Глава 11

После первых десяти ударов плетью сделала перерыв. Но тоскливый взгляд помощника из-за плеча и крики Арэи о том, что я бью, как младенец, заставили продолжить экзекуцию.

— Ты ведь понимаешь, что он и так что-то подозревает? И если ты и тут проколешься, то его придется совсем убить, — ехидничала Королева.

Я должна была прийти в ужас, и мне действительно стало не по себе, когда увидела, как на бледной коже парнишки вспыхивают ярко-алые всполохи. Но тягучее наслаждение процессом и улыбка, которая не сходила моих с губ, пугали больше.

— Тридцать… — отсчитал Вайс, а я наконец отбросила плеть.

По телу проходили волны странной дрожи, нервы натянулись до предела, острые эмоции обжигали.

Сделала пару шагов к кровати, я погладила Вайса по шее. До его спины дотрагиваться опасалась. В ответ на эту незамысловатую ласку парень начал крутить шеей, выгибаясь в такт моим движениям, как кот, которого балует хозяйка.

— Вот же… Крысёныш, — прошептала я едва слышно, усмехаясь. А затем произнесла уже громче: — Отправь гонца в Парящий город. Пусть готовятся, завтра едем к их королю в гости.

Помощник на мгновение замер:

— Вы все-таки решили вернуть Теодора домой? — прошептал он обреченным голосом, и мордашка его тут же погрустнела.

«Интересно, чего это он?»

Я потрепала Вайса по волосам.

— Мне нужно задать королю пару вопросов, — пожала плечами. — Если Теодор не захочет, он может со мной не ехать.

— Ага, как же! — парировала Арэя из зеркала. — А как ты там будешь без него ориентироваться? Совсем с ума сошла?

— Правда? — Вайс с облегчением выдохнул, попытался подняться, но тут же зашипел от боли и снова упал на кровать.

Я тут же встряхнулась, словно от наваждения. Нужно исцелить его! Опустилась на колени рядом с кроватью, касаясь руками поврежденной кожи. Но вместо того, чтобы выпустить магию, неожиданно для самой себя прикоснулась к особо красной полоске губами.

Вайс от неожиданности сдавленно охнул и тут же замер.

Я облизнула губу, почувствовав металлический солоновато-пряный привкус. И лишь затем призвала магию, чтобы излечить раны, одновременно с этим оглаживая закаменевшие мышцы помощника. Вайс был худым и жилистым, непохожим на Теодора.

Дыхание Вайса становилось все чаще, а когда я коснулась мышц на его бедре, он даже застонал и начал подаваться навстречу моим рукам. В первый момент его стон меня испугал. Неужели травмы оказались настолько сильными, что даже магия не помогла? И только взгляд в затуманенные глаза парня, на его закушенную губу наконец привел к осознанию происходящего.

— Ох! Ну давай уже! — словно читая мои мысли, подначила Арэя. — Если Блейз тебе не угодил, то хоть этого возьми. Он же ручной совсем, можно делать что хочешь.

Задумавшись, я постаралась понять, чего же действительно хочу сейчас от парня, покорно лежавшего передо мной. Да, я чувствовала азарт, но это была не моя эмоция. Это были чувства злой королевы.

Сделав над собой усилие, я все же оторвалась от Вайса и отошла на шаг. И на всякий случай отвернулась, чтобы не поддаваться соблазну:

— Ты свободен. И не забудь про мое поручение.

— Не-ет! — заныла Арэя. — Ну ты и ханжа! Ни себе, ни людям! Сама не хочешь, так хоть бы обо мне подумала! Стерва!

— Д-да, моя королева… — заплетающимся от восторга и возбуждения языком откликнулся Вайс. Зашуршала поднимаемая с пола одежда. — Будет сделано, моя королева…

Кажется, он сам не слишком-то рассчитывал на продолжение. Ну и замечательно. Я сделала глубокий вдох, чтобы окончательно прийти в себя.

***

Остаток дня прошел спокойно. Я снова наведалась в библиотеку, чтобы поизучать старые записи Арэи и ее магические книги, а также найденные тома «Записи народных событий», в которых разными мелкими почерками вписано все происходившее в столице от рождения детей до открытия новой пекарни, сноса какого-нибудь здания или получения разрешения на открытие «блудного дома».

Дважды мне приносили туда трапезу — обжаренные ломтики тонко нарезанной птицы и свежие овощи. К концу дня мое душевное равновесие окончательно восстановилось. Я подумала, что, в конце концов, все не так уж плохо, жизнь в королевстве еще можно наладить. Прежняя Арэя не особенно сильно вмешивалась в экономическую жизнь своих подданных, руководствуясь логикой «налоги платят, и ладно», так что со своей стороны я тоже не видела большой необходимости вмешиваться, разве что хотелось придумать что-нибудь облегчающее труд, проследить, чтобы не эксплуатировали детей, позаботиться о социальной сфере.

Я как раз размышляла о том, как здорово было бы устроить всеобщий выходной раз в неделю, когда в дверь библиотеки постучали.

— Ваше Величество… — отвлек меня вельт.

Настроение было таким хорошим, что я даже на мгновение забыла, при каких обстоятельствах видела его последний раз:

— О, Теодор, проходи! — обрадованно позвала его, откладывая книги в сторону. — Закончил суд? Я завтра планировала визит к твоему отцу в Парящий город. Надеюсь, ты составишь мне компанию.

— Я… Э… — крылатый смутился, но потом, словно вспомнив что-то, тряхнул головой. — Судом мы закончили, и я хотел подготовить документы с полными списками, но пришли послы и требуют вас.

— Послы? Чьи?

— Сумеречные болота. Кажется, они пришли с ультиматумом.

Арея, до этого молча скучающая с той стороны зеркала, моментально подняла голову и злобно сверкнула глазами:

— Ультиматум?! Мне?! Да я казню этих жаб болотных раньше, чем они скажут «ква»!

— Вам лучше спуститься туда, — судя по всему, крылатый не на шутку забеспокоился.

Послы с болот действительно чем-то напоминали больших жирных жаб. Даже кожа в неровном свете факелов казалась слегка зеленоватой. Один, с пышной растительностью на лице, представился Радованом, а второй, с кислым выражением лица и огромным приплюснутым носом, назвался Душаном. Кроме них в зале оставались только глава стражи Верман и Теодор. Разговор намечался конфиденциальным.

А Арэя снова куда-то подевалась. Всегда пропадает в тот момент, когда мне действительно нужны ее подсказки!

Под моим пристальным взглядом стоявшие передо мной мужчины опустились на колени и лишь чуть поморщились, когда обращались ко мне «Владычица».

— Послы Сумеречных болот рады приветствовать Вас, Владычица Арэя! — сказал Радован, едва мне на ухо сообщили их имена. — Да будет светел ваш путь, королева Пустоши, наместница Парящего города и всех его островов, распорядительница Дальних земель и Морских глубин!

Если бы не упомянутый Теодором ультиматум, я бы, пожалуй, не переживала так сильно из-за этой встречи, но сейчас пришлось скрестить руки на груди, чтобы эти мужчины не видели, как нервно у меня дрожат пальцы.

— Можно не перечислять мои регалии, я их прекрасно помню, — как могла холодно произнесла, стараясь держать на лице маску безразличия и пренебрежения. Кто бы знал, как тяжело мне это давалось! — Можете подняться. Зачем вы оторвали меня от дел государственной важности?

Послы медленно поднялись на ноги. Первым заговорил Душан, его голос был таким же кислым и дребезжащим под стать внешности:

— Владычица Арэя, до нашего правителя Жаболя Третьего дошли слухи…

От перенапряжения я не сумела подавить смешок. Короля болот зовут Жаб… как-то там? Судя по тому, как закусил губу Душан, как покраснел и покрылся испариной лоб Радована, иной реакции от меня и не ожидали.

— Дошли слухи… — повторил, чуть кашлянув, мужчина, — что Вы, Владычица, имеете виды на наши скромные болота.

— Сумеречные, — поправила я, чуть расслабляясь от осознания, что эти двое боятся меня больше, чем я их. — И нет, занять место Жаба Третьего в моих ближайших планах не значится. Еще вопросы?

— Эм… — Послы неловко переступили с ноги на ногу и переглянулись. — У нас послание от короля Жаболя. Для Вас, Владычица.

— И?

— Наши скромные Сумеречные болота… — пышнобородый Радован нервно облизнул пухлые губы, — хотят предложить Вам сделку.

— Какой-то подарок? — улыбнулась я, окончательно расслабляясь. Сейчас они мне что-нибудь предложат, я милостиво соглашусь — и все, на этом можно будет считать инцидент исчерпанным. — Я люблю подарки.

— Как Вы знаете, — продолжил мужчина, стремительно бледнея, словно каждое следующее слово давалось ему сложнее предыдущего, — внутри болот таится магия. Раз в год ее становится так много, что она выходит из глубин вместе со стаями москитов и других паразитов. В этом году магия выйдет через десять дней.

Что-то начало «сделки» не слишком походило на подарок.

— Правитель Жаболь, — продолжил второй посол, — велел передать, что если Вы откажетесь принести кровную клятву о ненападении на нас, то через десять дней он направит магию вместе с паразитами в вашу сторону, и тогда всех Ваших подданных настигнут страшные болезни, эпидемии и мор!

Закончив говорить, послы выглядели так, словно пробежали стометровку: тяжело дышали, судорожно глотая воздух.

В голове голосом Арэи прозвучало: «Шах и мат!» Я была растеряна. Кто надоумил эту Жабу поставить такие идиотские условия злобной ведьме? Если бы я, то есть она, и впрямь планировала напасть, возможность смерти собственных подданных ее бы не остановила. Только разозлил бы, заставив победить непокорных.

А если не планировала… то согласиться на ультиматум — все равно что подписать приговор. Да после такого все остальные провинции восстанут, поняв, что королевой можно манипулировать! И что теперь делать мне? Приказать казнить послов и собирать армию, надеясь, что успею захватить болота до того, как магия пробудится?

Нужно отдать себе должное: чтобы принять решение, мне не понадобилось много времени.

— Какое интересное и заманчивое предложение, — хмыкнула я. — И знаете, пожалуй, я действительно готова его рассмотреть.

— Да?

Вид ошарашенных лиц Теодора, Вермана и послов, которые, кажется, уже успели проститься с жизнью, стоило того, чтобы произнести это. Вытаращенные глаза, раскрытые от удивления рты и полное отсутствие понимания, что вообще происходит.

— Но, — я глубокомысленно подняла указательный палец, — у меня есть небольшие корректировки. Хочу, чтобы Жаб Третий передал управление магией болот мне. И тогда, так и быть, я пообещаю на крови, что не трону ни его, ни его подданных, ни даже лягушек на его болотах.

— Эм… — послы все еще не были уверены в том, что их сейчас не казнят. — Это Ваш официальный ответ?

— Нам можно идти и передать это нашему правителю Жаболю?

— Да. И передайте, что на решение я ему даю пять дней. Иначе… — я вспомнила, что говорила Арэя из зеркала. — Иначе я приду и возьму, что хочу, и ваш Жаб не успеет сказать даже «ква»!

Мой намек поняли верно, и в следующую минуту послы вылетели из зала, словно их для ускорения пнули.

Мы остались в зале вдвоем с вельтом. Он избегал смотреть мне в глаза, вздрогнул, когда я подошла ближе. Стало очень стыдно при мысли, что чувствовал крылатый после моего наказания. Физическая боль, которую он испытывал, не шла ни в какое сравнение с душевной. Я не знала, о чем он думал, переминаясь с ноги на ногу, когда протягивал записи суда, но я в тот момент могла думать только об одном: «Если сумела вернуть ему крыло один раз, может быть, смогу и во второй? Только бы найти достойный повод, чтобы не выглядеть слабой». Теодор говорил, двигался и вроде бы вел себя как прежде, но взгляд был потухшим, и от осознания, что виновата в этом я, было больно.

— Что там? — хмыкнула, чтобы скрыть неловкость.

Взяла документ из рук Тео, бегло пробежала глазами.

«…дня… месяца… Стражей был схвачен торговец, доставлен в казематы до выяснения обстоятельств. Вменяемое деяние: написал на стене своего трактира «сдохни, А * * Я! И угощал бесплатно всех, кто хвалил его за эту надпись. На суде призывал небо в свидетели и клялся, что имел в виду «сдохни, Алыча», так как испытывает неприязнь к дереву, растущему у него во дворе, посаженному еще его тещей, которое ему не дает спилить его жена».

— Какая грустная и трагическая история. — Я попыталась сделать вид, что поверила в нее.

— Я не решил, что с ним делать.

Теодор прекрасно понимал, что торговец имел в виду совсем не дерево во дворе. Прежней Арэе, пожалуй, хватило бы и этого, чтобы отправить человека на каторгу.

— Ненависть к деревьям не наказуема, — пожала я плечами. Сейчас, когда надо мной нависла угроза эпидемии, которую могли напустить с болот, все это казалось незначительным. — Отпусти всех, в чьем наказании сомневаешься.

— И обезьяну тоже? — уточнил вельт, удивленно подняв брови.

— Думаю, обезьяна точно на стенах ничего не писала и сдохнуть никому не желала, так что ее можно в первую очередь.

Кажется, мой ответ порадовал вельта, и даже улыбка на его губах казалась искренней. Но она продержалась недолго:

— А что насчет ультиматума болотников? Приказать готовить армию к нападению? Если они не согласятся…

— Думаю, пока рано об этом думать, — уклончиво ответила я, напряженно размышляя.

Для меня теперь стало жизненно важно захватить источник магии болот. И сделать это нужно было мирно. Хотя бы потому, что в военном деле я ничего не соображала, да и магией тоже еще владела недостаточно хорошо. А раз так, значит, мне нужна помощь. Кроме Луноликого на роль помощника не подходил больше ни один кандидат.

Но он на меня обижен — это раз. Он наверняка не согласится делать что-то просто так — это два. А раз так, нужно заполучить что-то, что нужно магу.

— И что же Вы намереваетесь делать, Ваше Величество? — осторожно уточнил вельт.

— Наведаться в гости к твоему отцу.