Глава 13

Теперь нас за столом трое. Пустое место у окна, где раньше сидел Юн, коробило, заставляло коситься в сторону и чувствовать себя неуютно.

Агата после происшествия притихла. Я тоже не была весела и радостна, все-таки Юн пострадал, и очень сильно, да и синяк на животе доставлял неприятностей, когда я про него забывала и тренировалась в полную силу. Настроение было двойственным. С одной стороны, я словно прошла экзамен на верность нашей дружбе, с другой… Из головы никак не выходили слова Эдварда.

– Знаешь, а давай я тоже с тобой буду заниматься? – вдруг обратилась ко мне Агата после ужина. – Ноан ходит на факультатив с мальчишками. Их там обучают владению всяким оружием, а девушкам, значит, незачем уметь драться? – Агата раздраженно топнула ногой и добавила: – Я чувствовала себя такой бесполезной и слабой там, в логове бандитов.

Я обрадовалась. Даже не сказала ей, что наш инцидент в порту – это скорее исключение, чем правило. И ей вряд ли в жизни придется драться за жизнь. Но мне было скучно одной бегать по утрам. Правда, Агата больше халтурила, чем занималась. Вместо десяти кругов пробегала максимум два. Приседать вообще отказалась, а подтягивалась не подбородком до перекладины, а лишь касаясь ее макушкой. Оживала лишь на занятиях с Карой в зале, где телохранитель показывала нам приемы самообороны.

– Буду знать, как отбиться от назойливого ухажера, – прыгала она от радости. Я лишь скептически наблюдала за ее потугами. Вряд ли ухажер посмеет сделать что-то насильственное с арией. Она сама одним своим высокомерным презрительным видом оттолкнет лучше кулака или пощечины.

На мое имя в школу пришло анонимное письмо. Кара, перед тем как его отдать, проверила его вдоль и поперек, но ничего подозрительного не нашла.

Внутри лежал браслет с изумрудами и записка.

«Спасибо, что избавили мою территорию от банды Мясника, ваше высочество. Возвращаю браслет, вдруг это подарок вашего парня?»

Я рассмеялась. Короля назвать парнем, это же надо придумать…

В Шалир пришла весна. Сразу стало солнечно, ярко и ослепительно. Зима тоже была теплой, снег выпал лишь однажды под Новый год, но весна принесла с собой какую-то особую красоту, свежесть, буйство красок и… жажду любви.

Агата сама предложила позвать к нам за стол Адриана. То ли хотела сделать приятно мне, ведь она видела, что я к нему неравнодушна, то ли пустое место за столом ее раздражало. Нурв согласился присоединиться и очень быстро влился в нашу компанию, привнеся в нее шутки и смех. Теперь все смотрели с завистью на наш столик, но боялись к нему подходить. Попасть под горячую руку и острый язычок арии Хорн никому не хотелось.

Завтраки, обеды и ужины стали проходить гораздо веселее, чем раньше.

– Однажды я сбежал из дома и присоединился к странствующему цирку… Нашли меня через две недели, зато я научился делать некоторые фокусы. Хотите, покажу?

Мы хотели. Адриан жонглировал яблоками, прятал в рукав ложки и вытаскивал их у меня из-за плеча.

– В пятнадцать лет решил стать юнгой и отправиться в морское путешествие… Сбежал через два дня – меня огрели кнутом за то, что не смог поднять огромную бочку с солью. Я соорудил плот из подручных материалов и смылся. Два дня плыл до берега… Чуть не умер без воды.

Великая Мать! Какая насыщенная жизнь у него была. А он мой ровесник! О чем я могу рассказать? Об этикете? Холодной бесконечной зиме в Островерхе? Нравоучениях Фенистры или обязанностях невесты Эдварда Рема во дворце?

Даже Агата слушала открыв рот, попадая под очарование Нурва. Куда уж мне. Я и вовсе считала его самым интересным, обаятельным и прекрасным парнем из всех, кого знала. Так и влюбиться недолго.

На общих лекциях Адриан всегда садился рядом. Не знаю, зачем ему это было нужно. За час лекции, бывало, мы говорили друг другу пару фраз, а иногда и вовсе ни одной. Ученики косились на нас, прислушивались к разговору, странно ухмылялись, словно понимали больше, чем я.

Я старалась не обращать внимания – сплетни от меня были так далеко, как весеннее небо над Шалиром. На публику не делаю ничего предосудительного, а мысли подслушивать никто не умеет. Но сердечко билось быстрее, и кровь приливала к щекам, когда Адриан предлагал встретиться после уроков в библиотеке или отправиться вместе на прогулку в парк или оранжерею.

Я регулярно отказывалась – Кара с Зариной следили за мной, как два коршуна за добычей. В конце концов, Адриан отчаялся назначить мне свидание, поэтому зашел с другой стороны.

– Я слышал, у тебя есть яхта на механике? – обратился ко мне за обедом.

– Есть.

Я уже и забыла про нее. Яхта стояла пришвартованная к доку школы рядом с лодками для факультатива парусного спорта. Герр Дорин, мой водитель, научился ею управлять и несколько раз спрашивал, не хочу ли я прокатиться. Я не хотела. Скучно одной, да и что на море делать зимой?

– Поехали на прогулку в эти выходные? – вдруг загорелась я, не заметив, как меня плавно подвел к этой идее Адриан. – Погода теплая, устроим вечеринку или рыбалку.

Первым выразил свое согласие Нурв, следом за ним угукнул Фарх, Агата сдалась под нашим общим напором.

– Не очень люблю море, не умею плавать, – скривилась она, – но, чтобы похвастаться перед подружками, поеду. У тебя одной во всей Альтее есть механояхта. Наш король дарит щедрые подарки.

Я кисло улыбнулась.

Выехали утром. Кара побеспокоилась о закусках, заодно взяла с собой девушку, работающую на кухне, чтобы прислуживала нам за столом. Агата и Ноан приехали на своих мобилях, Адриан пришел пешком. Я впервые увидела его не в школьной форме. Одет он был прилично – в узкие шерстяные брюки и бархатный сюртук. Пусть мода была устаревшей, такое носили несколько лет назад, но выглядел он в них достойно.

Погода была замечательной – ярко светило солнце, на небе ни облачка, вода за бортом сверкала алмазными бликами и слепила глаза. Казалось, можно увидеть рыбок, плавающих в глубине, такой она была прозрачной.

Я тоже не умела плавать. Как я могла научиться, если в речках Островерха вода даже в середине лета оставалась ледяной, текли-то они с гор. Но я не боялась. Настроение было преотличным. Даже мрачные Кара с Зариной, не сводящие с меня пристального взгляда, не раздражали. Они всегда себя вели настороженно и сурово, стоило мне выйти за пределы школы или дворца.

Адриан с Ноаном осматривали яхту, попутно мучая герра Дорина бесконечными вопросами: как работает мотор? Сколько съедает топлива? Какова максимальная скорость? И так далее. Мы с Агатой разместились на шезлонгах и потягивали безалкогольные коктейли, приготовленные кухаркой. Красота!

Дорин не стал далеко уводить яхту от берега. Мы сделали круг вдоль побережья Шалира, доплыли до большого острова, на котором жила королева-мать, и повернули назад.

– Не хочешь заглянуть к будущей свекрови? – пошутил Адриан. Я отрицательно мотнула головой. Я видела маму Эдварда всего два раза, и последний был больше двух лет назад. Мне она показалась суровой и неприветливой. Худая, высокая, с непроницаемым лицом и скорбно поджатыми губами, от королевы-матери веяло холодом даже больше, чем от ее сына, очень на нее похожего.

А вот Шалир со стороны моря произвел неизгладимое впечатление. Особенно дворец, громадный, раскинувшийся на тысячи акров, горделиво возвышающийся над побережьем, увенчанный башенками, позолоченными шпилями с развевающимися на них флагами. Он был сказочно прекрасен, словно не построен человеческими руками, а создан самими богами.

– Перекусим? – предложил Адриан. – За время экскурсии я что-то проголодался.

Мы все согласились, что пора. Служанка быстро накрыла стол на корме, расставив закуски и приборы. На небольшом возвышении за штурвалом стоял Дорин. Я пригласила его тоже, но он отказался. Нурв сел рядом и принялся за мной ухаживать.

– Попробуй это… Нравится?.. Налить сока?.. Вот салфетка…

Мне было неловко и даже немного стыдно. За мной никто никогда не ухаживал. На торжественных приемах слуги подавали блюда, а завтракала я в своих апартаментах одна. Может быть, так ведут себя влюбленные? Откуда мне знать?

Особенно нервировали телохранители, стоящие за спиной. Что они обо мне подумают? Что скажут Эдварду? Арий Фарх не обращал внимания ни на кого, он спокойно поглощал обед. Агата же хитро улыбалась, поглядывая на нас. А когда Адриан отвернулся, заговорщицки подмигнула.

– Нужно отправить тебя на свидание, – прошептала, когда мы спустились вниз немного отдохнуть и поправить одежду.

– Как? – сокрушенно вздохнула я. – Ты же видишь, телохранители не спускают с меня глаз. Я остаюсь одна только ночью, когда закрываю дверь комнаты и ложусь спать.

– Ничего, что-нибудь придумаем, – заверила подруга.

Герр Дорин уже направил яхту к берегу, когда Ноан вдруг воскликнул:

– Недалеко от нас стая дельфинов. Хотите, позову?

Мы все дружно закивали головами. Не прошло и минуты, как из воды начали выпрыгивать гладкие продолговатые тела.

Дельфины окружили яхту, резвились, кувыркаясь в воздухе, выписывая сложные сальто, чирикали что-то нам на своем языке. Я была в восторге. Вытянула над водой руку, и Ноан заставил одного из них высоко взмыть и ткнуться носом мне в ладонь. Нос был округлым, мокрым и шелковистым.

– Ты чудо, – крикнула я дельфину и радостно засмеялась.

Прогулка выдалась великолепной. Расставаться не хотелось, и я предложила всем вместе отправиться в «Мажери» съесть по пирожному и выпить чаю. Зарина тут же возразила:

– Ваше высочество, вам нельзя в кондитерскую. Там слишком много опасностей.

Я нахмурилась.

– Вот и будете меня от них ограждать. Это ваша работа.

Возможно, мои слова прозвучали грубо, но кто бы знал, как мне надоел постоянный надзор! Мы расселись по мобилям, причем Адриан сел рядом со мной, и поехали в Шалир.

Кара неодобрительно косилась в мою сторону, но боялась возражать. А меня нес кураж. Впервые в жизни я чувствовала себя наполненной счастьем под завязку. Не хотелось возвращаться во дворец, в свои апартаменты, пусть даже они были самыми роскошными на свете. Хотелось шутить, смеяться, краснеть, переглядываться с Адрианом, ловить такой же смеющийся взгляд от него.

Неужели влюбилась? И этот пьянящий восторг, ликование, радость и есть любовь? Я ощутила, как моей руки коснулись горячие пальцы парня. Он склонил голову в мою сторону и прошептал громким шепотом:

– Может быть, король меня накажет за комплименты его невесте, хотя куда уж дальше, у меня и так ничего нет, но скажу: ты самая красивая девушка из всех, кого я встречал в жизни. Ты сияешь, Лия.

Пальцы Адриана сжимали мои, тепло проникало сквозь кожу и устремлялось прямиком к сердцу. Голова кружилась от счастья. Я смущенно опустила глаза и заулыбалась. Плевать на Кару, прислушивающуюся к нашему разговору. Виноватой я себя не чувствовала. Я вправе получать комплименты хоть от кого-то, ведь жених меня ими не балует.

У кондитерской толпился народ. Популярное место. Кара попросила Дорина проехать мимо, остановить за углом, потом вышла из мобиля, куда-то отправилась, приказав ожидать внутри. Рука Адриана по-прежнему держала мою. Я вдруг подумала, что пусть она не возвращается – я согласна сидеть так до ночи. Но нет, через пару минут она вышла из кондитерской с красивой девушкой, одетой в пышный розовый костюм, похожий на безе. Та поклонилась и попросила всех следовать за ней.

«Столько телодвижений от малюсенького желания попить чаю», – мысленно вздохнула я.

Мы расположились в отдельном кабинете. Жаль, а я так хотела увидеть настоящее кафе – зал с посетителями, витрину, барную стойку, жующий народ, визжащих от радости деток. Увы… В пустой комнате я могла бы отведать пирожные и у себя во дворце.

Телохранители застыли у двери – слава Великой Матери, с внешней стороны. Накрыла стол та самая девушка-администратор, что нас встречала. Тихая, услужливая, от души пришибленная важностью особ, которые к ним пожаловали.

Настроение чуть померкло, но не совсем. Я еще надеялась его поправить. Наш стол был заполнен десятками лакомств, самых лучших и дорогих из всех, которые готовили в кондитерской. Разнообразные десерты, конфеты, мороженое, экзотические фрукты, несколько видов чая, соков, компотов. Мы и за неделю не съели бы всего, что здесь было выставлено.

Адриан, как всегда, дурачился. Подбирал мне самые красивые пирожные и выкладывал из них натюрморт на моей тарелке.

– Правда Ледышке нужно есть больше сладкого? – улыбался он. – Ледяной принцессе необходимо оттаять, а сладкое, говорят, поднимает настроение.

Куда уж дальше. И так я себя чувствовала как воздушный шар, наполненный искрящимся ликованием.

Мы никак не могли распрощаться. Темно-красное закатное солнце давно заглядывало в окно, а нам все приносили и приносили разнообразные блюда, словно кондитерская на радостях решила завалить нас едой. Есть мы уже не могли, поэтому просто разговаривали, вспоминали поездку, море, дельфинов.

– Рыбалка в твоем присутствии выглядела бы убого, – подтрунивал Адриан над Ноаном, – даже удочка бы не пригодилась, рыбы сами бы выпрыгивали тебе в корзину.

– Никогда не был на рыбалке, – ответил со смешком Фарх, – да и на охоте тоже. Странно ловить и убивать зверей, если чувствуешь их желания.

– А желание у них одно – получить свободу, – добавила вдруг Агата.

«Как и у каждого живого существа», – приплюсовала я мысленно.

После этих слов все вдруг засобирались домой. Ноан ничего не захотел слушать по поводу денег и оставил на столе горку монет, заплатив за всех.

Адриан отказался от предложения подвезти его в школу, сказав, что с удовольствием прогуляется по городу. Как мне хотелось погулять вместе с ним. Мы бы держались за руки, разговаривали, делились смешными воспоминаниями из детства, даже, возможно, поцеловались…

Агата с Ноаном запрыгнули в свои мобили. Они их водили сами. А я под руку с Адрианом поплелась к герру Дорину, ожидающему меня у распахнутой двери моего. Уже сев внутрь, я еще раз обернулась к парню попрощаться и вдруг заметила его странный взгляд. Он смотрел вслед мобилю Агаты, и столько тоски было в его глазах, что мне стало не по себе. Адриан быстро сморгнул грусть, повернулся ко мне и широко улыбнулся.

– До встречи, Ледышка. Сегодня был чудесный день. Ты сделала его для меня таким. – Взял мою руку и невесомо поцеловал.

Я смущенно дернула руку на себя, заметив неодобрительный взгляд Кары. Мы отправились во дворец. Всю дорогу меня терзали сомнения – показалось или нет? Если Адриану нравится Агата, то почему он так настойчиво ухаживает за мной? Кроме этого короткого взгляда я никогда не замечала ничего подозрительного. Или просто не обращала внимания?

До утра я ворочалась в своей роскошной постели, не в силах заснуть. Сердце то замирало, то неслось вскачь. Природная подозрительность и недоверие, взращенное с детства, рисовали в голове ужасные предположения. Нурв хочет влюбить меня в себя, чтобы вернуть через королеву титул? Или вовсе задурить голову так, чтобы я отказалась от свадьбы с королем и вышла за него? Так он не знает, что приданого у меня кот наплакал. А в Островерхе меня не ждут, а уж тем более с нищим мужем.

Напротив, симпатия к Адриану, уже прочно поселившаяся внутри, говорила, что все бред. Тоска, мелькнувшая в глазах Адриана, могла быть не направлена на Агату. Ему было грустно расставаться, или вспомнил проблемы семьи, свои личные проблемы…

Как бы там ни было, нелишним будет понаблюдать. А недовлюбленность может и подождать.