4. Сильные мира сего.

“А брюнеточка — ничего!” — подумал я, увидев входящую фигуристую женщину с причудливо уложенными в высокую причёску волосами. Но тут же поправил себя: ” Могла бы быть.” Тонкий, острый клювик, маленьким недоразумением смотрящийся на мордашке, портил всё. Но даже не он, а две большущие чернеющие ноздри, с густой волосяной растительностью, вызывали мгновенное желание заржать во весь голос. Останавливали от этого опрометчивого поступка лишь злые внимательные глаза убийцы, которыми она, с явной брезгливостью, уставилась на меня.

— Разреши представить, — вставая, официально обратился Кортинар ко мне. — Магесса Нагорного королевства, Первая Советница нашего Владыки короля Ипрохана Весёлого — Веблия Затнийская.

Что там он говорил? Нужно понравиться?

С трудом сдерживая улыбку и отводя глаза от её носа, я резво вскочил и проорал восторженным голосом:

— И это всё?! Просто советница и магесса?! А где, присущие такой красоте, титулы Великолепнейшая, Обворожительная, Освещающая Своим Светом Мир?! В какое отсталое место я попал?!

— Это он про меня? — удивлённо спросила у старика Веблия, растеряв аристократическую спесь.

— Возможно. В разных мирах разные понятия о красоте, — пожал плечами Кортинар.

— Красота едина! — возразил я ему. — И сейчас она вся сосредоточена в этой комнате! Прекраснейшая Веблия За…За…

— Затнийская, — помог мне маг.

— Да! Извините меня за забывчивость! Дар речи потерял, глядя на Совершенство. Этот нудный дед много мне рассказал о чести, которой я могу удостоиться, но ни слова о главном — о том, что Вы живёте в этом великолепном дворце! Согласен на всё, лишь бы быть рядом!

— А он не так плох, как я ожидала, — задумчиво ответила ведьма, кокетливо проведя пальцем по густой брови и уставившись чуть ниже пояса на мои зелёные, плотно облегающие колготки, подчёркивающие всю анатомию.

Сразу захотелось прикрыться руками. Блин! Ну, почему здесь не носят широкие шаровары?!

— Как тебя зовут?

— Иль… Илий, Госпожа! Но вы можете звать меня, как угодно и когда угодно!

— Поменьше эмоций, будущий шут. Они тебе пригодятся на аудиенции у самого короля Ипрохана. Нас ждут. И, Кортинар… Я довольна твоей работой. Пока довольна…

Дворец поражал своей помпезностью. Идя по его коридорам, я с удовольствием рассматривал великолепные статуи, фрески, гобелены и картины, практически не оставляющие пустых мест на стенах. Нарядная дворцовая охрана, стоящая у каждого поворота оловянными солдатиками, блестела ярко начищенными доспехами. Версаль отдыхает! Здесь даже воздух был насыщен богатством и абсолютной властью короля.

Широкая вычурная дверь, покрытая декоративной позолотой… Веблия остановилась и, посмотрев на одного из гвардейцев около неё, презрительно выдавила:

— Доложить Владыке о моём прибытии.

— Первая Советница Веблия Затнийская к королю! — оповестил тот в приоткрытую створку.

— Пусти, — невнятно ответил голос из-за двери.

Мы вошли. Всё очарование дворцовых покоев сразу исчезло. На большом роскошном троне сидел мужичок лет шестидесяти с огромным кубком в руках, больше похожим на ведро, чем на сосуд для питья. Его Величество было явно “вне кондиций” — слегка ужратое, если по-простому. Мутные, масляные глазки блестели от выпитого. Дряблое, одутловатое лицо. Дорогой, но заляпанный пятнами наряд шёл ему как корове седло. Знаю я подобных дружбанов — корчат из себя простого “рубаху-парня”, но, на самом деле, ненавидят весь свет. Не дай бог, такому доверить власть — угробит любого по “пьяной лавочке”! Прав был Кортинар — прозвище “Порочный” тут более уместно. Опасный тип в своей непредсказуемости.

— Хто эта… — отпивая из кубка, промямлил король.

— Новый шут, Владыка! — изящно присела Веблия в знак приветствия. — Специально для Вас был доставлен из другого мира.

— Посмотрим. Я ещё не решил. Как зовут это отродье?

— Илий! Мой будущий собрат! — выступил я вперёд, коротко кивнув.

— Чего?! — от удивления выплеснув очередную порцию вина на одежду, проорал Ипрохан. — Где ты тут увидел брата, скотина?!

— Ну, как же?! Ты же великий правитель известный во всех землях. Так?

— Ессественно.

— Если я стану твоим шутом, то негоже такому выдающемуся деятелю держать около себя абы кого. Рядом должен находиться равный. У короля шут — тоже король! Король шутов! На меньшее размениваться тебе статус не позволяет. Можно, конечно, как у простого дворянчика, увальня деревенского пристроить, но… Не находишь, что я тост сейчас сказал? Не грех и выпить! За двух королей! Одного Великого и одного дурацкого!

— Ахаха! — зашёлся в хохоте пьяный Владыка. — Мне нравится! Налейте ему!

В мгновение ока, до краёв наполненный объёмный тазик на ножке, ошибочно считавшийся бокалом, оказался в моей руке.

— Если чего, то и корона своя имеется, — тряхнул я колпаком с бубенчиками. — С твоей, точно, не перепутают!

Отсалютовав королю, выпил всё до донышка. Он тоже не преминул приложиться.

— Ну, и как ты собираешься меня веселить? — вытерев губы ладонью, серьёзно спросил Ипрохан.

— Веселит вино, Владыка, а я развлекать собираюсь! Придворных много?

— Хватает, — поморщился тот. — Прилипалы зажравшиеся. Всех бы перевешал, но нужны.

— Да. В моём мире также было. Спеси много, а пить не умеют!

— Во-во! Важные больно!

— Это же хорошо! Гнобить будем! Тебе, как политику, сдерживаться приходится, а мне-то, дураку, чего? Способы знаю! Весело получится, глядеть на их кислые морды! Выпьем?

— Будем гнобить… — еле ворочая языком, согласился алконавт на троне и, внезапно вскочив, вскинул кулак, — Во, где эти… Тут! У меня!

Эта попытка показать власть во всей её красе окончательно подорвала силы Ипрохана, и он, выронив кубок, рухнул на трон и захрапел.

— Аудиенция закончена. Возвращаемся, — произнесла Веблия, повелительным жестом указав на выход.

Где-то на середине пути, она остановилась и прошипела:

— Что это сейчас было?

— Разговор с душевным человеком, — просто ответил ей.

— Разговор, говоришь? Я не вчера родилась, идиот! Если думаешь, что не заметила твоих потуг возвысится, то глубоко ошибаешься. Учти! Твоя хозяйка — я! И чтобы лучше это понял, то… — женщина скрючила пальцы перед моим лицом и резко их распрямила. Не знаю, какого эффекта добивалась, но судя по её удивлённому лицу, он должен был быть.

Она снова повторила странную манипуляцию.

— Болеешь? — участливо спросил ведьму. — Вон как ломает! Это от нервов. Не мудрено! Дворцовая работа — штука вредная. Хочешь, дам рецептик?

— Какой? — растерянно спросила она.

— Берёшь горстку жгучего перца и наносишь на одно очень интимное место. Все проблемы разом забудутся… Заодно и танцевать научишься!

— Ты…

— Не благодари!

— Ты что сейчас почувствовал? — продолжила Веблия, не обращая внимания на мои слова.

— Острый приступ косоглазия, когда ты перед моим носом пальцами вихляла.

— И всё?

— Всё.

— Скажи честно, на магию совсем не реагируешь?

— На моей родине подобной штуки не встречал.

— Понятно… Кортинар! Сволочь хитрая! Вот, значит, какой сюрприз подсунул?! Идём к нему в кабинет!

Маг опять подкармливал камин дровами.

— Какую игру ты затеял?! — влетев, прокричала Веблия.

— Поясни своё недовольство, — ответил старик, даже не сделав попытки посмотреть в нашу сторону.

— Он не поддаётся магии!

— Да? Вполне возможно, не все миры живут по одним и тем же законам Высокого Искусства. Я предупреждал сразу, что выбор кандидата не полностью зависит от меня. Извини, но больше никого на смену Илию доставить не смогу. Без наличия души другие реальности закрыты. На этого потратил последнюю возможность соприкоснуться с ними.

— Не врёшь… — прислушавшись к себе, произнесла ведьма.

— Как прошла встреча с Ипроханом? — спросил Кортинар.

— Наш властительный придурок его одобрил. Более того! Новый шут себя в короли записал!

— Короли? Если бы мог удивляться, то сейчас бы сделал это.

— А уж я как удивилась! Илий, — показала она пальцем на меня, — “вылизал его зад” не хуже, чем мой до этого, сразу напросившись в собутыльники. Король шутов! Представляешь?! Надо избавляться — мне он не нравится.

— Как прикажешь. Только… Владыка непредсказуем и злопамятен. Что ты ответишь, когда он спросит про, пока ещё, любимого шута, и где найдёшь подходящую замену? Очередные проблемы.

— Тоже верно, — удручённо ответила Веблия. — И так с трудом сдерживаю Ипрохана. Хорошо. Ты можешь дать гарантию, что новый дурак не будет для меня опасен?

— Спрашивать гарантии у бездушного?

— Хм… Тогда так: все его неправильные действия будут отражаться на твоей шкуре. Понял?

— Да. Ничего нового.

— Позвольте! — вмешался в разговор я. — А в чём, собственно, дело? Ну, проявил к королю должное уважение. Может, чего и сделал не по этикету, но в моём прошлом мире так принято. Магия ещё какая-то… Лизать Ваш прекрасный зад, уважаемая Первая Советница, даже не думал. Максимум — поцеловать в губки коралловые! Откуда такие фантазии в этой, без сомнения, умной голове?

— Засунь свой змеиный язык обратно, дебил! — рявкнула Веблия.

Потом, окинув нас с магом злым взглядом, вышла из комнаты, бросив через плечо:

— Я вас предупредила!

— Смотрю, с Ипроханом ты нашёл общий язык? — после большой паузы спросил Кортинар, протянув ладони к огню в камине.

— Ещё какой! — подтвердил материализовавшийся Харм. — Я в тронном зале тихонечко подслушивал. Илий теперь временно — лучший дружок у короля! Сразу сыграл на его самолюбии! А как пьёт и не пьянеет?! Сказка!

— Последнее неудивительно. Зная, что шуту придётся много поглощать спиртного, пришлось во время восстановления тела немного перестроить процессы распада алкоголя — тут печень “железная” нужна. Теперь он легко перепьёт даже роту гвардейцев, обмывающих денежное жалованье, — пояснил ящеру маг. — Меня больше интересуют дальнейшие действия Веблии. Если она заподозрила неладное, то уже не отступится — будет носом землю рыть в надежде докопаться до истины.

— Таким глубоко не вспашет! — усмехнулся я.

— Эта? Легко. Тем более, в твоё отсутствие так может накрутить короля против, что по возвращении, вместо веселья тронного зала тебе, Илий, понадобится всё терпение в руках палача.

— По возвращении?

— Да. Пока что, ты всего лишь одобренная кандидатура на должность. Станешь им полноценно только после Школы Шутов.

— Ого! И такая есть? — искренне удивился я.

— Есть. Ближайшие несколько месяцев проведёшь в ней, постигая все тонкости этикета, изучая правила поведения и многое другое, без чего не обойтись. Мой тебе совет — учись хорошо, если дорожишь собой. Жизнь шута часто бывает короткой.

— Когда отправляюсь в эту вашу школу?

— Не в нашу, а в твою — у магов и воинов свои учебные заведения. Думаю, что послезавтра. Приготовься к сложностям — многие шуты только с виду кажутся весельчаками, но комплексов неполноценности хватает у каждого.

— Уже ехать туда совсем расхотелось…

— Надо. Твоя дорога к свободе лежит через неё. На сегодня хватит, — нехотя оторвавшись от источника тепла, сказал Кортинар. — Иди отдыхай. Комната приготовлена.

— Не помешает. Но у меня есть одна просьба. Говоришь, что Ипрохана могут настроить против меня? Сможешь завтра устроить аудиенцию, пока он не совсем накидался?

— Не могу, но и препятствовать такой встрече тоже не буду. До нужных дверей Харм тебя доведёт.

— Спасибо. Тогда я — спать. Вымотался, признаюсь, очень.

Маленькая комнатка, выделенная мне, не поражала роскошью, но достаточно было и куцей кроватки, в которую я поместился, свернувшись калачиком. Сон не шёл. Анализируя сегодняшний день, всё больше и больше приходил к выводу, что выбрал верную тактику. Играть грубоватого пройдоху — то, что надо. В конце концов, не “Пилигримов” Бродского же им читать? Старик-маг ещё тот “шахматист” — логичен, умён и имеет свой интерес, умело манипулируя фигурами. С таким пока ссориться не стоит. Королёк местный — мразь полная, но с ним даже легче. Веблия… С ней, уверен, ещё не раз огребу. Переборщил немного с восторгами, а она их быстро раскусила. Самая опасная тварь. Единственный, кто вызывал симпатию — ящер Харм. Среди людей это существо показалось наиболее человечным и искренним.

“Господи! — взмолился я, погружаясь в сон. — Дай мне проснуться в родном мире на промятой кровати базы!”