Глава 14

Было бы куда проще, если бы Барнаби сказал прямо, что он собирается мне отдать. Но тот, чуть поколебавшись, лишь кивнул и жестом указал следовать за ним.

Показывать свою неосведомленность я не решилась: и так каждую секунду проведённого здесь времени было ощущение, что хожу по тонкому льду — стоит оступиться, как провалишься и выдашь себя с головой.

Куда сложнее удержать лицо оказалось в тот момент, когда, поднявшись, король, по-стариковски шаркая ногами и придерживая поясницу, двинулся не к большой двустворчатой двери, через которую из зала вышли его подданные, а к глухой стене, и принялся стучать по ней то вверху, то внизу.

— Три на пять часов, шесть на двенадцать и два на полвосьмого… — непонятно бормотал он, продолжая свое странное действо.

— Это расписание ваших приемов пищи? — не удержалась я. — Или как часто вы в туа…

Но не успела договорить, как что-то щелкнуло, и с громким скрежетом стена поехала в сторону, а за ней показалась темная винтовая лестница.

— Прошу, — Барнаби махнул рукой, пропуская меня вперед.

— Только после вас.

Идти в темный страшный туннель с вельтом, который меня терпеть не мог и мечтал от меня избавиться, впереди него, чтобы ему было удобнее на меня напасть или вообще там замуровать? Может быть, он вообще только притворяется больным стариком, а на самом деле еще о-го-го?!

Король кивнул и, кряхтя, снял со стены факел, зажег его от одной из лампадок, горевших в зале.

— Из этого зала недалеко, — ковыляя со ступеньки на ступеньку, заверил меня он. — Вот если из библиотеки идти, там через весь замок пришлось бы, или если из кухни — тогда вообще два раза круг навернуть…

Судя по всему, это был тайный туннель, опутывающий весь замок. Путь к отступлению на случай осады. Или способ прийти на скрытое свидания для каких-нибудь царственных особ, не желающих распространяться о своей личной жизни. Интересно, у Арэи в замке такой есть?

Лестница закончилась в каменном мешке без окон с единственной низенькой дверью. На ней висел большой проржавевший амбарный замок.

Король потянул шнуровку на вороте и выудил блестящий круглый ключ на золотой веревке.

— Думаю, Вы понимаете, что меньше всего на свете я бы хотел отдавать это Вам, Владычица, — тяжело сглотнул король.

Ключ в руке совершенно не выглядел магической вещью, но мало ли. Вряд ли Луноликого интересовал именно он.

— Откройте дверь, — приказала я.

Шарканье старика, почти не отрывавшего ног от пола, в пустом каменном помещении, отдавало зловещим эхом. Он повесил факел в держатель на стене и вставил ключ в замок. Следующие минут пять он безуспешно пытался вскрыть проржавевший механизм.

— Дайте уже сюда! — не выдержала я, отправляя магический импульс. Дужка с громким лязгом отлетела в сторону. — Как-то не слишком хорошо вы охраняете свое сокровище.

— Так чего его охранять? — пожал плечами Барнаби, наконец открывая дверь.

Заглянув за его плечо, я увидела столп белого света, бьющий от потолка до пола.

— Что это? — пораженная странным потусторонним сиянием, я совершенно позабыла, что не собиралась выдавать свое незнание.

— Сердце Парящего города. Луноликий требовал доступ к нему за то, что вернул бы нам Теодора.

Кряхтя и держась за стену, Барнаби заковылял к лестнице.

— Подожду Вас наверху. Хотя, может быть, Вы меня еще на середине лестницы обгоните…

Я же, завороженная переливающимися потоками неземного света, даже не двинулась с места. Стало совершенно неважно, запрут ли меня здесь, попытаются ли убить или нет. Передо мной была концентрированная магия в чистом виде, и ничто на свете не могло быть важнее и прекраснее этого.

В груди стало жечь. Я протянула руку, чтобы потереть это место, и поняла, что это пульсировал и нагревался магический камень. Перекинула его, чтобы оказался сверху на одежде и не доставлял дискомфорта. Должно быть, зеленый амулет — это что-то вроде накопителя, раз с ним я смогла творить магию. И здесь, рядом с этим потоком, он напитывался до краев.

Звуки шагов Барнаби стихли, а я все так же стояла и смотрела на бесконечный водопад света. Откуда он брал начало? Куда уходил?

И где-то на подсознательном уровне я уже знала ответы на все эти вопросы. Бесконечный источник светлой чистой магии вельтов, той самой, что позволяет парить целому городу, что наделяет его жителей белыми лебедиными крыльями. Это — жизнь целого народа. И она сейчас она в моих руках.

И пока я стою здесь и могу пользоваться бесконечной магией, мне ничто и никто не может угрожать.

Такой простой способ не обрести силу Арэи, а превзойти ее, подчинить себе Луноликого, избавиться от угрозы короля Сумеречных болот. Вельты не знают, как использовать источник, а я знаю. Я смогу стать сильной благодаря ему. Невозможно сильной…

— Чувствуешь то же, что и я? — знакомый голос вывел меня из состояния транса.

Всего в двух шагах от меня слева стояла Арэя.

— Откуда я могу знать, что в голове у сумасшедшей? — нервно пробормотала я, уже не до конца уверенная в собственной нормальности.

Королева здесь? Не в зеркале? Живая, из плоти и крови? По спине пробежала дрожь, между лопатками защекотало от напряжения, я повела плечами, пытаясь хоть как-то сбросить ее.

— Да ладно тебе, — беспечно зевнула Арэя, отмахиваясь. — Мы не такие уж и разные. И я точно знаю, что ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь, что я чувствую…

Под конец фразы она, кажется, сама запуталась в этих бесконечных «знаю», закатила глаза к потолку, словно там была подсказка, попыталась повторить сказанное еще раз, но передумала:

— …А, плевать. В общем, ты прекрасно поняла, что я хотела сказать!

— Нет, ­— абсолютно искренне призналась я и бочком шагнула к двери. Перспектива остаться в этом подвале рядом с магическим источником вдруг перестала казаться такой уж заманчивой. — Как ты тут оказалась?

Магические потоки бесконечного света — это, конечно, хорошо и здорово, но не тогда, когда рядом с тобой материализуется страх и ужас всех здешних земель.

— Магия, — пожала плечами Арэя. — Тут ее столько, что можно сотворить что угодно.

Покачивая бедрами, она подошла к столпу света, а затем вдруг завела руки за шею, снимая с груди зеленый кулон. Близнец моего.

— Что ты собралась делать с камнем?

— Камнем? На минуточку, это — магический накопитель. — Она покрутила веревочку, заставляя камень сделать оборот вокруг ее пальца. — Очень мощная вещица. А ты — «камень»!

— То, что оно усиливает магию, я и без тебя догадалась.

— Нет, — Арэя пренебрежительно фыркнула. — Сразу видно недомага. Амулет не делает тебя сильнее, чем ты есть на самом деле. Это как говорить, что ведро делает тебя сильнее, просто потому, что в ладонях ты могла унести только чуть-чуть воды, а в ведре — целое ведро! — она засмеялась. — Если бы ты не была такой никчемной, то и без него могла бы колдовать не хуже.

— Тогда зачем она мне? Тебе? Нам?

— Ну стильная же вещица, да и колдуется с ней действительно легче. — Арэя подбросила амулет на ладони, так и не ответив на вопрос прямо. А затем вдруг оскалилась и резко сменила тему: — Если ты надеялась оправдать ею то, что мы обе ощущаем прямо здесь и прямо сейчас, то… — она зацокала, качая указательным пальцем с обмотанной вокруг него цепочкой амулета.

В ее словах мне чудилось лукавство. Если этот так называемый накопитель — всего лишь инструмент, — то почему Луноликий хотел забрать его себе? Да и в тот раз, когда я… когда Крысеныш пришел и просил наказать его, я чувствовала, что эта вещица влияет на меня! Да и сейчас мысли о могуществе пришли как раз тогда, когда кулон нагрелся.

— Это так удобно, не так ли? — ухмыльнулась Арэя, поняв мое смятение. — Списать все на то, что ты попала под действие злых чар. А не просто признать, что ты такая же, как и я. Жаждущая признания и подчинения стерва!

— Я совсем на тебя не похожа.

Я отрицала, но сама себе не верила. Да и как поверить, когда передо мной стоит моя точная копия?

— Да ладно?! — захохотала Арэя, а затем вдруг резко вытянула руку в сторону, подставляя зеленый амулет под струящиеся потоки света.

И в этот же момент замок затрясло.

В первый миг мне показалось, что он сейчас рухнет, и почти позабытое отчаяние обернулось змеей вокруг позвоночника. Сейчас Арэя впитает всю магию Парящего города, станет всемогущей, а я упаду вниз, в пропасть, вместе со всеми жителями.

Но не успела я до конца додумать эту мысль, как Арэю вдруг шарахнуло ослепительно-белым светом, и она стремительно отлетела к противоположной стене. Что-то чавкнуло, как хлюпнул бы вступивший в грязь ботинок.

Тряска тут же прекратилась, будто и не было.

— Арэя? — позвала я, глядя на сломанную тряпичную куклу, валявшуюся у стены.

— Что ж, не стоит недооценивать древнюю магию.

Голос ведьмы звучал словно пьяный. Медленно она кое-как поднялась на ноги, с громким хрустом вправляя суставы ног и рук.

С ужасом я поняла, что у нее обуглена кисть, но ведьма лишь встряхнула ею, и пальцы, словно тянувшиеся вверх щупальца, отрасли заново.

— Голову совать туда не советую. Замучаешься отращивать, — захохотала ведьма. Снова подойдя к свету, она принялась что-то искать. — Да и вельты тебе вряд ли позволят еще раз прийти сюда. А без него сама магия места тебя близко не пустит. А! Вот и он. — Она наклонилась, подбирая что-то с пола. — Отдашь Луноликому — сам бы он вряд ли бы смог собрать больше, силенки не те. — Ее смех эхом отразился от сводов подвала.

Со стороны двери послышались шаги. Я обернулась и вдруг поняла, что нахожусь совсем не там, где стояла.

— Ваше Величество? — в проем заглянул обеспокоенный Теодор. — С Вами все в порядке? Вы с кем-то говорили?

Ареи больше не было рядом. Зато у меня в руках был кулон, который она сняла со своей… (или с моей?) шеи, а потом засунула в потоки магии. Вот только вместо зеленого внутри него теперь сверкал пронзительно-чистый белый свет.

***

Из Парящего города хотелось уехать как можно быстрее. Слишком в сильном смятении я пребывала после неожиданной встречи Арэей. Сначала подумала, что магический накопитель раздвоился. Но нет. На моей шее теперь никакого кулона не было, и оставался лишь один — тот, что напитался энергией Парящего города.

Поднявшись вместе с Теодором в зал, где меня ждал король, я первым делом поспешила откланяться:

— Спасибо, Барнаби, за ваше гостеприимство. К сожалению, государственные дела не терпят отлагательств. Ваш стол превосходен, и мы очень плодотворно пообщались. Но мне пора возвращаться.

— Да, конечно, Владычица, — склонил голову старый король. — Позвольте лишь убедиться, что Вы выполните свою часть договоренности.

Я даже не сразу вспомнила, о чем он говорит. Все мысли занимал жгущий карман магический камень, в голове беспрестанно крутились сказанные Арэей слова. Лишь когда Барнаби кивнул в сторону сына, я сообразила, что обещала вернуть его наследнику крылья.

На этот раз я даже не стала дожидаться, когда Тео выпустит здоровое крыло. Сжав одной рукой кулон в кармане, второй коснулась спины принца. В этот раз вместо зеленых искр с руки сорвались белые.

Когда в Арэю ударил свет из магического источника, она стала светиться, как гирлянда. Сейчас же этот свет наполнил вельта, но лишь на короткий миг, чтобы потом вырасти в два огромных белых крыла.

Залюбовавшись ими, я не сразу заметила, как перекосилось от боли лицо принца, как он закусил губу, чтобы не застонать в голос.

Неужели это так больно? Арэя, когда отращивала себе новые пальцы и сращивала сломанные после удара о стену кости, лишь смеялась.

— Спасибо, Ваше Величество, — хрипло ответил Тео, даже дыша, кажется, через раз.

«Ну и мужики пошли. Малохольные…» — промелькнула мысль с интонацией злой королевы. По крайней мере, я сама точно не могла быть такой бесчувственной.

На этот раз возвращение крыла мне далось куда проще. То ли дело в том, что я уже успела потренироваться, то ли в том, что магия источника действительно сделала меня сильнее.

— Остальных можете присылать по одному в неделю, — кивнула я королю, припоминая, что, кажется, одним Теодором наш договор не ограничивался.

Вельт пытался было меня отблагодарить, сказать что-то пафосное, но я прервала его не терпящим возражений жестом. Чем меньше времени я здесь пробуду, тем лучше.

Из Парящего города я уезжала, плотно задернув шторы на окошках кареты. Тео молчал, подозрительно поглядывая на меня исподлобья. Кажется, он уже не был таким подавленным, как утром. А вот я, напротив, растеряла остатки душевного равновесия.

«Это так удобно, не так ли? Списать все на то, что ты попала под действие злых чар. А не просто признать…»

— Я не такая, как ты, — прошептала, пытаясь прогнать воспоминания из головы.

— Вы что-то сказали, Ваше Величество? — тут же переспросил внимательно следивший за мной Теодор.

В этот момент карету тряхнуло, словно мы подскочили на кочке, и я почувствовала, как все внутри меня устремилось вверх вместе с остальным содержимым кареты. Распущенные черные волосы взмыли вверх, словно крылья, да там и замерли, словно время остановилось.

— Мы покинули город, — констатировала я очевидное, с облегчением выдыхая. — Извини, что потащила тебя с собой. Ты был не в восторге от этого, я знаю.

Тео несколько раз моргнул, потряс головой, словно не был уверен, что ему не послышалось. Я мысленно дала себе подзатыльник. Ну вот зачем человека до инфаркта доводить? Прихватит его еще теперь от шока, что стерва-королева вдруг извинилась… Пришлось выкручиваться.

— Наверняка пришлось терпеть ненавидящие взгляды подданных, которых ты предал... — В интонации добавила побольше ехидства и язвительности. — Впрочем, все имеет свою цену, да, Тео?

После этих слов вельт расслабился и неожиданно покачал головой:

— Нет, я рад, что побывал дома.

«Дома»… Мне бы порадоваться за него, от того, с какой теплотой он сказал это слово, от того, как изогнулись губы в озарившей лицо светлой улыбке. Но вместо этого в груди неприятно защемило. Можно ли считать домом место, которое уже даже не помнишь? Где же он — мой дом?

Чтобы заглушить эту тяжелую тоску, я выглянула в окно, наконец, отодвинув занавесь. Под нами голодным каменным дном зияла пустота.

— В замок к Луноликому! — громко крикнула я, надеясь, что кучер меня услышит.

Должно быть, кучер уловил нервное возбуждение, с которым я это выкрикнула, а может, просто такое уже было не раз, и Арэя неизменно требовала скорости, потому что в следующий момент послышался свист хлыста, и карета вдруг рванула вперед и вверх, делая в воздухе невозможный кульбит.

— Н-на! — услышала я зычный голос возницы и едва успела схватиться за поручень, чтобы не упасть на повороте.

— Будто бочки везут, — прошипела, упираясь ногами в пол.

Костяшки пальцев побелели от напряжения — так крепко я держалась, боясь упасть. Вельт управлялся с собственным телом куда лучше меня и даже ни за что не держался:

— Что-то не так? — спросил он.

Его учтивость уже начинала напрягать и рождать всякие нехорошие подозрения. Когда он смотрел с ненавистью или с презрением, хотя бы было понятно, чего от него ожидать. А сейчас что у него на уме?

— Медленно, говорю, очень, — с натугой улыбнулась я, даже не пытаясь скрыть сарказм.

Вот только Тео его не понял.

— Я могу сказать, — и, не дожидаясь команды, крикнул в окно: — Королева торопится!

«Да раздери тебя!..» — Меня аж вжало в спинку диванчика от того, как рванули вперед лошади.