Глава 21

День закончился. До последней минуты меня не покидало ощущение, что свадьба устраивается не для жениха с невестой, а для гостей. Потому что более тяжелого, физически выматывающего дня у меня не было никогда.

Официальная часть торжества истекла после фейерверка. Но особо стойкие гости могли продолжать веселиться. Слуги и музыканты будут обслуживать зал до утра.

Мы же направились в свои покои.

Вот и пришел тот час, которого я и ждала, и опасалась. Переодеваться в пятое платье не стала. Да и горничные не настаивали, они тоже были измучены бесконечным ожиданием в будуаре, поэтому с радостью сняли с меня бальный наряд, расплели волосы, приготовили ванну, ночную рубашку и оставили в одиночестве. Вскоре должен будет прийти Эдвард. Впервые дверь между нашими спальнями откроется…

Я так устала, что с трудом переставляла ноги. Качалась и засыпала на ходу. Бедные новобрачные, как они умудряются после такого дня еще и супружеский долг выполнять?

Наверное, я все-таки заснула в ванной. Потому что проснулась уже ночью в кровати, оттого, что на меня навалилось горячее тяжелое тело. Медленно отодвинулась. Кроме влажного полотенца, сбившегося на бедрах, на мне больше ничего не было. А рядом спал король. По всей вероятности, он вытащил меня из воды, завернул в полотенце и положил в кровать.

Я хмыкнула – мы так устали, что брачная ночь прошла мимо.

Умостилась удобнее, так, чтобы видеть Эдварда. В полной темноте я едва различала его лицо. Грудь, руки и живот были обнажены, а легкое покрывало скрывало остальное. Я ни разу в жизни не видела голого мужчину воочию, только на картинках. Да, был еще манекен Нараны. Но настоящий живой мужчина и искусственный – абсолютно разные вещи.

Я наклонилась и втянула воздух у его груди. Как же он пахнет! Чем-то терпким, теплым и волнующим. Большой, горячий, как печка, расслабленный и спокойный. И полностью в моей власти. Как же хотелось дотронуться, провести ладонью по смуглой коже, выпуклым венам на руках. Рассмотреть его всего, и не в темноте, а при ярком свете.

Надеюсь, возможность еще представится.

Во второй раз мы проснулись одновременно. И одновременно вздрогнули, встретившись глазами. Я смущенно покраснела, но взгляд не отвела. «Будь смелее», – прозвучало в голове.

– Доброе утро, – хрипло произнес король.

– Доброе, – отозвалась я.

Солнце еще не встало, и комнату окутывал предрассветный полумрак. Просто мы с Эдвардом привыкли рано просыпаться.

– Больше не засыпай в ванной, это опасно.

Я невыразительно угукнула. Эдвард лег на бок, подперев голову рукой, повернувшись ко мне. Я же не могла оторвать глаз от его груди с четко проступившими мышцами на шее и предплечьях. Вниз глядеть страшилась, вдруг увижу что-то непристойное или Эдвард заметит мое любопытство?

Хотя со мной и так все ясно – лицо пылает огнем.

Король не сдержал усмешку.

– Ты пообещала мне четырех сыновей, – произнес он мягко, – я буду счастлив, если ты подаришь двоих. Мы только начали знакомиться друг с другом и можем подождать. Впереди много времени.

Все-таки я была права – он не собирается со мной спать!

– Ты не хочешь меня? – спросила дрогнувшим голосом. И отвернулась, чтобы случайно не увидеть подтверждения своим словам в его глазах. Горло сдавило судорогой.

Эдвард шумно выдохнул, придвинулся ближе, взял мою руку и поцеловал в центр ладони.

– Хочу, – ответил с улыбкой, – очень хочу. Ты очень красивая, Лия. И совершенно особенная. Твои волосы – самая завораживающая вещь на свете. У нас в основном брюнетки, шатенки, а если и попадаются блондинки, то они золотистые, русые, а твои волосы – отполированное серебро, лунный свет. – Его пальцы начали медленно перебирать длинные пряди, рассыпанные по моим плечам. – Ты вся как ледяная принцесса, но внутри тебя жаркий огонь.

Поневоле я заслушалась. Его тихий голос мягким бархатом скользил по телу, невесомо лаская. Слезы высохли, я неуверенно обернулась и наткнулась на пристальный серьезный взгляд.

– Тебе нужно привыкнуть ко мне, я буду ждать, сколько нужно, – закончил Эдвард.

Я мысленно повторила несколько раз: «Будь смелее» – и произнесла твердо, вскидывая голову:

– Не хочу ждать. Долг королевы – подарить наследника. Давай родим сына, пусть народ Альтеи немного успокоится, а потом сделаем перерыв…

– Но ты же так хотела закончить школу? – Мне показалось или в его голосе промелькнула нежность?

– Закончу третий год, а дальше… – Я весело фыркнула. – Учителя так дружно желали нам наследника, что пообещали выписать все грамоты экстерном и даже приехать во дворец читать лекции. Ты же тоже доучивался здесь?

Эдвард кивнул.

– Вариантов масса. Закончу заочно или вернусь в школу через пару лет. Посмотрим.

А мысленно добавила: «Все, что мне было нужно, я от школы уже получила. И это не знания. Точнее, не только они. Королевская школа – школа жизни. Она дала мне друзей, уверенность в себе, осознание цели, гармонию внутри и снаружи, ну и… Способы соблазнения мужа. Теоретические».

Эдвард притянул меня к себе, устроил голову у себя на плече и обнял, укутывая своим запахом, телом, крепко прижимая рукой. Его кожа обжигала. Мне казалось, что моя щека коснулась раскаленной печи.

– Говорят, осведомленность нивелирует страх, – прошептал он мне на ухо. – Мне передавали, что ты являешься одной из лучших учениц в школе, значит, лекции профессора Нараны не прошли мимо тебя. – Король начал медленно выводить замысловатые узоры на моих плечах, шее, едва касаясь подушечками пальцев.

– Не прошли, – подтвердила я с нервным смешком, понимая, о чем он.

Раньше, дома, больше всего я боялась именно этой неизвестности. Ни мама, ни фрейлины ничего мне не говорили об интимной стороне жизни женщины, и это страшило. Я боялась крови, боли, страданий. Но профессор все объяснила и показала, рассказав весь процесс от и до. Белых пятен не осталось. И страха тоже.

Я подняла лицо вверх, почти уткнувшись в его подбородок.

– Мы же добросовестные правители? Мы же дадим народу, что он хочет? Дадим наследника?

Эдвард укоризненно покачал головой.

– Народу? – переспросил и добавил порывисто, жарко целуя щеки, скулы, лоб, опускаясь к ямочке между ключицами: – Я тоже этого хочу больше всего на свете.

Мне понравилось. Мне так нестерпимо понравилось, что я готова была продолжить сразу же. Но Эдвард после первого раза подхватил меня на руки и понес в ванну. Боль, о которой талдычили фрейлины? Пфф… Короткая, не сильнее комариного укуса. И уж тем более не сильнее щипков Куртана или пальцев Фенистры, от которых синяки не сходили неделями.

Король усадил меня на скамеечку и сел передо мной на корточки, взяв в руки губку. Если бы я не любила его раньше, то влюбилась бы сейчас. В полностью обнаженного, без регалий, мундира и короны, преклоненного передо мной мужчину.

Какой же он красивый!

Худощавый, гибкий, с четко выраженными мышцами. Его кожа была гладкой и смуглой, руки сильными и ласковыми. Эдвард видел мое жадное любопытство, едва заметно улыбался, не переставая водить губкой по моему телу, давая себя рассмотреть. Он абсолютно не закрывался, вел себя свободно и раскованно. «Да, опыт чувствуется», – подумала я. Ничего, и я научусь.

После укутал в полотенце, отнес в кровать.

– Я тоже ополоснусь и приду, – шепнул едва слышно.

Я кивнула и накрылась с головой. В горле стоял комок. Почему-то хотелось плакать. Свернуться клубочком под одеялом, обнять себя руками, спрятаться ото всех. Пережить это счастье, обрушившееся на меня как гора, одной. Еще полчаса назад я была целой, спокойной, собранной и сосредоточенной. А сейчас рассы́палась на куски. Наслаждение, что я испытала, бесконечное тепло, ласка, нежность от с виду холодного и непреступного мужчины разбили вдребезги тщательно выстроенную броню.

Как бы собраться? Завтра опять нужно ее надевать, церемонно кланяться, принимать поздравления, игнорировать косые взгляды и шепотки за спиной.

– Не спишь? – Эдвард вытянулся рядом.

– Нет, – пискнула я из-под одеяла.

Он подвинулся ближе.

– Больно? Стесняешься? Думаешь сбежать?

– Нет, нет и нет, – ответила разом на все вопросы.

Эдвард сдернул одеяло и внимательно начал рассматривать мое лицо в утреннем свете. Кивнув каким-то своим мыслям, поинтересовался бодро:

– Что у нас там сегодня по протоколу?

– В два часа пополудни торжественное открытие на главной площади всемирной благотворительной ярмарки. Потом преподнесение даров богам в Первом храме. Вечером – бал второго дня для всех желающих, – отбарабанила я быстро, а потом спохватилась: – Стоп. Ты его и сам знаешь. Неужели не выучил?

– Зачем мне его запоминать? – рассмеялся Эдвард. – У меня есть ты. Умненькая жена-школьница с прекрасной памятью.

Он крепко обнял меня и поцеловал.

– Отлично, значит, до обеда можно еще поспать. – Почти насильно уложил рядом с собой, прижал и добавил тихо: – Так редко выпадает эта возможность.

И, уже засыпая, я поняла, что шуткой Эдвард отвлек меня от приступа меланхолии. Он не знал, чем он вызван, но справился на отлично.

Сначала было неудобно. Непривычная к кому-то еще в своей постели, я никак не могла расслабиться. Было странно ощущать горячее дыхание у уха, тяжелую руку на своем бедре. Но постепенно мысли уплывали, тело наполнялось негой, теплый волнующий мужской запах укутывал и умиротворял.

Во второй раз проснулись уже от того, что служанка робко постукивала в дверь. Эдвард, чмокнув меня в губы, отправился к себе, а я пригласила девушку.

Пора опять быть ее высочеством, точнее, ее величеством.

И закрутилось. Завтрак-обед, макияж, платье, драгоценности, поклоны и любопытные взгляды всех без исключения в мою сторону. Словно у меня после первой ночи должен уже быть виден живот.

Торжества шли своим чередом. Гостей развлекали балами, зваными обедами, морскими поездками на королевской яхте, посещениями зоопарков, заповедников и многим другим. Мама при встрече еще несколько раз намекала на Фенистру, а я делала вид, что не понимаю ее намеков. И каждый раз при виде ее в свите Горегоров меня охватывали неприятные воспоминания. Скорее бы празднества закончились и все разъехались по домам.

Каждую ночь мы с Эдвардом проводили вместе. Особо примечательной была вторая. Весь вечер я не находила себе места. После ужина, приняв ванну, надев пеньюар и отправив прочь служанок, я принялась ходить из угла в угол. Откроется ли дверь между нашими спальнями? Придет король или нет? Кто бы знал – как трудно ждать!

«Будь смелее», – прошелестел в голове голос любимой учительницы. Я еще раз посмотрела на себя в зеркало, поправила волосы, капнула на запястье духами и, пока не передумала, решительно распахнула дверь между нашими спальнями.

Короля я увидела сидящим за столом, просматривающим какие-то бумаги. Он был в халате, пижамных брюках, с влажными волосами.

– Я собирался к тебе, – обернулся он с улыбкой, и я поняла, что Эдвард не разозлился за мое самоуправство. – Буквально пару минут, и закончу.

Я подошла к королю, положила руки на плечи и легко поцеловала в висок. Весь день хотела это сделать. Его волосы пахли свежестью и морем. «Смелее, будь смелее», – повторяла про себя.

– Работай. Я пока осмотрюсь. Никогда не была в твоих апартаментах.

Эдвард вернулся к бумагам, но я краем глаза ловила его быстрые взгляды в свою сторону. Раздражаю? Отвлекаю? Ничего страшного, я собираюсь остаться в его жизни навсегда, поэтому пусть привыкает к моему постоянному присутствию.

По размерам спальня была такой же, как и у меня. Нетрудно догадаться, что королевские покои идентичны, просто обставлены по-разному. У короля преобладали темные холодные цвета, у меня – теплые и светлые.

Я сделала небольшой круг по комнате. Заметила картину, которую подарила Эдварду на двадцатипятилетие. Она висела у окна, над комодом. Удивилась, что картина в спальне, а не в гостиной или вообще не лежит в кладовке. И в конце концов остановилась у кровати. Широкой, основательной, застеленной темно-синем бельем, но без балдахина, как у меня. Села и немного попрыгала. На удивленный взгляд Эдварда пояснила с улыбкой:

– Проверяю упругость. Может быть, захочу ночевать здесь.

Король вдруг откинулся в кресле, поднял лицо к потолку и рассмеялся.

– Ты такая… – он тряхнул головой, – мне страшно повезло с тобой. Повезло, что из всего списка невест я выбрал тебя.

– Не спорю, – энергично кивнула. Да так удачно, что пеньюар съехал с плеча, открыв верх груди. Кадык Эдварда дернулся, а взгляд потемнел.

– Знаешь, документы вполне могут подождать до завтра, – голос тоже упал на полтона ниже, – да и кровать не опробована. Вдруг недостаточно упруга?

За день я вспомнила все, чему учила нас Нарана. Несколько лекций она отвела на тему соблазнения. Показала самые распространенные приемы, взгляды, жесты. И час назад я опробовала один из них перед зеркалом, и получилось очень соблазнительно. Пеньюар распахнулся, волосы белоснежной волной укутали плечи. Я смотрела королю в лицо прямо, немного исподлобья, снизу вверх. Такая поза является и покорной, и вызывающей. Все в точности как рассказывала Нарана. И в точности с ожиданиями лицо Эдварда напряглось, глаза загорелись, дыхание стало прерывистым и глубоким. Он стремительно шагнул к кровати, подхватил меня на руки и опустил на покрывало, накрывая собой.

Может быть, когда-нибудь я стану еще смелее? Позволю себе быть дерзкой, бесстыдной? Зайду к мужу полностью обнаженной или – о ужас! – опущусь перед ним на колени? Нарана рассказывала, что и так бывает в спальне… Когда-нибудь, но не сейчас. Потому что сейчас Эдварду достаточно и невинного флирта, чтобы сойти с ума.

Его поцелуи лучше всякого десерта. Сладкие, пьянящие, бесстыдные, пробуждающие внутри горячую жажду не останавливаться. Между нами близость, которую не выразить словами. Не такая, какая была у меня с Виолой или родителями. Глубже, острее, сокровеннее. Близость, которую дарит только любимый мужчина, его тело, руки, губы.

Теперь я понимаю, о чем шептались девчонки в школе, о чем говорила Нарана на своих факультативах, описывая идеальный брак.

Я влюблялась все сильнее, хотя, казалось, сильнее уже некуда. Иногда я едва успевала прикусывать язык, чтобы удержать в себе «Люблю», которое рвалось изнутри.

А через три дня у меня начались женские дни, и нам пришлось ограничиться поцелуями и объятиями. Жаль, я только начала открыто выражать наслаждение, вести себя свободно и раскованно. А еще через пару дней мы отправились в краткое свадебное путешествие по стране.