41

На следующий день в Каменный город верхом на летающем коне прибыл Хелион – верховный правитель Двора дня.

От Риза Кассиан узнал, что их гость хотел въехать в мрачный подземный город на золотой колеснице, запряженной четверкой белоснежных коней с золотистыми гривами. Однако Риз запретил и колесницу, и коней, дав понять Хелиону, что он может совершить переброс или вообще отказаться от визита.

Хелион нашел компромиссное решение, явившись на крылатом коне.

До Кассиана доходили слухи, будто у Хелиона имеется редкая порода коней. Легенда утверждала, будто его лучший жеребец мог подниматься так высоко, что солнце до черноты опаляло ему шкуру. Однако сейчас, увидев коня… Если бы не собственные крылья, Кассиан испытал бы зависть.

Крылатые лошади были редкостью; причем такой, что осталось всего семь племенных пар. Те же легенды говорили, что давным-давно, еще до появления летописей, эти удивительные создания встречались достаточно часто, но потом исчезли, словно их поглотило само небо. За последнее тысячелетие их поголовье существенно сократилось. Причины никто не мог объяснить.

Свой зловещий вклад внесла и Амаранта: помимо сожжения многих библиотек Хелиона, она уничтожила три десятка его крылатых лошадей. Семь пар сохранились лишь потому, что их отпустили на волю прежде, чем подручные Амаранты сумели добраться до конюшен в самой высокой башне дворца Хелиона.

Любимейшая пара Хелиона – черный жеребец Меаллан и его подруга – триста лет не приносили потомства. Последний их жеребенок еще сосунком подхватил болезнь, вылечить которую не мог ни один целитель.

Легенда гласила, что родиной крылатых лошадей был остров, на котором позже воздвигли Тюрьму. Когда-то там расстилались прекрасные луга, впоследствии сменившиеся мшистыми пустошами. Изменилась и погода: вместо ясных небес над островом почти постоянно стлался туман. Возможно, все это сыграло основную роль в сокращении поголовья крылатых лошадей. С исчезновением их родины исчезли и неведомые силы, питавшие их.

Кассиан восхищенно смотрел на Меаллана. Жеребец стоял на черных камнях двора, перед высоченными воротами, ведущими в недра горы. Его золотистая грива развевалась от ветра, поднятого иссиня-черными крыльями. В мире фэйри осталось немного чудес, способных удивить Кассиана, но при виде этого великолепного жеребца, гордого, независимого и лишь отчасти покорного Хелиону, у него перехватило дыхание.

– Невероятно, – пробормотал Риз, который тоже был восхищен увиденным.

Фейра сияла от удовольствия. Кассиан не сомневался: она обязательно изобразит это удивительное создание. Возможно, вместе с его обворожительным хозяином. Азриель и тот благоговейно смотрел, как жеребец перебирает ногами. Хелион потрепал коня по мощной мускулистой шее и спешился.

– Добро пожаловать, – произнес Риз, выходя вперед.

– Я вовсе не желал этой парадности, – Хелион пожал руку Риза, – но Меаллан умеет произвести впечатление.

Он присвистнул. Жеребец, невзирая на свои огромные размеры, грациозно повернулся и взмыл в небеса, дабы в неведомом месте ожидать хозяина.

Хелион улыбнулся Фейре, которая во все глаза смотрела на коня, поднимавшегося в облака:

– Если желаешь, могу покатать тебя по воздуху.

– Раньше я бы немедленно согласилась, – Фейра тоже улыбнулась, – но сейчас не стану рисковать.

Хелион удивленно поднял брови. Риз с Фейрой быстро переговорили по связующей нити, после чего Риз кивнул.

Еще через секунду в мозгу Кассиана зазвучал голос Риза: «Мы ему скажем».

«Зачем рисковать?» – сохраняя бесстрастное лицо, спросил Кассиан.

«Затем, что нам нужны его библиотеки», – угрюмо ответил Риз. «Чтобы найти способ спасти Фейру», – мысленно дополнил Кассиан. «И еще потому, что вы с Азриелем правы: вскоре живот Фейры станет заметен всем. Она согласилась на щит, но если я окружу ее маскирующими заклинаниями, дабы скрыть беременность, она мне яйца оторвет. – Риз поморщился. – Так что придется сказать».

«Готов поддержать тебя, брат», – мысленно произнес Кассиан и кивнул.

Риз с благодарностью посмотрел на него, а затем приподнял щит, окружавший Фейру, и воздух наполнился ее прекрасным, неповторимым запахом. У Хелиона округлились глаза. Взгляд переместился на слегка выступающий живот Фейры, прикрытый рукой. Верховный правитель Двора дня засмеялся:

– Теперь понятно, зачем Ризанду понадобились непроницаемые щиты.

Хелион наклонился и поцеловал Фейру в щеку:

– Мои поздравления вам обоим.

Фейра засияла. Улыбка Риза была не столь открытой. Возможно, Хелион это заметил, но промолчал. Он подошел к Кассиану с Азриелем.

– А где моя красавица Мор? – нахмурившись, спросил он.

– Отсутствует, – с заметным напряжением ответил Аз.

– Жаль. Смотреть на нее куда приятнее, чем на вас двоих.

Кассиан вытаращил глаза.

Хелион усмехнулся, снял невидимую пылинку со своей белой туники, после чего повернулся к Ризу. Туника была короткой, обнажавшей его темно-коричневые мускулистые бедра. Ноги Хелиона были обуты в золотистые сандалии, шнуровка которых доходила до лодыжек. Наряд, совершенно бесполезный на заснеженной местности. Верховный правитель явился безоружным. Единственными металлическими предметами были золотой браслет в форме змеи, надетый на мускулистое предплечье, и золотая корона с остроконечными лучами поверх его длинных черных волос. Едва взглянув на Хелиона, каждый распознал бы в нем верховного правителя, но Кассиану всегда нравилась его непринужденная и даже непочтительная манера держаться.

– Ну что? Хочешь, чтобы я покопался в каком-то заклинании? – лениво спросил он у Риза. – Или это был лишь предлог и ты собирался заманить меня в свой подземный дворец извращенных наслаждений?

– Хелион, не заставляй меня жалеть о приглашении, – вздохнул Риз.

– Неужто и пошутить нельзя? – Золотистые глаза Хелиона вспыхнули.

– Друг мой, я по тебе скучала. – Фейра взяла Хелиона под руку.

Хелион коснулся ее руки:

– Если ты кому-нибудь скажешь об этом, я буду отпираться до последнего, но я тоже скучал по тебе, Разрушительница заклятий.

– Этот дворец мне куда больше по нраву, чем подземный, – признался Хелион час спустя, поглядывая на колонны из лунного камня и прозрачные занавески, подрагивающие на легком ветерке.

Ветерок никак не вязался с заснеженными вершинами гор. Кассиан знал: за невидимыми магическими щитами, окружавшими дворец, дул настоящий, обжигающе холодный ветер, способный мигом пробрать до костей.

Хелион опустился в низкое кресло перед одним из бесчисленных окон и вздохнул.

– Теперь, когда мы вне Каменного города, давайте о деле. Вам ведь нужна моя оценка?

Фейра уселась в соседнее кресло, однако Кассиан, Риз и Аз остались стоять. Певец теней прислонился к колонне и почти скрылся из виду.

– Те солдаты заколдованы?

В круглой каменной комнате Хелион попытался заговорить с пленными солдатами Двора осени, затем коснулся их рук. Магия Риза поддерживала в них жизнь, не давая умереть с голода. Едва к ним притронувшись, Хелион изменился в лице и пробормотал, что с него достаточно.

До этого момента ничто в Каменном городе его не трогало: ни громадные черные колонны, покрытые прихотливой резьбой, ни коварные и лицемерные обитатели, ни удручающая темнота дворца. Если Хелиону это место и напомнило о его пребывании в Подгорье, он не показывал виду. Свой Двор Амаранта устроила по образу и подобию Каменного города. По словам Риза, подобие вышло жалким.

– «Заколдованы» – неверное слово, – хмурясь, ответил Хелион. – Их тела и действия как будто им не принадлежат. Однако на них не наложено никакого заклятия. Я способен ощущать чары как нити. Те, что заколдовывают, опутывают жертву, точно кокон. У этих солдат я такого не обнаружил.

– Тогда что с ними не так? – спросил Риз.

– Не знаю, – с необычной для него серьезностью признался Хелион. – Их окружают не нити, а что-то вроде тумана. Похож на туман, о котором говорил ты, Ризанд. Не за что ухватиться, нечего сломить, однако что-то там присутствует.

– Хочешь сказать, что это похоже не столько на заклятие, сколько на… чье-то влияние?

«Дерьмово, – подумал Кассиан. – Дерьмовее не бывает».

Хелион поскреб подбородок.

– Объяснений у меня нет, но такое ощущение, будто туман обволакивает им разум, заставляя вести себя подобным образом… В чем дело? – спросил он, заметив изменившиеся лица окружающих.

– Корона, – с усилием произнесла Фейра. – Часть Сокровищницы ужаса.

Вскоре Хелион узнал об охоте королевы Бриаллины за Сокровищницей, о причастности Косфея и о найденной Нестой Маске. Фейра умолчала лишь о секретах Эриса, касавшихся глубины вероломства Берона. Когда она закончила, Хелион медленно покачал головой:

– А я-то думал, наконец можно отдохнуть от всех этих бедствий.

– Ненайденной остается только Арфа, – включился в разговор Азриель. Он по-прежнему стоял возле колонны, окутанный тенями. – Скорее всего, Бриаллина завладела Короной не вчера. Потому-то остальные королевы и разбежались по своим владениям. Может, испугались, что она обратит Корону против них, и дали деру. Бриаллина могла найти Корону еще во время войны, пока мы все были поглощены борьбой с Сонным королевством. С помощью этой зловещей игрушки она вернула все свои войска на исходные позиции и затаилась. Возможно, потому Косфей и обратил внимание на Бриаллину. Ему нужна не она, а Корона.

– С этим я могу согласиться, – признала Фейра. – Но зачем солдатам Эриса понадобилось атаковать наших на Оридском болоте? Что ими двигало?

– Возможно, Бриаллина обнаружила, что мы проникли в ее замыслы, – предположил Риз. – А нападение – способ поставить нас в известность.

– Но откуда она узнала, что мы отправимся на болото? – удивился Кассиан. – Эти солдаты не умели совершать переброс. Им пришлось бы не одну неделю добираться до Орида.

– Кстати, они и пропали больше месяца назад, – напомнила Фейра.

– Не забывайте, что Бриаллина – тоже Сотворенная Котлом, – сказал Хелион. – Ей не хватает силы, чтобы через гадание узнать, где находится Котел. Но искать предметы из Сокровищницы ужаса она может не хуже Несты Аркерон. Неведомым для нас образом она узнала, что Маска находится на дне Орида, но сама не отважилась отправиться в опасные места. Не исключено, что она заблаговременно послала туда солдат, приказав им отобрать у вас Маску, когда вы найдете эту штучку.

– Или принудить нас убить тех солдат, сделав нас врагами Двора осени, – сказал Кассиан.

– Если Бриаллина думала, что горстка солдат сумеет справиться с любым из нас, она просто глупа, – усмехнулась Фейра.

Хелион кивнул.

– Ты говорила, Маска находится здесь. Можно на нее взглянуть?

– По правде говоря, нам требуется твоя помощь. Риз запер и окружил заклятиями комнату, где лежит Маска, но она сломала все чары, открыла дверь и впустила мою сестру. Наверное, потому, что Неста – тоже Сотворенная Котлом. Если Неста смогла войти, значит смогла бы и Бриаллина.

Фейра засунула руки в карманы.

– Ты можешь научить Несту накладывать заклинания? Возможно, что-то более… эдакое?

– Эдакое? – удивленно переспросил Риз.

– Да, эдакое, – повторила Фейра, скользнув глазами по мужу. – Не все из нас такие сладкоречивые, как ты.

– Зато сколько удовольствия тебе это приносит, моя дорогая Фейра.

Кассиан предпочел не заметить косвенный намек и вспышку возбуждения от них обоих. Однако Хелион усмехнулся.

– Неста ждет, – сообщил Азриель.

– Она здесь? – спросил Хелион, и его лицо буквально засияло золотистым светом.

– Да, – ответила Фейра и встала.

Кассиан не упустил страстного взгляда, брошенного его верховной правительницей, когда она проходила мимо Риза, направляясь в северную часть дворца. Не упустил он и тихого смеха Риза, полного чувственных обещаний.

Кассиану было не подавить боль в груди при виде этой непринужденности, этой открытости в проявлении своих чувств и любви. Как это отличалось от их с Нестой «соития, и не более того».

Хелион двинулся следом, расхваливая по пути красоту горного дворца. Кассиан загородился от речей гостя. Его мысли по-прежнему занимала близость с Нестой. А ведь она даже не удосужилась задержать его, когда он уходил. И ни разу не намекнула о готовности продолжить начатое.

Он и сам держался отстраненно, особенно видя, с каким упорством она выбивала из себя на занятиях все, что так ее мучило. Но он продолжал вспоминать вечер их близости. Вспоминал ее задранные кверху ягодицы, ее прекрасное, разбухшее лоно, целиком покрытое его семенем.

– О чем раздумываешь? – все тем же ленивым тоном спросил у него Хелион, когда они подошли к закрытой двери.

Кассиан выпрямился. Он и не подозревал, что его мысли имели запах.

– О твоей матери, – улыбнулся он.

– Я всегда забываю о том, насколько ты мне нравишься, – усмехнулся Хелион.

– Счастлив напомнить, – подмигнул ему Кассиан.

Фейра постучалась и открыла дверь.

Неста сидела за столом, где лежала Маска, и читала книгу. Судя по поспешности, с какой она захлопнула книгу, Кассиан заключил, это один из романов, которыми она постоянно обменивалась с Эмери и Гвин.

Хелион вошел в комнату. Неста встала. Кассиан невольно напрягся. Сегодня на ней было синее платье. Он больше месяца не видел ее в женских нарядах. Платье больше не висело на ней. Неста набрала достаточно веса. Исчез провал на месте лифа, а ее великолепная грудь соблазнительно проступала под овальным вырезом платья.

– Здравствуй, госпожа Неста. – Хелион изящно, как того требовал придворный этикет, склонил голову.

Неста сделала реверанс.

– Госпожа? – переспросила она, поглядев на сестру.

– Так положено по этикету, – пожала плечами Фейра.

– Теперь я понимаю, почему у тебя зубы скрипели, когда ты произносил это слово. – Неста взглянулана Кассиана.

Он улыбнулся, а Хелион растерянно моргнул. Казалось, его потрясло, что Неста не придала значения, кто перед нею.

Однако Неста в первую их встречу прошла мимо Хелиона, не проявив никакого интереса.

– Оно мне тяжело дается, – признался Кассиан.

Неста вновь посмотрела на Хелиона, разглядывая причудливую золотую корону и тунику:

– Так это твой крылатый конь недавно пролетал?

– Ты видела моего лучшего жеребца. – Хелион улыбнулся, учтиво и как-то заученно.

– Красивый.

– Как и ты.

Неста наклонила голову. Кассиан перестал дышать, ожидая ее ответа. Фейра и Риз крепились, чтобы не рассмеяться. Азриель всем видом изображал добропорядочную скуку.

Неста так долго буравила глазами Хелиона, что он стал переминаться с ноги на ногу. Верховный правитель, переминающийся под ее взглядом.

– Благодарю за комплимент, – наконец ответила Неста, посчитав, что с нее довольно обмена любезностями.

Неста умела делать такие паузы, во время которых выбирала, как и куда лучше всего ударить.

Хелиону стало не по себе.

Риз дипломатично кашлянул. Чувствовалось, он тоже изумлен ее поведением.

– Вот, собственно, и Маска, – произнес он, указывая на черный бархатный сверток. – Неста, будь любезна, достань ее.

Неста развернула бархат. Сверкнуло древнее кованое золото. Хелион даже зашипел. Комната наполнилась странной холодной силой, шелестящей, как порыв ветра.

Хелион повернулся к Несте, позабыв про чувственность и комплименты.

– Так ты надевала Маску и осталась жива? – Он не ждал ответа на вопрос. – Пожалуйста, заверни ее снова. Мне невыносимо на нее смотреть.

– Маска так сильно действует на тебя? – удивился Риз, плотно складывая крылья.

– А на тебя не действует, когда по тебе царапают холодными когтями?

– На нас тоже действует, но по-другому, – ответила за мужа Фейра. – Мы ощущаем ее силу, но не сказать чтобы кого-то из нас эта сила как-то задевала.

Хелион вздрогнул. Неста завернула Маску в бархат, словно ткань могла скрыть присутствие древнего предмета.

– Возможно, кто-то из моих предков однажды надевал ее, и мне передалось его предостережение, насколько это может быть опасно. – Хелион выдохнул. – Ну хорошо, не госпожа Неста. Теперь позволь показать тебе несколько ограждающих заклинаний, которых даже мудрый Ризанд не знает.

В конце Хелион создал заклятия и впечатал их Несте в кровь. Для этого понадобилась капелька ее крови, которая и была добыта с помощью Правдорубца. Кассиан сжался, увидев эту капельку и ощутив запах.

Ему понадобилось волевое усилие, чтобы объяснить телу: Несте ничего не грозит, кровь она отдала добровольно и столь малая потеря никак не сказалась на ее здоровье. Но его зубы все равно скрежетали, причем достаточно громко. Пока Хелион что-то объяснял Несте, Фейра прошептала Кассиану на ухо:

– Что это с тобой?

– Ничего. Не надо быть такой дотошной, Разрушительница заклятий.

Фейра искоса посмотрела на него.

– Ты ведешь себя, как зверь в клетке. Неужели ревнуешь? – полюбопытствовала она.

– К Хелиону? – спросил Кассиан, стараясь говорить ровным тоном.

– В этой комнате только он сейчас держит мою сестру за руку и улыбается ей.

Поганец Хелион (так мысленно назвал его Кассиан) действительно держал Несту за руку, однако ее лицо оставалось каменным.

– С какой стати мне ревновать?

Ответом ему был тихий смех Фейры.

Кассиан тоже улыбнулся, заработав удивленный взгляд Азриеля. Кассиан замотал головой, и в этот момент Неста выпустила ладонь из руки Хелиона и спросила:

– Теперь не откроется?

– Когда мы покинем комнату, никто не сможет сюда войти. Даже ты, если предварительно не отомкнешь мои заклятия.

– Хорошо, – облегченно выдохнула Неста.

– Я покажу тебе отмыкающие чары, – предложил Хелион, но она попятилась и резко ответила:

– Нет. Я не хочу этого знать.

В комнате стало тихо.

– Если Бриаллина охотится за Маской и пытается подобраться ко мне, я не хочу знать никаких отмыкающих заклинаний, – пояснила Неста.

Вроде бы мудрые слова, однако Кассиан мог поклясться, что она соврала. Причиной была не Бриаллина, а она сама.

Похоже, Маска искушала ее.

– Пусть будет так, – сказал Риз. – Хелион покажет это заклинание мне, и если нам понадобится, я тебе потом расскажу.

Риз протянул Хелиону руку, показывая, как он предпочитает получить эти знания. Их пальцы переплелись, глаза обоих на мгновение стали отрешенными. Затем Риз поблагодарил гостя.

– Нам придется уведомить Эриса об обнаружении его солдат, – сказал Азриель. – И о том, как мы с ними обошлись.

Кассиан обвел взглядом своих друзей и соратников.

– Что именно мы расскажем Эрису? Надо ли сообщать ему о находке Маски?

Вопрос повис в воздухе.

– Погодим, – ответил Риз. – Нанеси ему завтра визит… Неста, ты отправишься вместе с Кассианом.

Неста сжалась. Кассиан едва не открыл рот.

– А я зачем? – спросила Неста.

– Потому что ты обожаешь играть в такие игры.

Риз наверняка заметил, как ловко она пресекала попытки Хелиона флиртовать с нею. Тоже оружие, которое однажды может пригодиться.

– Но выбор, естественно, за тобой, – добавил Риз.

Кассиан кашлянул:

– Меня устраивает.

К его удивлению, Неста и не подумала возражать.

– Я хочу убедиться, что Корона действительно находится у Бриаллины, – сказал Азриель. – Завтра отправлюсь в земли людей.

– Нет, – хором ответили Фейра и Риз.

– Я не спрашивал позволения, – сощурился Азриель.

– Не имеет значения, – усмехнулся Риз.

Аз раскрыл было рот, но Фейра сказала:

– Азриель, ты не пойдешь туда. Если Бриаллина владеет Короной и тебя вдруг схватят, даже если она просто заподозрит твое присутствие, кто знает, как она обойдется с тобой?

– Фейра, поверь в мои способности. Я хорошо умею прятаться.

– Мы не станем рисковать, – отрезала Фейра. – Отзови всех своих шпионов.

– Черта с два я их отзову.

Кассиан внутренне собрался, не зная, к чему приведет это пикирование, однако Фейра не думала отступать.

– Сведениям от твоих шпионов… и от любых шпионов… нельзя доверять, когда Корона находится в игре. Амрена говорила, что соприкосновение с Короной опасно. Ты и не заметишь, как ее когти проникнут в твой разум. Пока мы будет держаться от Бриаллины подальше.

Азриель повернулся к Ризу.

– И ты согласен с Фейрой? – раздраженно спросил он.

– Она – твоя верховная правительница, – холодно напомнил ему Риз. – Ее слово – закон.

Аз пристально смотрел на него и на Фейру и сознавал: они с Ризом – несокрушимая сила, непреодолимая стена, о которую его ярость может биться сколько угодно.

Установилась напряженная тишина. Их выручил Хелион. Он кивнул в сторону ярко освещенного коридора и признался:

– Хочу поскорее удалиться от тягостного присутствия Маски. Ризанд, позволь мне еще насладиться твоим дворцом. Давно я не был в столь удивительно спокойном месте. Если не возражаешь, я еще час или два побуду твоим гостем.

– Дома тебя что-то беспокоит? – спросил Риз, выходя вслед за Хелионом.

Фейра вышла вместе с Азриелем, положив татуированную руку ему на плечо и что-то негромко говоря ему. Несте надлежало выйти последней. Кассиан видел, как она взяла со стола недочитанную книгу.

– Что ты сегодня читаешь? – поинтересовался он.

– «Краткую историю знаменитых осад» Осиана.

От удивления он чуть не споткнулся.

– А я думал, очередной роман.

– После того как ты принес мне «Танец битвы», я поняла, что еще многого не знаю. Вчера вечером я попросила Дом подкинуть мне какую-нибудь книгу из тех, что ты читал.

– Зачем?

– Какой смысл обучаться боевым премудростям, если я не знаю их истинного назначения и применения? – вопросом ответила Неста, запихивая книгу под мышку. – Ты учишь меня, превращая в живое оружие. И я стану чьим-то оружием. Вот я и хочу узнать, как им владеть. В смысле, собой. И другими.

Такой ответ потряс Кассиана. К этому времени они достигли лестницы и стали подниматься. Сверху долетали обрывки разговора между Ризом и Хелионом.

– Нес, ты хочешь командовать армией?

– Не армией. – Она искоса глянула на Кассиана. – Может, небольшим женским отрядом.

Она говорила об этом с предельной серьезностью.

– Отрядом жриц?

– Не знаю, захотят ли они примкнуть ко мне, однако… Уверена, найдутся другие, кто согласится. Я же теперь бессмертная или почти бессмертная. Я могу строить замыслы на будущее, не боясь, что мне не хватит времени.

Кассиану сдавило грудь. Замыслы на будущее. Вот он – знак перемен, происходящих с Нестой. Отличный знак.

После обеда Кассиан постучался в комнату Несты. Этим вечером они с Азриелем обедали вдвоем. Она не появлялась. Возможно, и к лучшему.

Сегодня верховные правители Двора ночи выступили единым фронтом против Певца теней и оказались победителями.

Возможно, «победители» – не совсем подходящее слово, однако спор прекратился и Азриель нехотя согласился пока не шпионить за Бриаллиной. За обедом он был задумчив и молчал.

– Входи, – донесся из-за двери голос Несты.

Войдя, Кассиан увидел, что она лежит в постели, пристроив на коленях книгу. Похоже, это снова был роман.

– Устала от военных книжек?

Кассиан принес ей еще три – удобный повод для визита.

– Их я читаю только днем. – Неста села, подтянув одеяло к талии. – А это что у тебя?

– Те самые военные книжки. – Кассиан выложил книги на стол. – Подумал, тебе будет интересно.

Неста отрывисто кивнула, длинная коса шевельнулась у нее на груди. Сегодня она была в ночной сорочке с длинными рукавами. В камине огонь не горел, но в спальне было тепло. Может, Дом отметил ее нелюбовь к огню и нашел иной способ нагревать воздух.

Кассиан заставил себя отойти от стола и направился к двери.

– Тебе не понравилось? – спросила Неста, когда он уже брался за ручку.

– Что не понравилось?

Он остановился и медленно повернулся к ней.

– Тебе не понравилось наше соитие? – Щеки Несты покраснели.

– Почему ты спрашиваешь?

У нее дрогнуло горло. Она была… Неужели она всерьез сомневалась в нем?

– Ты быстро ушел и потом не искал меня.

«Потому и ушел быстро, что боялся распасться на куски».

– Ты была целиком сосредоточена на упражнениях.

Ее глаза вспыхнули, и в них он уловил боль.

– Да, конечно. Что ж, спокойной тебе ночи.

– Котел тебя подери, Неста. Я не это имел в виду. – Он подошел к кровати. Неста снова выпрямилась, глядя на его возвышающуюся фигуру. – Разве я мог быть таким своекорыстным – требовать от тебя новых соитий, когда ты целиком сосредоточилась на занятиях?

– Когда оба хотят, это не требование. А я беспокоилась… вдруг ты не получил такого же удовольствия, как я.

– Думаешь, я избегал тебя лишь потому, что не получил удовольствия?

Неста молчала. Тогда Кассиан уперся руками в постель, наклонился и прошептал ей на ухо, вдыхая ее запах:

– Я получил слишком много удовольствия. Потом целыми днями только об этом и думал.

Она вздрогнула. Кассиан улыбнулся. Его губы находились рядом с ее нежным ухом. Ему нравилось смотреть, как его слова достигают цели и ее внешняя холодность трещит и исчезает.

– А ты по ночам трогала себя, думая о том же, о чем и я?

Неста едва заметно кивнула. Краешком глаза Кассиан увидел ее мелькнувшие зубы. Она закусила нижнюю губу.

– И твои маленькие пальчики давали тебе то же, что мои?

Ее дыхание участилось, но она не ответила. Кассиан знал: не хочет признаваться. Тогда он слегка сжал зубами ее ухо.

– Так как?

– Не знаю, – прошептала Неста. – Надо еще раз проверить.

Кассиан хмыкнул и поцеловал ее за ухом. Его набрякший член уже болезненно упирался в штаны.

– Может, проведем одновременное сравнение?

Неста тихо ойкнула. Кассиан забрался на кровать и раздвинул ей ноги. В висках и во всем теле бешено стучала кровь, биение отдавалось в его окаменевший член. Отодвинувшись, он заглянул Несте в глаза. Они светились желанием.

Окружающий мир затих. Неста молча смотрела, как он медленно отогнул одеяло, потом завернул край ее сорочки и повел большим пальцем по тугим мышцам бедра.

– Неста, а покажи-ка мне, как ты себя трогаешь. Потом я напомню, как это делаю я. – Он лукаво улыбнулся. – И тогда скажешь, какие ощущения тебе понравились больше.

У Несты вздымалась грудь. Тугие соски выпирали из-под ткани рубашки. Рот Кассиана наполнился слюной. Ему захотелось взять их в рот. Он едва сдержался, чувствуя, как тело дрожит от напряжения.

Казалось, Неста читает каждое движение его тела. Она прекрасно видела его желание. Ее глаза приобрели цвет расплавленного металла.

– Уговор. Пока я… трогаю себя, тебе нельзя ко мне прикасаться. – Она хищно улыбнулась. – И себя трогать тоже запрещено.

Кассиана обдало жаром, от которого заломило кости.

– Согласен.

Он ждал, когда она устроится среди подушек, но Неста, схватившись за подол рубашки, сдернула ее через голову, скомкала и бросила на пол.

Все мысли исчезли из головы Кассиана, когда Неста, совершенно нагая, полулегла. Ее груди с набухшими сосками так и звали к себе, шелковистая кожа почти светилась, а между ног… Она приподняла и развела колени, приоткрыв заветное место.

Кассиан тихо застонал. Ее розовое лоно блестело, маня терпким, соблазнительным запахом. Ему отчаянно захотелось попробовать это лакомство, ощутить у себя на языке, а потом и на члене.

– Мы договаривались, – промурлыкала Неста, видя, как его рука потянулась к члену, чтобы сбросить напряжение при виде ее волшебства, золотистого в неярком фэйском свете.

Из горла Кассиана вырывалось хриплое дыхание. Потом он и вовсе перестал дышать, видя, как Неста повела двумя пальцами по своему телу. Дойдя до клитора, пальцы остановились и принялись медленно кружить.

Ее дыхание сбилось, но она внимательно смотрела за наблюдающим Кассианом. Сделав еще круг, пальцы опустились ниже. Медленно, мучительно (для Кассиана) скользнули во внешним губам лона. Потом ее запястье изогнулось, и она вошла в себя.

Кассиан стонал, стоя на коленях. Он двигал бедрами. Неста укоризненно посмотрела на него. Он замер, способный думать лишь о ее пальчиках. Неста вновь погрузила их в лоно и застонала, а когда вынула, они блестели от ее обильных соков. Дыхание Кассиана сделалось шумным. Он едва мог смотреть, как ее пальцы в третий раз скрываются внутри.

– Вот это, – шепотом произнесла она, начав медленно двигать пальцами, – я делаю каждый вечер, когда думаю о тебе.

Если она бы сейчас только дотронулась до него, он бы выбросил все скопившееся семя. Однако Кассиан нашел в себе силы прохрипеть:

– Двигай посильнее.

Нестра вздрогнула, будто его слова были телесным прикосновением, но подчинилась. Они оба застонали.

– Пожалуйста, – прошептал Кассиан.

Он не знал, к чему относится его просьба. Ему было просто необходимо к ней прикоснуться.

Неста по-кошачьи улыбнулась ему:

– Еще не время.

Ее рука вновь задвигалась между ног.

– Я представляю, как ты входишь в меня. Раз за разом. Напористо, как тогда.

Кассиан не мог дышать. Он мог лишь смотреть на ее руку и лицо, затуманенное наслаждением.

– Я представляю, что ты менее терпелив, чем в первый раз, и сразу входишь в меня. Целиком.

Сказав это, она качнула пальцами.

– Я не хочу делать тебе больно, – ответил Кассиан, молясь Котлу и Матери, чтобы сохранили ему рассудок.

– Ты не сделаешь мне больно, – возразила Неста, касаясь другой рукой клитора. – Хочу, чтобы ты не сдерживался.

Кассиан тихо зарычал, исходя на желание.

Неста озорно засмеялась.

– Хочешь посмотреть, как меня накроет? Или хочешь попробовать на вкус?

– На вкус.

Он бы отдал сейчас что угодно, только бы слизнуть эту удивительную жидкость.

– Так пируй, Кассиан, – предложила она, разводя ноги пошире.

Его имя на ее устах было как спущенная тетива. Обхватив бедра Несты, он еще шире раздвинул ей ноги и прильнул к ней губами и принялся облизывать. Медленно, с наслаждением.

Неста застонала, громче, чем в первый раз. Кассиан закинул ее ноги себе на плечи и зарылся лицом в ее лобок.

В его движениях не было прежней осторожности, ничего дразнящего. Он пировал языком, губами и зубами, и каждое движение поднимало в его крови бурлящую волну. Неста упиралась ступнями в его плечи. Пальцы ног щекотали ему крылья. Кассиану даже пришлось ненадолго замереть, боясь, что его прорвет от этой щекотки. Потом он научит ее игре с крыльями. Ему хотелось, чтобы Неста трогала его крылья. Он покажет, где прикасаться к ним во время соития, чтобы от выброса семени у него перед глазами плясали звезды, и как дотрагиваться до них в другие моменты, когда он готов выплеснуть ей в руку или в рот.

Язык Кассиана проник ей в лоно. Он чувствовал надвигающийся оргазм. Кожей. Спиной. Слишком рано. Он не хотел, чтобы все кончилось так рано.

Он заставил себя сделать передышку. Отодвинуться. Но вид Несты, разлегшейся на подушках: нагой, открытой для него, едва не испортил все дело.

Кассиан снял рубашку. Потом стянул штаны.

Уже голый, он снова встал на колени. Его член навис над ее лоном, как стрела.

– Чем тебя угостить, Неста? Пальцами, языком или моей «игрушкой»?

Задав вопрос, он обхватил член и медленно подвигал головкой, ощущая боль.

Неста смотрела на него широко распахнутыми глазами, словно вспоминая, «достоинство» какой величины побывало тогда внутри ее.

– А как насчет одновременного сравнения? – спросила она, но в ее взгляде не было издевки.

Кассиан вновь качнул членом, наслаждаясь, как у нее перехватывает дыхание.

– Как пожелаешь, – сказал он. – Как тебе нужно.

Он понимал, что говорит глупости и предлагает слишком многое.

Но Неста смотрела только на его член.

– Я хочу его. Прямо сейчас.

Кассиан пробормотал благодарственную молитву Матери и улегся на Несту, уперев руки вдоль нее.

– Впусти его в себя.

Рука Несты обхватила его член. Кассиан выгнул спину и скрипнул зубами. Она улыбнулась и качнула членом столь же сильно, как это недавно делал он сам. Кассиан снова почувствовал боль. Затем член оказался в самом начале ее лона.

На этот раз Кассиан не стал ждать. Он не осторожничал, памятуя ее слова. Он сразу втолкнул член на всю длину.

Неста не то вскрикнула, не то застонала, и этот звук передался ему через жаркую волну лона. Стенки крепко сжимали его член, прогоняя все мысли. Казалось, они с Нестой созданы друг для друга.

Кассиан неторопливо вытащил член и тут же вогнал снова, упершись основанием в ее лобок. Ногти Несты впились ему в плечи, но эта боль была вторичной в сравнении с болью наслаждения. Неста его пометила.

Он снова вытащил член и опустил голову, чтобы полюбоваться на свое «достоинство», густо покрытое ее соками. Потом снова вошел. Стенки еще сузились. Каждый дюйм продвижения по ее пылающему лону был райским наслаждением и пыткой. Кассиану хотелось войти еще глубже, вползти в нее настолько глубоко, чтобы им было не расцепиться.

Ногти Несты полоснули ему по коже. В воздухе запахло его кровью. Кассиан наклонился, желая ее поцеловать. Она мгновенно раскрыла губы. Неста слизывала с его языка собственные соки. Язык двигался внутри ее рта в одном ритме с членом.

Неста принялась сосать его язык, как когда-то сосала член. И снова сладостный туман прогнал все мысли. Кассиан притянул ее к себе и встал на колени. Ноги Несты обвили его талию. Он неутомимо толкал и толкал член. Неста запрокинула голову. Не удержавшись, Кассиан укусил ее за шею, оставив отметину на самой середине.

Неста двигала бедрами, заставляя его войти еще глубже. Его зубы скользили по ее шее.

Потом она сняла руки с плеч и приподняла одну грудь. Кассиана едва не прорвало, когда он увидел, как она протягивает ему грудь, беззвучно веля принять дар.

Кассиан облизал сосок. Неста вздрогнула под ним. Стенки лона еще плотнее сжали его член.

– Перестань, – выдохнул он прямо в грудь.

Неста тихо засмеялась и сильнее напрягла стенки.

Не было ничего, кроме его языка и зубов, держащих сосок, неистовых толчков его члена в жарком и плотном лоне, ритмичного движения ее бедер, которыми она встречала каждый его толчок, словно хотела, чтобы член достиг немыслимой глубины. Оторвавшись от груди, Кассиан стал кусать ей шею, плечо, помечая ее для себя. Их тела сплетались воедино, сплавлялись воедино. А толчки все продолжались.

Потом ее пальцы коснулись крыльев. Прикосновение не было резким; наоборот, осторожным, нежным, удивительным. Но это прикосновение стало последней каплей.

Кассиан взревел. Семя уже рвалось наружу. Он сделал последний толчок – настолько сильный, что Неста вскрикнула, испытав одновременный оргазм. Она извивалась под Кассианом, затопляя собственное лоно. Кассиан вздрагивал, стремясь излить в нее все, что извергал его член.

Неста двигала бедрами, пока Кассиан не затих. Утомленная, она привалилась к его груди, а рука все так же тянулась к крылу.

Они лежали, сбившись в один комок, пока Кассиан не попытался заново себя собрать и вспомнить, как, Котел побери, его зовут и где он находится.

Но он не видел ничего, кроме нее – женщины, которую держал в объятиях.

И единственное имя, которое он помнил, было ее именем.

Несте было не пошевельнуться.

Она обвилась вокруг Кассиана, по-прежнему стоящего на коленях посередине кровати. Его руки сжимали ее ягодицы, а член оставался в глубине ее лона. Ей не хотелось двигаться.

Таких ощущений она не испытывала никогда и ни с кем. Не было мужчины, один взгляд которого мог поставить ее на грань оргазма; мужчины, перед которым она могла бы сорвать с себя одежду и заняться самоудовлетворением.

Она не испытывала ни малейшего замешательства. Это был так прекрасно, так естественно.

Кассиан дрожал. Подергивались его крылья. Подрагивал член, выбросивший последние капли семени.

Потом включился разум. Неста твердила себе, что нельзя позволять себе столько наслаждения. Нельзя, чтобы он затоплял ей лоно своим семенем, которое потом растекалось по бедрам. Голос разума заставил ее отодвинуться и с тихим стоном высвободить его член.

Но природа говорила ей другое. Неста опустилась на колени, почти касаясь его колен.

– Мне мало, – призналась она. – Я хочу еще.

– Знаю. – Кассиан вскинул голову.

Его глаза сверкнули. При виде его взгляда, его прекрасного лица у нее перехватывало дыхание.

– Ну почему у меня так скоро опять появилось желание?

Это не было игривым вопросом, свойственным придворным дамам. В ней говорила потребность и отчаяние. Несте действительно было мало. Ей хотелось, чтобы Кассиан снова оказался внутри ее. Хотелось ощутить тяжесть его тела, прикосновение его губ и зубов. Она не находила объяснения, а лишь признавалась в этой нарастающей, неутолимой жажде.

Глаза Кассиана сверкнули.

– Я захотел тебя с самой первой нашей встречи. И сейчас, когда ты рядом и не противишься, я не собираюсь останавливаться.

– Да, – выдохнула Неста, вкладывая в это короткое слово всю правду о своем желании. – Да.

Они долго смотрели друг на друга. Казалось, что целую вечность. А затем потрясенная и обрадованная Неста увидела, как обмякший член Кассиана вздрогнул и вновь стал каменным.

– Видишь, что́ ты делаешь со мной? – спросил он. – Видишь, что́ происходит всякий раз, когда я целый день смотрю на тебя?

– Я смутно припоминаю, – Неста усмехнулась, – как ты хвастался, что я прыгну к тебе в постель. Но получилось, это ты оказался в моей.

– Получилось, – невольно признался он.

Сердце Несты забилось под его взглядом.

– Вставай на четвереньки, – велел Кассиан так тихо, что она едва расслышала.

Но ее вновь обдало жаркой волной, а между ног опять появилась сладостная боль, словно и не было недавнего соития.

Неста стояла на четвереньках, вся липкая от своих соков и семени Кассиана.

– Замечательно, – удовлетворенно прорычал он.

Неста тихо ойкнула. Под его похвалой ощущалось неукротимое мужское желание.

– А теперь возьмись руками за изголовье.

Ее дыхание утратило ритмичность, но она подчинилась, чувствуя, как по телу разливается желание.

Кассиан встал сзади, обхватив ее бедра. Потом коленом ударил по ее колену, разведя ей ноги пошире. Мозолистые пальцы скользнули по ее спине, по узорам татуировки, скрепившей их договор.

– Держись крепче, – прошептал ей на ухо Кассиан.