще и драконьим зернием.

— На имя Доркас, но не от дракона Доркас, — проинформировала меня ши-тари.

— Надеюсь, я ничего не разбила, — скривилась я, понимая, что утром придется идти к госпоже Шуарри, регистрировать нежелательную почту.

— Ссерша все перенесет в спальню, — прошелестела моя подруга, — Доркас пусть идет к дракону. Дракон должен быть под присмотром. Сильный самец может заинтересовать другую самку.

— Я прослежу, — ответственно кивнула я, и, оставив змейку, пошла дальше.

Спорить с Ссершей не стоило и пытаться — разные расы, разные способы выживания и разная история. Да и вообще, в каком-то смысле ее мышление было очень правильным. Но циничным. Ши-тари смотрят на жизнь и не пытаются ее приукрасить. Хотя мне все еще интересен момент с детьми, ушедшими к другой самке. Как уходят самцы я догадываюсь. Ха, кстати, в случае с ши-тари фраза «он вильнул хвостом к другой» подходит как нельзя лучше. Но вот дети… Они что, говорят «Та ши-тари готовит вкуснее чем ты, ее нора суше чем твоя и сказки на ночь она рассказывает с душой, а ты засыпаешь, пока читаешь». Это, наверное, обиднее, чем если мужик уйдет.

— Интересные у тебя мысли, — хмыкнула темнота голосом Арта. — Ты готова покинуть Академию ночью, в компании социально неодобряемого дракона и нарушить тем самым с десяток правил?

— Готова, — выдохнула я. И тут же вспомнила, — а куда ты дел своего провожатого?

— Я победил его в честном поединке, — напомнил Арт. — Теперь он не может за мной присматривать. Раньше предполагалось, что он или сильнее, или равен мне. Теперь я все расставил по местам. А слабого на это дело подрядить не могут, это недостойно.

— В таком случае, я не поняла только одного — как ты оказался… Телепат, точно. Ты знал, что он сделает, — я прищурилась, — а не проще было предусмотреть?

— Тогда он мог бы придумать что-то более мерзкое, более подлое, отдать все необходимые распоряжения и стереть себе часть памяти, — серьезно сказал Арт. — И вот тогда я бы тебя не спас, потому что ментальная магия хоть и дает преимущества, но всемогущим меня не делает. Ты готова?

— Да, — кивнула я, и добавила, — хоть пощупаю тебя в драконьем обличье, а то в прошлый раз как-то мимо прошло.

— Гладь меня всего, — со смешком ответил мой любимый и подхватил меня на руки.

Я до сих пор не улавливаю этот момент, когда в воздух взлетает человек, а через секунду я уже удобно сижу на шее дракона. Магия магией, но… Я ничего не успеваю понять!

Зато чешуя у него… М-м-м, приятная, гладкая, теплая. Эх, и по такой прелести Берлевен когтями полосовал! Кстати да, чешуя у Арта какая-то подозрительно приятная, как он выжил-то вообще? Или во время боя драконы как-то броню наращивают?

«Мне бы краткий анатомический атлас», мелькнула у меня в голове мыслишка. Я даже представила этот трактат, но дракон подо мной как-то подозрительно затрясся, и я перестала отвлекать его своими безумными мыслями.

Хотя это сложно. Как перестать думать, когда очень хочется? Я не могу прекра…

Господи, как холодно! Они это оттепелью называют?!

В этот же момент вокруг меня возник кокон тепла. Это ж насколько хорошо Арт контролирует свой дар? Мне такой контроль и не снился.

«Посмотри вниз», толкнулась виски чужая мысль.

А внизу горели огни, столица не спала.

«Гулянья. У простых обитателей Империи свой зимний праздник», так же мысленно произнес Арт.

— Мы присоединимся? — спросила я вслух.

«Да».

Арт спикировал вниз, и я вновь не успела понять, как дракон обернулся человеком и почему я уже не на шее, а на руках.

— Потому что это высший класс, — ухмыльнулся дракон и быстро коснулся губами моего виска. — Идем, нас ждет одежда.

И если кто-то подумал, что пошли мы в лавку, то нет. Ночью лавки не работают даже по праздникам, а потому мы залезли на чей-то чердак, где Арт припрятал два тючка с одеждой.

— Ты такой предусмотрительный, — восхитилась я.

— Конечно, — гордо приосанился дракон и отвернулся, позволяя мне переодеться.

Местная зимняя одежда неплоха — тонкие рубашка и колготки, поверх шерстяная рубашка и теплые колготки, венчает это все богато вышитая плотная юбка и приталенная курточка с меховым воротником. А над головой, вместо шапки, сфера тепла, ее генерирует вышитая под мехом цепочка символов. Последнее мне Арт объяснил.

— Нас ждет сладкое какао и зимние ягоды, — дракон широко улыбнулся, — с самого детства люблю этот день. Зимний Бал это политика, а Зимний Праздник это душа.

Покинув чердак, дракон перехватил мою руку и переплел наши пальцы. Переглянувшись, мы обменялись улыбками и влились в толпу празднующих. Двигаясь в том же направлении, что и остальные, мы прибыли к невысоким подмосткам, где танцевала красивая таинственная девушка. Она была в черных облегающих штанах и черной узкой рубашке, лицо закрывал черный же шелковый платок, оставляя открытыми только ярко накрашенные глаза. На кончиках ее пальцев танцевало пламя, искры от которого устремлялись в темное небо. Она легко подпрыгивала, смеялась, выгибалась назад так, как будто вот-вот упадет!

— Бросим пару монет? — спросил меня дракон.

— Я бы рада, — шепнула я в ответ, — но у меня ничего нет.

— У нас все есть, — отозвался он и, ловко прижав меня к себе, протолкался вперед. Мы посмотрели весь танец и бросили в стоящую на помосте шапку пару монет. Девушка же, отдохнув с минуту, начала свой танец заново.

— Экое бесстыдство, — услышала я ворчание.

— Да ладно тебе, хороший танец, — отозвался кто-то другой. — Сейчас праздник, отложи свой характер до утра.

Улыбнувшись этой незатейливой мудрости, я прижалась к плечу Арта и мы медленно отошли в сторону.

— За мной, — выдохнул вдруг дракон, — быстрей-быстрей. Сюда!

Мы неслись по какому-то узкому проулку, оскальзывались на заснеженной дороге и хохотали, вытягивая друг друга из сугробов! И все ради того, чтобы первыми добраться до уличного разносчика, заварившего новую порцию какао.

— Какие интересные у тебя приоритеты, — зафыркала я, восстанавливая дыхание.

— Но ведь такая ночь всего раз в году, — улыбнулся дракон, — глупо тратить ее на стояние в очереди, если этого можно легко избежать. О! Стой здесь! Нет, лучше сиди вон там!

Дракон улетучился так, будто он вампир, а не крылатая ящерица. А я так и осталась стоять с двумя теплыми стаканчиками в руках. Потом посмотрела куда он махнул перед исчезновением и увидела крайне уютную скамеечку. Что ж, юбка плотная, ничего не отморожу.

И правда, холод совсем не ощущался. А через минуту вернулся мой дракон. Да не один, а с двумя… Ветками?! Серьезно?

— Ха, какой прекрасный скепсис в самых ярких и красивых на свете глазах, — жизнерадостно выдал он. — Кусай!

И поднес к моему лицу угольно-черную изогнутую ветку с ярко-алыми ягодками.

— Ветку? — оторопела я.

— Ягоду! Ну и ветку тоже можно.

"Ягоды" оказались бисквитом с алкогольной пропиткой в красной сладкой глазури. А "ветка" — крашеной карамелью.

— Вкусно, — облизнулась я, когда лакомство закончилось.

— Да? — как будто не поверил Арт, — дай-ка попробую.

— Так я все съела, — удивилась я, — и у тебя была такая…

Мне было не суждено договорить — дракон притянул меня ближе, ласково коснулся губами губ. И снова, и снова, и я потеряла счет минутам. Мы целовались так, будто вокруг никого нет, будто никто не может нас увидеть. Мы делили на двоих сладкое дыхание и не могли остановиться.

Наш поцелуй прервал неожиданный грохот. Я вздрогнула, но Арт лишь прижал меня к себе, сорвал с припухших губ последний поцелуй и шепнул:

— Посмотри наверх.

Это был фейерверк. Волшебный, чарующий фейерверк, полный красочных искр и причудливых огненных цветков.

— Сейчас откроют каток. Как у тебя с коньками?

— Мы знакомы, — осторожно ответила я. — Но не близко.

— Значит, я смогу крепко прижимать тебя к себе?

— Тебе не нужны причины, чтобы обнимать меня, — серьезно сказала я. — И мне — тоже не нужны.

Потянувшись к нему, я коснулась его губ своими. Тихо вздохнула и пересела со скамейки к нему на колени. Боком, конечно, но даже это привело Арта в полнейший восторг. Он крепче прижал меня к себе и добавил в наш нежный поцелуй щедрую долю драконьей страсти.

Уйти с этой уединённой скамеечки было сложно, но мы справились. Выбросив опустевшие стаканы в урну (она благодарно чавкнула и на мгновение засветилась жутко-синим), мы крепко взялись за руки и медленно пошли в сторону катка. Точнее, Арт повел меня в сторону катка, потому что я совершенно не представляла, где мы находимся и куда идти.

— Смотри, в столице самый большой каток, во всей Империи не найдется катка больше, — шепнул Арт.

И я зачарованно кивнула. Темно-синяя гладь колдовского льда отражала яркие огни подсветки, парящей над головами кружащихся на коньках людей. А поверх всего этого плыла тихая, ненавязчивая мелодия, превращавшая людской гомон в мелодичный голос города.

— У этого праздника прекрасная душа, — шепнула я.

И шагнула следом за Артом на лед. И мои бедные туфельки, которые вначале превратились в теплые сапожки, сейчас стали коньками. Довольно смешными, с точки зрения современной земной женщины. Но… Какая, к черту, разница?

Драконья кровь подарила мне не только невероятное зрение и запас сил, но еще и удивительную координацию движений. Прошло минут десять, и я уже вполне достойно держалась на льду. Хотя, конечно, Арт не отпускал моей руки.

Мы катались и катались, уже другие пары понемногу уходили и пространства становилось больше и…

— Настоящий подарок, — шепнула я, проследив взглядом за до безумия знакомыми оборотнями.

Арту не нужно было объяснять, он все прочел в моем разуме и ловко подстроил наше движение так, чтобы еще раз пересечься с господином Васси и его мамой.

— Прекрасная ночь, — улыбнулся оборотень, когда поравнялись, — Доркас, неужели ты боишься меня? Не приходишь заряжать накопители, они грустят без тебя.

— Мы расстались не лучшим образом, — смутилась я.

— Да нет, — серьезно сказал господин Васси, — это было… Это было сильно. Ты заставила меня задуматься и пересмотреть свое давнишнее решение.

— Хорошо, что я телепат, — фыркнул вдруг Арт. — А то все так старательно мне все объясняют.

И мы, все четверо, закатились веселым смехом. После чего я извинилась, а помолодевшая Кассия, перехватив меня за руку, с чувством произнесла:

— Спасибо. У меня нет слов. И я хочу предупредить тебя. Не в благодарность, а просто так. Раньше весь город гудел, то и дело обсуждая драконицу, убедившую комиссию в своей человечности. А сейчас все отрезало — тишина, как будто тебя и не было. Мне кажется, что тобой заинтересовался кто-то, кто смог укоротить длинные языки. Кто-то, кто сделал так, чтобы о тебе не вспоминали. Прости, что порчу праздник, но мы вряд ли увидимся в ближайшее время.

— Ничего, — я с трудом улыбнулась, — ничего. Спасибо и счастья вам.

— Счастья вам, — отозвались мать и сын.

— Если настроение испортилось, праздник пора покидать, — грустно произнесла я.

— Я не дам тебя в обиду, — решительно произнес Арт. — Мы станем мужем и женой в ночь Зимнего Бала. В ту же секунду, как стихнет бой часов, отсчитывающих полночь.

— Тогда мне нужно открыть тебе свой самый страшный секрет, — решительно произнесла я. — Давай укроемся где-нибудь?

— Тот чердак подойдет? Хозяева не скоро вспомнят о том, что он у них есть.

— Это жестоко.

— Есть за что, — туманно отозвался вредный дракон и подхватил меня на руки, — портал?

— Портал, — согласилась я и прикрыла глаза.

И вот Арт ставит меня на дощатый пол, вокруг нас тишина и темнота, разбавляемая светом из узкого оконца под самой крышей. Где-то в стороне гул затихающего праздника, а здесь… Здесь напряженная тишина.

— Я приму твоего ребенка как своего и никогда не спрошу, кто его отец, — выдал вдруг Арт и у меня подкосились ноги:

— Чего?

— Ну, я просто не мог придумать ничего иного, что стоило бы такой серьезности, — смутился дракон.

— Ага, и ты ни разу не увидел лицо этого ребенка в моем разуме, — саркастично отозвалась я. И тут же добавила, — но то, что ты сказал… Это сильно. Сильнее чем просто «я тебя люблю». Я обменная душа.

Я выпалила это даже не сделав паузы. Просто потому, что надо было вытолкнуть эти слова. И дальше стало проще. Так и не открывая глаз, продолжила делиться своей страшной тайно:

— Просто открыла глаза, а она передо мной, вся прозрачная. Она оставила меня вместо себя и…

— Тише, тише, — Арт прижал меня к себе, крепко обнял и коснулся губами виска, — вот почему я забываю все о твоем прошлом. Мир защищает тебя. Все в порядке. Доркас — имя, которое ты выбрала?

— Да, — глухо произнесла я, чувствуя, как по щекам стекают горячие слезы. — Я так устала. Так устала скрывать.

— За это не наказывают, — тихо проговорил дракон. — Если твоя душа из другого мира, тебя пригласят ко двору и так там и оставят. В нашем мире не так много развлечений, а твои рассказы скрасят долгие скучные вечера.

Мне стало дурно и я, отстранившись, посмотрела на Арта:

— А можно как-то без дворца?

— Ты не хочешь?

— Нет, — честно сказала я.

Прислушалась к себе и повторила:

— Нет, совершенно абсолютно точно не хочу.

— Значит, мы будем хранить твою тайну вместе. Кто-то еще знает?

— Я никому не говорила.

— И не говори, — подытожил Артаганн.

Я согласно кивнула и вновь спрятала лицо у него на груди. После мы решили немного пройтись и уже после этого возвращаться в Академию.

И уже укладываясь спать, я поразилась тому, насколько легко мне стало. Неужели на меня так сильно давило то, что приходилось скрывать свое происхождение от Арта? Я не чувствовала этого. Наверное, этот камень был где-то глубоко внутри.

— Доброй ночи, Ссерша.

Ответом мне стало одобрительно-неразборчивое шипение. Значит, уже спит. Или все еще спит. Неважно, ведь я и сама уже практически сплю…