Глава 17

Следующим утром мэдчен Саддэн не могла избавиться от ощущения глубокой неправильности происходящего: она сидела в Чайной гостиной, на столе исходил ароматным паром чай, а уменьшившийся Каприз сновал между приборов и выпрашивал драгоценные камни.

— Ты вчера не вернулась, — укоризненно произнесла Тамира.

Маргарет облегченно выдохнула — подруга с самого утра с ней не разговаривала. Даже на завтрак они шли хоть и вместе, но как будто порознь.

— Это было ужасно, — честно сказала Маргарет. — Мне вырастили новую кожу на горле.

— А со старой что? — удивилась Тамира.

— Мне к шее прижали кинжал, пришлось сотворить щит прямо под кожей. — Мэдчен Саддэн поежилась. — Ужасные ощущения.

— Я представляю. — Мэдчен Кодерс передернула плечами — Ты же, получается, сама с себя сняла кожу. А про пожар что-нибудь знаешь?

— Ты хочешь поговорить об этом здесь? — Маргарет выразительно обвела взглядом Чайную гостиную.

— Именно, — кивнула Тамира. — Две подруги болтают — что необычного? А вот уединение, куча щитов и сдавленный шепот — это подозрительно. Я с первого дня ставлю простейшие чары помех. Они пропускают сквозь барьер каждое третье слово.

Мэдчен Саддэн удивилась и восхитилась одновременно:

— Они очень сложные. У меня не получаются.

— А у тебя была насущная необходимость ими овладеть? — вкрадчиво спросила Тамира и кивнула. — То-то и оно. А у меня была. Так что с пожаром?

— Там оказалась огненная ловушка. Пытались сделать ее похожей на степную, но, — Маргарет покачала головой, — исполнял ее кальдораннский маг из кальдораннских артефактов. Степные ловушки деактивируются только смертью — человеческой или звериной. Вчера нашего короля пытались свергнуть.

— Безуспешно, надеюсь?

— Безуспешно, — кивнула Маргарет. — Ты же помнишь про трон Дарвийских? В претенденте не было ни капли их крови.

— И на что был расчет? — нахмурилась мэдчен Кодерс. — Глупость какая-то. Про этот артефактный трон не знает только глухой и неграмотный.

— Дознаватели разберутся, — пожала плечами Маргарет.

Она не стала говорить подруге про некроманта. Вдруг он скрывается? И будет крайне недоволен длинным языком Избранницы. А некроманты, если вспомнить историю, пиететом к власти не страдали. Равно как и не считали необходимым соблюдать законы. Мол, у Смерти всего один закон, и вам, дуракам, его не понять. Так-то неудивительно, что за ними охотились.

— А сколько пострадавших? В гостевом крыле много людей, — спохватилась Тамира.

— Половина была на балу, вторая половина резко решила побывать дома.

Это Маргарет услышала утром. Линнарт проснулся раньше и вовсю переговаривался с кем-то. Но из того разговора она запомнила только то, что кто-то предупредил гостей. Которые даже не подумали предупредить короля. Позднее ей стало жутко — неужели заговор настолько обширен? Это ведь на каторгу и на плаху может отправиться такое количество людей, что в историю король войдет как Линнарт Кровавый или Линнарт Безжалостный.

— Ты оценила свой подарок? — Тамира искоса посмотрела на подругу.

— Я не у себя ночевала, — покачала головой Маргарет. — Сарна принесла мне платье в спальню короля.

— Вы с ума сошли? — зашипела мэдчен Кодерс.

— Мы просто спали! — возмутилась Маргарет.

— Даже не знаю: восхититься стойкостью нашего короля или озаботиться его мужской силой? Будут ли у страны наследники, если ее глава игнорирует женщину в своей постели? — зафыркала Тамира и тут же добавила: — Я шучу, не делай такие глаза. Просто немного завидно, я таких сдержанных мужчин не встречала.

— Хм? Ты разве не девица?

— То, что я сохранила свое девство, говорит о моем злобном характере, сильных проклятиях и идеально поставленном ударе, — закатила глаза Тамира. — Нет, силой принудить меня не пытались. Но любовные зелья, назойливые объятия и откровенное вранье — все это было. И стоило сделать пару шагов в сторону уединенного алькова, как благородные дерры превращались в похотливых животных.

Маргарет развела руками:

— С этим ничего не поделаешь. До тех пор, пока некоторые мэдчен будут позволять деррам вольности, оные дерры будут всех девиц причислять к блудницам. И высчитывать, чем и как можно купить расположение красавицы.

— Мне предлагали сапфировое колье, — припомнила Тамира. — Это потрясающе. У меня была врагиня в академии, а потом я увидела ее в том самом колье. Миг моего абсолютного триумфа! Месть, поданная холодной, — ей до самого выпуска прямым текстом предлагали украшения в обмен на секс. Бедняжка здорово спала с лица.

— Ты жестока, — улыбнулась Маргарет.

— Про кого-нибудь другого я бы промолчала. А может быть, даже и предупредила бы, ведь, когда я начала свою кампанию по уничтожению соперницы, еще три девушки подтвердили мои слова. Но та мэдчен слишком много выпила у меня крови. Да ты не переживай, когда я начала прикладываться ко фляге, она мне отомстила — это благодаря ей слухи вылились на газетный лист.

— Получается, что вы квиты.

— М-м-м, если подвернется возможность, я с большим удовольствием сделаю ответный ход.

Тамира подцепила ложечкой драгоценный камешек и скормила Капризу.

— А что получила ты?

Мэдчен Кодерс подняла взгляд на подругу и серьезно сказала:

— Путевку в будущее. Его величество преподнес мне комплект украшений, а под ним лежал вексель на крупную сумму. На предъявителя. Когда я выйду из семьи — обналичу. И смогу расплатиться с дерром Вальтером.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Боюсь, что ты его очень этим обидишь, — Маргарет покачала головой.

Но подруга не слишком впечатлилась:

— Так ведь не деньгами же! Выпишу из Келестина что-нибудь редкое. Говорят, что у главы Совета белаторов жена пишет монографию по колдовским растениям. Пока она допишет, я уже стану свободной. Вот и выпишу. И подарю.

После завтрака подруги вышли на прогулку в парк. Посмотрели, как разбирают декорации с поляны, на которой еще ночью кружились в танце пары. И тут Маргарет вспомнила:

— А что произошло на балу?

Тамира поперхнулась смехом и, пытаясь успокоиться, выразительно произнесла:

— Ты там произошла!

Наконец, обретя самообладание, мэдчен Кодерс пояснила:

— Тебя искали Адд-Сантийские. А Хемснис и Стовер набиваются если не в подруги, то хоть в придворные моры.

— Так они мэдчен, — напомнила Маргарет.

— Я тебя умоляю, Гарри. Как только объявят Избранную, все мэдчен срочно выйдут замуж. И будут осаждать тебя: «Ах, располагайте мной в любое время» или «Всегда готова развлечь вас».

— Второе больше к придворным деррам, — буркнула Маргарет. — Так и что там с Хемснис и Стовер?

— А я им шепнула, что ты от родственников прячешься. И что если они хотят оказать тебе услугу, то…

—То?

— Просто «то». Я выдержала эффектную паузу, и они сами себе что-то придумали. В итоге загоняли почтенных стариков — тебя видели на разных концах зала. Естественно, они догадались и попытались устроить скандал. Такой, знаешь, благородный — вместо криков змеиное шипение. Но на беду девчонки показали мне твой составной артефакт, который ты дала им перед первым туром.

— Так он не полный же, — ахнула Маргарет. — Там могло получиться что угодно.

— Оно и получилось, — помрачнела Тамира. — Получилась замечательная смесь капкана и челюстей, которая вцепилась твоему деду в бедро. Еще немного, и стало бы совсем позорно. Что это вообще должно было быть?!

— Артефакт-подъемник, — покраснела мэдчен Саддэн. — «Кошку» мы бы закрепить не смогли — там уметь надо. Так что я взяла капкан, переработала его и внутрь вставила катушку, чтобы веревка сама нас поднимала на стену.

— Но зачем?!

— Ходили слухи, что мы будем проходить полосу препятствий. Нас, конечно, этому учили, но недостаточно.

— Ясно. Зато теперь понятно, почему она так подергивалась, будто жует бедро. Мы перепугались и не знали, что делать. Адд-Сантийский весь белый и молчит — это ж стыд какой! Такой анекдот еще год бы пересказывали. Нас Глорейн спас.

Мэдчен Кодерс чуть погрустнела, проводила взглядом очередного дерра, будто случайно прогуливающегося неподалеку, и невпопад добавила:

— Облака низкие. К дождю.

— Тами?

— Он мне комплиментов отсыпал. — Подруга упорно не поднимала глаз. — А мне так противно стало. Ты же намекнула, что он не в фаворе у короля. Неужели через меня Гилмор хотел добраться до тебя и через тебя — к королю…

Не сразу продравшись сквозь цепочку умозаключений Тамиры, Маргарет покачала головой:

— Нет, не думаю. Ты вчера выглядела как королева. Неудивительно, что он так отреагировал.

— На помощницу пусть реагирует.

— Думаешь, его помощница часто надевает такие платья? Или что ее приглашают на балы? Нет, на самом балу она наверняка была — подслушивала, подсматривала. Жизнь агента не сахар. И потом, почему ты так реагируешь? Радуйся, ты им переболела. А что он чувствует — разве тебе есть до этого дело?

Тамира кивнула и призналась:

— Знаешь, наверное, по привычке. Я ведь каждое его слово ловила, жест, взгляд. А тут такой пир — и глаза-то у меня глубокие и умные, и кружево на декольте изысканное, и руки изящные. И вообще я похожа на лесную фею.

— С последним не согласна, — хмыкнула Маргарет. — Может, прогуляемся до розария? Как-то здесь очень людно.

После Осеннего бала придворные уверились, что мэдчен Саддэн в ближайшем будущем станет морой Дарвийской. И теперь стремились помозолить ей глаза. Ведь всем известно, что новая королева всегда начинает с большой уборки.

Чтобы избежать встречи с группой молодых придворных, девушки сошли с тропинки и проскользнули между двух акаций.

— Дорф, — искренне сказала Тамира.

— Большой и толстый, — согласилась Маргарет.

Сразу стало ясно, что придворные, расположившиеся на тропинке, появились там не просто так. Молодые люди выполняли наказ старой паучихи Дивир.

На изумрудной траве сидела старшая придворная мора. И страдала. Да так, как не сможет ни одна мэдчен: красиво уложенная юбка, точно выверенный наклон головы и единственная сверкающая слезинка на старческой щеке. А еще тщательно отрепетированный подъем — охнуть, смахнуть слезу и одним слитным движением встать.

— Доброго дня, мэдчен Саддэн, мэдчен Кодерс, — подрагивающим голосом произнесла мора Дивир.

— Доброго, мора Дивир. Наслаждаетесь прогулкой? — Тамира не дала Маргарет ответить. — Мы тоже. Сегодня так легко дышится, не правда ли?

— Верно, — подхватила мэдчен Саддэн. — Говорят, на рассвете шел дождь. И посмотрите, какая вокруг красота и свежесть.

Мора Дивир неверяще посмотрела на подруг и, некрасиво скривившись, зарыдала:

— Гарри, девочка, я так виновата перед тобой! Я ведь хотела как лучше!

— Как лучше для вас, мора Дивир, безусловно, — кивнула Маргарет. — Если вы хотите поговорить, то я не против. Попрошу у Лина малый шар Истины и побеседуем. Но если вы продолжите лицедействовать, то играть начну и я.

Рыдания тут же прекратились.

— А во что играть будешь? — заинтересовалась Тамира.

— В слабую и обиженную мэдчен, которую предала подруга матери. Буду плакать на широкой груди короля, и кто знает, чем все это закончится.

Мора Дивир правильно оценила настрой Маргарет и совершенно иным тоном произнесла:

— Я всего лишь хочу уверить его величество в своей лояльности. Мне хорошо и привольно жилось при дворе. И менять такого щедрого и радушного покровителя я бы не захотела.

— Вы интриганка, — задумчиво произнесла Маргарет.

— Да, — не смутилась мора Дивир. — И я все оборачивала в свою выгоду. Но участвовать в заговоре? Пф-ф, нашли дуру. Я старая и умная, а такие устраивают свои заговоры, а не влезают в чужие. Поверь, Гарри, свержение власти выгодно малой кучке избранных, остальные получают туманные обещания из разряда «когда-нибудь потом».

Присмотревшись к море Дивир, Маргарет отметила круги под глазами и пересохшую кожу губ.

— Вы знали о том, что происходит во дворце? — сделала вывод Маргарет.

— Узнала в тот момент, когда началось, — уточнила мора Дивир. — Я щедро плачу своим маленьким крыскам. А еще я знаю, что сегодня допрашивают всех, кроме Избранниц. И берут клятву неразглашения.

— Последнее злит сильнее всего, — понимающе усмехнулась Маргарет. — Когда вас вызовут, постарайтесь не лгать. Понимаю, вам будет тяжело, но если справитесь, Линнарт будет справедлив. Доброго дня, старшая придворная мора. Мы очень спешим в розарий.

Подруги прошли через маленькую полянку, проскользнули между других кустов и вышли на тропинку.

— Как думаешь, она правду говорила? — спросила Тамира.

— Я в любом случае не буду вмешиваться, — серьезно ответила Маргарет. — Это дело высшей государственной важности, здесь не может быть личной заинтересованности.

Мэдчен Кодерс кивнула и вздохнула:

— Скорей бы что-нибудь объявили уже. Мне нужно как-то рассчитать будущее.

— Ты можешь попросить короля заключить помолвку между тобой и кем-нибудь еще, — предложила Маргарет. — Такую помолвку сможет расторгнуть только Линнарт. Так что доживешь до дня рожденья — и все, вольна как ветер. Кстати, ты могла намекнуть дерру Вальтеру на свои особые обстоятельства.

Тамира вздохнула, отвела глаза и тихо сказала:

— Это будет очень больно.

А Маргарет только потаенно улыбнулась. Уж она-то видела, как ректор Вальтер смотрит на мэдчен Кодерс. Но помогать их отношениям — только портить. Уж больно ершистые и сложные люди подобрались. А ректор еще и проклятием отягощен, что явно не прибавляет ему доброты души и кротости характера.

Входом в розарий служила высокая кованая арка. Она вся была оплетена вьюнками, над цветами которых жужжали пчелы.

Резкий хлопок — и перед Тамирой оказалась ее химера. Маргарет поспешно сотворила сгусток огня и осмотрелась в поисках опасности.

— Гарри, убери огонь, — покраснев до корней волос, произнесла мэдчен Кодерс. — Я просто до истерики боюсь пчел. Меня маленькую пчела ужалила в веко. Меня вылечили, я вышла в сад и меня ужалили в кончик носа. Все лето меня жалили пчелы.

Тамира прижала к себе химеру и, криво и неестественно улыбнувшись, добавила:

— А потом выяснилось, что это моей старшей сестре надоело со мной возиться. Я ее очень любила и постоянно ходила за ней хвостом. Доставала. Вот и получила по заслугам.

Химера слетела с рук хозяйки и так грозно зашипела, что с арки улетели не только пчелы, но и несколько бабочек.

— Ты же понимаешь, что в розарии, скорее всего, очень много пчел? — Маргарет с сожалением принюхалась к сладкому, цветочному аромату. — Давай поищем в справочниках заклятья от пчел? Розарий никуда не убежит.

Распрямив плечи и гордо вскинув подбородок, Тамира процедила:

— Еще чего не хватало. Идем!

Маргарет едва успевала за целеустремленной подругой. В итоге прогулка превратилась в пробежку. Мэдчен Саддэн только краем глаза отметила дивный фонтан в окружении ярких, золотых роз.

— Что ж, — нервно оглядываясь, произнесла Тамира, — думаю, я победила детский страх. А теперь ты не могла бы телепортировать нас ко мне в гостиную?

Улыбнувшись, Маргарет подхватила подругу под локоть и послушно переместила их, куда сказано. После чего дипломатично заметила:

— А ты не думаешь, что эта прогулка была слишком насыщенной? И я, к слову, не заметила ни единой пчелки.

— Эти жуткие твари наверняка прятались в бутонах и ждали, алкали того момента, когда я попытаюсь понюхать цветок, — экспрессивно выдала Тамира.

И мэдчен осознала одну простую вещь — есть ситуации, в которых логика не имеет власти. И связку Тамира-пчелы стоит принять как данность и никогда не поднимать эту тему. Или осторожно намекнуть дерру Вальтеру, что заклятье, отпугивающее пчел, сделает мэдчен Кодерс счастливой.

Чай немного успокоил Тамиру и примирил с оскорбительной реальностью, в которой пчелы собирают нектар с роз.

— Вообще, можно было бы вывести такой сорт цветов, которые бесполезны для пчел, — произнесла Тамира.

— А он уже есть. Называется «искусственные цветы», — хмыкнула Маргарет. — Ты допила чай?

— Зато ты к своему даже не притронулась.

— Пойдем, мы давно не брались за учебники.

Девушки усердно занимались до самого обеда и после него. Маргарет старательно поясняла подруге непонятные места и выписывала из своих черновиков вопросы для наставника. И чутко прислушивалась: вдруг придет Линнарт? И расскажет, что дал допрос.

— Ты не знаешь, некромантию при свете дня можно использовать? — спросила Маргарет.

— В легендах говорится, что в момент творения смертной ворожбы солнечный свет ранит прислужника смерти, — рассеянно произнесла Тамира. — Из чего можно сделать два вывода: колдовать при свете дня некроманты могут, но им это не нравится. А что?

— Да так, подумалось, — улыбнулась мэдчен Саддэн.

Тамира заглянула в записи подруги и хмыкнула:

— Интересные у тебя ассоциации, высчитываешь пропорции артефакта сладкого сна и думаешь о некромантии. Это ж кому ты такие сны подарить хочешь?

— Был бы артефакт, а кому подарить — найдется, — фыркнула Маргарет.

Девушки не отрывались от книг до самого вечера. После чего заполошно собирались на ужин — вроде как там должны были объявить что-то очень важное.

— О Богиня, Сарна, я же не могу дышать! — простонала Маргарет.

— Зато сочетание кружевных оборок на груди, и пышной юбки зрительно делает вашу талию очень тонкой, — улыбнулась служанка.

— Да я вроде не жаловалась! — возмутилась мэдчен Саддэн.

— У красоты нет предела, — строго сказала Сарна.

И Маргарет поняла, что служанка будет намертво отстаивать «очень тонкую талию». Ну и дорф с ней. Тем более что получилось и впрямь очень красиво. Золотистая блузка с пышным кружевом, темный тугой корсет и изумрудная пышная юбка. Волосы с изысканной небрежностью подколоты двумя заколками.

Чайная гостиная тоже претерпела некоторые изменения — стены были задрапированы серебряными полотнищами, а от запаха расставленных на столах и между столов цветов сладко кружилась голова.

В этот раз меню на столе не было. Слуги выносили блюда по одной им понятной логике, и когда Маргарет подали тарелку с мятной карамелью, она преизрядно удивилась.

— Смотри, там его величество, — зашипела Тамира.

А в Чайную гостиную и правда вошел король. Но увидеть его было тяжело — чары помех мешали рассмотреть и заставляли отвести взгляд.

— Наверное, будет говорить, — кивнула Маргарет.

И действительно, через несколько минут король неожиданно появился в центре гостиной.

— Рад видеть Избранниц, — властно произнес его величество. — Позвольте поздравить нас всех с окончанием Третьего Отбора. Бал в честь моей Избранной состоится через четырнадцать дней. На этом же балу мы сочетаемся браком, и на этом же балу Дарованный представит мою прекрасную Избранную Серой Богине.

Линнарт взял паузу, старательно и выдержанно вздохнул. Маргарет была готова поклясться, что любимый про себя отсчитывал секунды.

— К сожалению, не все из вас пришли на Отбор с чистыми помыслами. Во время Осеннего бала была совершена попытка государственного переворота. Сейчас ведется расследование. Так что я хочу лично вас предупредить — с территории королевского дворца не выйдет никто. Все, кто хоть раз был приглашен вами во дворец, сейчас допрашиваются. Работы у Департамента Безопасности много, но наши доблестные агенты не жалуются. Вам запрещено собираться в группы более чем из трех мэдчен, и также вам запрещено общение с родственниками или друзьями. С сегодняшнего дня каждый ваш шаг отслеживается. Приятного вечера, мэдчен Избранницы.

Он эффектно исчез. А в Чайной гостиной долгую минуту царила мертвая тишина. После чего Избранницы заговорили, разом.

Тамира, подкармливающая химер драгоценными камнями, отложила ложечку и хмыкнула:

— А умеет его величество речь держать. И настроение портить.

— А нам-то что? — удивилась Маргарет. — Зато ты теперь знаешь, что впереди у тебя две недели свободы. Пойдем уже, а то вокруг такой гвалт, что уши закладывает.

Подруги вышли из гостиной. Каприз устроился на плече хозяйки, а химера Тамиры предпочла исчезнуть.

— Моя химера последнее время грустная, — пожаловалась мэдчен Кодерс.

— Может, ревнует? Ты Каприза гладишь чаще. Я не считала, просто случайно обратила внимание.

Перед комнатами девушки попрощались. И Маргарет, войдя к себе, подошла к шкатулке. Подарок короля. Она так и не смогла его открыть. Было как-то иррационально страшно.

— Я так и понял, что открывать ее ты не собираешься.

Маргарет вскрикнула и подскочила в кресле.

— Лин, ты едва не довел меня до остановки сердца, — выдохнула Маргарет. — Как расследование?

Король тяжело опустился в кресло, потер переносицу и вздохнул:

— Все очень и очень плохо. Сегодня ночью мы допросим почившую мору Дарвийскую, и в истории заговора можно будет поставить точку. Но уже сейчас видно, что смерть моего отца, Алая Ночь, исчезновение Богини и еще с пяток происшествий — все подвязано в одно.

— Адд-Сантийские? — тихо спросила Маргарет.

— Отметились, — кивнул король. — Я не смогу их пощадить, не проси.

— Мне бы и в голову не пришло. Расскажешь?

Криво улыбнувшись, Лин развел руками:

— Тебе на роду написано быть королевой. Адд-Сантийские пообещали тебя в жены тому дурачку, что уселся на мой трон. Сам дурачок отзывается только на дерра Дарвийского. Людвиг Восьмой Дарвийский. И что самое интересное — он сам в это верит. А еще верит в то, что это я обманул и сломал трон.

— А что взамен? Меня в жены, а им что?

— Не что, а кого — твою мать. У нее, по мнению моры Адд-Сантийской, идеальная родословная. И через нее восстанавливать численность рода куда благородней. Ты же наполовину эйта, а уж при мысли о Тарии их и вовсе перекашивает.

— А дерра Людвига не смущала моя родословная? — нахмурилась Маргарет.

— Мои люди пролистали газетные прошивки, — негромко произнес Линнарт. — Весть о чудо-ребенке разнеслась на весь Кальдоранн. Тебя сравнивали с Богиней, с ее духовицами, с феями. Даже печатали откровенно бредовые слухи о возрождении драконов.

— Зачем?!

— Затем, чтобы заговорщики сами вышли на Адд-Сантийских. И предложили все и еще чуть-чуть, если чудо-девочка станет невестой, а потом и женой самозванца. Поэтому твой отец погиб, а вы с матерью выжили.

Глубоко вдохнув, Маргарет на выдохе произнесла:

— Я должна признаться, моя мама жива. Фух. Я это сказала. Прости, Лин. Но тогда, когда ты меня спросил, мне было слишком страшно подставлять ее. Она ничего не знает об Алой Ночи.

— Может, она просто тебе не рассказывает? — подобрался Линнарт.

— Она потеряла память. Забыла все, что касалось Алой Ночи, и еще три дня после. — Маргарет сморгнула слезинку. — Даже в Башне белаторов ей не смогли помочь. Сейчас она вполне довольна жизнью, но боится возвращаться сюда.

Линнарт серьезно посмотрел на Маргарет:

— Я должен узнать что-нибудь еще?

— Ну, я знаю более тридцати каверзных проклятий, владею человеческим преобразованием — могу вырастить вместо носа клюв, и первые годы в КАМе очень зло и жестоко шутила над окружающими. Вроде все. Лин, а если этот Людвиг считает себя истинным королем, а тебя узурпатором, то где тот, кто его в этом убедил?

— Надеюсь, что мы узнаем это сегодня ночью.

— Ты приглашаешь меня на романтическое свидание? Ты, я, некромант и неупокоенный дух? — Маргарет радостно хлопнула в ладоши. — Спасибо! А то я не знала, как напроситься.

— Сдается мне, свет мой, что это сейчас была ничем не прикрытая манипуляция, — вздохнул Линнарт. — Хорошо, но в ритуал не влезать, некроманта не пугать, призрака не обижать.

— Как-то это неправильно прозвучало, — чуть обиделась Маргарет.

— Ты моя любимая, стойкая, ядовитая фиалка, — тепло произнес король. — Я горжусь тобой. Но и понимаю, что ты не такая как другие мэдчен. Идем?

— Идем.

Поднявшись, Линнарт вытащил Маргарет из кресла и крепко поцеловал. Прижав ее к себе, он прошептал:

— Ты не обиделась? Я лишаю тебя праздников. Все в один день. Ты достойна блистать и купаться в лучах народной любви. Ты достойна двухнедельного празднества. Но моя воля на исходе. Мне снятся сны, и ты в них главная героиня.

— Я же здесь не ради балов, — отозвалась Маргарет и прикрыла глаза, наслаждаясь близостью любимого человека.

— Точно. Клянусь, сердце мое, у тебя будет лучшая лаборатория. И все новинки в первую очередь будут поступать именно в нее. Кстати, Вальтер уже интересовался, не будешь ли ты в будущем брать себе студентов. На практику.

Маргарет отстранила и взглянула Линнарту в глаза:

— Когда вы все успеваете?

— Я мало сплю, — отшутился король и серьезно добавил: — Я не сразу понял, что ты та самая, моя. Наша первая встреча, и вторая, и все последующие — мне ведь было не до любви. Этот Отбор был способом выявить заговорщиков. А в итоге я получил сразу все.

— Так может, Богиня за нами присматривала? — лукаво улыбнулась Маргарет. — Она никуда не делась, Сарна успела поболтать с келестинцами. Так вот, у них все в порядке, камни полыхают золотым огнем, Богиня отвечает страждущим. Все в порядке. Значит, беда где-то у нас.

— А еще в народе ходят слухи, что есть несколько часовенок, где крохотные камни все так же светятся золотым светом, — кивнул Линнарт. — Я знаю. Но Департамент Безопасности по моему приказу делает все, чтобы эта информация была на уровне нелепых слухов. Мне не нужны лишние жертвы среди духовенства. Идем, иначе дерр Серый нас покусает.

— Серый?

— Он так представился.

— Откуда ты знаешь, что он некромант? Вдруг нет?

— Он сотрудничает с нашим родом вот уже четыре сотни лет, — улыбнулся Линнарт.

Ахнув, Маргарет стукнула кулачком по груди короля:

— Так что же ты после Алой Ночи к нему не обратился!

— Так я и обратился! Ты же не дослушала, — оскорбился его величество. — Способ связи один единственный — отправить письмо. А дерр Серый, как он объяснил, был на другом континенте. И в итоге получил два письма — от отца и от меня.

— Какой-то он…

— Тш-ш, нет. Он очень хороший. Он помогает нам только потому, что четыре сотни лет назад его сестра прошла Отбор и стала королевой Кальдоранна. То есть я его очень отдаленный потомок. А его деятельная натура не может сидеть на одном месте. Для того, кто разменял шестую сотню лет, время летит незаметно. Идем.

Король открыл телепорт и утянул Маргарет за собой. Секундное перемещение — и каблучки Избранницы звонко цокнули о темный мрамор пола.

— Это самый нижний ярус дворца. Под ним только подземная река.

— Храни Боги магию, — вздохнула Маргарет. — Иначе дворец мог бы уплыть. Здесь красиво.

Она читала о направлении, популярном сто лет назад, — некромантская эстетика. Темный пол, еще более темные стены и черный потолок. Цвет переходит так мягко, что даже не получается обнаружить границу, где одно перетекает в другое. И поверх этого тонкими серебряными росчерками нанесены руны. В покоях некроманта они имеют исключительно практическое назначение. В домах обычных людей серебро было декоративным.

— Нам вперед, — негромко произнес король.

Факелы горели серебром. Они вспыхивали перед парой и гасли позади. Стук каблуков Маргарет и шаги Линнарта разносились далеко вперед.

— Здесь очень свежо, — прошептала мэдчен Саддэн.

— Дерр Серый с большой любовью обживался здесь. Он жил при дворе столько же, сколько царствовала его сестра. После ее смерти он ушел и не появлялся больше семидесяти лет. А когда пришел, то оставил зачарованный ящик. Именно через него и происходил обмен письмами.

— Почему его сестра умерла?

— Потому что мы не были родными по крови, — раздался уверенный, громкий голос.

Сгустившиеся тени будто выплюнули некроманта на темный мрамор. Тот покачнулся, поправил серебряную маску и поклонился:

— Счастлив приветствовать короля и королеву Кальдоранна.

— Я еще не…

— Я выше светских условностей. В династии Дарвийских хорошо только одно — истинные представители этого рода своего не отдают. Твой отец, Лин, был не лучшим представителем рода. За что ты сейчас и расплачиваешься. Да. По счетам платят дети. Или внуки. И только некромантия позволяет выбить долги с мертвецов.

Дерр Серый пафосно развернулся на каблуках и прошел вперед. Что интересно, он явно печатал шаг, но ни единого звука по широкому коридору не разносилось.

— Моя гордость — зал Смерти. Как ты думаешь, моя королева, какого бога я почитаю?

Подавив первый, самый простой ответ — Темного — Маргарет крепко поразмыслила и ответила:

— Я не знаю, кого почитаете вы. Но мне кажется логичным, если некроманты почитают всю божественную троицу. Ведь Смерть не признает различий.

— Верно, — хохотнул дерр некромант. — А я, к слову, перестал почитать богов. Слишком много они мне задолжали. Даю вам время осмотреться. Лин-то тут с малолетства шастал, я сразу почувствовал. А вот вы не видели.

Посмотреть было на что. У Маргарет создалось впечатление, что стены не из мрамора, а из тонкого стекла, за которым струится черно-серый дым. А на самом стекле выбиты рунные цепочки. Не написаны серебром, а именно вырезаны. Так, что их видно только под определенным углом.

— Посмотри на пол, — шепнул Линнарт.

А под ногами было звездное небо. Бескрайнее и бесконечное. И все те же рунные круги.

— Вам будет безопасно вот здесь.

Линнарт увлек Маргарет к показанному кругу и крепко прижал к себе.

— Если испугаешься — закрой глаза и прижмись ко мне, — прошептал король. — Не беги и не кричи.

Она коротко кивнула. Но страха не было. Только предвкушение самого дивного, самого интересного приключения в жизни.

По полу прошла рябь, и на поверхность вынырнул белоснежный алтарь. Маргарет вытянула шею и всмотрелась — вместо трупа на камне лежал расшитый рунами мешочек.

— Я вышел из того возраста, когда нравится эпатировать окружающих видом гниющих трупов. Так что мы будем общаться с душой погибшей напрямую.

— Я рад, — коротко отозвался Линнарт и честно добавил: — Хотя было бы, конечно, любопытно посмотреть.

По залу пронесся смешок. А через минуту Маргарет поняла, что некроманты, разменявшие шестое столетие, еще и долгие ритуалы не терпят. Мешочек полыхнул призрачным, серебряным пламенем, над ним взвился черный дым, из которого и соткалась призрачная фигура.

Первая жена отца Линнарта обладала невероятной красотой. И пусть в момент смерти она уже была в летах, следы былой привлекательности не позволяли усомниться — когда-то ее считали прекраснейшей из женщин. Тяжелые темные косы, белоснежная кожа, огромные синие глаза и пухлые губы. Аккуратный носик и ямочки на щеках — призрак стремительно молодел.

— Назовись, душа.

— Вирриона Дарвийская, в девичестве Дивир.

Маргарет прижала ладонь к губам. Она знала, что вмешиваться в допрос нельзя — из обычной колдуньи призрак высосет все силы и жизнь.

— Желала ли ты смерти Линнарту Дарвийскому и Далборну Дарвийскому?

Черты кукольно-красивого лица исказились:

— Желала! И один сдох, да и второму осталось недолго!

Дерр Серый спокойно стоял и ждал пока призрака перестанет корежить. Смех Виррионы перешел в слезы, а затем она затихла.

«Неужели она нас не видит?» — подумала Маргарет. Посмотрела под ноги и увидела, что рунная цепочка светится. Абсолютная защита от призраков.

— Я ничего тебе не скажу, некромант. Я знаю, что ты столетиями оберегаешь этот род. О, кто бы только знал, сколько всего я знаю о Дарвийских.

— Твой сын еще жив, — коротко произнес некромант. — Промолчишь — и я заберу его себе.

— Забирай, — хмыкнула Вирриона. — Он был всего лишь орудием моей мести.

— Жаль.

— Жаль? А меня не жаль? Далборн выбрал меня! Меня! Одна ошибка, один крошечный проступок — и я оказалась в монастыре. — Призрак Виррионы налился красками. — Я не собиралась ему изменять. Но мне так хотелось, чтобы он посмотрел на меня со страстью. И я флиртовала, всего лишь флиртовала с другим. Я хотела, чтобы он ревновал. Но он смотрел на другую.

— Почему он не выбрал ту, которую любил?

Вирриона поправила прическу и едко хмыкнула:

— Потому что я родилась, чтобы стать королевой. И Лавире не стоило становиться на моем пути. Она выбыла после второго тура. Во время танца неуклюжая девка наступила себе на подол и показала всему двору свое исподнее.

— От флирта детей не бывает. — Некромант хмыкнул. — Думаю, ты врешь.

— Нет! — взвизгнула Вирриона. — Не вру! Просто однажды я выпила слишком много вина. А Далборн весь вечер не отходил от Лавиры. Я даже не поняла, как это все произошло. А после… я просто не знала, что делать. Мне было страшно, мерзко. Дня представления Богине я ждала как казни. Я даже пыталась бежать, но не смогла.

Призрак вдруг подернулся рябью и замер.

— Сильна, бесовка. Душу пытать тяжело. А принудить того, кто при жизни обладал сильной волей, — невозможно. Она скорее развеется, чем подчинится. Все же надо было брать труп — пригрозил бы, что навсегда запру ее в гниющем теле. Эх, что-то я стал самонадеян.

— Так создайте иллюзию, — предложила Маргарет. — Где-нибудь на полу. И чтобы черви кишели.

— А там можно будет предложить ей перейти в тело, — продолжил король. — И, м-м-м, пригрозить, что обрядите труп в бальное платье и выведете на прием. Чтобы все увидели истинную заговорщицу.

— Вы такая милая пара, — восхитился некромант. — Я-то всего лишь хотел пригрозить ей тем, что выйдет статья о ее грехопадении и бастарде.

— Так и скажите, — улыбнулась Маргарет. — Что-то одно точно должно сработать. Но вообще, мне показалось, что вы ею управляете.

— Нет, я подкармливал ее силой. А для призраков это как крепленое вино для людей. Много крепленого вина на пустой желудок, — пояснил дерр Серый.

Некромант прищелкнул пальцами, и к призраку вернулась способность двигаться и говорить. Правда, свой насыщенный цвет Вирриона стремительно теряла — дерр Серый перекрыл канал подпитки. И через три минуты истеричная и капризная женщина исчезла. Вместо нее над алтарем висела жесткая, хладнокровная и уверенная в себе мора.

— Какое интересное ощущение, — процедила она. — Опьянеть после смерти — это дорогого стоит. Что за дрянь?

А на полу медленно проявлялось полуразложившееся женское тело. В обрывках савана.

— Это твое тело. Мне нужна информация, а ты отказываешься делиться знаниями. Я не могу тебя принудить, но потешиться — могу. Запру тебя в этом теле, наряжу в роскошное бальное платье и гарнитур с черными морионами и выведу в приемную залу. Покажу всем истинную заговорщицу. Люди твои схвачены, а мотив… Знаешь, и без него обойдемся. Главное, что опасность выжжена. Вот, к слову, заодно и статью в газету дадим — про бастарда твоего. Это ж надо, выйти замуж и отдать девство другому. Я ведь правильно понимаю, что имени своего случайного любовника ты не знаешь?

Вирриона дернулась, сжала кулаки и враз потеряла всю свою уверенность.

— Ты не сможешь.

В этот же момент Серый потер ладони друг об друга, что-то пафосно произнес на неизвестном языке, и призрака начало подтягивать в подергивающееся тело.

— Нет! Не-ет!

— Итак, ты предпочла спасительную исповедь? — ехидно спросил некромант.

— Ни я, ни ты не можем сейчас лгать, — выпалила Вирриона. — Клянись, что развеешь мою душу. Не хочу ни к богам, ни на перерождение. Хочу в небытие.

— Уверена? — нахмурился некромант.

— Да. И сейчас ты поймешь. — Она неприятно усмехнулась. — Видишь ли, я не дура. И даже в юности ею не была. Знай я, что наш слабак-король влюблен в Лавиру, — я бы не полезла. Корона стоит многого, но есть границы. И я даже сейчас не о святости любви, нет. Вынужденный брак с нелюбимой женщиной повергает мужчин в ярость. А вынужденный брак с нелюбимой женщиной тогда, когда уже есть возлюбленная… О, это практически подписанный смертный приговор. Знаешь, я бы не удивилась, если бы, родив наследника, вдруг скончалась от простуды. Или не пережила родов.

— Но?

— Но Далборн игрался. Он дарил всем одинаковые подарки, звал на свидания — меня и ее. Он будто стравливал нас. Я оказалась сильней. А он оказался дураком. Как я пыталась вызвать его ревность, так он пытался растормошить Лавиру. Он ведь не смог на ней жениться. Второй Отбор — и знак Богини на руке Лавиры не зажегся.

Призрак попытался вздохнуть, но не вышло. Хмыкнув, она проворчала:

— Не понимаю, как это работает. М-да. Так вот, Далборн страдал по Лавире, Лавира ждала, пока все это закончится и она сможет уехать, а я смертельно боялась будущего. Я пыталась напомнить королю о приличиях, в конце концов, в третий тур перешло одиннадцать девушек. Не хотел меня — выбрал бы другую. Итогом стала моя беременность незнамо от кого и ссылка в монастырь. Там были ужасные условия. Меня ненавидели и пытались сломать. Но клинок закаляется в огне. Знаешь, некромант, я бы пережила это все. Если бы он женился на Лавире. Тогда было бы не обидно. Но нет, он запустил второй Отбор, выбрал какую-то курицу, и она получила то, что хотела я, — корону и ровные, дружеские отношения с мужем!

— Ты решила мстить, — кивнул некромант.

Линнарт осторожно достал блокнот. На случай, если придется сделать пару заметок.

— Год ушел на то, чтобы войти в доверие к настоятельнице. Я рассказала ей душещипательную историю о том, как меня опоили зельем. И правда, какая идиотка побежит к любовнику, выиграв Отбор? Еще три года ушло на то, чтобы понять, как работают эти проклятые кристаллы Богини. Ну а дальше все по мелочи. Годы шли, мое влияние росло. Я собирала вокруг себя недовольных. И растила свое орудие. Вначале он хлебнул дерьмеца в сиротском приюте. Ему было восемь, когда я его забрала. — Призрак рассмеялся. — Такая трогательная встреча: рыдающая мать в роскошных одеждах и тощий, полудохлый босяк. Для него была приготовлена иная история — он истинный Дарвийский. Но нас разлучили, и долгие годы я, сходя с ума от страха, искала его.

— Как ты объяснила то, что Богиня не признала тебя? Будь твой ребенок от короля, тебя бы не отправили в монастырь. Никто не позволит плодить королевских бастардов.

— Очень просто — я сказала ему, что королева — это аватара Богини. И что нам нужно укрыть Кальдоранн от распоясавшейся Богини. Дальше было просто. Недовольных всегда очень много. И очень много тех, кому мало имеющегося. Алая Ночь — так поэтично бал назван триумф человеческой жадности! Одни хотели вернуть дочь в семью, да еще и на правах рабыни. Другим подавай земли и счета в банке. Причем последних было больше. Кто-то хотел мести — я старательно вникала в их мелкие страстишки. Ах, старший брат отхватил жену красивее и талантливее моей. Ну конечно я помогу тебе. Убьем их обоих, и вот уже ты старший в семье. Но самое главное, что все эти смертники были преданы Далборну. Они были его хорошими знакомыми, кто-то с ним дружил. Это был удар именно по нему.

— Он уже был мертв к тому моменту, разве нет?

— Не-ет, он пытался выжить. Но людям, людям объявили о его смерти. Его дурной сынок разделил с ним Черную Порчу. Далборн отрекся от трона и закрылся в этом самом покое. Видать, тебя ждал, некромант. Но гибель стольких друзей подкосила его, и он сдался. Сдох.

Призраку не было нужды переводить дух. И она продолжала изливать тонны яда и желчи.

— Пришлось затаиться. Орудие медленно развивалось. Он туповат. И сильно. Я даже засомневалась, что это от моей плоти родилось. Через пару лет мы закрыли Кальдоранн от Богини, еще через пару лет наш человек стал Дарованным. А затем король задумался об Отборе. Точнее, его заставили объявить Отбор. Мол, а вдруг Богиня появится? На первом Отборе у нас ничего не вышло, на втором помешала сучка Кодерс. Вот уж кто оказался не там, где нужно. И сожрал не то, что нужно. О, кто, ну кто мог предположить, что какая-либо из Избранниц осмелится взять соленые бобы, предназначенные для короля?!

— Цель была в уничтожении династии Дарвийских?

— И в унижении. На мужчин этот яд действует иначе. Он бы стал бесплодным. И остаток Отбора провел бы в раздумьях о том, что на нем прервется род. И только после этого он должен был умереть.

— А потом умерла ты, и дело всей твоей жизни перешло к сыну. — Некромант усмехнулся и продолжил: — Знаешь, король сразу догадался, что в стане заговорщиков произошла рокировка. Твой мальчик допускал ошибку за ошибкой. Его не вычислили только из-за Алой Ночи. Слишком уж она была невыгодна. Кому-то одному. А оказалось, что это мелкая выгода для всех участников.

— Я повязала их кровью. И уже никто не мог соскочить. Если бы душка Линнарт узнал, кто принимал участие в Алой Ночи, — призрак закатил глаза, — он бы сам взялся за каленые щипцы. Одного не отнять, этот Дарвийский честнее и смелее отца. Отчего я умерла? Отравили?

— Простуда, — хохотнул некромант. — Ты постоянно молодилась, накладывала все новые и новые косметические заклинания. И когда простудилась, выпила зелье. Зелье вошло в реакцию с заклятьями — и ты в могиле. Позорная смерть для такой интриганки. Как ты закрыла Кальдоранн от Богини?

— Я не знаю, — широко улыбнулась Вирриона. — Я уничтожила все расчеты и черновики, а затем стерла сама себе память. Месть должны быть необратимой. Убить Богиню невозможно. А вот подтолкнуть мир к новой войне богов — запросто.

— И все из-за того, что в монастыре тебе пришлось несладко?

— Из-за того, что Далборн обманул! Он выделял нас обеих. — Она покачала головой. — Я была уверена, что идет сравнение лидерских качеств, ума и хитрости. Я была уверена, что он выбирает себе удобную королеву. А он пытался привлечь любимую. Дурацкий способ, на самом деле. Я больше ничего не могу сказать.

— Диктуй фамилии.

— В моей келье есть тайник. Там и список — каждый свое имя сам вписал, и расписки, и письма. Вам хватит. Развей меня, некромант. Я хочу покоя. Месть свершилась, но покоя нет.

Дерр Серый резко шевельнул рукой, и на алтарь осыпались серебристые звезды.

— Все зло от злобных и хитрых стерв, — вздохнул некромант.

Маргарет хотела сказать, что король Далборн тоже был хорош. Но не стала. Линнарт и так впечатлен исповедью первой жены отца. А некромант и сам все прекрасно понимает.

— Дивир. Твоя старшая придворная мора, — Маргарет погладила короля по плечу, — думаю, она расскажет много интересного.

Скупо кивнув, Линнарт произнес:

— Давай я тебя перемещу. Мне нужно многое сделать.

— Оставь королеву со мной, — сказал некромант. — Так будет правильно.

— Маргарет? — Линнарт вопросительно посмотрел на любимую.

— С превеликим удовольствием! — Она присела в реверансе. — А можно потрогать краешек вашей мантии?

— Можно. Если моя королева желает, то я могу даже лоскуток оторвать. Или, позднее, пришлю вам ее целиком.

— Второй вариант, — кивнула мэдчен Саддэн. — А ведь говорят, что некроманты еще и непревзойденные артефакторы!

Линнарт телепортировался с абсолютной уверенностью — дерр Серый еще пожалеет, что решил поболтать с Гарри Саддэн.

— Мне кажется, это нечестно, — задумчиво произнесла Маргарет, глядя, как некромант убирает следы ритуала.

— М?

— Она столько натворила — и в небытие

Некромант хохотнул, повернулся и спросил:

— Скажи, маленькая королева, разве я похож на бога?

— Нет.

— Я не мог ее подчинить, а ты говоришь — в небытие. — Некромант, посмеиваясь, подошел ближе к Маргарет.

— Но как же тогда? Неужели вы солгали?

— Перед лицом смерти не лгут, — негромко произнес дерр Серый. — Призраки — потому что не могут. Некроманты — потому что придется очень дорого заплатить. И плату смерть взимает безжалостно. У кого-то отнимает дар, у кого-то жизнь, у кого-то — любовь.

— Отнимает самое дорогое, — кивнула Маргарет. — Чем же вы расплатились?

— Любовью и здоровьем, — рассмеялся некромант. — Скоро я предстану перед Ней.

Ахнув, Маргарет спросила:

— Неужели ничего нельзя сделать?

— Не стоит так переживать, я еще успею присмотреть за твоими внуками, маленькая королева.

— Я не о том спросила, — нахмурилась мэдчен Саддэн.

Некромант предложил собеседнице руку и, пожав плечами, сказал:

— Мне было обещано прощение. Но время идет, а я все ближе и ближе к немощи и смерти. Это неважно, моя маленькая королева. Идем, я хочу посмотреть на храм.

Телепорт в исполнении дерра Серого был немного иным, чем если бы Маргарет колдовала сама. В момент перемещения людей обдало ледяным ветром. И, выйдя перед ступенями храма, мэдчен Саддэн заметила на подоле своего платья тонкий, морозный узор.

— На краткую секунду ты побывала в мире смерти.

— Что у вас под маской? — спросила Маргарет.

— Лицо. Ничем не обезображенное, если ты об этом. Просто на улице все еще светит солнце. А я недавно провел ритуал. Поверь, ожоги сами собой появляющиеся на лице собеседника, не то, что способствует приятному диалогу.

— Как и запах изо рта, — кивнула Маргарет. — Но закат почти отгорел.

— Закатные, как и рассветные, лучи обладают наибольшей силой. Идем.

В храме Серой Богини было пустынно. Убранство походило на ритуальный зал некроманта. Но если там были волны от темного до черного, то здесь — от светло-серого до насыщенно-серого.

— Человеческая религия отличается удивительным аскетизмом, — задумчиво произнес некромант. — У нас не так.

— У вас?

— Я не человек, — хмыкнул дерр Серый. — На моем материке почти нет людей. И поэтому там очень скучно. Нет, не скажу, кто я. Это лишнее.

Храм был велик. А вот статуя Серой Богини не превышала человеческого роста. Она, Богиня, сидела на полу, поджав под себя ноги. Гениальный скульптор выточил фигуру из цельного камня и смог придать ей волшебную легкость и невесомость. Тончайшая вуаль не скрадывала черт небожительницы, тонкие пальцы выглядели живыми и чуткими. А взгляд… казалось, что она наблюдает за каждым.

Вокруг статуи стояло шесть серых камней.

— В них должны биться золотые искорки. Как маленькие сердца, — задумчиво произнес дерр Серый. — Но я не чувствую жизни. Оно мертво.

— Камни подлинные? — Маргарет прижала руки к одному из мертвых камней. — Ничего не чувствую.

— У меня кое-что есть.

Некромант вытащил из рукава небольшой куб и отбросил его от себя. Через несколько секунду куб стал огромным.

— Я предпочитаю путешествовать с комфортом, — хмыкнул дерр Серый. — Никогда не угадаешь, что тебе понадобится. Прошу.

Маргарет осторожно прикоснулась к стальному боку выросшего куба и с коротким вскриком оказалась втянута внутрь.

— Как вам? Это плод двухсотлетнего кропотливого труда, — гордо произнес некромант.

Мэдчен Саддэн осмотрелась и восхищенно вздохнула. Плод некромантского труда оказался гибридом кабинета и библиотеки. Вот только… В отделке использовалось белая и розовая древесина. Да и все предметы были как-то нарочито изящны. Начиная от маленького, расписного глобуса и заканчивая цветочной люстрой.

— У вас очень ранимый внутренний мир? — предположила Маргарет. — Или очень утонченный. Этот кабинет восхитителен.

— Я жду свою возлюбленную, — просто ответил некромант. — Это — для нее. Я все еще продолжаю работать над кубом. Здесь еще должна появиться спальня и ванная комната. Но пока что не удается в полной мере стабилизировать заклинание. Начинайте вон с той полки. Мы ищем гравюру этого храма. В смысле, того, который на территории королевского парка. Право слово, начали бы люди уже как-то различать их. А то храм и храм, и поди разбери, про какой говорится.

— А как различать? Богиня-то одна.

— Да хоть по позам, в которых ее изобразили, — в сердцах выдохнул некромант. И пояснил: — Я просто однажды заблудился. Знаешь, маленькая королева, очень неприятно, когда тебе четыре столетия, а провожает тебя насмешливый деревенский парень семнадцати лет от роду. Омерзительное ощущение.

Пролистывая книги, Маргарет время от времени поднимала голову и смотрела на некроманта. Он так и не снял маску. Но напоминать ему об этом мэдчен Саддэн не стала. Вдруг он все же обезображен? Зачем бить по больному.

— А я могу вас кое о чем попросить?

— М?

— В Королевской Академии Магии один кабинет проклят. Говорят, проклятье некромантское. Вы могли бы его снять?

— Если по моей части, то да, сниму. Я думал, для себя чего-нибудь попросишь.

— А мне ничего не нужно. Боюсь сглазить, но сейчас все хорошо, — просто ответила Маргарет. — Нельзя бесконечно брать — Судьба может оскорбиться.

— И выставить счет, — кивнул некромант.

Через пару минут дерр Серый издал невнятный возглас и подскочил на ноги.

— Есть. Идемте, мэдчен. Будем сравнивать. Это единственная уцелевшая книга, повествующая об истории создания этого храма. Конкретно вот этого, в котором мы находимся. Здесь есть и чертежи, и гравюры с изображением внутреннего убранства. Хотя, на первый взгляд, все совпадает.

На второй взгляд все тоже совпадало. Уже без всякого энтузиазма Маргарет начала сверять руны на подставках под камнями. И руны тоже совпадали.

— Я не понимаю, — вздохнул некромант. — Невозможно накрыть куполом Кальдоранн. Как минимум сомкнулись бы приграничные щиты. Да и магия начала бы сбоить. Но что самое важное, необходимо крупное жертвоприношение.

— Сорок девять семей было убито, — напомнила Маргарет.

— Нет, это среднее. Точно руны совпадают?

— Точно.

— Давай последний раз сверим, — некромант подошел к камню. — Сверяй с первым.

— Вы стоите у шестого, — осторожно произнесла Маргарет.

— Это первый, — заупрямился некромант.

— Посмотрите на руны, это шестой.

Дерр Серый присел на корточки, внимательно посмотрел на руны и затем поднялся и подошел к первому камню.

— Присядь, маленькая королева. Видишь эти щербинки? Я был влюблен в свою названую сестру. И когда она сказала своему человеческому возлюбленному «да», когда их сочетали обрядом, я стиснул кулак так, что когти поранили руку. Моя кровь оплавила камень. А стоял я именно у шестого камня. Потому что родственники жениха занимают места с первого по третий, а родственники невесты с четвертого по шестой.

Поднявшись, Маргарет совсем другими глазами посмотрела на мертвые камни.

— Тогда, если мы вернем все, как было… Богиня услышит нас? Но почему никто этого не заметил?

— Потому что все верно, никакого новодела. А главное, никто не заставлял людей изменить порядок расстановки во время брачного обряда.

— Руны отличаются.

— На каждой подставке сорок одна руна, и тридцать девять из них одинаковы. Отличаются лишь номера и эмоции: Любовь, Гнев, Страх, Боль, Счастье и Равнодушие. То, в чем люди похожи на Серую Богиню.

— Что ж, значит, у нас много работы. Не думаю, что камни можно просто переставить.

Некромант убрал куб и открыл телепорт:

— Тогда разберемся с твоим проклятьем и найдем толкового артефактора.

— Я вас познакомлю, наставник Тормен — превосходный специалист.

Дерр Серый сощурился:

— Надеюсь, он молод? Потому как того мальчишку, что провожал меня до ворот Сирриона, тоже звали Тормен. И он шел в Царлот, поступать в академию.

Пожав плечами, Маргарет протянула:

— Наставник стар, но вряд ли ему двести с хвостиком.

***

Дерр Серый развил бурную деятельность. Через полчаса в храме Серой Богини было не протолкнуться от магов и колдунов всех мастей. А верховодил ими наставник Тормен. Именно по его заказам и мотался некромант.

— Удивительная штука — жизнь, — сощурился наставник. — Ты знаешь, Гарри, что много-много лет назад я вывел этого активного некроманта из топи? Он совершенно не ориентировался на местности. Совершенно. Наши пути разошлись, но мне еще несколько лет было беспокойно — добрался ли он, куда хотел, или нет.

— Добрался, — буркнул вышедший из телепорта некромант. — Моя королева, ваше приказание исполнено.

Маргарет изумленно посмотрела на мужчину, и тот пояснил:

— Убрал я проклятье. Да и не проклятье это было, а дух. Кто-то пошалил и заключил душу сокурсника в люстру. Времени прошло порядочно, и дух озлобился.

Вытащив из рукава небольшую хрустальную подвеску, некромант подбросил ее на ладони:

— Сделаю что-нибудь интересное.

— А отпустить нельзя?

— Так душа-то отправилась на перерождение, остался только ее озлобленный слепок. Могу и отпустить, тогда у КАМа появится собственный полтергейст. И шалить он будет по всей территории академии.

— Не надо нам такого счастья, — всполошился наставник. — Гарри, детка, ты-то уйдешь, а мы останемся!

— Простите. Я просто спросила.

— Ничего, маленькая королева. Ты спросила, а я ответил. — Некромант спрятал подвеску.

— Идем, Гарри. Тебе так работать еще рано, а вот посмотреть будет полезно.

И посмотреть действительно было на что. Слаженная работа шестерых мастеров-артефакторов поражала воображение. В считанные минуты камни были извлечены и отложены в сторону. После чего каждый мастер выбрал себе по подставке и принялся распутывать чужие чары. Все это время некромант творил свои заклятья. После чего уверенно произнес:

— Все в порядке. Никаких проклятий, никаких лишних заклинаний.

— А они и не нужны. — Наставник Тормен первым разобрался. — Вот, обратите внимание на камни: по ним идет рунная цепочка. Такая же, как на подставках. И все руны должны совпадать.

— А когда камни поменяли местами, — прошептала Маргарет, — совпадать перестало. Но почему никто не заметил?

Огладив бороду, наставник степенно заметил:

— А кому замечать-то? Оно же как преподнесено было? Богиня гневается. Всех мало-мальски порядочных жрецов сослали в глушь. А те, кто остался… Лучше б никаких не было, чем такие служители.

Маргарет вспомнила о словах короля. О том, что где-то в глуши Богиня по-прежнему говорила со своей паствой. Но почему тогда Линнарт не вызнал все?

— Потому что убирать надо было причину, а не следствие, — прошептал некромант. — Да, иногда я читаю мысли.

«А еще вы так и не сказали, можно ли справиться с вашим проклятьем».

— Потому что не захотел. Это очень тяжело — каждый раз разочаровываться. Нет. Я решил — пусть идет как идет. Мне было обещано прощение, и я больше не буду пытаться что-то изменить. Может, в этом и есть смысл?

— Принятие как способ искупления? — Маргарет пожала плечами. — Звучит не очень. Но не мне судить.

Пять мастеров выстроились полукругом, а дерр Тормен встал в центре, но чуть впереди. Коллеги делились с ним силой, а он выплетал сложнейшие заклятья. Они обретали жизнь в виде замысловатых геометрических фигур. Одна за одной фигуры проходили сквозь подставки.

— Достаточно, — наконец произнес наставник. — Кальдоранн разорится на новой реконструкции храмов. Рунная дорожка безнадежно испорчена. Невосстановимо.

— Почему? — осторожно спросила Маргарет.

Наставник поманил ученицу к себе:

— Подойди, потрогай пальцами.

Внутри, там, где рунная цепочка подставки должны была совпадать с цепочкой камня, были оплавленные участки.

— Энергия шла привычным путем, но не вливалась в камни, — со вздохом произнес Тормен. — На самом деле, еще пару лет — и тут рвануло бы. Были бы жертвы, да.

Маргарет продолжала касаться оплавленной поверхности. В задумчивости она поглаживала пострадавший камень и одновременно пыталась припомнить, как же ей удалось размягчить металл. Ведь если размягчить камень, то можно выдавить руны заново.

— Нельзя. Такие вещи создаются под заказ. — Некромант вновь подслушал мысли мэдчен Саддэн. — Зато королю будет проще. Одно дело, когда казнят за заговор — всегда есть недовольные политическим режимом. А тут он будет карать за покушение на религию. Учитывая, что Серая Богиня с большой охотой участвует в жизни обычных людей, — его поддержат. И будет он Линнарт Справедливый. А может, даже и Лучезарный. Ведь он вернет людям Серую Богиню.

— То есть главное — правильно подать, — кивнула Маргарет. — Уверена, он и сам догадается. Но на всякий случай я подскажу.

К некроманту и Маргарет подошел наставник Тормен. Старик снял с шеи какой-то незамысловатый кулон.

— Дерр Некромант, а я ведь для вас подарочек припас. Уже лет эдак сто пятьдесят он вас ждет.

Вздохнув, дерр Серый вытянул перед собой руки:

— Это поисковик?

— Это указатель. Активируете, появляется глобус, выбираете место назначения, — наставник Тормен показывал, как и что делать, — и следуете за ним. А если хотите нанести на карту новое место, то вот так его поворачиваете и закапываете в землю на сутки. Затем вытаскиваете и вот так поворачиваете и наговариваете название местности.

Маргарет смотрела за тем, как ловко наставник управляется с собственным артефактом, как просто и понятно объясняет, и понимала — она ни на что не променяет свою профессию. И будет во что бы то ни стало стремиться к совершенству. И обязательно создаст что-нибудь потрясающее.

На этой мысли она с трудом удержала зевок. Сколько же сейчас времени?

— Уже первые звезды высыпали на небосклон, — хмыкнул некромант. — Тебе так не дает покоя мое проклятье?

— Вы пришли, дерр, и помогаете. Вы помогали династии столько поколений. — Маргарет убрала за ухо выбившийся локон. — Было бы правильно помочь вам.

— Меня спасет любовь. Взаимная. И я не смогу слышать мысли своей возлюбленной. — Некромант пожал плечами. — Тебе стало легче, маленькая королева?

— Вы не человек, а ваша любимая? Вы что-нибудь знаете о ней?

— Нет.

— Вообще-то, в Кальдоранне только недавно закончился Отбор невест. Вы не думали о том, чтобы…

— И по какому же признаку выбирать девиц? А как их заинтересовать? Тут-то хоть король. А я некромант под маской. Если посулить им большую выгоду… не уверен, что хочу связать свою жизнь с корыстной женщиной.

Маргарет согласно кивнула. И решила больше не приставать к некроманту. Ему явно было тяжело. А еще мэдчен Саддэн теперь точно знала, о чем будет молиться во время представления Богине. Но вслух не сказала. Побоялась сглазить.