Глава 14

Дни понеслись вскачь. Я везде носила с собой кристалл, поила его силой и всячески интриговала, привлекая к нам внимание. А еще меня периодически похищал мой таинственный дракон — он таскал меня в город, в ателье, где я примеряла свой будущий наряд. И, вот вредный чешуйчатый, я не могла сосредоточиться на том, как выглядит платье! Взгляд просто соскальзывал с ткани, не цепляя ни фактуру, ни цвет, ни узор.

— Это не честно!

— Это традиции.

— А если мне не понравится?!

— Я телепат.

— Ты мог ошибиться.

— Не мог.

Этот диалог звучал между нами всякий раз, как мы возвращались из ателье. Я притворно дулась, дракон, чувствуя мое настроение, старательно подыгрывал, а после мы пили горячий ягодный взвар и рассматривали прохожих. Точнее, их головные уборы — Арт питал страсть к нахождению на крышах домов.

— Так можно побыть частью города, и избежать лишних конфликтов, — улыбнулся он, когда я спросила его об этой странной привычке. — Я — грустный лирический герой с тяжелой судьбой и тонкой, ранимой душой.

— Это ты у меня в голове подсмотрел, да? — прищурилась я.

— Твои воспоминания о первой и единственной попытке написать сочинение самостоятельно, — кивнул дракон. — Мне понравилась эта фраза.

— Учителю не очень, — хмыкнула я. — Что дальше?

— Как ты смотришь на то, чтобы обменяться брачными клятвами прямо на Зимнем Балу? — предложил дракон и я едва не выронила свой стаканчик со взваром.

— Вообще, я про сегодняшний день говорила. Мне бы погонять изученные заклинания — скоро экзамен, — растеряно произнесла я. — Но, знаешь, идея стоящая. Только, наверное, нас таких много будет. Все же это сверх романтично — обменяться клятвами в ночь Зимнего Бала.

— Неа, — белозубо улыбнулся дракон, — остальные будут торговаться, дарить поцелуи и принимать подарки, нанимать и наниматься — в общем, хорошо, если потанцуют без корыстных умыслов. Зимний Бал грандиозен, красив и весь — про деньги, контракты и клятвы служения.

— В этом году он может стать не столь красивым — та девушка еще три раза приходила в кузницу. Но уже по душу Кайруса.

— О?

— Он ее даже не услышал, — рассмеялась я. — Кажется, нашего гения посетила воистину необычная мысль. Он просил меня накопить побольше силы к выходным.

— Я пойду с тобой, — нахмурился Арт. — Мало ли жахнет.

Вспомнив, сколько я уже накопила и представив, сколько смогу — поежилась. Объем внушительный, но, надеюсь, Кай знает, что делает.

Глупая была надежда, на самом деле. Потому что жахнуло так, что часть крыши попросту исчезла. И, когда погасло сияние защитного купола, который успел установить Арт, я повернулась к нему и сообщила:

— Знаешь, у нас это называется «сглазить».

— А у нас «предусмотреть» и «предупредить», — вернул мне шпильку дракон.

И остаток выходных мы посвятили ремонту крыши. Ну как «мы», Арт и Кай трудились, а я сидела внизу, на бревнышке, пила лимонад, изготовленный Ссершей и вовремя подавала умные советы. Которые, отчего-то, только злили парней.

И вот, сегодня наступает Тот-самый-день. День промежуточного экзамена. День, во время которого всей Академии смешно и злорадно-приятно посмотреть на студентов годичного курса обучения. Даже я, тренировавшаяся среди скал, на семейном полигоне Кауленов, проснулась со слегка зеленоватым отливом бледного лица. А что говорить о Камиле? Подруга, все это время не вылезавшая из библиотеки, была черно-бело-синего цвета. Синие губы, черные круги под глазами и мертвенно бледная кожа.

— Кажется, я истратилась в ноль, — хрипловато произнесла она, когда мы встретились на завтраке.

А я, кормившая в тот момент свой кристалл, тихо ответила:

— Сейчас поделюсь накопителем.

— Спасибо, — шепнула она. — Мне так страшно. И немного стыдно за то, что смеялась над другими. Когда они, такие же трясущиеся, готовились к своим экзаменам.

— Зато они сейчас отвечают нам той же монетой, — хмыкнула я. — Посмотри на верх, нет, не на тот верх.

— А на какой?

— На тот, который над входной дверью.

А там висел транспарант, страшно похожий на лозунги из моего мира.

«Студент, помни — не сдал экзамен, освободи место в Академии!»

И чуть ниже другой плакат:

«Не учил, не тренировался, не посещал — три способа быть отчисленным!».

Камиля нервно икнула и побледнела так, что даже черные круги под глазами выцвели.

— Я не помню случая, чтобы отчисляли студентов с вашего направления, — к нам за столик подсел Арт. — И никто не помнит такого случая. Уж мне-то можете поверить.

Камиля только пискнула. Мой дракон потом пояснил мне, что она нормально к нему относится, но отчего-то страшно боится, что он в ее голове прочитает про то, как она ходит в туалет. Я тогда полвечера подкалывала дракона и спрашивала, ведет ли он учет увиденным туалетам. А после, успокоившись, пообещала никогда не поднимать эту тему в присутствии Камили. У каждого свой страх и шутить с этим все-таки нехорошо.

— Все равно приятного мало. У меня не все получается идеально, — буркнула я.

— Идеально? У меня в принципе не все получается, — возмутилась Камиля и вздохнула, — наверное, я все-таки немного глуповата.

— Ты знаешь меньше, но это не делает тебя глупой, — покачала я головой. — Вспомни, многие ли наши однокурсники бьются о двери библиотеки? Уже почти все бросили туда ходить. На встречи к декану приходим только мы с тобой, да та молчаливая девчонка.

— Да, ты права, — кивнула Камиля. — Я отнесу посуду. Давай твой поднос. Мне не сложно.

Глядя в спину подруги, я посмотрела на Арта и предложила:

— Скажи ей, что чувствуешь ее страх и предложи запомнить ощущение от вторжения в разум.

— Так нет никакого ощущения, — удивился дракон.

— А ты постарайся. Используй ощущение щекотки, только не по телу, а где-нибудь внутри черепа. Только легкое-легкое и скажи, что ты его специально усилил и что его может заметить только очень внимательный человек.

— Да ну, не люблю врать, — скривился дракон.

— Как знаешь, — я пожала плечами и, дождавшись Камилю, отдала ей подготовленный накопитель.

Подруга, уже привычная к такой мелкой помощи, втянула его почти моментально и тут же порозовела.

— Если бы не ты, я бы не могла позволить себе столько сидеть в библиотеке, — шепнула она. — Назову дочь в твою честь. Если, конечно, на мне кто-нибудь женится.

— Назови ее Александрой, — выпалила я и сама удивилась, с чего вдруг вспомнила старое, вышедшее из употребления имя.

— Александра, — произнесла нараспев Камиля, — а что, мне нравится. Только назову Олександра, чтобы можно было составить из имени Доркас.

— Ну да, — согласилась я.

Переглянувшись, мы синхронно вздохнули и выдохнули. Как ни оттягивай, а экзамен неизбежен.

— Раньше начнем, раньше закончим, — оптимистично произнесла я и пошла к выходу из столовой. — Всегда любила прорываться первой! От ожидания я умнее не становлюсь, знаешь ли.

Вот только нас, едва мы все столпились у привычной аудитории, перенаправили в парк. Сердитая профессор Лейтиш и устало-злая декан Айнара вошли к нам и мрачно объявили, что из-за усиления мер безопасности портал будет открыт в парке.

— Портал? — пискнул кто-то из наших сокурсниц.

Профессор Лейтиш метнула в несчастную сердитый взгляд и процедила:

— Разумеется портал. Должны же мы хоть как-то компенсировать потраченное на вас время. Сегодня вам предстоит продемонстрировать свои навыки на практике. И если заказчика все устроит, то каждый из вас получит достойную отметку.

— Вы будете ставить нам оценки исходя из результата групповой работы? — неверяще уточнила я.

— Ваш диплом будет отражать истинный уровень ваших знаний, — строго произнесла декан Айнара. — Промежуточный экзамен — совсем другая вещь. Следуйте за профессором Лейтиш.

И нас, чуть ли не по парно, отправили в парк. Шли мы по нему, кстати, довольно долго и весьма быстро. Я, признаться, даже немного запыхалась.

— Кто-нибудь что-нибудь знает о мерах безопасности? — спросил кто-то, идущий позади нас с Камилей.

— Зимний Бал уже через неделю, вот и закручивают гайки, — флегматично ответил смутно-знакомый женский голос. Кажется, она что-то у меня арендовала. Точно, маго-плойку.

Аккуратно обернувшись, я мысленно похвалила свою острую память. Идущая позади девица обладала тугими, явно искусственными кудряшками.

— Стоп, — скомандовала профессор Лейтиш. — В портал входим по одному, раз в три секунды. На выходе не мнемся, не чешемся, в небо не смотрим, а сразу отходим с дороги.

— Ух ты, третьекурсники, — выдохнула Камиля.

И тут у меня в голове как будто лампочка зажглась! Кай же просил меня договориться с Камилей о совместном выходе.

— Ты с кем на бал идешь? — шепотом спросила я, пока мы ждали своей очереди на вход.

— С воображаемым кавалером, — фыркнула подруга, — он красив, богат, знаменит, молчалив и не имеет родственников. Готов жениться. Идеален. А главное, его всегда можно отложить в сторону и сосредоточиться на главном.

Хмыкнув, я восхищенно покосилась на Камилю. За последние недели я все чаще замечаю, как у нее меняется манера говорить. Покорный лепет уступил место сдержанной уверенности в себе. Она не превратилась в противную высокомерную хамку, нет. Просто перестала прятать взгляд, лепетать и принижать себя.

— Кайрус просит спасти его, — так же тихо сказала я. — Он должен прийти с парой, но те девицы что вьются вокруг него… Знаешь, ему обидно.

— Пока он был обычный нищий студент, — кивнула подруга, — он был никому не нужен.

— Именно, а сейчас он перспективный юноша, — тоном восторженной дурочки произнесла я.

Тут подошла моя очередь и я нырнула в мерцающий портал. А когда вынырнула, с трудом отбежала в сторону и осела прямо в сугроб.

Зачерпнув горсть снега, я растерла его по лицу и тут же ощутила, как острая прохлада прогоняет мутную, выворачивающую наизнанку дурноту.

Отдышавшись, я поднялась на ноги и подошла к испуганно озирающейся Камиле. Попутно порадовавшись, что парковые дорожки пусть и небрежно, но расчищены.

— Тебе не кажется, что мы под защитным куполом заброшенного драконьего дома? — свистящим шепотом осведомилась подруга.

— Да ну, — усомнилась я.

— Я знаю эту улицу, — Камиля кивнула на виднеющийся вдалеке кованый забор. — Вон там весьма дешевая лавка готового платья, справа чайная, слева банк. И напротив них огромная драконья резиденция времен Войны.

— Студенты годичного курса обучения, — зычно произнес высокий мужчина с окладистой бородой. — Встаньте передо мной!

На построение у нас ушло около минуты. После чего на нас вывалили великолепную новость — это действительно старая драконья резиденция.

— Кровные родичи угасшего здесь рода нашлись давно, но только юная искра смогла пробудить дом и снять защиту, — гудел Бородач.

А я, криво усмехаясь, с трудом удерживала себя от неразумных комментариев. Хотя так и подмывало спросить, выпил ли дом девчонку досуха или все же что-то оставил?!

— Ваша задача привести в порядок первый этаж. Убрать грязь, правильно расставить световые точки, развесить шторы. Обработать коридоры для слуг заглушкой — чтобы челядь не мешала хозяевам.

— Будем держаться вместе, — шепнула я Камиле и схватила ее за руку.

— Студенты третьего курса славно потрудились, укрепив стены и пол. Но дом и без того был хорош. И скоро в нем вновь разгорится жизнь, — довольно произнес мужчина.

И только в этот момент до меня дошло, что это, скорее всего, и есть «кровный родич», которому не терпится переселиться. Вот и приобрел по дешевке несколько курсов недоучек.

«При таком подходе на него запросто может упасть крыша», мысленно развеселилась я.

— Ты так и не сказала, пойдешь с ним или нет, — шепнула я, улучив момент.

— Пойду. Если он не постесняется — у меня платье не очень.

— Кай вряд ли заметит, — развеселилась я.

И заработала осуждающий взгляд бородатого дракона. И да! Это точно был дракон, потому что от него ко мне потянулось тоже облачко силы. Я, презрительно усмехнувшись, приготовилась с удовольствием показать, что мне на все его потуги плевать, но… Но дальше мое тело действовало само — голова опустилась вниз, в жесте полной покорности и извинения.

Отпустило меня сразу. Точнее, меня отпустил дракон. А вот паника… Паника меня вряд ли теперь отпустит. Это получается, что есть настолько мощные твари, что могут подчинить даже меня?!

«Хотя не стоит забывать о том, что в родном доме и стены помогают», попробовала я себя утешить. Но это было как пожар тушить из кофейной чашки. Настолько слабо и нелепо, что даже истерически-смешно.

Однако откуда-то из глубин подсознания всплыли ошметки памяти Бри. И я остро прочувствовала, что моя нелепая мысль, о родных стенах, была правильное — даже не обладающий ментальным даром дракон может заставить другого дракона извиниться. Правда, что-либо другое он продавить не сможет. Фуф, уже хорошо.

Повинуясь повелительному взмаху дракона, мы направились к особняку. Едва мы подошли, как двери распахнулись сами. И перед нами открылся огромный холл, чей пол был засыпан осколками от прозрачных стеклянных шаров.

— Здесь было славное побоище, — Кайрус подкрался к нам со спины. — Сейчас такие шарики наполняют цветным дымом и украшают ими дом. А тогда… Самым популярным был пафосный «Туман Смерти». Невероятно ядовитый тяжелый газ. Достаточно было лишь коснуться и он, как живой, втягивался в тело несчастного. Целительскую помощь можно было оказать только в первые три часа. Дальше яд врастал в тело и медленно растворял его до тех пор, пока вместо разумного существа не останется лишь кожаный мешок наполненный вонючей зеленой жижей. Кстати, Камиля, ты пойдешь со мной на бал?

Подруга перевела на него задумчивый взгляд и глубокомысленно изрекла:

— Да. С тобой явно не будет скучно.

— Что вы встали?! Стекло само себя не уберет!

— Ребят, напомните, рабство же уже отменили? — тоскливо спросила я.

И получила в ответ два грустных вздоха.

Кайрус, прикусив губу, начал было что-то выплетать, но был остановлен гневным окликом все того же бородатого дракона:

— Для кого здесь стоят веники?! Стекло собрать, ни одного осколка не пропускать! Никакой магии, иначе все испортите!

Повернувшись к беснующемуся типу, мы увидели те самые веники, с совочками. Они выстроились вдоль стены и… Я что, прибыла в этот мир, чтобы работать руками?! Да даже дома у меня было три, три пылесоса! Робот-пылесос, робот моющий пылесос и просто сверхмощный пылесос, для особо запущенных случаев. Ах нет, соврала, еще у меня был слабенький ручной пылесос, чтобы прибирать локальные кучки песка, грязи или чего-то подобного. И не будем забывать, про робота-мойщика окон. Господи, да я ж была прям бытовым магом!

«Только шторы ручками вешала», хмыкнула я и принялась сгребать эти клятые осколки.

— Кому они вообще могут понадобиться?! — пыхтела я.

— Секрет изготовления этого стекла утрачен, — сказал незнакомый мне студент с курса Кайруса. — Если такое стекло находят, то его, зачастую, расплавляют заново и выдувают новые сферы. Но тут… Тут-то бойня была, враг дошел практически до сердца дома. Это бы все очистить, да захоронить, чтобы почтить память предков. А он…

— Хочет денег, — хмыкнула какая-то девчонка справа, — выиграл в кровную лотерею и хочет урвать как можно больше. Готова поспорить, что дом его со временем отторгнет, а дети останутся внутри. Эльмира.

— Доркас, — тут же представилась я.

— Борг, — улыбнулся сокурсник Кайруса и тут же ответил Эльмире, — а вот и нет. Этот делец скорее погасит сознание дома, уничтожив все его защитные рубежи. Войны нет, тишь да гладь, а на кону огромный особняк с парком в центре столицы.

— Ты прав, — с отвращением произнесла Эльмира. — Хорошо еще, что мы почти закончили. Ненавижу эту практику. Ладно еще вы, годовалые. Вы хоть бесплатно учитесь, это где-то как-то логично. Но мы-то платим!

Закончили мы со стеклом быстро и я, оглянувшись на короб, успела поймать алчную улыбочку бородатого. Он и правда жаждет поиметь с этого все, что только можно.

— А что значит «кровная лотерея»? — спросила я у Эльмиры, когда направили в следующий зал.

— В драконьей крови плавают такие своеобразные частички, — она наморщила нос, — ну, назовем их маркерами. И каждому роду свойственен свой маркер. Но этот маркер состоит из особенных частичек. То есть это не как наша кровь, которая, по сути, из одних и тех же частиц, только составленных в разные комбинации. Гр-р, я не могу это объяснить научно.

— Спокойно, — Борг щелкнул сокурсницу по носу, — знаешь, что такое паззл? Вот в драконьей крови плавают такие кусочки, у каждого рода свой паззл. И такие вот особняки настроены отзываться владельцу этого самого кровяного паззла. И, если какой-то род угас, то можно попробовать восстановить этот самый паззл. Если скрестить между собой достаточное количество дальней родни, то в итоге может получиться носитель старого паззла. Это я сейчас предельно упростил, если честно.

— Мне за такой ответ отработку влепили, — вздохнула Эльмира. — Эти маркеры так и не изучены — многое было уничтожено во время войны и сейчас наука продвигается практически вслепую. Потому что, к примеру, мы пока не можем сказать, на что эти маркеры влияют. Ну, кроме распознавания свой-чужой. Мамочки.

В следующем зале мы столкнулись с костями. Голубыми костями.

— Точно, это был «Туман Смерти», — рядом с нами появился Кайрус. — Я читал, что проходя сквозь все тело, он концентрируется в костях и разъедает их содержимое.

— Содержимое костей? — уточнила Камиля, державшаяся рядом с ним.

— Внутри костей мозг, — кивнул Кай, чем погрузил мою подругу в состояние недоверчивого шока.

— Та вкусная мякотка, которую все нормальные люди выедают из куриных косточек, — пришла ей на помощь Эльмира. — Это не тот мозг, который думает, а тот, который… Ну, тоже важный, но мысли в нем не бродят.

— А-ага, спасибо, — кивнула Камиля и тут же встрепенулась, — а как же жижа в кожаном мешке?

— Жижа и кости, — Кай зевнул, — тут просто кто-то вспорол мешки и кости не растворились. Видимо, кому-то удалось выжить. Ну, точнее, прожить чуть дольше остальных.

А я вдруг подумала, что этот мир не такой отсталый. Есть понятие об устройстве тела, о ДНК, обо всем, практически. Все же, я слишком мало знаю об этом мире. Слишком мало.

«Ничего, я в безопасности только год, а потом нам с Артом предстоит изучать мир вне стен Академии, так что… Познакомимся, и, скорее всего, куда ближе, чем бы мне хотелось».

— Что встали? Собирайте кости в мешки, — за нашей спиной возник Бородач.

— К ним нельзя прикасаться, — возмутился Кайрус, — «Туман Смерти» не выветривается!

— А магия вам на что? — сварливо спросил дракон.

Умом я понимала, что все эти лю… драконы погибли очень давно, но все равно было страшно неприятно смотреть на то, как их останки забрасывают в мешки. Тем более, что два индивидуума умудрились устроить воздушный бой на черепах. За этим боем пристально наблюдала моя соседка. И на лице ее читалась какая-то злобствующая радость. Как будто ей было приятно на это смотреть.

В общем, я уже ничего хорошего не ждала от этого дома, но, слава богу, кости закончились. На нас был весь первый этаж, в котором скопилось дикое количество пыли и грязи, но больше ничего неприятного не было.

Вычищать пол было нетрудно, заклятье уже было мною отработано до автоматизма и потому в голову полезли всякие дурные мысли. Мысли, которые в итоге принесли здравую идею:

«Я не хочу повторения той войны. Я ее не видела, но мне достаточно кинохроник наших, земных войн».

А еще, пусть это и было неприятно вспоминать, среди той груды отравленных костей большая часть принадлежала детям. Этот дом явно был укрытием для большого количества малышей. Малышей, которых мы упаковали по старым мешкам.

— Этот экзамен мне запомнится надолго, — хмуро произнесла я, когда Бородач левитировал в очищенный зал несколько тюков со шторами. — Как он вообще собирается здесь жить? Это место пропитано смертью! Ну если исключить тот вариант, в котором он уничтожил сознание дома и продал его кому-нибудь другому.

Борг с сомнением покосился на Бородача и покачал головой:

— Думаю, что вариант с уничтожением сознания — единственный.

— Но не стоит исключать и другой вариант, — загадочно произнесла Эльмира и тихо-тихо добавила, — вы же видите, какого он сорта? Он будет жить здесь совершенно спокойно и безмятежно.

— Третий курс! К порталу!

— Что ж, наша работа здесь закончена, — Борг усмехнулся, — удачи вам.

— Она вам пригодится, — мрачно добавила Эльмира, — он придирается по каждому поводу.

Кайрус только кивнул:

— Особенно бесит то, что он сам не разбирается, но с нас требует.

Что ж, за последующие два часа я отточила заклинание развешивающее шторы. Клянусь, я смогу воспроизвести его во сне или будучи резко разбуженной. Возможно, я забуду свое имя, но никак не это заклятье. А все почему? Все потому, что на каждое окно мы потратили по пять-шесть заходов. Складки, значит, висели неправильно.

Некоторые из наших девчонок сглатывали злые слезы, остальные просто метали в Бородача злые взгляды. Камиля же смотрела на него оч-чень задумчиво.

— Ты чего?

— Думаю, — туманно ответила подруга, и пошла снимать очередные «криво» висящие шторы.

По счастью, мы хоть и задействовали все свои заклинания, а «сюрпризов» с отгремевшей войны больше не встретили. Ну и на том спасибо.

И, когда нас выстроили на улице, а Бородач начал вещать нечто отдаленно напоминающее благодарственную речь (очень отдаленно), Камиля шепнула:

— Представь, заключить с таким контракт?

Мне даже немного подурнело.

— Знаешь, — продолжала она, — пока ты болтала с Эльмирой и Боргом, Кайрус мне сказал, что на практике всегда попадаются до крайности мерзкие типы. И я вот думаю, может это декан Айнара их таких выбирает? Чтобы мы видели свое будущее более четким?

— Что-то вроде того, что напуганные студенты подойдут к подписанию рабочих контрактов с умом? Знаешь, может быть. Если есть выходные и рабочий день ограничен, то уже можно жить.

— И без права перекупа, — напомнила Камиля. — А то окажешься у какого-нибудь чудовища. Были и такие случаи.

А я лишь малодушно порадовалась, что на моем пути встретились такие люди и нелюди, которые всеми способами постарались приоткрыть передо мной тайны этого мира. Один только Арт со своей подсказкой про «ничего не бери» чего стоит!

Наконец, подошла наша очередь войти в портал и мы переместились из студеного зимнего вечера, в душную летнюю ночь. Спасибо Ссерше, которая встретила нас с фляжками ледяного морса.

— Ссерша сочувствует, тяжелая энергия, — прошипела моя ши-тари, глядя, как мы жадно пьем воду.

— Это какой-то кошмар, — выдохнула я. — Невозможно же это терпеть.

— Там еще и сила давит, — с сочувствием отозвалась Ссерша. — Чужая сила давно мертвого рода. Это всегда тяжело. Ссерша видела, как слабые сходили с ума и дома вновь закрывались.

— Но тогда зачем все это?

— Ссерше неизвестно, Ссерша ши-тари. Ши-тари предпочитают новые гнезда, — равнодушно ответила моя змейка. — Но так же Ссерша знает, что люди, драконы и оборотни любят выгоду.

— Ты права, — вздохнула я. — Камиля, ты не помнишь, нам там случайно не положен выходной?

Подруга только вздохнула:

— Ты совсем заучилась? Сегодня пятница. Завтра-послезавтра я планирую оставаться в библиотеке, даже если в итоге сдохну.

— Почему? — спросила я, перед входом в общежитие.

— Я не готова всю жизнь стелиться перед таким вот Бородачем, — мрачно произнесла Камиля. — Не представляю, что именно мне скажет мать, но… Я не стану подписывать пожизненный контракт. Рано или поздно найду работу, а пока не найду… Магия может все, как ты правильно заметила. Не пропаду на улице, даже если из дома погонят.

На этой ноте мы и разошлись.

— Она сильно изменилась, — сказала я Ссерше и открыла дверь.

— Меняется жизнь — меняется человек, ши-тари, дракон или оборотень, — философски отозвалась моя змейка.

— А кто-то меняется лишь в худшую сторону, — сказала я, увидев свою соседку.

Она сидела в кресле, с бокалом вина и мечтательно улыбалась. А на столе, прямо перед ней, на блюдце, матово светился отравленный осколок кости.

— Ты рехнулась? Притащила сюда эту дрянь, — прошипела я. — Хочешь сдохнуть?!

— Не стоит так переживать, — она допила вино и плавно поднялась на ноги, — тебя это точно не коснется. Этот милый ночничок больше не покинет пределов моей спальни.

С этими словами она подхватила блюдце с осколком и умелась в свою комнату.

— Мне это не нравится, — процедила я.

— Плохая смерть, — согласилась моя змейка. — Усыпить Доркас?

— Сама справлюсь, — отмахнулась я. — После такого напряженного дня мне помощь не нужна. Но спасибо.

И действительно, приняв горячий душ и переодевшись, я рухнула в постель и сразу же забылась сном.