Глава 22 · Возрождение

По новому контракту Black Thorn имеют право на ежегодный отпуск продолжительностью в три полные недели, причем всем составом группы, а не поодиночке. Отгулы на один-два дня и рутинные перерывы в работе из-за отсутствия занятости не учитываются. Отпуска не сгорают, если в течение года их не получилось отгулять.

Это условие было добавлено самой Минсо. И в контракте еще было прописано, что при отсутствии камбеков и туров агентство не имеет права препятствовать развитию сольных карьер участников, особенно был подчеркнут актерский дебют. Даже не так — агентство гарантировало каждому мемберу актерский дебют как минимум в эпизодической роли во время действия контракта или в течение года после его истечения.

Были и другие «плюшки» — общежитие с лучшими условиями проживания уже в следующем году, в рабочее время еда за счет агентства, официально закреплены в контракте и хорошие места в самолете — никакого эконома, даже если группа будет плохо зарабатывать.

Но, на самом деле, все понимали, что зарабатывать они будут. Даже после скандала песни группы не вылетели из корейских чартов, тур прошел с полным солдаутом, хорошо продавался мерч, на премиях за Black Thorn активно голосуют. Медиа и рекламодатели пока боятся идти на контакт с группой, но все понимают, что это временно.

В интересах агентства было сохранить Black Thorn на семь лет, вот директора и старались соблазнить парней условиями получше.

Хару сначала не хотел заключать контракт на столь долгий срок — ему казалось, что будет достаточно пяти лет существования группы. Уговорили не директора и не Минсо, а парни. Хару был единственным сомневающимся, даже Тэюн, всерьез собирающийся стать актером, хотел продлить срок жизни группы. Идти против коллектива Хару не решился, хотя некоторые сомнения в правильности поступка остались.

И вот, всего через два дня после подписания, Хару снова столкнулся с тем, насколько раздражающей может быть индустрия развлечений. Одно дело, если бы проигрыш в желанных номинациях был результатом микроскопического подсуживания членов жюри. Но это не так. Perfect Love Story била все рекорды, став настоящим символом текущего года. Но МАМА посчитали, что это не тянет на дэсан. В этом году не было дебюта, который бы можно было сравнить с Black Thorn — о них много говорили, их дебютный альбом побил все прошлые рекорды и остался непобежденным на момент премии. А награду «новичок года» все равно вручили не им. Как тут не злиться?

В Корею возвращались рано утром, в аэропорт приехало много фанатов, они кричали слова поддержки, просили не расстраиваться. Видимо, Хару все же не совладал со своей мимикой и его состояние было заметно фанатам… Хотя фанаты могли и сами догадаться, что Black Thorn было обидно.

В общежитии их ждал подарок от Минсо. Это было очень мило, потому что она прислала несколько коробочек клубники и большую упаковку корейских груш. Написала записку от руки: «Не расстраивайтесь, будут еще награды».

Клубника немного помогла, хотя, скорее, все просто умились такому поступку продюсера — утешила их сладостями, прямо как детишек. Обсуждая всю эту ситуацию за поеданием клубники, они пришли к выводу, что Минсо имела в виду награды на ММА. На этой премии дэсан «Песня года» связан с достижениями трека на платформе Melon. Бывало, что награда доставалась не явному фавориту, но в таком случае разница между первым и вторым местом должна быть небольшой. У Perfect love story показатели очень высокие, ближайший соперник заметно отстает и по числу PAK, и по количеству прослушиваний, и по времени пребывания в чарте. Вряд ли жюри ММА станут это игнорировать.

У Хару были планы на вечер, скорее даже, работа. Так как в ближайшее время практически все субботы и воскресенья заняты выступлениями, к господину Со он отправился в понедельник.

В кабинете взгляд Хару сразу зацепился за пустое место, но он не сразу вспомнил, что там стояло.

— Мои часы встали, — сказал господин Со, заметив взгляд Хару, — Мастер забрал их для ремонта.

Хару нерешительно улыбнулся. Говорить о том, что он ненавидел эти тикающие часы, он не стал. Но появилось странное ощущение, что в их неисправности виноват именно он. Что глупо, разумеется — предмет силой мысли сломать нельзя.

Перед Хару опять стояли белые фигуры, на столике рядом — два стакана воды с лимоном. На одной из полок появилось новое фото в рамке, привлекшее внимание Хару из-за яркости красок — на фото Наён в цветастой блузке сидела на диванчике рядом с господином Со, они улыбались. До этого Хару не видел в Наён вообще ничего общего с семьей Со — внешностью она пошла в семью Им, — но, взглянув на фото, понял, что улыбка у нее абсолютно такая же, как у ее дедушки.

Хару сделал первый ход, но господин Со, как обычно, не спешил делать ответный. Какое-то время в комнате было тихо-тихо, а потом господин Со переставил одну из пешек и обратился к Хару:

— Аналитический отдел закончил рассмотрение твоей идеи по поводу машин для женщин. Признали направление перспективным, пусть и имеющим множество сложных нюансов, которые потребуют долгих исследований и, скорее всего, новых инженерных решений. И все же — при грамотном маркетинге это поможет марке выделится на рынке.

Хару кивнул, просто принимая это к сведению. В целом, эта идея не казалась ему какой-то особенной. Там только исследовательской работы на пару лет, первые результаты будут совсем не скоро. А ему внутреннее устройство автомобилей и особенности их продаж неинтересны, разбираться в этом «просто так, для расширения кругозора» он бы точно не стал.

Поэтому Хару молча сделал следующий ход.

— Ты ведь знаешь, что идеи не облагаются авторским правом? — с улыбкой спросил господин Со.

Хару кивнул:

— Да. Хотя есть особенности, конечно. Но я не стал бы требовать деньги за… да это даже не идея. Так… размышления вслух.

Господин Со снова с улыбкой покивал, но делать ход по-прежнему не спешил.

— И что, совсем не жалко? — спросил он.

— Жалко чего? — немного удивился Хару. — Для меня идея — это когда ты продумываешь какие-то детали, пытаешься понять, будет ли это успешным… или уж хотя бы мечтаешь ее воплотить. Тут жалеть нечего. У меня не просто нет возможностей для воплощения такого проекта, он мне еще и неинтересен. Лично мне в машине важно, чтобы было просторно, она хорошо ездила по горам и не жрала слишком много бензина… Ладно, мне еще важен внешний вид.

Хару не казалось, что он сказал что-то смешное, но все же господин Со тихо засмеялся. Продолжая похихикивать, он сделал свой ход и потянулся к стакану с водой. Хару свою фигуру переставил практически сразу — на выходных он немного играл в шахматы с Хансу, выиграл, так что сейчас хотел повторить ту же стратегию. Точь-в-точь не получится, конечно, но первые ходы складывались легко.

— У меня есть предложение… скорее даже вызов… спор, если угодно, — сказал господин Со.

Он как-то мигом растерял все веселье, став очень серьезным, что насторожило Хару.

— Не переживай, все подписывать будешь только с адвокатами, — снова улыбнулся господин Со. — Но я надеюсь, что ты согласишься. Ты знаешь, что издательство Sanho сейчас практически на грани банкротства?

Хару кивнул. Он прекрасно об этом осведомлен, причем не только потому, что ему была интересна судьба бывшего издательства дедушки. Еще когда Хару готовился к сунын, он один день потратил на семейные дела — ездил с дедушкой на похороны его знакомого. Умер мужчина, который раньше был управляющим издательством Sanho. Он был частью команды дедули, вместе с ним работал во втором издательстве, пока оно не закрылось. На похоронах Хару и дедушка разговорились с сыном этого человека, который пошел по стопам отца — тоже работает в издательском бизнесе. И они обсуждали тот факт, что руководство Пак Манхи стало причиной деградации издательства Sanho. Начали уходить лучшие сотрудники, новый персонал подолгу не задерживался, в итоге даже неплохие идеи по восстановлению издательства сталкивались с невозможностью их воплощения — банально не было квалифицированного персонала.

— Чтобы вытащить издательство из текущего положения, нужно заменить шестьдесят процентов сотрудников. Практически весь нынешний руководящий состав… без боли на него не взглянешь, — вслух озвучил мысли Хару господин Со. — А самое печальное — даже после ухода моего горе-зятя я не могу исправить ситуацию с персоналом, люди просто не верят в будущее компании. Единственный вариант — поставить во главе человека, которому поверят.

И он замолчал, выразительно смотря на Хару. Тот даже поперхнулся, услышав столь неожиданное заявление:

— Меня? Да я даже школу официально еще не закончил! И я не думаю, что мое назначение хоть на какую-то должность что-то исправит.

— Твое — да, не исправит. Но ты способен привести команду, которая позволит Sanho восстать из пепла.

Хару тяжело вздохнул, поняв интригу:

— Господин Пак Сончоль.

Тот самый сын бывшего управляющего дедушки, который пошел по стопам отца.

— Со мной он работать не хочет, а вот с тобой, я уверен, согласится с радостью, — просто ответил господин Со. — Пак Сончоль способен собрать команду профессионалов. Мое предложение такое. Ты — креативный директор, Пак Сончоль — исполнительный. Два года предварительного договора, из которых полгода — только подготовка, полтора — раскрутка. Зарплата всему персоналу будет назначена в соответствии с рынком, достойной профессионалов. Вложения в раскрутку — достаточными, но без перегибов, конечно. Если через два года Sanho начинает получать прибыль, которая полностью его обеспечивает, вы с Пак Сончоль получите по пятнадцать процентов акций.

Господин Со сделал свой ход, а Хару даже смотреть на доску не мог, настолько был поражен этим предложением.

— А если не получится раскрутить издательство? — прямо спросил Хару. — Сейчас такое время, что книги и газеты теряют популярность.

— Издательство закрывается, — ответил господин Со. — Мне бы хотелось его сохранить, поэтому я столько лет поддерживал его финансовыми вливаниями. Это будет последней попыткой. Если вы сможете его вытянуть — станете совладельцами. Вложения финансов с вашей стороны не требуется, акции станут премией за хорошую работу.

Хару не ожидал, что такое вообще могут предложить, но не видел смысла скрывать очевидное:

— Даже если я соглашусь и уговорю господина Пак фактически заняться восстановлением издательства… вы ведь понимаете, что на данном этапе нужны огромные денежные вливания. Требуется полный перезапуск всех издательских серий, а это покупка лицензий, разработка дизайна, закупка рекламы у блогеров, новая маркетинговая стратегия. Для того, чтобы все это работало, нужно будет создать сайт и приложение, без этого в современном мире издательству не выжить. Бюджет на раскрутку нужен колоссальный. Я уже молчу о том, что найм профессионалов обойдется в копеечку, у многих контракты, чтобы их переманить, придется выплачивать неустойку.

Господин Со продолжал улыбаться:

— Значит, вы это уже обсуждали.

Хару стушевался: ну вот, доболтался. Да, обсуждали. Как известно, нет ничего интереснее гипотетических разговоров о том «как правильно жить и работать». На тех похоронах вообще много говорили о Sanho, особенно, когда официальная часть закончилась и остались лишь некоторые бывшие коллеги умершего.

— Обсуждали — это не значит, что готовы заниматься этим, — ответил Хару.

— Но идеи есть, — улыбался господин Со. — У вас есть идеи и связи, у меня — деньги. По-моему, идеальный тандем. При этом основные убытки в случае неудачи понесу я. А о том, что вложить придется много, я и так знаю.

Хару про себя подумал, что и в случае успеха господин Со получит больше. Он отдает тридцать процентов акций, а семьдесят остаются у семьи Со, потому что сейчас других акционеров нет. Решающий голос все равно у него. Другое дело, что Хару и господин Пак рискуют только двумя годами своей жизни. Если у них не получится вытащить издательство — они получат опыт работы. Если получится — они совладельцы, пусть и без контрольного пакета акций. Если через три года обнаружится, что работать с семьей Со невыносимо — они продают свои акции и уходят. Другое дело — команда. Господина Со интересует не столько сам Хару, это очевидно. Даже один Пак Сончоль не способен заметно повлиять на ситуацию. Команда — вот что главное в этом предложении. И здесь сразу появляется несколько важных вопросов, главный — какие контракты будут у команды? Если впоследствии господин Со начнет вести себя странно и Хару и Пак Сончоль примут решение уйти, то смогут ли они забрать с собой людей из команды?

— Мои люди подготовили контракты для вас и для вашего будущего персонала, — сказал господин Со, словно прочитав мысли Хару. — После ужина я отдам тебе эту папку. Когда обсудите — можешь позвонить сразу мне, договоримся о встрече с адвокатами. Насчет Юнби можете не беспокоится. Она является директором исключительно направления модных журналов, директором всего Sanho Media остается мой доверенный человек, он умеет сдерживать мою дочь в рамках разумного, поэтому Юнби вам не помешает работать, это я гарантирую.

Хару кивнул. У Sanho Media два подразделение — модные журналы являются одной его частью, книжное издательство и старая газетная периодика — другой. Фактически два подразделения существуют отдельно друг друга. Первое не является убыточным, но модные журналы давно лишены той же прибыли, что и в девяностые. Второе просто едва сводит концы с концами.

Реально ли возродить издательство в тот временной период, когда большая часть людей новости читает в социальных сетях, а книги — через приложения? Хару кажется, что это возможно. Пак Сончоль считает так же. Но получится ли на практике? Согласится ли Пак Сончоль? И, главное, — можно ли доверять в таких вопросах господину Со?

* * *

Несмотря на то, что господин Со практически контузил Хару своим предложением, Хару в этот день выиграл три партии из трех. Последнюю — с помощью шахматного правила «превращение пешки». Он довел пешку до последней линии и заменил ее на ферзя, потом двумя ферзями смог выиграть долгую и сложную партию.

Был поздний час, но Хару позвонил поочередно дедуле, своему адвокату, господину Пак и, последним — менеджеру Квон, чтобы предупредить. В общежитие Хару не вернулся, отправившись домой.

Они обсуждали предложение господина Со всю ночь. Мужчины курили, снова и снова перечитывали условия контракта, искали там подводные камни и не находили их. События далекого прошлого всем упрямо советовали отказаться от предложения: прошлое сотрудничество с семьей Со было, мягко говоря, неудачным. Но для всех присутствующих Sanho — это не просто какое-то издательство. Для дедушки и Пак Сончоля, который вообще-то тоже когда-то там работал, это издательство имеет особое значение, они оба с грустью наблюдали за тем, как оно умирает из-за плохого руководства. Поэтому условия перечитывались в сотый раз, они снова спорили о формулировках, но к четырем часам так и не смогли принять окончательное решение.

Несмотря на то, что Хару не спал всю ночь, он не жалел об этом. Да, решение они не приняли, но как иначе-то? Вздремнул немного в машине, пока ехал из дома в общежитие. Кофе особо не помогал взбодриться, а работать предстояло много — на носу выступление на ММА.

Вечером позвонил Пак Сончоль. Он поговорил с людьми, которые нужны для работы по восстановлению издательства. Большинство из них готовы работать.

Сончоль готов принять предложение, если господин Со внесет в договор те немногие правки, которые предложили адвокаты Чо. Итоговое решение теперь за Хару.