Глава 27

Поздно ночью, стоя у окна в отеле и глядя на голубую гладь бассейна, Таисса обернулась к спящему Диру и подумала, что всё-таки зря отказалась от купания. Немного счастливых минут им не помешало бы.

Но смеяться и брызгаться в воде, пока Павел… пока Тьен…

Таисса прикрыла глаза.

– Всё будет хорошо, – прошептала она. – У нас будет время. Я в это верю.

– М-м. Таис, ты не спишь?

Дир приподнялся, прикрывая глаза от неяркого света ночника.

– Думаю о море, – отозвалась Таисса негромко. – Как мы ездили на побережье с родителями. Летали в Брайтон… правда, я выбивалась из сил на полпути, и дальше отец с мамой несли меня на руках.

В глазах Дира вспыхнул огонёк.

– Донести тебя до ночного моря, принцесса? Я могу.

Таисса невольно улыбнулась.

– Вот уж в чём я не сомневаюсь. Бьюсь об заклад, в этом отеле выстроилась бы очередь, если бы ты вдруг решил подработать перевозчиком. Мне повезло.

– Очень повезло, – серьёзно сообщил Дир. – Кстати, это платье тебе неимоверно идёт.

Таисса обернулась. Лёгкое золотистое платье до середины бёдер, хоть и было легкомысленным с виду, действительно ей очень шло.

– Думаешь, стоит давать свидетельские показания именно в нём?

Они оба невесело улыбнулись.

Дир сел в постели. Взлетел – и через долю секунды уже стоял рядом с Таиссой.

– Забудем о плохом сегодня, – решительно сказал он. – Сегодня над морем падают звёзды, и я хочу, чтобы они падали и для нас тоже.

– Ещё скажи, что, если они не будут падать, ты начнёшь ронять их собственноручно, – слабо улыбнулась Таисса.

– Почему нет? Я самый сильный Светлый в мире, в конце концов. – Дир обнял её за плечи. – А в мире очень много звёзд.

– И на некоторых живут другие Тёмные и Светлые.

– Видишь? Самое время ими полюбоваться.

Окно распахнулось по мановению руки Дира.

И небо раскрылось им навстречу.

Скалы, окружённые ночным морем, всё ещё хранили тепло.

А ночное небо дышало звёздами.

Несколько минут Дир и Таисса молча стояли и созерцали южное небо, расчерченное звездопадом. Метеорный поток летел прямо на них двоих, отражаясь в глазах Дира, разбиваясь о лунную дорожку.

– Далеко-далеко есть иные миры, – произнесла Таисса под шум волн. – И иные Источники. Сейчас, после встречи с Хлоей и разговора о её снах, они вдруг кажутся близко-близко.

– Я почти не думал о них, – признался Дир задумчиво. – Та встреча в космосе была невозможным совпадением. Думать о том, что она повторится, было бы пустой фантазией.

– А думать, что временной поток изменится и мы окажемся в альтернативной реальности, где победили Тёмные, и вовсе из ряда вон, – тем же тоном отозвалась Таисса.

– Тут ты меня уела. – Пальцы Дира бережно погладили её ладонь. – Но ты победила. И вернулась.

– Тьен вернул нас двоих, – поправила Таисса. – Мы сделали это вдвоём.

– А сейчас мы вернём его, – голос Дира стал твёрже. – Вместе.

Таисса хмыкнула:

– Точнее, будем вместе переживать, пока в «Бионикс» разрабатывают план спасения?

– И защищать Тьена от воронок силовыми полями, – парировал Дир. – Уже неплохо.

Воронки. Непонятный враг, желающий похитить их ребёнка.

И они двое, стоящие на страже. И если Дир давным-давно стал взрослым и принял на себя огромную ответственность против своей воли, то она…

– Когда я успела стать взрослой? – произнесла Таисса. – У меня есть ребёнок, я едва не вышла замуж… когда это всё успело произойти?

– Рисковать жизнью в Храме Великого Тёмного было куда проще, да? – заметил Дир.

– Тогда я несла ответственность только за себя. Но сейчас…

Таисса запнулась. Дир обнял её. Привлёк к себе.

– Я знаю, о чём ты. Но это наша судьба.

– И теперь я обречена править миром? – с иронией заметила Таисса.

– Кто же тебе даст.

Таисса видела отражение пролетающей звезды в глазах Дира. А он, она знала, поймал хвост метеора в её глазах.

– У нас есть это место и это время, – негромко сказал Дир. – И передышка между реальностями.

– Между залом суда и залом с криокамерами?

– В том числе.

Таисса прижалась к Диру крепче.

– Это трудно, – прошептала она. – Быть взрослой. Знать, что от тебя столь многое зависит.

Дир взял её за руки и мягко опустился на скалу вместе с ней.

– Знаешь, много лет назад в интернате для меня всё было именно так, – произнёс он. – Я знал, что от меня многое будет зависеть. Что на меня смотрит Совет. Едва я вышел из стен интерната, я стал считать себя взрослым – и не сомневался в собственной взрослости ни на секунду. Но потом кое-что изменилось.

Таисса взглянула на него внимательнее.

– Ты стал свободным.

– Я стал Тёмным и обрёл свободу. И если раньше у меня не было выбора, отдавать себя Совету или нет, если раньше за меня всё было решено… сейчас всё иначе. Я принимаю своё место среди Светлых и свою ответственность, но это не груз, который я обязан нести вне зависимости от моих желаний. Каждый день я делаю сознательный выбор.

Дир помолчал.

– Именно этот выбор делает меня взрослым по-настоящему. Теперь я это понимаю.

– Свобода воли, – с иронией отозвалась Таисса. – Та самая, которую Светлые так беспощадно искореняют.

– Пока Тёмные зубами отстаивают право делать то, что им хочется, не заботясь об остальных, – тем же тоном произнёс Дир.

– Признай, это было не так уж плохо.

Они обменялись взглядами, в которых было понимание. И сомкнули руки крепче.

– Я не писала тебе и не пыталась с тобой связаться, – негромко сказала Таисса. – С той самой ночи, когда объявили мою помолвку. Если ты хочешь знать почему…

Дир едва заметно покачал головой.

– Не нужно, принцесса. Всё в порядке.

– Всё закончилось, – тихо подтвердила Таисса. – Я бы хотела добавить: «И больше не начнётся», – но я просто не знаю. Если даже ткань реальности непостоянна…

Дир вскинул голову в небо.

– Одно в этой реальности постоянно, – спокойно сказал он. – Даже если все метеоры просыплются на землю, пройдут тысячи лет и погаснут звёзды, я всё равно буду тебя любить, Таис. Я сделаю для тебя всё. Всегда.

«И отойду в сторону, если это понадобится», – прозвучали в ночном воздухе несказанные слова.

«Не нужно», – ответил взгляд Таиссы. Прожить сто лет без Дира, зная, что он здесь, рядом, совсем близко, только коснись линка и протяни руку? Повторить выбор Элен и остаться одной?

Нет. Ни за что. Никогда.

– Падающие звёзды, – прошептала Таисса, глядя вверх. – Они словно чертят судьбы одну за другой. Чего хотят люди? Жить, занимаясь любимым делом, продолжить свою любовь в детях и любоваться небом без войны. А мы… мы должны дать им это небо.

Таисса повернулась к Диру.

– Самое страшное, – беззвучно произнесла Таисса, – я почти это сделала. Подарила миру это небо. И больше не хочу. Никогда. Сколько бы жизней это ни спасло. Я всё-таки Тёмная, Дир.

Лёгкая улыбка.

– Лучшая в мире Тёмная.

– Но Тёмная. – Таисса грустно улыбнулась. – Я всё ещё хочу забрать Тьена у Алисы и удрать. Куда-нибудь подальше от ткани реальности. Я знаю, что никогда этого не сделаю, но желание никуда не денешь.

Дир поднял руку. Коснулся её щеки.

– У тебя это ещё будет, – тихо сказал он. – Не думай, Таис. Просто смотри на звёзды.

Он обнял её, зарывшись рукой в её тёмные волосы.

И ночь, такая тихая и спокойная, принадлежала им двоим.

Морские брызги перехлестнули через скалу, хлестнув Таиссу по голой лодыжке.

Таисса вздрогнула, просыпаясь. Она успела задремать в звёздной ночи, и в дремоте к ней вернулось недавнее видение от её предка. На миг Таисса увидела перед собой осеннее кладбище, моросящий дождь и Дира. Его фигуру, наполненную светом и растворяющуюся в воздухе.

«Я буду так скучать по тебе».

Таисса невольно вцепилась в Дира, сидящего рядом с ней. Он внимательно посмотрел на неё.

– Плохой сон, Таис?

– Великий Тёмный послал мне видение… недавно. – Таисса поёжилась. – Вернон был мёртв, я была замужем за Берном, воцарился мир, но я была глубоко несчастна. На кладбище, у могилы Вернона я встретила тебя. Ты предложил изменить мир так, как мне хочется.

– Ты согласилась?

Таисса покачала головой.

– Нет. И тогда ты исчез.

– У меня была власть изменить мир для тебя, – задумчиво произнёс Дир.

– Да.

Они замолкли. Небо вновь было в равновесии, и звёзды светили ровно, удерживая свои незнакомые миры. По лбу Дира пролегла морщинка. О чём он думал сейчас?

– Похоже на мои давние кошмары, – произнёс он негромко. – Хотя они были немного о другом. О том, что мой долг будет довлеть надо мной вечно.

Таисса с Диром переглянулись.

– Полное безобразие, – серьёзно сказала Таисса. – Тебе перестали сниться эти кошмары?

– Сошли на нет. Хотел бы я знать, откуда это у меня. – Взгляд Дира был устремлён внутрь себя. – Но, похоже, вряд ли когда-нибудь узнаю. Анджей, мой отец… он живёт почти обычной жизнью. Он талантливый математик, но у него есть друзья, развлечения, студенты, книги, и он уж точно не отдаёт себя долгу.

– В отличие от моего отца.

– Твой отец – уникум. – По губам Дира скользнула улыбка. – Столько лет я считал его опаснейшим противником и никогда бы не подумал, что нас объединит семья. Мой сын – его внук? Скажи мне это кто-нибудь два года назад, и я бы…

Дир запнулся. Таисса подняла брови:

– Разве ты не был уже тогда влюблён в мою фотографию? Вполне правдоподобный вариант, как по мне.

Их взгляды встретились. Таисса протянула руку и коснулась руки Дира кончиками пальцев.

– И он сбылся, – тихо сказала она.

– Хотел бы я знать, как твоя мать воспринимает нас двоих, – произнёс Дир медленно. – Те страшные дни в замке Майлза Лютера, когда она чуть не погибла… я ведь не могу гарантировать, что что-то подобное не повторится, Таис. Никто не может. И дело не в Александре.

Таисса вспомнила – и с усилием дёрнула головой, чтобы отогнать воспоминания о злых и страшных часах, об останавливающемся сердце и злой игле нанораствора, требующей от неё послушания. О Дире, отказывающемся выполнять приказы Александра.

– Именно это разделяет нас, – прошептала она. – И ещё разделит. Не ауры, не деление на Светлых и Тёмных, а то, что нам предстоит и что уже произошло. Действия и воспоминания, вроде штурма замка Майлза. И сейчас наше долгое почти-перемирие – не новый порядок вещей, а исключение.

– Всё верно, Таис.

Они переглянулись.

– Но не сейчас, – тихо сказала Таисса. – Не этой звёздной ночью.

Дир запрокинул голову, вглядываясь в ночное небо. На фоне скалы его профиль казался образом древнего героя, высеченным из камня.

– Знаешь, принцесса, – негромко сказал Дир, – я побывал главой Совета, диктатором, я имел доступ к невероятной власти, но я всё ещё не знаю самых главных тайн. Откуда взялись Тёмные и Светлые, например. Я был бы не прочь услышать ответ.

– Мой отец говорил, что наша аура пришла со звёзд, – тихо сказала Таисса.

– Вряд ли он был неправ.

Они замолчали. И тут Дир тряхнул головой и вскочил.

– Раз уж мы решили устроить ночную прогулку, – решительно сказал он, – нужно, чтобы она получилась действительно запоминающейся.

– Это как?

– Ну, ты же хотела купаться. – Дразнящая улыбка. – Готова?

Таисса вскочила.

– Только не в море! Оно же холодн…

Договаривала она, уже оказавшись в волнах. Платье промокло за секунды, волосы облепили голову. А рядом плыл Дир, невозмутимый даже в мокрой одежде.

– Если захочешь, через полминуты будешь под одеялом в номере отеля, – предложил он. – Или доплывём до горизонта?

Таисса задумалась. Ткань реальности, криокамеры, видения, осенний дождь …

– Доплывём до горизонта, – решительно сказала она.

Плыть по лунной дорожке, то и дело уходя в сверхскорость в освежающе прохладной воде, оказалось прекрасно. Грустные воспоминания никуда не делись, но…

«Не думай, Таис».

– Не буду, – прошептала Таисса.

Дир подплыл ближе.

– Что?

– Всё хорошо. – Таисса повернулась к Диру, стряхнула с лица мокрые волосы и улыбнулась. – Я люблю тебя.

Дир чуть улыбнулся ей в ответ.

– Сильнее, чем целый дождь падающих звёзд?

– Неизмеримо.

Их руки встретились в лунном свете. Здесь, на глубине, вода сделалась прохладнее, и Таисса вдруг ощутила, что ей действительно холодно.

В следующий миг горячие губы оказались на её губах, и она оказалась в воздухе.

– Спорим, я домчу тебя до отеля на сверхскорости, не прерывая поцелуя? – шепнул Дир ей в губы.

Таисса обхватила его шею.

– На мороженое, – прошептала она. – Или нет, на поцелуй. Ещё один.

Дир тихо засмеялся, обняв её, и вновь поцеловал. А потом ветер свистнул в ушах, светлые волосы накрыли небо, и Таисса ахнула, когда Дир легко и нежно…

…опустил её на кровать.

В окно светила луна, такая далёкая.

Луна, по которой они однажды ходили вместе.

Таисса тряхнула мокрыми волосами, глядя на Дира.

– Знаешь, – внезапно сказала она, – часть меня ужасно хочет продолжения этой ночи. Хочет, чтобы мирный договор между Тёмными и Светлыми был заключён по-настоящему уже завтра. Хочет быть вместе. Быть с Тьеном.

– Хочешь, чтобы я изменил мир так, как тебе хочется? – без улыбки спросил Дир.

– И стал всемогущим? Наверное… немножко. – Таисса покосилась на луну в окне. – Вот только Дэй тоже хотела стать всемогущей. И Великий. И Сайфер. И все они были несчастны.

Таисса подняла на Дира взгляд.

– А я хочу, чтобы ты был очень счастлив, – прошептала она. – Со мной.

Дир присел на край кровати.

– Так и будет, принцесса. Быть рядом – это тоже всемогущество.

– Особого сорта.

– Самого лучшего.

Ещё один поцелуй. А потом, обнявшись, мокрые как были, Таисса и Дир рухнули на подушки.

– Знаешь, мы ведь не просто вместе, – произнесла Таисса, глядя Диру в глаза. – Великий говорил, что нас с тобой связывает пророчество. И оно всё ещё напомнит о себе. А Иоширо…

Таисса помедлила. В Кобэ, когда Иоширо рассказывал ей о древней легенде, трудно было воспринимать его слова всерьёз. Но сейчас, когда за её сыном, возможно, охотилась сама ткань реальности…

– Иоширо рассказал мне, что в Кобэ верят: один из потомков Великого станет новым Великим Тёмным, – решившись, выпалила Таисса. – Или Великим Светлым.

Наступила тишина.

Дир очень внимательно смотрел на Таиссу.

– Знаешь, ночные купания под луной редко заканчиваются разговором о пророчествах, – с иронией произнёс он.

– Что делать, – тем же тоном ответила Таисса. – Пророчества-то никуда не деваются.

Они засмеялись вместе.

Дир провёл рукой по её мокрым волосам.

– Я не думаю, что Иоширо был прав, Таис, – мягко сказал он. – Возможно, раньше, когда Источник существовал и твой предок был в полной силе, эта легенда имела смысл. Но время подобных чудес давно прошло.

В другое время Таисса первая бы согласилась с ним. Но сейчас…

…глядя на светлые волосы Дира, в его глаза…

…а Тьен так похож на него…

…Дир, её идеальный Светлый. Тьен, чья этика была куда Светлее этики их обоих. Может ли отдалённый потомок Таиссы и Дира стать Великим Светлым?

– А вдруг? – произнесла Таисса вслух. – Вы с Ларой – это тоже чудо, но вы есть. – Она коснулась пальцем кончика носа Дира. – Видишь, я даже могу до тебя дотронуться.

Дир улыбнулся, но покачал головой.

– Сбывающиеся легенды – это всё-таки несколько из другой области. Мы с Ларой – это маловероятное явление, но не сказочное. Великий Тёмный… тут я настроен более скептически.

Он вновь покачал головой.

– Нет, Таис. Даже Александр не стал бы строить подобных предположений.

Александр, который собрался создать новое поколение Светлых из людей. Миллионы Светлых, которые полетят к звёздам.

Таисса невольно поёжилась. Что хуже, один Великий Светлый или армия Светлых, желающих перекроить мир? И что невероятнее?

Мечта Александра могла звучать безумно, но он создал Дира и Лару. Ему верил Совет. Значило ли это, что у пророчества тоже был шанс сбыться?

– Великий Тёмный не родился Великим, но стал им, – тихо сказала Таисса. – Думаешь, кто-то из наших потомков не сможет повторить его судьбу?

Молчание.

– Я очень хочу, чтобы не смог, – негромко сказал Дир. – Потому что это конец человеческому существованию.

– И почти бессмертие. Бессмертие, а не сто пятьдесят лет или меньше. Разве любое бытие не лучше небытия?

– Не любое. Вспомни Стража в Храме.

Их взгляды встретились.

– Видишь, мы уже обсуждаем эту тему серьёзно, – тихо сказала Таисса. – Подспудно ты тоже принимаешь реальность пророчества. Как и я.

Дир молча смотрел на неё. Таисса положила ладонь ему на грудь. Ровное, чуть убыстрённое биение сердца. Сможет ли она когда-нибудь научиться так владеть собой?

Нет. Потому что Таисса знала, какую цену заплатил Дир за этот самоконтроль.

Но он переживал об их сыне так же сильно, как и она. И даже купание под звёздами не могло заставить их забыть о криокамере под двумя силовыми полями, где маленький Светлый ждал пробуждения.

Таисса судорожно вздохнула. Если что-то пойдёт не так…

– Я боюсь за Тьена, – прошептала она.

– Я тоже, – так же негромко ответил Дир. – Даже если мы вытащим его из криокамеры, ничего ещё не кончено.

Воронка, чуть не заглотившая Тьена. Искажённая ткань реальности.

А Таисса – наследница Великого Тёмного и мать Тьена. Если уж кому и сражаться с тканью реальности, то только ей.

Чем она готова пожертвовать, чтобы её сын остался жив?

Ответ, если задуматься, был очевиден.

– Эта воронка… – произнесла Таисса. – Что, если эта штука управляется кем-то? И нацелена специально на Тьена?

Дир медленно кивнул:

– Так и есть, скорее всего.

Таисса взяла Дира за руку.

– Я не просто его мать, – серьёзно сказала она. – Я прошла испытания в Храме и владела двумя Источниками в двух реальностях. Тьен – мой сын, которого я не отдам ни одной воронке. И, кажется, я знаю, как я могу его защитить.

Серые глаза Дира казались тёмными в полутьме.

– Что ты хочешь сделать, Таис? – тихо спросил он.

– А это не очевидно? Я тоже путешественница во времени. Я хочу нырнуть в воронку вместо Тьена. – Таисса твёрдо встретила взгляд Дира. – Раз нас объединяет пророчество, ты можешь отправиться со мной, но я бы этого не хотела.

– Один довод против, – мгновенно отреагировал Дир. – Мало того что это безумие, но если мы прыгнем в воронку, то Тьен останется без защиты. Следующая воронка унесёт его неведомо куда.

– Но он не может находиться под силовым полем всю оставшуюся жизнь. К тому же в будущем…

Таисса осеклась, вспомнив слова Тьена:

«Иногда будущее меняется. Иногда оно исчезает».

Неужели в будущем Тьена не будет? Неужели он действительно исчезнет? Неужели…

…она потеряет сына?

– Мы должны что-то придумать, – прошептала Таисса. – Ты и я.

– У нас есть время, – мягко сказал Дир. – Время, пока наш малыш готовится прийти в себя и открыть глаза. Таис, я ценю твою жертвенность, но сейчас надо подождать и подумать.

– Но потом?

Дир сел на постели. И обнял её.

– Вы – всё, что у меня есть, – прошептал он. – Мои путешественники во времени. И ради вас я выступлю даже против ткани реальности.

– И я, – прошептала Таисса. – Если ты будешь рядом.

Они приникли друг к другу.

И вместе, не разжимая рук, заснули без снов.